Тварь это оскорбление или нет?

Культура ВРН

В ходе семинара доктор филологических наук, профессор Иосиф Стерин рассмотрел три вопроса: как писать так, чтобы вас не обвинили в унижении чести и достоинства кого-либо, как реагировать на сложные ситуации в социальной сети и запреты и ограничения в законе относительно употребления нецензурной лексики в СМИ.

— Что такое оскорбление и унижение чести и достоинства? Слово оскорбление имеет бытовое значение и юридическое. Бытовое значение слова оскорбить – это сильно обидеть.
Есть глагол оскорбиться. Человек может оскорбиться на то, что его не позвали на день рождения, не предложили освободившееся место заместителя или назвали некомпетентным. В этом значении оскорбился значит сильно обиделся. Обидеться можно на что угодно, потому что обида – это субъективное чувство.
Теперь юридическое понятие: оскорбление — это унижение чести и достоинства в неприличной (нецензурной) форме. Если нет нецензурного слова, значит, и оскорбления нет. Юридическое значение определено постановлением Верховного суда. Раньше за оскорбление чести и достоинства человека на обвиняемого ложилась уголовная ответственность, теперь же это считается административным нарушением. Мы долго боролись, чтобы оскорбление чести и достоинство одного человека другим не делало последнего уголовным преступником.
Унижение чести и достоинства – это публичное сообщение о нарушении человеком моральных норм и закона.
Подонок, негодяй – это не оскорбления, потому что подонок – это очень плохой человек, который мне не нравится. Вот если назвать человека мошенником или вором, это уже будет оскорблением.

Не всякие бранные слова оскорбляют. Важно смотреть, сообщаются публично нарушения норм и законов или нет. Привожу пример: один судья подал иск на человека, который во время судебного заседания, будучи недовольным судебным процессом, ушёл с заседания, назвав судью идиотом. Кто такой «идиот»? Есть два значения: первое – это очень глупый человек, а второе, медицинское, — больной идиотизмом. Это не медицинская ситуация, значит, значение оценочное. Быть глупым человеком – это нарушение закона или моральных норм? Нет. Придурок, дурак – это не оскорбления в юридическом смысле.
Одна соседка назвала другую тварью козлиной. Вот слово тварь ей показалось недостаточно обидным, слово козёл она не смогла применить к девушке, поэтому она от слова козёл образовала прилагательное козлиная. Оскорбление это или нет? Это обида, но судиться по этому поводу нельзя.
Также нужно понимать, что есть утверждение, а есть мнение. Суды рассматривают утверждения. Если есть маркеры мнения «я думаю», «я полагаю», «можно предположить», то сказанное не должно рассматриваться как оскорбление. Если я назову человека вором или скажу: «Как можно было этого вора поставить на должность руководители администрацией!», это будет оскорблением. Воровать – это нарушение закона и моральных норм. В этом примере я утверждаю, значит, это оскорбление. А если я скажу: «А можно ли ставить вора главой администрации?» или скажу, что человек ведет себя, как типичный вор, или похож на вора, это уже не подсудно, потому что это моё субъективное мнение. У нас по Конституции каждый имеет право высказывать своё мнение.
Не так давно в интернете был опубликован стоп-лист – какими словами нельзя назвать свой сайт, домен или электронную почту. Мне удалось этот стоп-лист достать. Нельзя, например, назвать свой сайт «жопа.ру». В этом листе было около 8000 слов. Но я большинство из них никогда не слышал, они искусственные. Реально где-то около 1000 слов содержат нецензурные корни.
Роскомнадзор утвердил список нецензурных слов, но найти его оказалось совершенно невозможно. Но где-то список был опубликован, и, судя по тому, что говорят, у нас есть всего 4 нецензурных слова: это наименование мужского полового органа на букву «Х», женского полового органа на букву «П», наименование совокупления на букву «Е» и женщины распутного поведения на букву «Б». Ну, и все слова, содержащие эти корни (а таких у нас много).
Если мы пишем, критикуем, мы должны использовать маркеры мнения (мне кажется, по моему мнению и т.д.). И в суде надо доказывать, что журналист может высказывать свою точку зрения. Так же вы можете справедливо назвать человека вором, но соответствует ли это действительности, устанавливает суд. Если суд установит, что человек, которого вы, например, назвали вором, действительно вор, с вас снимаются все обвинения.
И будьте осторожны с риторическими вопросами, потому что суды на них реагируют по-разному. Например, в предложении «Сколько можно терпеть этого жулика в качестве главы администрации?» скрытое утверждение, что человек жулик, есть, а открытого нет. И этот вопрос не урегулирован юридически, поэтому всё будет зависеть от решения суда.
Есть сленг, например, тачка, разборка, а есть жаргон. Чем отличается жаргон от сленга? Жаргон всегда принадлежит какой-то группе. Мы не можем сказать просто жаргон, мы должны сказать жаргон молодежный, жаргон наркоманов, уголовный жаргон, правоохранительных органов. Есть просторечия, например, сиськи. Кстати, я недавно узнал, что сиськами в Краснодарском крае называют баклажки. Причём над словом баклажки они смеются, а слова сиськи у них – это нормально.
А есть вульгарная лексика. Употребление вульгарной лексики и говорит о том, что человек некультурный. Например, харя, пузо, рожа – это вульгаризмы. Вульгарная лексика характеризует человека как некультурного. Но она не может человека осквернить. В предложении «Ты что, не можешь жопу оторвать от стула?» нет утверждения, что человек нарушает какие-то моральные нормы или закон.

Есть бранная лексика: сволочь, подлец, урод, гнида, козёл. Как их распознать? Предназначение бранных слов – обидеть человека.
И нецензурная лексика — это 4 слова, которые я уже называл.
До сих пор не решен вопрос: что делать, если используются эвфемизм нецензурного слова? Например, «И эта Б. еще в президенты хотела». Б и точка — это нецензурное слово или нет? Можно ли за это привлечь человека к административной ответственности? Роскомнадзор может рассмотреть это слово как нецензурное.
Иосиф Стерин также рассказал, как быть с оскорблениями в электронной переписке: если вас оскорбляют в интернете, нужно сделать скрин всей переписки и обратиться в суд. А ещё лучше — пойти с этой перепиской в полицию, чтобы там всё зафиксировали. А если вас троллят в соцсетях, «лучше просто ничего не отвечать. Это бесполезно. Или один раз ответьте и больше не реагируйте».
После первой лекции для проверки и повышения уровня грамотности журналистов провели словарный диктант, задание на орфоэпию (расставить ударения) и задание на грамматику (подчеркнуть правильный вариант написания слов).

Пока преподаватели филологического факультета ВГУ проверяли работы журналистов, кандидат филологических наук, доцент Мария Саломатина рассказала о разнообразии словарей и дала ряд советов по их использованию.

А после лекции журналистам рассказали об ошибках, которые многие допустили в своих работах.

Самым грамотным журналистом стала Ольга Кохан («Кантемировский вестник»), второе место заняла Людмила Грешнева, третье место у Натальи Рыжих. Победителя наградил генеральный партнёр, а все участники получили сувениры.

Козлами в местах лишения свободы принято называть осужденных, открыто сотрудничающих с администрацией исправительного учреждения. Это одна из низших каст в арестантской иерархии.

Уже с XIV века на Руси бранное слово «козёл» применялось по отношению ко всякого рода подлецам и мошенникам. С начала 1960-х годов это слово стало означать человека, активно сотрудничающего с администрацией колонии. Статус козла для заключённого был практически постоянным в течение всего времени пребывания его в месте лишения свободы.

Заключенные, принадлежащие к группе козлов, предпочитают называть себя активистами, красными, независимыми мужиками или положительными. Но и арестанты никогда не зовут их козлами.

Слово «козёл» является одним из самых серьёзных оскорблений для заключённого, не принадлежащего к этой группе. Он обязан отреагировать немедленно и жёстко (ударить или даже убить обидчика), в противном случае он рискует своей репутацией и понижением статуса. Так что само слово «козёл» и производные от него (козья, козлик, козлиный и рогатый) запрещено использовать в повседневной речи.

Многие полагают, что эта категория арестантов является стукачами. На самом деле это не так. Никто из зэков не станет болтать в их присутствии. Тем более что и держатся они обособленно. Начальники оперативной части зоны – народ очень хитрый, у них всегда есть такие «содействующие», на которых меньше всего падает подозрение. Поэтому следует признать, что козлы, красные, активисты (называйте как угодно) на зонах, где налажен воровской ход, бесполезны. Они не стучат и порядок от администрации поддерживать не могут. Ну а на «красных зонах», где влияние администрации сильно, у них задача простая, как у дедов в армии, – подавлять остальных заключённых силой, чтобы сотрудники колонии не утруждали себя заботами о дисциплине.

Заключённый автоматически становился красным при вступлении в секцию внутреннего порядка или в так называемые «самодеятельные организации осужденных», или если соглашался занять должность нарядчика, бригадира, завхоза, дневального. Работа на данных должностях предоставляет ряд льгот от администрации и даёт возможность перейти в категорию лиц, «твёрдо вставших на путь исправления», что обеспечивает попадание в число кандидатов на досрочное освобождение или помилование. А вот козлом человека можно считать только тогда, когда он открыто вредит другим осуждённым.

Один из бывших авторитетов рассказывал: «Красный — это образ жизни. За образ жизни спроса нет. Спрос за поступки. Но если красный совершает хороший поступок, то он всё равно красный. Красные ведь разные бывают. Есть те, которые стенгазету выпускают, спортивные мероприятия организовывают. Это безобидные красные. Но есть и козлы. Для меня – козлы это те, кто помогает ломать людской ход. Жизнь в лагере устроена таким образом, что мусора не могут ничего сделать без помощи зэков. И если на должностях завхозов, бригадиров, нарядчиков оказываются настоящие козлы, то это настоящая беда для лагеря. Все люди разные. У каждого своё мировоззрение. Для кого-то быть красным хорошо. Для кого-то быть красным – это продаться за лишний черпак каши. Часто бывает так, что положенец ставит на «своих» людей, и порой бывает так, чтобы на ШИЗО передать грев, нужны красные, потому как только они имеют туда доступ».

Свою точку зрения высказал в интервью известный вор в законе Александр Северов (Саша Север): «У категории этих людей свой «правильный путь» – побыстрее выскочить на свободу. Они одевают повязку, вступают в секции, начинают сотрудничать с администрацией. Последняя их характеризует как «вставших на путь исправления». А они: здесь на одного донёс, там — на другого. И ушёл на УДО. Сижу я в зоне, два месяца проходит, Вася приходит, тот, что на УДО ушёл. Администрация радуется. А ведь по нормальной логике вещей она должна ему сказать: «Ах ты негодяй! Ты нас подвёл. Ты встал на путь исправления. Мы за тебя поручились, а ты через месяц снова преступление совершил». Северов уверен, что такие люди только причисляют себя к вставшим на путь исправления, в действительности же они обыкновенные приспособленцы, обманывающие администрацию: «По их рапортам людей сажают в карцер. Вместо того чтобы помогать попавшему в беду, они на нём своё благополучие строят. Предавай ближнего ради выгоды».

Можно ли считать оскорблением слова: наглая, хамка, нахалка, бессовестная?

Соседка (этажом выше) подошла поговорить по поводу ремонта в нашей квартиры. Разговор начался со слов: «Твой муж как был наглец, так и остался». У них, как в прочем и у нас маленький ребенок, была договоренность, что как только начинается ремонт, мы звоним, либо пишем им СМС с предупреждением о времени начала работы…Сначала утепляли балкон, теперь перешли в квартиру, на что она сказала, чтобы мы все прекратили, потому что очень мешаем им…я в свою очередь объяснила, что ремонт будет продолжен, по другому никак, что мы имеем на это полное право, мои слова не понравились и в ответ я услышала, что я наглая как мой муж, бессовестная, нахалка, что приехала (3 года проживаю в данной квартире) тут соплячка, на «птичьих правах», нет никто и зовут меня никак, чтобы рот закрыла и не смела его открывать. Это все происходило у подъезда, в присутствии моего малыша. Я не оскорбляла ее, а просто просила в мой адрес так не высказываться и поспешила уйти, но она в след продолжала кричать, свидетели есть…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *