Установление содержания иностранного права

Установление содержания иностранного закона в России и в других странах

Решение данной проблемы предполагает ответы на три вопро­са:

  1. кто должен устанавливать содержание иностранного права;
  2. как установить его содержание;
  3. какие юридические последствия возникнут, если содержание иностранного права не будет уста­новлено.

Кто должен устанавливать содержание иностранного права?

Правоприменительный процесс построен на постулате, что судья и другой правоприменительный орган знает свое право и его применяет. Но иностранное право судья не знает, не обязан знать и не может знать. Вот почему при применении иностран­ного права приобретает столь большое значение установление его содержания.

Решение вопроса, кто обязан это делать, предопре­деляется общим подходом к пониманию иностранного права.

Из рассмотренного выше концептуального подхода к пониманию иностранного права (характерен для стран континентального права) следует:

    1. суд по должности (ex officio) обя­зан применить иностранное право;
    2. суд применяет иностранное право как систему юридически обязательных предписаний (норм пра­ва);
    3. отсюда логически следует, что суд по должности обязан ус­тановить содержание применяемого права.

В ч. 1 ст. 1191 ГК это прямо закреплено: «При применении иностранного права суд… устанавливает содержание его норм…». Вместе с тем закон разрешает сторонам представить документы, подтверждающие содержание соответствующих норм иностранного права. Но стороны не обязаны это делать, и ко­нечная оценка и осознание содержания норм иностранного права являются обязанностью суда.

Однако по требованиям, связанным с осуществлением предпринимательской деятельности, «бремя дока­зывания содержания норм иностранного права может быть возло­жено судом на стороны». Если суд своим решением обяжет сто­роны представить доказательства содержания норм иностранного права, то это уже будет юридической обязанностью сторон. Суд перекладывает свою обязанность на стороны, но сохраняет за со­бой право оценить представленные доказательства. Обратим вни­мание, что данное правило сформулировано диспозитивно: суд может обязать стороны представить доказательства, но не обязан это делать. Данные правила воспроизведены в ст. 14 АПК 2002 г.

Установление содержания иностранного права в странах англо-американского права

Страны англо-американского права исходят из принципиаль­но иного отношения к иностранному праву и по-иному решают вопрос, кто обязан устанавливать его содержание.

Согласно англо-американской доктрине и практике суд при­меняет только свое собственное право, но он может признать субъективные права, возникшие под действием иностранного права. При этом иностранное право рассматривается как факти­ческое обстоятельство, которое наряду с другими фактическими обстоятельствами выступает доказательствами по делу. Предста­вить суду доказательства обязаны стороны, отсюда все доказа­тельства, связанные с содержанием норм иностранного права, под действием которых возникло спорное субъективное право, обязана представить заинтересованная сторона. Суд лишь оцени­вает представленные сторонами доказательства, в том числе и по поводу содержания конкретного правила иностранного права и обоснованности притязаний на основе этого правила. Следова­тельно, суд не применяет иностранное право как юридически обязательные предписания, а оперирует им как фактом по делу (as a fact).

Как установить содержание иностранного права?

Установление содержания иностранного права — исключи­тельно трудное дело, поэтому в ГК РФ (п. 2 ст. 1191) дается при­мерный перечень организаций, которые могут оказать содействие суду:

    1. Министерство юстиции РФ,
    2. иные компетентные органы или уч­реждения в России и за границей.

Кроме того, суд может при­влечь экспертов, воспользоваться помощью научно-исследователь­ских учреждений, дипломатических и консульских представи­тельств за рубежом.

Таким образом, имеются различные способы установления содержания иностранного права, к ним, в частности, относятся следующие:

    • обращение за содействием и разъяснениями к Министерству юстиции РФ и иным компетентным органам или организациям (например, в Торгово-промышленную палату РФ, научно-исследовательские организации);
    • обращение к органам или организациям иностранных государств;
    • привлечение в качестве экспертов соответствующих специалистов.

За границей, соответственно, за установлением содержания иностранного права в вопросах внешнеэкономической деятельности можно обратиться в торгово-промышленную палату иностранного государства (например, в Украине — в Харьковскую торгово-промышленную палату kcci.kharkov.ua/ru/urconsl).

Поскольку практика показала недостаточную эффективность использования этих способов для установления содержания иностранного права, в современных условиях проявляется тенденция более активного обращения к сторонам в деле. Так, в одном из решений федеральный арбитражный суд, отменяя решения нижестоящих инстанций, указал, что в целях установления содержания иностранного права и практики его применения суд вправе обратиться к лицам, участвующим в деле, с предложением представить документы, подтверждающие содержание соответствующих норм иностранного права.

Подробнее о международном сотрудничестве

Для более эффективного установления содержания иностранного права наряду с новым подходом к вопросам возложения бремени доказывания содержания иностранного права на стороны и более активным использованием органами юстиции новых технических возможностей в области информации большое значение приобретает развитие международного сотрудничества в этой области. Отметим, что Россия стала участницей Европейской конвенции об информации относительно иностранного законодательства 1968 г., в которой участвуют более 40 государств. Эта Конвенция предусматривает, что договаривающиеся стороны обязуются предоставлять друг другу в соответствии с ее положениями информацию относительно своего законодательства и процедур в гражданской и коммерческой сферах, а также относительно их судебной системы.

В европейских странах так же, как и в России, установление содержания иностранного права является обязанностью суда. При этом стороны, заинтересованные в применении иностранного права, также могут представлять информацию о его содержании. Так, по Гражданско-процессуальному кодексу Польши 1964 г. суд применяет иностранное право и устанавливает его содержание. При установлении содержания иностранного права суд вправе об­ратиться к министру юстиции с просьбой предоставить необходи­мую информацию или запросить заключение экспертов; заинтере­сованная сторона может также представить сведения об ино­странном праве.

Таким образом, концепция, нашедшая отражение в праве многих государств, согласно которой содержание иностранного права устанавливается судом по должности, но заинтересованные стороны могут представить свои доказательства, в настоящее вре­мя является преобладающей.

Какие последствия возникнут, если содержание иностранного права не будет уста­новлено?

Законы некоторых государств включают специальные пред­писания на этот случай. К числу таких государств следует отне­сти и Россию:

  • если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые меры, в разумные сроки не установлено, то применяется российское право (п. 3 ст. 1191 ГК).

Практически все государст­ва, законодательно решающие рассматриваемый вопрос, в этой ситуации предписывают применение своего собственного пра­ва — lex fori.

Поскольку определение понятия «разумные сроки» в приведенном пункте ст. 1191 не дается, это может быть установлено после того, как сложится практика в нашей стране. Это положение ГК РФ (ст. 1191) аналогично правилам, содержащимся в законодательстве многих других стран, например Швейцарии, Италии и Венгрии.

Подробнее

Применение данного правила предусмотрено в качестве крайней меры, когда, несмотря на предпринятые усилия, суду не удается установить содержание норм иностранного права. Законодательство некоторых стран (например, Италии) закрепляет для суда обязанность, до того как прибегнуть к этой мере, использовать другие коллизионные нормы, если таковые существуют, установленные в отношении тех же фактических обстоятельств. Как вытекает из закона, в правоприменительной практике российских судов использование правила, закрепленного в п. 3 ст. 1191 ГК РФ, допустимо также лишь в исключительных случаях (см. об этом подробнее в гл. 18).

Статья 1191. Установление содержания норм иностранного права

1. При применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

2. В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в Министерство юстиции Российской Федерации и иные компетентные органы или организации в Российской Федерации и за границей либо привлечь экспертов.

Лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм.

По требованиям, связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, обязанность по предоставлению сведений о содержании норм иностранного права может быть возложена судом на стороны.

3. Если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые в соответствии с настоящей статьей меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право.

Комментарий к статье 1191 Гражданского Кодекса РФ

1. В отечественной юриспруденции существует нигде формально не зафиксированная концепция, своими корнями, впрочем, восходящая к римскому праву, согласно которой «судьи знают законы» (jurus cor um legas). Эта концепция фактически превратилась в презумпцию, которая, в свою очередь, послужила основанием для укоренения практически не подвергаемой сомнению практики работы судов, когда попытки сторон прибегнуть к мнению эксперта в области отечественного права безоговорочно отвергаются судьями либо не принимаются во внимание. Исключением из этой широко распространенной концепции стали те нормы российского права, которые допускают возможность суда прибегнуть к каким-либо источникам сведений о содержании иностранного права.

2. Регулирование порядка установления содержания норм иностранного права имеет определенные традиции в отечественном праве. Так, коммент. ст. в значительной степени воспроизводит те положения, которые были закреплены в Основах гражданского законодательства (ст. 157). Суть концепции, на которой базируются нормы настоящей статьи, сформирована в европейском правопорядке и состоит в том, что суд, которому предстоит применять неизвестную ему норму иностранного права ex officio, должен применять ее так, как если бы ее применял иностранный суд. Бремя установления содержания норм иностранного права возложено на суд, который, руководствуясь установленным порядком, должен выяснить не только собственно содержание правовой нормы, но и порядок ее официального применения и толкования. В случае недостаточности официального толкования соответствующих норм допускается возможность прибегнуть к национальным доктринальным толкованиям применяемого закона.

В мировой практике существует и иная концепция регламентации порядка установления содержания норм иностранного права, которая развивается в правопорядках общего права. Суть этого подхода состоит в том, что нормы, которые содержатся в иностранном законодательстве, рассматриваются в качестве факта, который подлежит доказыванию заинтересованной стороной.

3. С нормами ГК, регулирующими порядок установления содержания норм иностранного права, корреспондируют нормы АПК и СК, которыми также регламентированы действия суда в этой сфере. При этом если в АПК почти дословно воспроизведен текст коммент. ст., то в СК установлены и определенные особенности. Так, в соответствии со ст. 167 СК нормы иностранного семейного права не подлежат применению, если такое применение вступает в противоречие с основами российского правопорядка (публичного порядка). В этом случае применению подлежат нормы законодательства Российской Федерации. В ГПК отсутствуют нормы, регулирующие процедуру установления содержания норм иностранного права, но это не означает отсутствие соответствующего порядка в судах общей юрисдикции. Судьи общих судов при разрешении гражданско-правовых споров должны опираться на нормы, содержащиеся в коммент. ст.

4. Реализация возможности установления норм иностранного права возможна двумя путями. Прежде всего, суд может прибегнуть к официальным источникам получения информации, главным из которых является Минюст РФ. На Минюст возложена обязанность по обмену правовой информацией с иностранными государствами (пп. 27 п. 7 Указа Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1313 «Вопросы Министерства юстиции Российской Федерации»). Как правило, Минюст заключает международные договоры, в которых содержатся положения об обмене сведениями о законодательстве, что является основанием для обращения с запросами к министерствам юстиции иностранных государств.

Кроме того, официальными источниками являются и иные компетентные органы или организации, как российские, так и зарубежные. В законодательстве не развернуто понятие компетентных органов, однако под таковыми, видимо, следует понимать официальные государственные органы, обладающие соответствующей информацией. Что касается обращения к зарубежным компетентным органам, то правовой основой для такого обращения, в частности, является Европейская конвенция об информации относительно иностранного законодательства (Лондон, 7 июня 1968 г.) (Бюллетень международных договоров. 2000. N 1). Россия, будучи правопреемницей СССР, считается присоединившейся к этой Конвенции с 13 мая 1991 г. В соответствии со ст. ст. 11 и 12 Конвенции получающее запрос учреждение обязано принять меры по этому запросу (за исключением случаев, если делом, из которого возник запрос, затрагиваются интересы соответствующего государства или если оно считает, что ответ может нанести ущерб его суверенитету или безопасности). В рамках СНГ действует Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. В соответствии с этой Конвенцией на центральные учреждения юстиции государств СНГ возложена обязанность на основании просьбы предоставлять сведения о действовавшем или действующем на их территории законодательстве и практике его применения учреждениями юстиции.

Для получения информации о содержании норм иностранного права суд вправе прибегнуть к экспертам, т.е. лицам, обладающим необходимыми познаниями в соответствующей области. На практике в качестве экспертов выступают профессора права, ученые, специализирующиеся в той или иной сфере правоведения. Кроме того, в качестве экспертов могут выступить иностранные адвокаты. Для деятельности иностранных адвокатов как экспертов есть и специальная правовая основа, поскольку в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокаты иностранного государства могут оказывать юридическую помощь на территории Российской Федерации по вопросам права данного иностранного государства. Те заключения, которые будут подготовлены экспертами, судами рассматриваются и оцениваются в качестве доказательств.

Помимо того, не исключается возможность получения необходимых сведений от участников процесса. Некоторые особенности получения судом информации об иностранных правовых нормах установлены для коммерческих споров: суд может возложить бремя доказывания содержания норм иностранного права на стороны (одну из сторон) ведущегося процесса. Вопрос о том, распространяется ли это правило на рассматриваемый им спор, в каждом конкретном случае должен решаться с учетом двух критериев — правового статуса стороны, который определяется на основании ее личного закона (ст. ст. 1201 — 1203 ГК), и характера спорных правоотношений, переданных на разрешение суда.

Закон предусматривает возможность установления содержания норм иностранного права и «иным образом». На практике стороны приглашают в суд иностранных экспертов в правовой области, которые допрашиваются судом. В этом случае высказанное такими специалистами мнение имеет характер доказательства, которое подлежит оценке в совокупности с иными доказательствами, в том числе — не исключено — и вместе с конкурирующими мнениями иных экспертов.

5. В п. 3 коммент. ст. применительно к целям регулирования в данном случае развернуто конституционное положение, не допускающее отказ в правосудии (ст. 46 Конституции). В случае если суду, несмотря на предпринятые усилия, не удается установить содержание норм иностранного права, спор подлежит разрешению в соответствии с нормами российского законодательства. Отказ в разрешении спора недопустим даже в том случае, если судом возложено бремя доказывания норм иностранного права на одну или обе стороны, но они не исполнили этой обязанности. И в этом случае спор должен решаться на основании норм российского права. Представляется, что в этом случае суд должен прибегнуть к аналогии, обратившись к наиболее близкому правовому институту российского законодательства.

Общие начала правоприменения в международном частном праве

6.2. Проблемы, связанные с применением иностранного права

6.2.1. Общий подход к пониманию иностранного права

Национальное (внутреннее) право государств в отличие от международного публичного права обладает территориальным характером, т.е. действует в пределах территории своего государства. Однако интересы международного общения требуют признания и применения в определенных пределах иностранного права. В этих случаях говорят об экстратерриториальном действии права . При перемещении человека из одного государства в другое за ним сохраняются имущественные и личные неимущественные права, приобретенные на основе права первого государства. Например, право собственности на автомобиль, состояние в браке, право на имя и пр. признаются на территории иностранного государства, тем самым признается действие норм иностранного права, на основе которых эти права возникли. Экстратерриториальное действие иностранного права, в том числе норм публичного права, приобретает все более широкий характер.

Экстратерриториальное действие права — явление многоаспектное, охватывающее как частное, так и публичное право. Особое место в нем занимает применение иностранного права. Здесь уже речь идет о правоприменительном процессе, осуществляемом судом и другими правоприменительными органами. Если экстратерриториальное действие права в целом — это преимущественно пассивное признание иностранного права (точнее, субъективных прав, возникших под действием иностранного права), то применение иностранного права — это активная деятельность правоприменительных органов по разрешению каких-либо вопросов на основе норм иностранного права. Последнее характерно для частного права, включая международное частное право.

Выделим три принципиальных положения, определяющих основы применения иностранного права.

  1. На территории данного государства иностранное право может применяться лишь при наличии прямых предписаний об этом национального права. Такие предписания устанавливаются национальными коллизионными нормами, причем не любыми, а двусторонними. Благодаря двусторонним коллизионным нормам коллизия права может быть решена как в пользу своего собственного, отечественного права, так и иностранного. Коллизионно-правовая норма юридически обязательна для всех органов и должностных лиц государства, и если она отсылает к иностранному праву, то оно должно применяться всеми органами и должностными лицами в силу юридически обязательного предписания коллизионной нормы. Коллизионная норма — это юридическое основание применения иностранного права на территории данного государства. Коллизионное право в целом — это мост, связывающий национальную правовую систему с иностранным правом.
  2. Национальное право предусматривает общие принципы, на которых строится применение иностранного права, методы установления его содержания, порядок применения иностранного права, а также пределы его применения.
  3. Применение иностранного права осуществляется также в соответствии с общепризнанными принципами международного права. Основы применения иностранного права определяются такими принципами международного права, как суверенное равенство государств, самоопределение, невмешательство во внутренние дела. В соответствии с этими принципами государства обязаны уважать право друг друга свободно определять свою политико-правовую систему и не препятствовать ее функционированию. Право государства издавать и применять законы является одним из его суверенных прав, которые должны уважаться другими государствами. Правоприменительные органы должны с уважением относиться к применяемому иностранному праву, его особенностям с тем, чтобы предписания иностранного права были реализованы с максимальной тщательностью. Уважение иностранного права вытекает из принципа суверенного равенства государств.

Следовательно, иностранное право применяется на основе и в рамках национального права и в соответствии с общепризнанными принципами международного права.

Общие начала применения иностранного гражданского права в России сформулированы в разд. VI Гражданского кодекса. Применению иностранного права посвящены пять статей: 1188 «Применение права страны с множественностью правовых систем», 1189 «Взаимность», 1191 «Установление содержания норм иностранного права», 1192 «Применение императивных норм», 1193 «Оговорка о публичном порядке».

Применение иностранного права предусмотрено также в ст. 11 ГПК РФ 2002 г., согласно которой суд при разрешении гражданских дел не только применяет нормы российского права, источники которого перечислены в п. 1 этой статьи, но и «в соответствии с законом или международным договором Российской Федерации при разрешении дел применяет нормы иностранного права» (п. 5). В этой норме закреплено несколько положений, имеющих принципиальное значение для российской концепции применения иностранного права: 1) иностранное право применяется судом, а значит, и другими правоприменительными органами; 2) применение иностранного права при наличии отсылки к нему в российском законе или в международном договоре является юридической обязанностью суда; 3) иностранное право понимается как система правовых норм («применяет нормы иностранного права»), т.е. как юридическая субстанция (аналогичное правило закреплено в п. 5 ст. 13 АПК РФ 2002 г.).

Положения ст. 11 ГПК и ст. 13 АПК получили развитие в ст. 1191 ГК, значение которой шире ее официального названия «Установление содержания иностранного права». Именно она определяет общие начала применения иностранного права в России. Во-первых, в ее первой части подтверждены положения, сформулированные в ст. 11 ГПК и ст. 13 АПК: иностранное право применяется судом и другими правоприменительными органами. Во-вторых, сформулирован общий подход к пониманию иностранного права. Общий подход имеет столь важное значение, что заслуживает того, чтобы ч. 1 ст. 1191 воспроизвести полностью: «При применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве».

Согласно этой норме подлежащее применению иностранное право рассматривается как живой социальный организм, функционирующий в единстве и взаимодействии со всеми элементами правовой действительности, особенно с юридической практикой и правосознанием, соответствующего иностранного государства, составляющими его единую правовую систему . Формулировка ч. 1 ст. 1191 соответствует Семейному кодексу РФ (ч. 1 ст. 166), она почти в том же виде была закреплена в предшествующем законодательстве — в п. 1 ст. 157 Основ гражданского законодательства 1991 г. Это свидетельствует о ее признании. Кстати, подобный подход к пониманию подлежащего применению иностранного права всегда обосновывала российская наука международного частного права.

Устанавливая содержание норм иностранного права, подлежащего применению по предписанию российской коллизионной нормы, судья, разумеется, прежде всего обращается к официальным текстам законодательных актов соответствующего государства. Но сами по себе тексты недостаточны. Чтобы правильно применить правовые нормы для разрешения конкретного дела, их надо правильно осознать в контексте всей правовой системы данного государства. При этом судья не вправе руководствоваться своим правосознанием, которое вытекает из российского права и является его продолжением и которое ведет к ложному осознанию нормы иностранного права; он должен руководствоваться господствующим в данном иностранном государстве правосознанием. Вот почему суд, как предписывается ст. 1191 ГК, должен обратиться к официальному толкованию норм иностранного права (официальное — значит юридически обязательное; оно может содержаться в документах, принимаемых парламентом, правительством, в разъяснениях судебных органов и других актах), которое разъясняет содержание правовой нормы, исходя из господствующего правосознания.

Суд также может обратиться к доктрине иностранного государства. Доктрина — это частное мнение и частное правосознание автора. Однако в учебниках, в научных работах неизбежно отражаются и господствующее правосознание, и общепринятое толкование правовых норм. Очень часто учебники являются тем первичным материалом, с помощью которого судья знакомится с иностранным правом. И наконец, суд должен обратиться к практике применения норм права в соответствующем государстве. Значение практики для понимания права трудно переоценить: судебные решения раскрывают право «реальное», «живое», приспособленное к конкретным фактическим обстоятельствам.

Исходя из изложенного можно сделать вывод, что задача суда заключается в том, чтобы применить иностранное право так, как оно применяется у себя на родине. Иначе говоря, российский судья должен как бы встать на позиции, например, французского судьи и решить дело так, как решил бы его французский судья на основе французского права. Понятно, что это крайне трудная задача. Тем более что и практикой применения иностранного права наши суды не богаты. Такая практика существует при рассмотрении внешнеэкономических споров. Нельзя не отметить, что и в западных странах, где дела международного характера рассматриваются довольно часто, к применению иностранного права относятся настороженно. По признанию известного коллизиониста Е. Рабеля, «национальные суды мира при всем том, что делает их гордостью своих стран, оказались не в состоянии содействовать формированию сколько-нибудь надежного комплекса коллизионных норм… Даже суды, известные своим уважением к иностранному праву в принципе, часто делают это от случая к случаю, в силу вежливости, а не подчиняясь юридической обязанности, нанося таким образом ущерб подлинному применению права, открывая простор непредсказуемой местной политике».

6.2.2. Установление содержания иностранного права

Решение данной проблемы предполагает ответы на три вопроса: кто должен устанавливать содержание иностранного права, как установить его содержание и какие юридические последствия возникнут, если содержание иностранного права не будет установлено.

1. Правоприменительный процесс построен на постулате, что судья и другой правоприменительный орган знает свое право и его применяет. Но иностранное право судья не знает, не обязан знать и не может знать. Вот почему при применении иностранного права приобретает столь большое значение установление его содержания. Решение вопроса, кто обязан это делать, предопределяется общим подходом к пониманию иностранного права. Из рассмотренного выше концептуального подхода к пониманию иностранного права следует: 1) суд по должности — ex officio — обязан применить иностранное право; 2) суд применяет иностранное право как систему юридически обязательных предписаний (норм права); 3) отсюда логически следует, что суд по должности обязан установить содержание применяемого права. В ч. 1 ст. 1191 ГК это прямо закреплено: «При применении иностранного права суд… устанавливает содержание его норм…» Такой подход характерен для стран континентального права.

Страны англо-американского права исходят из принципиально иного отношения к иностранному праву и по-иному решают вопрос, кто обязан устанавливать его содержание.

Согласно англо-американской доктрине и практике суд применяет только свое собственное право, но он может признать субъективные права, возникшие под действием иностранного права. При этом иностранное право рассматривается как фактическое обстоятельство, которое наряду с другими фактическими обстоятельствами выступает доказательствами по делу. Представить суду доказательства обязаны стороны, отсюда все доказательства, связанные с содержанием норм иностранного права, под действием которых возникло спорное субъективное право, обязана представить заинтересованная сторона. Суд лишь оценивает представленные сторонами доказательства, в том числе и по поводу содержания конкретного правила иностранного права и обоснованности притязаний на основе этого правила. Следовательно, суд не применяет иностранное право как юридически обязательные предписания, а оперирует им как фактом по делу (as a fact).

Согласно классической английской доктрине «единственным законом, применяемым судьей, является закон места рассмотрения дела (lex fori)… Но ввиду наличия в деле иностранного элемента иностранный закон — это факт, который должен быть принят во внимание…» . Если вопрос об иностранном праве не поднимается заинтересованной стороной, то суд решает дело на основе английского права, даже «когда дело связано исключительно с каким-либо иностранным государством». Бремя доказывания содержания иностранного права лежит на той стороне, которая ссылается на иностранное право. «Таким образом, иностранное право считается вопросом факта, но это — вопрос факта особого рода».

В российском праве, как уже было сказано, принципиально иная позиция по поводу иностранного права: суд по должности применяет иностранное право и по должности устанавливает его содержание. Вместе с тем закон разрешает сторонам представить документы, подтверждающие содержание соответствующих норм иностранного права: согласно абз. 2 п. 2 ст. 1191 «лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм». Но, во-первых, стороны не обязаны это делать, во-вторых, конечная оценка и осознание содержания норм иностранного права являются обязанностью суда.

Несколько иной подход к установлению содержания иностранного права предусмотрен в абз. 3 этого же пункта. Этот особый подход может применяться лишь к определенной категории дел, а именно: по требованиям, связанным с осуществлением предпринимательской деятельности. По таким делам «бремя доказывания содержания норм иностранного права может быть возложено судом на стороны». Если суд своим решением обяжет стороны представить доказательства содержания норм иностранного права, то это уже будет юридической обязанностью сторон. Суд перекладывает свою обязанность на стороны, но сохраняет за собой право оценить представленные доказательства. Обратим внимание, что данное правило сформулировано диспозитивно: суд может обязать стороны представить доказательства, но не обязан это делать. Данные правила воспроизведены в ст. 14 АПК 2002 г.

2. Установление содержания иностранного права — исключительно трудное дело, поэтому в ГК РФ (п. 2 ст. 119) дается примерный перечень организаций, которые могут оказать содействие суду. Такой же перечень присутствует и в ст. 166 СК РФ. Это Министерство юстиции РФ, иные компетентные органы или учреждения в России и за границей. Кроме того, суд может привлечь экспертов, воспользоваться помощью научно-исследовательских учреждений, дипломатических и консульских представительств за рубежом.

Еще в советское время существовала практика обращения судов и нотариальных контор для получения сведений об иностранном праве в Министерство юстиции. В свою очередь, Минюст может в установленном порядке запросить такие сведения в учреждении юстиции иностранного государства. Положением о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденном Указом Президента от 2 августа 1999 г., осуществление обмена правовой информацией с иностранными государствами отнесено к основным функциям Министерства (подп. 20 п. 6).

Значительную роль в решении этой проблемы играют договоры об оказании правовой помощи, в которые часто включают правила о предоставлении информации о действующем праве. Так, Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенная между государствами СНГ в 1993 г., предусматривает, что центральные учреждения юстиции Договаривающихся Сторон по просьбе представляют друг другу сведения о действующем или действовавшем на их территориях внутреннем законодательстве и о практике его применения учреждениями юстиции (ст. 15). Аналогичные положения есть в договорах о правовой помощи с Албанией (ст. 15), Болгарией (ст. 15), Венгрией (ст. 12), Италией (ст. 15), Польшей (ст. 14), Финляндией (ст. 15), Югославией (ст. 14) и др.

В 1968 г. под эгидой Совета Европы была заключена Европейская конвенция об информации относительно иностранного законодательства. Она предусматривает специальный механизм, призванный облегчить процесс установления содержания иностранного права. Каждое договаривающееся государство создает на своей территории Специальный орган (его обязанности могут быть возложены на любую существующую организацию). В случае необходимости суды одного государства через Специальный орган своего государства обращаются в Специальный орган другого государства за информацией о его праве. Специальный орган либо сам готовит ответ, либо передает запрос в другой официальный орган, компетентный ответить на поставленные вопросы. Информация передается безвозмездно. Россия участвует в Конвенции с 13 мая 1991 г.

В европейских странах так же, как и в России, установление содержания иностранного права является обязанностью суда. При этом стороны, заинтересованные в применении иностранного права, также могут представлять информацию о его содержании. Так, по Гражданско-процессуальному кодексу Польши 1964 г. суд применяет иностранное право и устанавливает его содержание. При установлении содержания иностранного права суд вправе обратиться к министру юстиции с просьбой предоставить необходимую информацию или запросить заключение экспертов; заинтересованная сторона может также представить сведения об иностранном праве.

Более лаконично этот вопрос решен в австрийском Законе о международном частном праве 1978 г.: «…иностранное право устанавливается по долгу службы. Допустимыми подсобными средствами для этого являются: содействие сторон, справки Федерального Министерства юстиции и заключения экспертов» (§ 4). Согласно швейцарскому Закону о международном частном праве также «содержание подлежащего применению иностранного права устанавливается по долгу службы» и к этому могут привлекаться стороны. Однако дополнительно предусматривается возможность перекладывания бремени доказывания на стороны: «По имущественно-правовым требованиям бремя доказывания может быть переложено на стороны» (ст. 16).

Данная новелла не является императивной, но если суд примет такое решение, то стороны целиком будут нести ответственность за установление содержания иностранного права. Важно отметить, что право суда в определенных случаях возложить бремя доказывания содержания иностранного права на стороны воспринято ст. 1191 ГК РФ.

Таким образом, концепция, нашедшая отражение в праве многих государств, согласно которой содержание иностранного права устанавливается судом по должности, но заинтересованные стороны могут представить свои доказательства, в настоящее время является преобладающей.

3. Последний вопрос, связанный с установлением содержания иностранного права: какие юридические последствия могут возникнуть, если содержание иностранного права не будет установлено? Законы некоторых государств включают специальные предписания на этот случай. К числу таких государств следует отнести и Россию: если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые меры, не установлено, то применяется российское право (п. 3 ст. 1191 ГК). Практически все государства, законодательно решающие рассматриваемый вопрос, в этой ситуации предписывают применение своего собственного права — lex fori (ст. 7 Закона о международном частном праве Польши; п. 3 § 5 Закона о международном частном праве Венгрии; § 4 Закона о международном частном праве Австрии; п. 2 ст. 16 Закона о международном частном праве Швейцарии и др.).

Установление содержания норм иностранного права

Разрешая дела, суды применяют в соответствии с федеральными законами и международными договорами РФ нормы права иностранных государств (ч. 5 ст. 11 ГПК РФ;

ч. 5 ст. 13 АПК РФ). Федеральный закон или международный договор РФ (а согласно ч. 5 ст. 13 АПК РФ и заключенное в соответствии с ними соглашение сторон) определяют основания и условия применения иностранного права к частноправовым отношениям с иностранным элементом.

Суд не обязан изначально знать содержание норм иностранного права, к которому отсылает отечественная коллизионная норма. Но если коллизионный вопрос решен и применению подлежит иностранное право, то суд должен определить содержание его норм. Именно суду, а не сторонам, ссылающимся на нормы иностранного права в обоснование своих требований или возражений, вменяется в обязанность установить их содержание. Следовательно, суд устанавливает содержание норм иностранного права по своей инициативе и в силу обязанности, возложенной на него законом (ex officio) – ГК РФ (ст. 1191), СК РФ (ст. 166), АПК РФ (ст. 14).

Установление содержания иностранного права имеет целью не выявление фактического обстоятельства, имеющего значение для рассмотрения дела, а определение нормативно-правовой основы принимаемого решения, как этого требует федеральный закон или международный договор РФ. Иными словами, в российском суде иностранное право рассматривается как правовая категория, а не как обстоятельство, подлежащее доказыванию наряду с другими обстоятельствами, имеющими значение для рассмотрения дела. Введение в п. 2 ст. 1191 нормы, разрешающей суду по требованию, связанному с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, возлагать обязанность по предоставлению сведений о содержании норм иностранного права на стороны, не может рассматриваться как отступление от этого принципиального подхода. Разумеется, непредставление или представление не в полном объеме соответствующей стороной сведений, обосновывающих содержание норм иностранного права, может повлечь для этой стороны неблагоприятные последствия, но в любом случае оценка судом представленных сведений не должна входить в противоречие с требованием п. 1 указанной статьи применять иностранное право так, как оно применяется «у себя на родине».

Содержание норм иностранного права устанавливается не только судами общей юрисдикции, арбитражными судами, третейскими судами, но и иными органами, управомоченными применять иностранное право. В СК РФ речь идет об установлении содержания норм иностранного права судом или органами записи актов гражданского состояния и иными органами (ст. 166). Применение иностранного права нотариатом предусматривается в ст. 104 Основ законодательства РФ о нотариате.

Основные требования, предъявляемые законодателем к процедуре установления содержания иностранного права, изложены в п. 1 ст. 1191 ГК РФ, п. 1 ст. 14 АПК РФ и п. 1 ст. 166 СК РФ. Эти правила в основном тождественны, но имеются и некоторые различия.

Первоочередным является требование применять иностранное право таким образом, как оно применяется «у себя на родине». Орган, применяющий нормы иностранного права, устанавливает их содержание в соответствии с официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

В целях установления содержания норм иностранного права суды и иные применяющие его органы вправе обращаться за содействием и разъяснениями в Министерство юстиции РФ и другие компетентные органы и учреждения в Российской Федерации и за границей либо привлекать экспертов.

Законодатель разрешает лицам, участвующим в деле, представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм. В СК РФ предусмотрено, что заинтересованные лица могут иным образом содействовать суду или органам записи актов гражданского состояния и другим органам в установлении содержания норм иностранного семейного права.

В тех случаях, когда содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право. В отличие от п. 3 ст. 1191 ГК РФ и п. 3 ст. 14 АПК РФ в п. 2 ст. 166 СК РФ говорится о применении в таких случаях законодательства РФ, причем указание на «разумные сроки» не приводится.

Международные договоры РФ содержат обязательства сторон осуществлять обмен информацией по правовым вопросам. Так, Минская конвенция 1993 г. закрепила договоренность об обмене между центральными учреждениями юстиции сторон информацией о действующем (действовавшем) на их территории внутреннем законодательстве и о практике его применения учреждениями юстиции. В двусторонних договорах о правовой помощи между Российской Федерацией и Азербайджаном, Киргизией, Латвией, Литвой, Молдавией, Эстонией учреждениями юстиции, предоставляющими сведения о законодательстве и о вопросах его применения, названы министерства юстиции и прокуратуры.

По Киевскому соглашению 1992 г. высшие судебные органы и министерства юстиции государств – участников Соглашения предоставляют друг другу сведения о действующем или действовавшем в их государствах законодательстве и практике его применения.

Модель ГК для стран СНГ в основном воспроизвела положения ст. 157 Основ 1991 г. об установлении содержания иностранного права. По сравнению с Основами Модель ГК для стран СНГ расширила возможности сторон содействовать суду в установлении содержания норм иностранного права и ввела указание на «разумные» сроки, по истечении которых при невозможности установить содержание соответствующих норм применяется право страны суда.

Заключив Европейскую конвенцию об информации относительно иностранного законодательства, государства – члены Совета Европы, участвующие в Конвенции, приняли на себя обязательства предоставлять друг другу информацию относительно своего законодательства и процедур в гражданской и коммерческой сферах, а также относительно их судебной системы. Каждая Договаривающаяся Сторона должна создать или назначить единый орган для получения запросов о такой информации от другой Договаривающейся Стороны («получающее учреждение») и принятия мер по этим запросам, а также орган для получения запросов об информации от своих судебных властей и препровождения их компетентному иностранному получающему учреждению («препровождающее учреждение»), В Российской Федерации функции «получающего учреждения» и «препровождающего учреждения» осуществляет Министерство юстиции РФ.

Суть коллизионной привязки «закон валюты долга» заключается в том, что

а) она представляет собой собственное право контракта

б) она выражает закон существа отношения

*в) если сделка заключена в определенной валюте, то валютный статут отношения подчиняется праву того государства, в чьей валюте выражено обязательство

г) она отражает критерий реальной связи

Форма совершения сделки в соответствии с законодательством РФ подчиняется праву …

а) места исполнения договора

*б) места совершения акта

в) страны суда

г) страны продавца

Коллизионная привязка «личный закон физического лица» понимается как закон …

а) государства места рождения индивида

*б) гражданства и (или) закон домицилия

в) наиболее тесной связи

г) места фактического проживания лица

Для определения личного закона юридического лица в ГК РФ закреплена теория …

*а) инкорпорации

б) эффективного места деятельности

в) контроля

г) оседлости

Под коллизионной взаимностью понимается …

*а) применение права иностранного государства только в том случае, если в этом иностранном государстве применяется право страны суда

б) уравнивание иностранцев в правах с местным населением

в) предоставление равных прав гражданам разных государств

г) взаимность, предусмотренная в международном договоре

Иностранное право необходимо толковать и применять …

а) точно так же, как и собственное право страны суда

б) в соответствии с принципами, установленными в Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.

*в) так, как иностранное право толкуется и применяется в его «родном» государстве «родным» судьей

г) на основе международных правовых обычаев и правил международной вежливости

Сущность проблемы квалификации понятий коллизионной нормы состоит в необходимости …

а) дифференциации объема коллизионной нормы

б) применения международного публичного права

в) учитывать резолюции международных организаций

*г) определить, с точки зрения права какого государства необходимо толковать юридические категории, содержащиеся в коллизионной норме

Термин «коллизии коллизий» означает столкновение…

а) коллизионных и материально-правовых норм

б) коллизионных и процессуальных норм

в) договорных и обычных коллизионных норм

*г) коллизионных норм между собой

Термин «хромающие» отношения означает отношения, …

а) по-разному регулируемые в праве разных государств

б) известные в международном публичном праве, но не известные в МЧП

в) связанные с конфликтом юрисдикции

*г) порождающие юридические связи в одном государстве, и юридически ничтожные в другом

Бремя доказывания иностранного права может быть возложено на стороны при рассмотрении споров по …

а) делам о расторжении брака

*б) требованиям, связанным с осуществлением предпринимательской деятельности

в) делам особого производства

г) требованиям, выраженным в иностранной валюте

Термин «скрытые коллизии» означает …

а) столкновение норм права одного государства

б) коллизии норм международного договора и международного обычая

*в) применение одних и тех же терминов к разным явлениям в коллизионном праве

г) интертемпоральные коллизии

При установлении содержания иностранного права необходимо учитывать …

а) положения Гаагской конвенции о международном гражданском процессе 1954 г.

б) коллизионное право страны суда

в) порядок судопроизводства в иностранном государстве

*г) официальное толкование, практику применения и доктрину в соответствующем иностранном государстве

Суть обратной отсылки

а) отсылка к нормам международного договора

б) отсылка к правилам международной вежливости

*в) избранное на основе коллизионной нормы страны суда иностранное право отказывается регулировать спорное правоотношение и отсылает обратно к закону суда

г) разновидность коллизионной взаимности

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *