Сугробов гуэбипк

Бескорыстный мотив

Близится к развязке судебный процесс над предполагаемыми участниками преступной группировки, действовавшей в управлении экономической безопасности и противодействия коррупции МВД под руководством начальника главка генерала Дениса Сугробова. На скамье девять подсудимых, которые, по версии следствия, фабриковали уголовные дела в отношении чиновников и предпринимателей. Также им вменяют провокацию к даче взяток. «Лента.ру» вспомнила ключевые моменты расследования этого громкого дела, ставшего результатом межведомственной борьбы силовых структур.

Ради чего нарушали закон

Помимо приговора Сугробову и прочим фигурантам расследования, суд должен принять еще одно решение: о виновности бывшего заместителя главка Бориса Колесникова, погибшего 16 июня 2014 года в здании Следственного комитета, куда его привезли на допрос. Родственники Колесникова отказались от прекращения дела в связи со смертью (это не реабилитирующее основание — прим. «Ленты.ру»), желая добиться в суде его оправдания.

На скамье подсудимых — бывший руководитель управления «Б» в антикоррупционном главке МВД Салават Муллаяров, шесть оперативников (Сергей Пономарев, Иван Косоуров, Виталий Чередниченко, Евгений Шерманов, Сергей Борисовский и Андрей Назаров) и предприниматель Игорь Скакунов. Им вменяют организацию и участие в организованном преступном сообществе (статья 210 УК РФ), превышение должностных полномочий (статья 286 УК РФ) и провокацию к взяткам (статья 304 УК РФ).

Всего обвиняемым инкриминируется 21 преступный эпизод. Потерпевшими признаны 30 человек, 13 из них заявили иски о взыскании с подсудимых в общей сложности 218 миллионов рублей, но в конце судебного процесса свои материальные претензии отозвали.

Судебный процесс объявляется закрытым — в связи с наличием на материалах дела грифа «совершенно секретно». Генпрокуратура мотивировала решение тем, что могут быть разглашены методы оперативной работы и личные данные сотрудников МВД, составляющие государственную тайну.

Скупую информацию о происходящем на процессе сообщал прессе адвокат Сугробова Эдуард Исецкий. Так, в частности, благодаря ему стало известно, что Сугробов отказался выступить с последним словом. «Последнее слово используется, чтобы достучаться до сердца судьи, а все доводы и доказательства своей невиновности офицер изложил в прениях сторон», — объяснил защитник поступок своего клиента.

Все девять подсудимых настаивали на оправдательном приговоре, заявляя о своей невиновности. В их действиях не было даже события преступления, поэтому они с самого начала настаивали на проведении судебного разбирательства в открытом режиме, заявлял Исецкий.

По версии следствия, возглавивший в 2011 году антикоррупционное управление МВД Сугробов создал там преступное сообщество, в которое вошли его подчиненные. Они, как считают в СК, создавали, а затем документировали не соответствующую действительности оперативную информацию о якобы преступной деятельности конкретных лиц. Таким образом полицейские демонстрировали эффективную работу по борьбе с коррупцией с целью заслужить награды и звания, считают следователи. Именно это является мотивом совершения тяжких преступлений самого молодого генерала в МВД Сугробова и его сослуживцев.

Расследование этого громкого дела началось с того, что оперативников ГУЭБиПК поймали на провокации к даче взятки заместителю начальника Шестой службы 9-го управления ФСБ Игорю Демину (подразделение курирует собственную безопасность).

Мечтал о Кавказе

35-летний Денис Сугробов не хотел возглавлять Управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД. Он просил отправить его на Северный Кавказ, где провел несколько серьезных операций против фальшивомонетчиков, рассказывает «Ленте.ру» его бывший сослуживец, согласившийся пообщаться на условиях анонимности.

«Он часто говорил мне, что это большой бизнес, где пересекаются интересы высокопоставленных людей, одни интриги», — вспоминает наш собеседник, добавляя, что выбор пал на Сугробова потому, что он был «незамаранный». О его нежелании идти в начальники ГУЭБиПК пишет и «Новая газета».

«В 2011 году президент Дмитрий Медведев принял решение о реформировании ДЭБ МВД и создании на его базе ГУЭБиПК МВД. За пост руководителя нового главка началась мощная аппаратная борьба. Точку в ней поставил сам Медведев, назначивший на должность малоизвестного Дениса Сугробова. Сугробов позже признается, что на встрече с Медведевым, куда его привел начальник контрольного управления президента Константин Чуйченко, он имел наглость отказать президенту: «Я просил назначить меня министром в любую республику Северного Кавказа либо перевести на работу в уголовный розыск , но не в ГУЭБ. Но он сказал: «Или вы принимаете мое предложение, или больше не будете служить в органах внутренних дел». Сделав выбор, Денис Сугробов все-таки попросил Евгения Школова посодействовать в переводе на Северный Кавказ. Школов дал слово сделать это сразу после Олимпийских игр в Сочи. После Олимпиады Сугробов окажется в следственном изоляторе».

Именно на Северном Кавказе «настоящая работа», говорил молодой генерал, который с 2009 года руководил оперативно-разыскным бюро №10, занимавшимся противодействием организованной преступности в сфере экономики и пресечением каналов финансирования терроризма и экстремизма.

«Сугробов не боялся, не шарахался, лично участвовал в захвате бандитов, — рассказывает его сослуживец и вспоминает один случай. — В Дагестане следили за автомобилем с двумя подозреваемыми. Оперативники отстали, и тогда Сугробов решил брать их с напарником, иначе машина могла скрыться». Эти боевики печатали фальшивые деньги: из 300 миллионов рублей получали настоящими 100 миллионов.

Несмотря на нежелание руководить ГУЭБиПК Сугробов подошел к работе ответственно. «Он наладил контакты со многими министрами. Под его руководством были проведены эффективные операции — если помните, история с госзакупками томографов по завышенным ценам. После нее цены на томографы резко упали. На его счету масштабная борьба с обнальными площадками и выводом средств за рубеж. Деньги коробками вывозили, даже была перестрелка в аэропорту с «черными перевозчиками». Тогда пострадали чьи-то интересы, после серии таких дел он и погорел», — уверен наш собеседник.

«Несправедливо Сугробов сидит», — считает он. По его словам, после ареста руководства ГУЭБиПК вычистили, специалистов там не осталось, на их место пришли бывшие сотрудники ГУСБ (Управления собственной безопасности МВД) и ФСБ. «Захарченко (Дмитрий Захарченко обвиняется в получении взяток, у него нашли 8,5 миллиарда рублей — прим. «Ленты.ру») дружил с конторой. Сугробов не хотел его брать в управление, но люди из конторы настояли. После того как Сугробова посадили, у Захарченко пошла карьера вверх», — рассказывает собеседник.

«Дела Васильевой (Евгении Васильевой из «Оборонсервиса»), Хорошавина (бывшего губернатора Сахалина) и Гайзера (бывшего главы Коми) — это были наши разработки, просто СК забрали их к себе и довели до конца», — рассказывает бывший сотрудник ГУЭБиПК. По его словам, после арестов «всю агентурную работу разрушили» — кого-то посадили, кого-то выдавили: «Очень сложно будет восстанавливать работу управления».

«Музыкальное» дело

Под руководством Сугробова в 2012 году оперативники управления экономической безопасности провели спецоперацию в Кабардино-Балкарии, результатом которой стали задержания высокопоставленных чиновников республиканского правительства, которых обвинили в хищении здания филармонии. Под следствием оказались бывший глава администрации президента КБР Владимир Жамборов, его брат Руслан, который занимал пост заместителя министра по управлению государственным имуществом и земельными ресурсами, и, собственно, сам министр Хабдульсалам Лигидов.

По версии следствия, они помогли местному модельеру Мадине Хацуковой — родственнице супруги тогдашнего главы республики Арсена Канокова — приобрести по заниженной цене расположенное в центре Нальчика здание филармонии площадью почти 600 квадратных метров и прилегающую к нему территорию.

Чиновники вывели недвижимость из госсобственности и реализовали за один миллион рублей, хотя его рыночная стоимость была определена в 15 миллионов рублей. В суде Нальчика уже второй год слушается это дело, а до этого четыре года шло расследование. «Дело филармонии развалилось, но никто не может принять на себя ответственность, чтобы его закрыть. Незаконно возбуждали по личному указанию Сугробова, а операцией задержания руководил Колесников», — рассказывает «Ленте.ру» источник, знакомый с ситуацией.

Борис Колесников — близкий друг Сугробова, прошедший с ним карьерный путь от рядовых оперативников до руководителей ГУЭБиПК. Летом 2014 года Колесников разбился, упав с балкона шестого этажа Следственного комитета, куда его привезли на допрос. По официальной версии, он покончил с собой на фоне депрессии. Перед этим Колесников получил в камере Лефортово тяжелейшую травму головы. По его собственным словам, он упал, когда мыл окно.

Подоплека дела заключается в том, что оно появилось на основании одной лишь справки о стоимости здания в 20 миллионов рублей, которую «сочинил» эксперт под давлением подчиненных Сугробова, утверждает наш собеседник. Этот специалист прежде готовил заключения по объектам недвижимости Минобороны, которые, как утверждает следствие, были затем проданы по заниженным ценам и фигурировали в деле «Оборонсервиса» сотрудницы военного ведомства Евгении Васильевой. Источник настаивает, что «сугробовцы» угрожали эксперту уголовным преследованием за его оценку зданий МО, поэтому вынудили дать недостоверную справку по делу чиновников КБР. В ходе расследования повторные экспертизы оценили здание филармонии в Нальчике в четыре миллиона рублей. «А сейчас в суде даже эта сумма не подтверждается, сделка была совершена законно, проверка правительства КБР вообще не обнаружила нарушений», — говорит наш собеседник. По его словам, дело филармонии появилось для того, чтобы дискредитировать руководство республики.

«Они откровенные бандиты, делали ужасные вещи. Жамборов падал — у него был приступ, он тяжело больной человек, его в «бакулевке» на операционном столе ждали, а они его — под домашний арест», — вспоминает он.

У оперативников ГУЭБиПК личные машины стоили от 50 тысяч евро. «Любопытно, что оперуполномоченные, которые в республике работали, потом сами оказались под арестом, это же не случайность», — говорит источник. Он указывает, что, когда на следствии решался вопрос о продлении ареста Сугробову, за него ручались министры внутренних дел КБР и Дагестана: этот факт демонстрирует степень их отношений.

Борьба двух ведомств

Посадка Сугробова стала результатом противостояния ГУЭБиПК и ФСБ, выдвигает свою версию «Новая газета».

По данным издания, с 2010 года в его служебном кабинете стояла прослушка Управления собственной безопасности (УСБ) ФСБ, в компетенцию которого входит разработка высокопоставленных силовиков, чья деятельность вызывает подозрения. Газета приводит фрагменты записанных в кабинете Сугробова разговоров, из которых следует, что у него начался конфликт с заместителем начальника УСБ ФСБ генералом Олегом Феоктистовым из-за Андрея Хорева, бывшего первого заместителя начальника ДЭБ МВД.

У Сугробова с Хоревым были натянутые отношения, а Феоктистов прочил последнего на должность главы ГУЭБиПК, которую в итоге занял Сугробов. После его назначения Феоктистов якобы предложил Сугробову помириться с Хоревым, но он отказался. По данным издания, силовики собирали компромат друг на друга и в результате этих подковерных интриг чекисты переиграли полицейских.

«Новая газета» указывает, что Феоктистов курировал Шестую службу 9-го управления ФСБ, сотрудник которой, Игорь Демин, выступил в роли жертвы провокации подчиненных Сугробова. По версии следствия, ему предложили платить 10 тысяч долларов ежемесячно за крышевание его бизнеса. «Сугробовцы» надеялись разоблачить высокопоставленного сотрудника ФСБ, но сами оказались под следствием, делает вывод газета.

Если факты мешают теории – их выбрасывают или Кому нужна ложь в «деле Сугробова»

Вчера познакомился с умной и красивой женщиной. Зовут ее Яна. Фамилия – Тихонова. Собственно, я — и не только я – и раньше о ней много слышал и читал. Да и как можно было пройти мимо такой яркой медийной особы, чья популярность в СМИ после ареста и предъявления обвинений в создании организованного преступного сообщества начальнику главного управления по экономической безопасности и противодействию коррупции (ГУЭБиПК) генерал-лейтенанту полиции Денису Сугробову буквально зашкаливала.

О Яне Тихоновой писали так, будто она, используя свои высокие родственные связи, являлась не только сожительницей, но и своего рода музой этого Сугробова.

Возьмем, к примеру, уважаемую «Новую газету». В статье «Лампасам тесно» (в рубрике «Расследования») в разделе «Справка «Новой» http://www.novayagazeta.ru/inquests/63516.html написано:

«Денис Александрович Сугробов родился 11 июля 1976 года в Москве. В 1997 году окончил Московскую высшую школу милиции. Кандидат юридических наук…

…Жена Сугробова — Яна Робертовна Тихонова, 1966 года рождения, руководитель представительства Glencore International AG в Москве (один из крупнейших мировых трейдеров сырьевых товаров и редкоземельных материалов). Яна — родная сестра Кристины Тихоновой, супруги Константина Чуйченко, который с 13 мая 2008 года занимает должность начальника Контрольного управления президента России. У Дениса Сугробова и Яны Тихоновой пятеро детей».

В другом издании сообщалось, что Яна Тихонова была гражданской женой генерал-лейтенанта Дениса Сугробова в течении 6 лет, и сам Сугробов в разговорах себя позиционировал как отчима ее двух детей».

В многочисленных публикациях, где упоминается Тихонова, делается вывод: это именно благодаря её родственным связям с высокопоставленным чиновником Сугробов стал дико— и быстро растущим генералом и начальником ГУЭБиПК.

Ну, и как после всего этого не захотеть познакомиться с Яной Робертовной Тихоновой? (риторич.)

Яна Тихонова и ее муж Максим

Конечно, при встрече я сходу спросил:

– Яна, вы родственница высокопоставленного чиновника?

— Да, — ответила Яна, — моя сестра Кристина замужем за Константином Чуйченко, начальником контрольного управления президента РФ.

— А к Сугробову какое отношение имеете? — не унимаюсь.

— Абсолютно никакого, — отвечает Яна. – Сугробова никогда в глаза не видела. О его существовании узнала из публикаций. Видела только на фотографии и то из любопытства: дай, думаю, посмотрю, как там выглядит «мой муж»…

Далее Яна сказала так: «Я понимаю, почему меня приплели ко всей этой истории: это заказной материал…Здесь, очевидно, нужно было как-то связать Сугробова с Чуйченко. Да, Чуйченко — муж моей сестры. Но я когда я с ним познакомились, я уже была замужем за своим мужем Максимом».

…Вот и все. Ни тебе адюльтера, ни совместных тайно нажитых детей, ни протежирования молодого мужа-борца-с-мафией… Преснятина. Скукота.

Для кого-то.

А для Яны после публикаций – куча разного рода мелких проблем, ненужных вопросов. Но не о себе, по словам Яны, она подумала, когда прочитала о том, что была «гражданской женой Сугробова». Она подумала о реальной жене – Марии, интервью с которой прочитала в одной из газет. О том, каково ей читать-переживать все это.

Денис Сугробов и его семья — жена Мария и пятеро детей

Так кому и зачем понадобился вброс дезы? (Проверка фактов и уровень профессионализма журналистов – тема отдельная – прим. авт.)

Очевидно, что нужно было опорочить Дениса Сугробова. А через него, наверное, и самого Чуйченко. А через Чуйченко, скорее всего, еще кого-то. К примеру, помощника президента Евгения Школова. По многочисленным версиям, именно Чуйченко и Школов причастны к карьерному росту Сугробова. (так ли это – не скажу: с Чуйченко и Школовым я пока не встречался – прим. авт.)

На фоне этих событий давайте присмотримся к Константину Чуйченко.

Константин Чуйченко, помощник президента РФ — начальник контрольного управления президента РФ

Вот коротенько его биография http://itar-tass.com/spravochnaya-informaciya/598332: «Чуйченко Константин Анатольевич. Родился 12 июля 1965 года в Липецке. В 1987 году окончил Ленинградский государственный университет им. А.А. Жданова. 1987 — 1989 гг. – стажер, следователь прокуратуры Калининского района города Ленинграда. 1989 — 1992 гг. – служба в органах безопасности на офицерских должностях. 1992 — 1994 гг. – исполнительный директор акционерного общества «Интерюраудит де Фариа и Т»… 2002 — 2008 гг. – начальник юридического департамента, член правления ОАО «Газпром-Медиа» (в число медийных активов холдинга на тот момент входили телекомпании «НТВ», «ТНТ», спутниковая телекомпания «НТВ-Плюс», радиостанции «Эхо Москвы» и прочая…)

13 мая 2008 года Медведев своим указом назначил Чуйченко одним из шести помощников президента РФ — руководителем контрольного управления администрации главы государства».

Антикомпромат.орг — опять— таки со ссылкой на «Новую газету»— сообщает http://www.anticompromat.org/chuychenko/sugrob.html

: «Своей стремительной карьерой, как предполагают сотрудники центрального аппарата МВД, Денис Сугробов — самый молодой полицейский генерал — обязан своему высокопоставленному родственнику: начальнику Контрольного управления президента (КУП) Константину Чуйченко. Еще в середине 90-х Сугробов жил в «двушке» с родителями, был обычным «оперком» уголовного розыска УВД ЦАО Москвы, пока не познакомился со скромным юристом из представительства швейцарской фирмы Glencore International AG Яной Тихоновой. Госпожа Тихонова оказалась родной сестрой супруги Константина Чуйченко, в то время работающего в руководстве «Газпрома». В 2008 году Чуйченко, по протекции тогдашнего президента Дмитрия Медведева , перебрался в администрацию президента, а Тихонова возглавила московское представительство Glencore».

Далее сообщается, что помимо К.Чуйченко, у генерала Сугробова есть еще один покровитель — помощник президента по вопросам противодействия коррупции Евгений Школов. «Если за неудачным наездом генерала Сугробова на офицера 9-го управления ФСБ Дёмина стоят Чуйченко или/и Школов, то непосредственными участниками конфликта могут оказаться и путинско-сечинский «кошелек» Геннадий Тимченко на одной стороне, и премьер Дмитрий Медведев на другой».

Евгений Школов, помощник президента РФ

…Вот такие замысловатые схемы выстроены в СМИ. Их особенность в том, что они легко и просто вписываются в схему нелепого по своей сути обвинения Сугробова (генерал якобы создал преступное сообщество, в которое вовлек ВЕСЬ главк (боле тысячи сотрудников по всей стране!!). Причем сделал это чуть ли не с благословения высокопоставленных чиновников страны и под носом у всего руководства страны!).

Вписывается и в ставшие привычными для нашей страны схемы родства-кумовства… Тем более – на нашей-то почве, когда подчас ложь трудноотличима от правды.

В самом деле, ведь ложь, как писал Ежи Лец, ничем не отличается от правды. Кроме того, что ею не является.

Пожалуй, первым версию о родстве с Чуйченко опроверг в своем письме на имя президента В.Путина сам Сугробов http://www.anticompromat.org/chuychenko/index.html

Но к тому времени он уже был в опале, а, значит, громко заявить о лжи не мог (да и сейчас не может). Могли что-то сказать (и, может быть, и сказали где-то кому-то в кулуарах власти) о всей ситуации сами Чуйченко и Школов? По идее – да, могли. Сказали? Нам об этом про то неведомо: на их уровне и на их полянах публичное выражение своего мнения, как видимо, не принято.

Кому понадобилась столь наглая ложь о причастности Яны Тихоновой ко всей истории с ГУЭБиПК, догадаться, в принципе, нетрудно. Достаточно посмотреть на то, кому выгодно преследование Сугробова и его подчиненных. И вспомнить историю отечества и его доблестных чекистских органов.

Кстати, это из их арсенала приёмчик: если теория не подтверждается фактами – выбрось факты. Выбросили. Но они, как известно, вещь упрямая. Проигнорируешь сегодня, вылезут завтра, но уже боком.

Впрочем, к Яне Тихоновой, думаю, отношения это уже иметь не будет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *