Защита прав потребителей по кредитам в банках

С даты вступления 01.07.2014 года Федерального закона от 21.12.2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» защита прав потребителей по кредитам стала дифференцированной в зависимости от даты заключения договора потребительского кредита.

По кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее (п.1 ст. 819 ГК РФ).

Защита прав потребителей по кредитам может осуществляться путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения.

Содержание

Защита прав потребителей по кредитам (потребительским кредитам), заключенным после 01.07.2014 года.

Указанный Федеральный закон установил, что потребительский кредит (заем) — денежные средства, предоставленные кредитором заемщику на основании кредитного договора, договора займа, в том числе с использованием электронных средств платежа, в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (далее — договор потребительского кредита (займа), в том числе с лимитом кредитования.

Нарушение заемщиком сроков возврата основной суммы долга и (или) уплаты процентов по договору потребительского кредита (займа) влечет ответственность, установленную федеральным законом, договором потребительского кредита (займа), а также возникновение у кредитора права потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы потребительского кредита (займа) вместе с причитающимися по договору потребительского кредита (займа) процентами и (или) расторжения договора потребительского кредита (займа) в случае, предусмотренном настоящей статьей.

В случае нарушения заемщиком условий договора потребительского кредита (займа) в отношении сроков возврата сумм основного долга и (или) уплаты процентов продолжительностью (общей продолжительностью) более чем шестьдесят календарных дней в течение последних ста восьмидесяти календарных дней кредитор вправе потребовать досрочного возврата оставшейся суммы потребительского кредита (займа) вместе с причитающимися процентами и (или) расторжения договора потребительского кредита (займа), уведомив об этом заемщика способом, установленным договором, и установив разумный срок возврата оставшейся суммы потребительского кредита (займа), который не может быть менее чем тридцать календарных дней с момента направления кредитором уведомления.

В случае нарушения заемщиком условий договора потребительского кредита (займа), заключенного на срок менее чем шестьдесят календарных дней, по сроку возврата сумм основного долга и (или) уплаты процентов продолжительностью (общей продолжительностью) более чем десять календарных дней кредитор вправе потребовать досрочного возврата оставшейся суммы потребительского кредита (займа) вместе с причитающимися процентами или расторжения договора, уведомив об этом заемщика способом, установленным договором, и установив разумный срок возврата оставшейся суммы потребительского кредита (займа), который не может быть менее чем десять календарных дней с момента направления кредитором уведомления.

К заемщику не могут быть применены меры ответственности за нарушение сроков возврата основной суммы долга и (или) уплаты процентов, если заемщик соблюдал сроки, указанные в последнем графике платежей по договору потребительского кредита (займа), направленном кредитором заемщику способом, предусмотренным договором потребительского кредита (займа).

При совершении действий, направленных на возврат во внесудебном порядке задолженности, возникшей по договору потребительского кредита, кредитор вправе взаимодействовать с заемщиком и лицами, предоставившими обеспечение по договору потребительского кредита (займа), используя:

1) личные встречи, телефонные переговоры (далее — непосредственное взаимодействие);

2) почтовые отправления по месту жительства заемщика или лица, предоставившего обеспечение по договору потребительского кредита (займа), телеграфные сообщения, текстовые, голосовые и иные сообщения, передаваемые по сетям электросвязи, в том числе подвижной радиотелефонной связи.

Иные способы взаимодействия с заемщиком или лицом, предоставившим обеспечение по договору потребительского кредита (займа), по инициативе кредитора и (или) лица, осуществляющего деятельность по возврату задолженности, могут использоваться только при наличии в письменной форме согласия заемщика или лица, предоставившего обеспечение по договору потребительского кредита (займа).

Судебная защита прав потребителей по кредитам осуществляется путем подачи искового заявления в суд. При этом потребители освобождаются от уплаты государственной пошлины в соответствии с законодательством НК РФ.

Следует знать, что в индивидуальных условиях договора потребительского кредита (займа) по соглашению сторон может быть изменена территориальная подсудность дела по иску кредитора к заемщику, который возник или может возникнуть в будущем в любое время до принятия дела судом к своему производству, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Защита прав потребителей по кредитам, заключенным по 01.07.2014 года.

Защита должников-потребителей по кредитам осуществляется в соответствии с положениями Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», Гражданского кодекса РФ, Федеральным законом РФ от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности».

Согласно ч. 4 ст. 29 Федерального закона РФ от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» по кредитному договору, заключенному с заемщиком-гражданином, кредитная организация не может в одностороннем порядке сократить срок действия этого договора, увеличить размер процентов и (или) изменить порядок их определения, увеличить или установить комиссионное вознаграждение по операциям, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

Не единообразно судами в течением времени дана оценка вопросам о правомерности:

— возложения на потребителя обязательства по оплате услуг по открытию и ведению ссудного счета в связи с предоставлением кредита;

— взыскания комиссии за выдачу кредита;

— условия договора о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки;

— условиям договора об обязательном заключении договора страхования жизни и трудоспособности заемщика;

— условиям договора о взыскании денежных средств за досрочное погашение кредита.

При этом односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В соответствии с пунктом 63 Плана оказания методической помощи территориальным органам ФАС России в 2018 году, утвержденным приказом ФАС России от 19.04.2018 № 508/18, ФАС России направляет для использования в работе разъяснения по вопросу обзора правоприменительной практики при рассмотрении заявлений, дел антимонопольными органами, а также судебных решений по статье 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) в случае навязывания доминантом невыгодных условий при заключении договоров.

Пункт 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции содержит запрет на совершение занимающим доминирующее положение хозяйствующим субъектом действий, выраженных в навязывании контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования).

1. Исходя из системного толкования норм антимонопольного законодательства под навязыванием следует понимать действия (бездействие) доминанта по принуждению контрагента к принятию условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора.

Только подготовка проекта договора, содержащего невыгодные для контрагента условия, а также направление предложения о заключении договора не может являться нарушением. Для установления факта навязывания необходимо установление дополнительных обстоятельств. К таким обстоятельствам может быть отнесено: угрозы незаключения или прекращения договора, угрозы наступления негативных последствий и т.д.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2016 № 301-КГ16-16827 по делу № А79-11625/2015 отмечается, что отказ от подписания дополнительного соглашения к договору холодного водоснабжения при наличии разногласий со стороны предприятия не является обстоятельством, свидетельствующим о навязывании контрагенту невыгодных для него условий договора, если эти действия не сопряжены с угрозами прекращения поставки ресурса или применения каких-либо экономических санкций.

Следовательно, «навязыванием невыгодных контрагенту условий договора» является не только направление занимающей доминирующее положение организацией договора (дополнения к договору) с невыгодными для контрагента условиями, но и действия доминанта, связанные с понуждением контрагента к заключению договора.

О навязывании невыгодных контрагенту условий договора будет свидетельствовать настаивание занимающей доминирующее положение организации на включение в договор спорных условий под угрозой незаключения договора или прекращения действующего договора, а также прекращение исполнения обязательств по договору. Указанные выводы подтверждаются судебной практикой.

Так, Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 06.02.2017 № Ф05-21931/2016 по делу № А40-195153/2015 указал, что увеличение платы по договору под страхом его расторжения со стороны общества, занимающего доминирующее положение, верно квалифицировано в качестве навязывания невыгодных условий договора.

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 27.11.2014 № Ф06-16578/2013 по делу № А57-19634/2013 сказано, что доминант, злоупотребляя своим доминирующим положением на розничном рынке электрической энергии, принуждал общество при наличии действующего договора на внесение платы за электрическую энергию по точкам поставки, которые фактически отсутствовали у последнего, под угрозой отключения электрической энергии.

Надо также иметь ввиду, что некоторые договоры имеют статус публичных. При необоснованном уклонении организации от заключения публичного договора другая сторона в соответствии со статьями 426, 445 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае, в соответствии со статьей 446 ГК РФ условия договора, по которым имелись разногласия, также устанавливаются судом.

Между тем, если указанная организация занимает доминирующее положение, то обычные действия по согласованию условий договора в нарушение порядка статьи 445 ГК РФ (обмен протоколами разногласий, отказ от принятия разногласий, проведение согласительных процедур и т.п.), признаются навязыванием невыгодных условий договора.

Необходимо отметить выводы, содержащиеся в постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 20.03.2014 по делу № А53-11181/2013 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2015 № 308-КГ14-3795 было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации), где суд, признавая правильность квалификации антимонопольным органом действий доминанта по навязыванию обществу при заключении договора невыгодного для него условия об ограничении размера ответственности учреждения суммой оплаты за охранные услуги по договору из расчета за 1 календарный год и отклоняя довод учреждения о наличии у него права на такое ограничение размера ответственности, указал, что при внесении изменений в договор, который является публичной сделкой, сторона должна документально аргументировать в силу каких норм права вносятся подобного рода изменения.

2. В рамках указанного в пункте 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции состава нарушения антимонопольного законодательства законодателем выделены формы поведения в виде навязывания условий, невыгодных контрагентам, и навязывания условий, не относящихся к предмету договора.

Разъясняя часть 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» указал, что, оценивая действия доминирующих на рынке субъектов как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 ГК РФ, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Закона о защите конкуренции и, в частности, определять, были совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав. Данное правило должно применяться и к такому нарушению, как навязывание невыгодных условий договора.

При оценке невыгодности или неотносимости навязываемых условий к предмету договора антимонопольному органу необходимо оценить соответствие таких условий интересам контрагента.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 2762/13 по делу № А07-23099/2011 содержатся выводы о наличии в действиях общества нарушения пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, так как доминант ставит клиентов в ситуацию, когда условием заключения договора является обязательное заключение другого договора, и тем самым лишает права заявителя принять решение самостоятельно. Такие действия в данном случае являются воздействием на волю контрагента при заключении договора, свидетельствующим о принуждении контрагента подписать договор на условиях, не относящихся к предмету договора, под угрозой наступления негативных последствий (отказ заключить обязательный для контрагента договор).

В ходе анализа судебных решений по рассматриваемой проблематике можно выделить следующие группы навязываемых условий договора, невыгодных или не относящихся к предмету договора.

К первой группе относятся факты включения доминантом экономически не обоснованных условий договоров.

Так, ФАС Восточно-Сибирского округа в постановлении от 25.07.2012 по делу № А19-14669/2011 поддержал выводы антимонопольного органа о нарушении Закона о защите конкуренции, выразившемся во включении в договор платы за технологическое присоединение при наличии уже имеющегося присоединения для нижестоящей сетевой организации. Суд подтвердил факт нарушения доминантом пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, поскольку технологическое присоединение объекта электросетевого хозяйства, принадлежащего третьему лицу, уже было осуществлено ранее и плата за технологическое присоединение взимается однократно.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2017 № Ф05-21931/2016 по делу № А40-195153/2015 отмечено, что увеличение платы по договору под страхом его расторжения со стороны общества, занимающего доминирующее положение, верно квалифицировано как навязывание невыгодных условий договора.

Второй группой невыгодных для контрагента условий договоров, включаемых доминантом в договор, являются условия, не имеющие технологического обоснования.

В постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.09.2017 № Ф03-3379/2017 по делу № А04-270/2017 сказано, что действия доминанта, выразившиеся во включении в проект договора на оказание услуг по поставке питьевой воды, заключаемого с обществом, условий об обязанности поставщика обеспечить эксплуатацию бесхозяйной водопроводной сети, нарушающими пункт 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 № 303-КГ17-20676 было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам.

Согласно позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 27.04.2017 № Ф05-2611/2017 по делу № А40-36789/16-147-316, в случае исполнения технических условий на присоединение указанной доминантом максимальной мощности к энергетическому оборудованию общества присоединенная нагрузка превысит допустимые нагрузки по установленному оборудованию и допустимый длительный ток по отходящим кабельным линиям. В действиях доминанта установлено нарушение пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, выразившееся в ущемлении интересов общества, путем навязывания невыгодных условий договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям.

К третьей группе навязываемых условий можно отнести условия договора, ущемляющие законные интересы организаций, которые не соответствуют законодательству Российской Федерации.

ФАС Восточно-Сибирского округа в постановлении от 10.07.2012 по делу № А78-6489/2011 согласился с выводами антимонопольного органа, установившего в действиях доминанта нарушение пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, выразившееся в предъявлении требования о внесении платы, не соответствующей законодательно установленному размеру для заявленной потребителем максимальной мощности.

Аналогичная позиция отражена в постановлениях Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.06.2017 № Ф03-2180/2017 по делу № А04-9939/2016, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.12.2016 № Ф04-5125/2016 по делу № А46-2352/2016, Арбитражного суда Московского округа от 19.08.2015 № Ф05-10072/2015 по делу № А40-147969/14.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.01.2016 № Ф08-9181/2015 по делу № А53-11783/2015 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2016 № 308-КГ16-3253 было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации) сделаны следующие выводы: применение коэффициента уплотнения не предусмотрено нормативно-правовыми актами, определяющими величину платы за размещение одного куб. м твердых бытовых отходов (далее — ТБО) на полигоне, следовательно, такое условие договора фактически навязано обществу, поэтому доминант, взимая плату с учетом коэффициента уплотнения, нарушает права общества, доставляющего ТБО на полигон. Суд подтвердил правильность вывода антимонопольного органа о нарушении доминантом пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, выразившемся в злоупотреблении доминирующим положением путем навязывания невыгодных контрагенту условий и применения не предусмотренных действующим законодательством коэффициентов уплотнения к фактическому объему ТБО, принимаемых на полигон для утилизации.

ФАС Западно-Сибирского округа в постановлении от 20.02.2013 по делу № А27-9840/2012 поддержал выводы антимонопольного органа, который установил факт злоупотребления доминантом своим доминирующим положением на рынке железнодорожных перевозок путем обязывания третьего лица оформлять не предусмотренные действующим законодательством дополнительные документы для получения груза в контейнере (уведомления на вывоз контейнера, бланк которого официально не утвержден и не предусмотрен нормативными документами).

В указанных делах при доказывании навязывания невыгодных условий договоров суды приходили к выводу о заведомой неправомерности таких условий, которые не имеют экономического или технологического обоснования и не предусмотрены положениями нормативных правовых актов.

Следовательно, при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства необходимо определить основания включения в договор оспариваемых условий, а также оценить относимость таких условий к предмету договора.

3. В абзаце 2 пункта 4 постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» указано, что исходя из системного толкования положений статьи 10 ГК РФ и статей 3 и 10 Закона о защите конкуренции для квалификации действий (бездействия) как злоупотребления доминирующим положением достаточно наличия (или угрозы наступления) любого из перечисленных последствий, а именно: недопущения, ограничения, устранения конкуренции или ущемления интересов других лиц.

При этом согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 в отношении действий (бездействия), прямо поименованных в части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, наличие или угроза наступления соответствующих последствий предполагается и не требует доказывания антимонопольным органом.

Вместе с тем, как отмечено в пункте 1.5 Разъяснений Президиума ФАС России от 07.06.2017 № 8 «О применении положений статьи 10 Закона о защите конкуренции», утвержденного протоколом Президиума ФАС России от 07.06.2017 № 11, последствия в виде ограничения конкуренции и последствия в виде ущемления интересов влекут разную административную ответственность (за исключением случаев совершения правонарушения субъектом естественной монополии, ответственность которого предусмотрена в любом случае частью 2 статьи 14.31 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В связи с этим, при применении пунктов 1-11 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства следует определиться с вопросом о том, к каким последствиям приводят или могут привести рассматриваемые действия (бездействие): к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, либо к ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей (за исключением указанных выше случаев, когда рассматривается дело в отношении субъектов естественных монополий).

При этом, в случае выявления факта навязывания невыгодных условий договора о подключении (технологическом присоединении) лицам, не осуществляющим предпринимательскую деятельность, такие действия должны быть рассмотрены антимонопольным органом на предмет соответствия статьи 9.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

С.А. Пузыревский

Страховые услуги банков

Главная — Статьи

Одним из перспективных направлений деятельности банков индивидуального обслуживания является предоставление ими услуг по страхованию. Данное направление представляет собой создание страховых продуктов и проникновение в страховой сектор. Такая тенденция ускорила создание финансовых концернов в рамках национальных рынков, предоставляющих услуги как банковского, так и страхового сектора (например, Allianz, Citigroup, Credit Suisse, ING). В соответствии с российским законодательством коммерческие банки не могут оказывать напрямую страховые услуги. Однако консорциум со страховыми компаниями вполне легален.
В Европе и США в последнее время появились различные банковские и страховые концерны, осуществляющие предоставление услуг по банковскому страхованию. Среди них компании Fortis, Citigroup/Travellers и Credit Suisse. В Германии все более активны Allianz/Dresdner Bank и ERGO/HVB. Наряду с этим существуют модель AMB-Generali/Commerzbank и модель Deutsche Bank с Deutschen Herold, а также специфические отраслевые модели сберегательных касс и Volks- und Raiffeisenbanken Bausparkassen, характеризующиеся собственным страхованием и выдачей долгосрочных ссуд для индивидуального строительства. В настоящее время стратегия банковского страхования востребована как со стороны потребителей (клиентов), так и со стороны продавцов (банков и страховых компаний), что связано с рядом причин:
— клиенты в большей степени, чем раньше, обеспокоены проблемой ограждения себя от текущих опасностей и предупреждения будущих в силу экономико-политических, правовых и социально-демографических соображений (наибольшее взаимодействие банков и страховых компаний происходит при личном страховом обеспечении);
— современные финансовые продукты позволяют почти всем финансовым группам предоставлять стандартизированные и целевые консультации в рамках проектов финансового планирования, а также интегрировать процесс сбыта продуктов;
— доходы и прибыль банков в последнее время снижались, что и вызвало необходимость поиска нового рынка предоставления своих услуг;
— к банкам в Европе предъявляются все более жесткие требования, касающиеся размера собственного капитала, поэтому в расчете на увеличение доходов они предпочитают ограничиваться сделками, не влияющими на баланс. В данном случае банкам весьма полезно партнерство со страховыми компаниями, которое позволяет создавать дополнительные источники доходов без дальнейшей нагрузки на собственный капитал.

Офшорные центры

Название

Управляемые фонды

Банковские депозиты

Антигуа

350 млн долл.

Багамы

5 млрд долл.

350 млрд долл.

Бермуды

13 млрд долл.

100 млрд долл.

Виргинские острова

55 млрд долл.

75 млн долл.

Каймановы острова

50 млрд долл.

420 млрд долл.

Кипр

25 млрд долл.

1 млрд долл.

Вануату

100 млн долл.

Дублин

17 млрд долл.

100 млрд долл.

Гибралтар

2,5 млрд фунт. стерл.

Гернси

12 млрд фунт. стерл.

47 млрд фунт. стерл.

Остров Мэн

5 млрд фунт. стерл.

15 млрд фунт. стерл.

Джерси

20 млрд фунт. стерл.

80 млрд фунт. стерл.

Лабуан

400 млн долл.

Лихтенштейн

Люксембург

350 млрд долл.

520 млрд долл.

Мадейра

Мальта

600 млн долл.

Маврикий

3 млрд долл.

1,5 млрд долл.

Панама

25 млрд долл.

25 млрд долл.

Острова Теркс и Кайкос

100 млн долл.

Начиная предоставлять услуги по страхованию, коммерческий банк тем самым расширяет деловую модель финансовых учреждений и постепенно осваивает новые продукты, которые ранее не считались ключевыми. Реализацию разработанных продуктов по страхованию целесообразно осуществлять через уже имеющуюся филиальную сеть. Обеспечивая большие объемы сбыта одновременно как банковских, так и страховых продуктов, европейские банки стремятся развивать электронное обслуживание клиентов, что, в свою очередь, приводит к сокращению числа отделений. Однако система электронного обслуживания клиентов обладает существенным минусом: происходит ослабление связи с клиентами и потеря их части, что требует принятия определенных корректирующих мер (Через виртуальные сбытовые центры будет предоставляться не более 10% услуг по сбыту).

Внедрение в обычную банковскую деятельность новых страховых продуктов требует частичного пересмотра стратегии страхования. Наибольший эффект будет иметь объединение сбыта через банковские отделения, включая виртуальные, и сбыт через специализированных агентов в интегрированную сбытовую сеть, в которой будут сочетаться существенные преимущества банковских отделений, действующих в городе, и гибкость страховых агентств в сельских регионах, дополняемые доступными предложениями по Интернету для простых сделок.
Для банков предоставление страховых продуктов снижает риски. В настоящее время практикуется выравнивание рисков страхового сектора путем перестрахования внутри его. При банковском страховании это будет происходить между банками и страховыми компаниями.
Тенденция увеличения объемов предоставления банками страховых продуктов вызвала процесс консолидации на рынке страхования. На 75 крупнейших страховых организаций в ЕС (включая страховые компании и банковских страховщиков) приходится в настоящее время приблизительно 95% рынка.
Банковские страховщики показали гораздо более высокий рост и более низкие издержки по сравнению с другими компаниями по страхованию жизни. Кроме того, преимущество банков заключается в отлаженных контактах с клиентами.
Будущие успехи банковского страхования связаны с внедрением концепции обслуживания, ориентированной на предпочтения клиентов. Это более затратный путь, требующий выработки новых методов привлечения клиентов и интеграции различных элементов процесса обслуживания.
Развитие банковского страхования в Европе свидетельствует о все более тесном взаимодействии между банками и страховыми компаниями. При этом предпочтение отдается трем деловым стратегиям: интеграционной модели, модели партнерства и кооперации по сбыту. С возрождением банковского страхования кредитно-финансовые учреждения Европы предпринимают попытки индивидуализации портфеля продуктов банковских и страховых услуг с учетом потребностей клиентов, интеграции продаж и формирования оптимальной с точки зрения соотношения расходов и доходов стратегии создания продуктов и сбыта.
Предоставление услуг по банковскому страхованию различается по степени и структуре интеграции банковского и страхового бизнеса. Выделяют следующие стадии:
— кооперацию по сбыту;
— кооперацию с переплетением капиталов;
— слияние.
В настоящее время на рынке банковского страхования применяются следующие деловые модели:
— интеграционную модель;
— партнерство;
— кооперацию по сбыту.

Доля банковского страхования в общем объеме операций на рынке страхования жизни, %

Страна

2010 г.

2010 г.

Германия

13

25

Великобритания

18

12

Нидерланды

21

24

Италия

13

51

Франция

48

55

Испания

33

61

При интеграционной модели банк и страхование интегрируются в рамках концерна (Citigroup, Fortis, Allianz/Dresdner Bank, Credit Suisse). Существуют два варианта этой модели — параллельное и совместное появление на рынке. При параллельном выходе на рынок (Allianz, Citigroup, Credit Suisse) сохраняются разные марки, при совместном — банковские и страховые продукты продаются под одной маркой (Fortis).

Примечание. В интеграционной модели Allianz/Dresdner Bank каналы сбыта тесно переплетены с каналами страховых услуг. Около 1000 уполномоченных по страхованию банка Allianz обосновались в филиалах Dresdner Bank, тогда как 300 консультантов по ценным бумагам от Dresdner Bank в будущем будут предлагать клиентам в представительствах Allianz более сложные инвестиционные продукты. При этом для почти 1700 финансовых плановиков в 100 центрах должен быть значительно расширен мобильный сбыт. Хотя оба партнера выступают под своими фирменными знаками, их интеграция должна быть четко обозначена.

Модель партнерства характеризуется сохранением независимости обоих партнеров, хотя возможно и переплетение капиталов (Munchener Ruck-Gruppe с ERGO/HVB, AMB-Generali/Commerzbank, Sparkassen — Sektor, а также V+R — Sektor). При реализации стратегии банковского страхования партнеры действуют по-разному.

Примечание. ERGO и HVB согласились на дифференцированное по потребительским группам партнерство при слабом использовании персонала партнера. Лишь для обслуживания потребителей с высокими доходами привлекаются сотрудники партнера. Базисные продукты партнеров распространяются их собственными сотрудниками по сбыту самостоятельно. Модель партнерства AMB-Generali/Commerzbank предусматривает кадровое и организационное переплетение. Для координации деятельности по банковскому страхованию создана компания с 50-процентным участием каждого партнера. Предполагается, что сотрудники этой компании будут работать в филиалах Commerzbank (650 специалистов по страхованию) и AMB-Generali (350 экспертов по финансированию жилищного строительства).

В кооперации по сбыту участники действуют лишь как партнеры по сбыту (Citibank/CIV, Allianz/Raiffeisenkassen). Имеющиеся каналы сбыта и клиентская база используются партнерами для продажи собственных продуктов.

Примечание. Allianz продает свои продукты и через собственные каналы сбыта, и через крестьянские банки кредитования сельского хозяйства, здесь нет явного приспособления продуктов к потребностям банка-партнера или его клиентов. В отличие от этого CIV продает продукты только через Citibank в Германии и полностью приспосабливает свои продукты и процессы к потребностям банка-партнера.

Выбор стратегии банковского страхования напрямую зависит от специфики рынка предоставления данных услуг, продуктов и потребительских групп. Результат будет напрямую зависеть от выбранной модели. Таким образом, чем сильнее стимулируется способность банка и страховых компаний самостоятельно заключать договоры, тем интенсивнее создаются продукты, осуществляется системная поддержка сбыта и в конечном счете удовлетворяются потребности клиентов.
Возрастающая в Европе текущая интеграция банков и страховых компаний позволяет реализовать ощутимые преимущества в области повышения объема продаж продуктов и увеличить доходы.
Банки, реализуя такие услуги, проходят этапы:
— разработки продукта;
— поддержки сбыта;
— деловых связей и продаж;
— внутреннего управления.
Банковские страховые продукты должны стать обычной составной частью всей совокупности продуктов, которые предлагают банки. В мире наиболее предпочтительным считается интегрированный выход на рынок страховых продуктов банка. При необходимости обеспечить особые потребности клиентов создаются отдельные страховые продукты. Предлагая клиенту страховые продукты, банки индивидуального обслуживания делают акцент в основном на их налоговой эффективности.
Известные аналитики М.Х. Мартин и Ф. Мюллер на примере немецкого отделения американского банка Citibank показали, насколько прибыльным может быть обслуживание частных клиентов. В 2001 г. 5100 сотрудников Citibank Privatkunden AG заработали от продажи потребительских кредитов, кредитных карт и договоров страхования почти 800 млн евро, что на 20% больше, чем в 2000 г. Чтобы заработать 1 евро, банк расходовал менее 50 центов, что гораздо меньше, чем у крупных немецких банков. Последние нуждаются в реформах, поскольку имеют слишком много филиалов, обслуживающих слишком мало клиентов. В немецких банках потерпела фиаско хваленая концепция Allfinanz — концепция продажи всех финансовых продуктов из одних рук, хотя у Citibank эта система функционирует эффективно. 20% клиентов, имеющих жиросчет в этом банке, заключили с ним и договоры страхования, а каждый решившийся на страхование купил в среднем три других банковских продукта. Ни один из немецких конкурентов не имеет такой высокой квоты перекрестных сделок. Это отражается в их доходах: HypoVereinsbank потерял в 2001 г. 299 млн евро от сделок с частными клиентами. Стремясь радикально сократить издержки, немецкие банки объявляют о сокращении численности филиалов и сотрудников. Так, Dresdner Bank уже закрыл 275 филиалов. Для успешной работы филиалам требуется минимум 4000, а еще лучше 5000 клиентов. Сокращение филиалов — необходимый, но и опасный шаг, так как уход банка из той или иной местности может толкнуть клиентов перейти на обслуживание в многочисленные сберегательные кассы. И если раньше увести состоятельных клиентов из сберегательных касс было довольно просто, поскольку расположенные по соседству банки имели лучшие по сравнению с ними инвестиционные продукты, более выгодные иностранные предложения и более квалифицированное управление имуществом, то теперь вряд ли клиенты обратятся в крупные банки, ближайшие филиалы которых находятся от них на отдалении многих километров. Некоторые эксперты считают, что ни один банк не выживет с числом филиалов менее 600.

Как я возвращал деньги за дополнительные услуги навязанные банком при получении кредита.

Активные темы

  • Techno. (319)

    Steban Крутятся Диски 03:48

  • Что слушали в 1978-79 годах. Часть вторая (128)

    gros33 Видео 03:48

  • В проект нового КоАП внесли штрафы за отказ от обязательной вакц… (14)

    CesareBorgia Инкубатор 03:48

  • 70-летний дед из Флориды застрелил психопата, который залез к не… (56)

    laluxury Инкубатор 03:48

  • Пьяный вопрос бухим электрикам (91)

    RVstrax Инкубатор 03:48

  • Голикова вошла в состав наблюдательного совета «Курчатовско… (0)

    f983lda Инкубатор 03:47

  • В Москве за сутки умерло рекордное число пациентов с коронавирус… (80)

    CherryBone Инкубатор 03:47

  • Мужчины научились жить одни. Женщин это сильно злит (4518)

    Айдэн Тексты 03:47

  • Бывшая глава российского города сбежала в Англию с 79 миллионами… (111)

    Horizen8 События 03:47

  • Астрономия от астро деда! (2)

    Zamestas Инкубатор 03:47

  • Касатки атаковали яхту перед входом в Гибралтар (132)

    JSt Видео 03:46

  • И опять Коронавирус. Только статистика и немного выводов. (68)

    exLeft Инкубатор 03:46

  • Децл — лох? (42)

    Dikoy Инкубатор 03:44

  • Полицаи (638)

    Чумазоид Тексты 03:44

  • Лето жду! (3)

    Boojum Инкубатор 03:43

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *