Суд ad hoc

Арбитраж ad hoc

Смотреть что такое «Арбитраж ad hoc» в других словарях:

  • Арбитраж внешнеторговый — орган, осуществляющий разбирательство гражданских дел в области внешней торговли. Действует как Третейский суд, т. е. состоит из лиц, избранных сторонами (третейских судей, арбитров), и разрешает споры в пределах компетенции, основанной… … Большая советская энциклопедия

  • АРБИТРАЖ МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ, внешнеторговый арбитраж — (англ. international commercial arbitration) – один из основных способов разрешения споров и разногласий, возникающих при заключении, исполнении и расторжении внешнеэкономических договоров (контрактов) международной купли продажи. А.м.к.… … Финансово-кредитный энциклопедический словарь

  • арбитраж — komercinis arbitražas statusas Aprobuotas sritis civilinė teisė ir procesas apibrėžtis Komercinio ginčo sprendimo būdas, kai fiziniai ar juridiniai asmenys, remdamiesi savo susitarimu, tarpusavio ginčui spręsti kreipiasi ar įsipareigoja kreiptis… … Lithuanian dictionary (lietuvių žodynas)

  • ad hoc arbitration — арбитраж ad hoc (дословно на случай ). Арбитражное разбирательство, в котором никакой институциональный арбитражный орган (arbitral institution) не принимает участия, за исключением выполнения функций назначающего органа (appointing authority). В … Glossary of international commercial arbitration

  • Международный коммерческий арбитраж — представляет собой негосударственные, (третейские) коммерческие арбитражные суды, специально предназначенных для рассмотрения споров между участниками международных коммерческих сделок, сторонами по которым выступают лица разной государственной… … Википедия

  • Ad hoc (значения) — Ad hoc, ад хок (от лат. ad hoc к этому, для данного случая, для этой цели) способ решения специфической проблемы или задачи, который не адаптируется для решения других задач. Ad hoc латинская фраза, означающая «к этому, для… … Википедия

  • МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ АРБИТРАЖ — тре тейский суд в области разрешения споров по сделкам международного характера. Наиболее известны постоянно действующие М.к.а.: Международный арбитражный судМТП в Париже. Арбитражный институт Торговой палаты г. Стокгольма. Международный арбитраж … Энциклопедия юриста

  • wild cat arbitration — арбитраж ad hoc (ad hoc arbitration), в котором стороны условились руководствоваться определенным регламентом институционального арбитража (institutional arbitration), но при этом исключили участие в организации арбитражного разбирательства… … Glossary of international commercial arbitration

  • Третейский суд — Для улучшения этой статьи желательно?: Викифицировать статью. Исправить статью согласно стилистическим правилам Википедии. Найти и оформить в виде сносок ссылки на авторитетн … Википедия

  • Арбитражная оговорка — (англ. arbitration clause) cоглашение, принимаемое сторонами при заключении международного коммерческого контракта, в котором оговариваются вопросы урегулирования возможных споров, которые могут возникнуть между сторонами при… … Википедия

Αd hoc, преюдиция и res judicata в арбитраже // Практика ВС и арбитражных судов округов за IV квартал 2018 года

Новые позиции Верховного суда (ВС) РФ и судов кассационной инстанции о действительности и толковании арбитражных соглашений, арбитраже ad hoc, использовании преюдиции и res judicata в арбитраже, публичном порядке в РФ — в обзоре Российского арбитражного центра за четвертый квартал 2018 года.

1. АРБИТРАЖНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ

1.1. Если юридическое лицо нарушило порядок заключения контракта, установленный в уставе, на действительность арбитражной оговорки в контракте это не влияет.

Постановление АС Московского округа от 20.12.2018 по делу № А40-143236/18 (в передаче дела в ВС РФ отказано).

Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате РФ (МКАС при ТПП РФ) удовлетворил иск российского общества и взыскал с польской компании задолженность по контракту.

Польская компания попыталась отменить решение МКАС в российском суде. Ответчик утверждал, что был нарушен порядок заключения контракта. По уставу компании требовалось совместное действие всех членов правления компании. Значит, контракт с приложениями и включенная в него арбитражная оговорка должны были быть подписаны не одним, а обоими членами правления компании.

Суды отклонили доводы ответчика, сославшись на принцип автономности арбитражной оговорки. Он закреплен в п. 1 ст. 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже»: вопрос действительности арбитражной оговорки, содержащейся в основном договоре, не зависит от решения вопроса о действительности самого основного договора.

1.2. Арбитражная оговорка в соглашении об урегулировании спора, возникшего из договора, не распространяется на требования, основанные на этом договоре, если иное не следует из буквального толкования оговорки.

Постановление АС Западно-Сибирского округа от 10.12.2018 по делу № А75-10629/18 (подана кассационная жалоба в ВС РФ).

Общество (заказчик) и производственное объединение (подрядчик) заключили договор на выполнение взрывных работ на нефтяных и газовых скважинах. Договор предусматривал договорную подсудность Арбитражного суда ХМАО — Югры.

Впоследствии стороны заключили соглашение об урегулировании спора, возникшего при исполнении договора. Данное соглашение содержало следующую арбитражную оговорку: «споры, вытекающие из/в связи с исполнением настоящего соглашения, в том числе касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности… разрешаются в МКАС при ТПП РФ».

Заказчик обратился с иском в Арбитражный суд ХМАО — Югры к подрядчику о взыскании убытков, вызванных ненадлежащим исполнением работ по договору. Суды первой и апелляционной инстанций оставили иск без рассмотрения со ссылкой на арбитражную оговорку, содержащуюся в соглашении.

Однако суд кассационной инстанции направил дело на новое рассмотрение. Суд указал, что при толковании арбитражного соглашения необходимо принимать во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Исходя из буквального толкования арбитражной оговорки в соглашении, стороны договорились о передаче на рассмотрение в МКАС не всех споров, а только связанных с исполнением соглашения. Распространив оговорку на требования, основанные на договоре, суды неправомерно расширили толкование арбитражного соглашения.

2. АРБИТРАЖ AD HOC

2.1. Арбитражное учреждение, утратившее право администрировать арбитраж, не вправе направить стороны к конкретному арбитру для разрешения спора в порядке процедуры ad hoc, особенно если стороны не заключали соответствующего арбитражного соглашения. Иначе это может говорить о фактическом администрировании арбитража без разрешения.

Постановление АС Московского округа от 18.12.2018 по делу № А40-179964/18

В 2014 году стороны заключили договор с оговоркой о передаче споров на разрешение «Третейского суда строительных организаций города». Одна из сторон обратилась в это учреждение в 2018 году, хотя с 01.11.2017 оно уже утратило право администрировать арбитраж.

Председатель арбитражного учреждения вынес распоряжение о рассмотрении дела по правилам ad hoc и о назначении арбитра. Истец письменно согласился на рассмотрение дела по правилам ad hoc. Ответчик в арбитражном разбирательстве не участвовал.

Арбитр вынес решение в пользу истца, указав, что ответчик не оспорил арбитражное соглашение и не обращался к истцу с предложением заключить соглашение об иной процедуре разрешения спора. Суд первой инстанции отказал ответчику в отмене данного арбитражного решения. Однако суд кассационной инстанции не согласился с судом первой инстанции и направил дело на новое рассмотрение.

По мнению суда кассационной инстанции, нижестоящий суд не проверил, выразили ли в действительности обе стороны согласие на рассмотрение спора в процедуре ad hoc. Кроме того, у суда возникли сомнения, можно ли в действительности считать проведенную процедуру ad hoc в качестве арбитража в третейском суде, образованном сторонами для разрешения конкретного спора, поскольку в рамках данной процедуры арбитражное учреждение фактически администрировало такой арбитраж, несмотря на отсутствие у него разрешения.

Постановление АС Московского округа от 24.12.2018 по делу № А40-201151/18

В аналогичном деле стороны в 2013 году заключили договор, который также содержал оговорку о передаче споров на разрешение «Третейского суда строительных организаций города».

В 2018 году одна из сторон обратилась с иском в это арбитражное учреждение, а председатель учреждения перенаправил их к конкретному арбитру для разрешения спора в порядке ad hoc.

Арбитр вынес решение в пользу истца, сославшись на то, что представители обеих сторон подписали расписку о согласии на рассмотрение им спора в порядке ad hoc.

Суд первой инстанции выдал истцу исполнительный лист на данное арбитражное решение. Однако кассационный суд направил дело на новое рассмотрение. Суд указал, что нижестоящему суду необходимо проверить наличие полномочий представителей сторон на подписание расписки о согласии на рассмотрение спора в процедуре ad hoc, а также можно ли расценивать состоявшееся арбитражное разбирательство в качестве третейского суда, образованного сторонами для разрешения конкретного спора. То есть не было ли фактического администрирования спора со стороны арбитражного учреждения, не получившего разрешения.

2.2. Суд должен проверить доводы заинтересованного лица, что арбитражное учреждение, утратившее право администрировать арбитраж, фактически участвовало в администрировании: предоставляло помещения для заседаний, оформляло решения третейского суда на своих бланках, рассылало корреспонденцию по делу, организовывало ознакомление с материалами дела.

Постановление АС Московского округа от 27.12.2018 по делу № А40-132118/18

В 2013 году стороны заключили договор с оговоркой о передаче споров на разрешение «Третейского суда при Государственной корпорации “Ростех”». В 2017 году стороны обратились в данный третейский суд за разрешением спора. Иск и встречный иск были приняты к производству, а состав арбитров сформирован до 01.11.2017.

В мае 2018 года арбитры вынесли решение в пользу ответчика. Суд первой инстанции отказал истцу в отмене данного арбитражного решения и выдал ответчику исполнительный лист. Однако суд кассационной инстанции направил дело на новое рассмотрение.

Суд кассационной инстанции при этом отметил, что после 01.11.2017 все функции по разрешению спора подлежали выполнению третейским судом в порядке ad hoc, то есть непосредственно составом арбитров, а не арбитражным учреждением, утратившим право администрировать арбитраж. Между тем заявитель привел обоснованные доводы, что арбитражное учреждение фактически продолжило администрировать спор и после 01.11.2017, то есть нарушило установленный законом запрет. При новом рассмотрении дела нижестоящему суду будет необходимо оценить доводы истца, что:

  • заседания проводились в помещениях здания Государственной корпорации «Ростех», в котором ранее располагалось арбитражное учреждение и проходил арбитраж, администрируемый арбитражным учреждением;
  • определения и решения состава арбитров были изготовлены на бланках арбитражного учреждения;
  • вся корреспонденция направлялась сторонам от имени арбитражного учреждения в лице его ответственного секретаря;
  • ознакомлением с материалами дела, оформлением пропусков в здание для участия в заседаниях и осуществлением иных функций занимался не состав арбитров, а арбитражное учреждение в лице ответственного секретаря.

С 29.03.2019 аналогичный подход будет закреплен в новой редакции ч. 20 ст. 44 Федерального закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ».

3. ПРОЦЕДУРА АРБИТРАЖА

3.1. Суд может отказать в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, если в нем есть опечатки о дате его вынесения в иностранном государстве и нет сведений, что российские стороны в действительности участвовали в заседании арбитража по видео-конференц-связи.

Постановление АС Московского округа от 22.11.2018 по делу № А41-60272/18

Российское общество обратилось с заявлением о признании и приведении в исполнение в РФ решения Российско-Сингапурского Арбитража от 25.12.2017 о взыскании задолженности и неустойки с российского научно-производственного объединения (НПО). Однако суды отказали в признании и приведении в исполнение данного арбитражного решения, сославшись на нарушение публичного порядка РФ.

Местом третейского разбирательства и вынесения решения был Сингапур, поэтому представители общества и НПО участвовали в заседании по видео-конференц-связи. Однако сведения о проведении заседания арбитража по видео-конференц-связи в тексте решения не указаны. Кроме того, исходя из содержания арбитражного решения, датой его вынесения является не 25.12.2017, указанная в его реквизитах, а 25.12.2016, указанная в качестве даты проведения заседания и вынесения решения.

С учетом того, что общество не представило доказательств, что арбитражное решение содержит опечатку в дате его вынесения, в том числе какого-либо акта об исправлении соответствующей опечатки, суды пришли к выводу о невозможности признать подтвержденным проведение заседания и вынесения решения Российско-Сингапурского Арбитража в Сингапуре именно 25.12.2017.

Представляется, что суды использовали вышеуказанные технические ошибки, прежде всего, чтобы не допустить приведения в исполнение арбитражного решения, принятого под эгидой российского учреждения, мимикрирующего под иностранное. В этой связи суды могли бы также сослаться на недопустимость исполнения третейского решения, фактически принятого на территории России, в обход соответствующих положений российского процессуального законодательства (см. постановление АС Московского округа от 19.07.2017 по делу № А40-219464/16).

4. АРБИТРАЖ И БАНКРОТСТВО

4.1. Отказ конкурсного управляющего от исполнения договора, сделанный в соответствии с законодательством о несостоятельности, не затрагивает компетенцию третейского суда по рассмотрению требований, отнесенных к текущим платежам должника.

Постановление АС Уральского округа от 17.10.2018 № Ф09-6620/18 по делу № А50-21603/2018

Фирма и индивидуальный предприниматель заключили ряд договоров подряда и выполнения работ. Все они содержали оговорку о рассмотрении споров в «Третейском суде Пермского края» (в настоящее время утратил право администрировать арбитраж).

Фирма обанкротилась, и конкурсный управляющий заявил об отказе от исполнения договора, заключенного с предпринимателем. Предприниматель обратился с иском в Третейский суд, который частично удовлетворил его требования и взыскал с фирмы долг.

Конкурсный управляющий фирмы возражал против выдачи исполнительного листа на арбитражное решение. Он ссылался на то, что арбитражная оговорка прекратила свое действие, поскольку конкурсный управляющий отказался от исполнения договора в соответствии с законодательством о несостоятельности.

Однако суды отклонили возражения фирмы и выдали исполнительный лист. Суды указали, что к моменту заявления конкурсным управляющим отказа от исполнения договора работы уже были выполнены предпринимателем. Сам факт одностороннего отказа конкурсного управляющего от договора со стороны фирмы не затрагивает наличие у третейского суда компетенции по рассмотрению требований, отнесенных к текущим платежам фирмы.

4.2. Спор о взыскании денежных средств с санируемого банка является неарбитрабельным, поскольку процедура санации является публично-правовым вмешательством в частноправовые отношения в кредитной сфере.

Постановление АС Московского округа от 23.10.2018 по делу № А40-170662/17 (в передаче дела в ВС РФ отказано)

Банк России утвердил в отношении российского банка план участия Агентства по страхованию вкладов в предупреждении банкротства, в том числе предоставление такому банку финансовой помощи за счет средств Банка России (санация).

Иностранная компания обратилась в МКАС при ТПП РФ с иском к санируемому банку о взыскании задолженности и неустойки по договору купли-продажи векселей. Состав арбитров признал наличие у него компетенции по рассмотрению данного спора и вынес решение в пользу иностранной компании.

Однако арбитражные суды по заявлению банка отменили арбитражное решение. По мнению судов, спор по иску о взыскании денежных средств с санируемого банка не мог быть предметом третейского разбирательства. Введение процедуры санации в отношении банка предполагало публично-правовое вмешательство в частноправовые отношения в кредитной сфере, направленное в том числе на защиту прав вкладчиков. В подтверждение данной позиции суды сослались, в частности, на выводы в судебных актах, вынесенных по делу о признании незаключенным договора купли-продажи векселей, подписанного со стороны санируемого банка неуполномоченным лицом.

Позиция судов соответствует ранее сформировавшейся судебной практике ВС РФ (см. Определение ВС РФ 16.08.2016 № 305-ЭС16-4051 по делу № А40-117039/2015).

5. ПРЕЮДИЦИЯ И RES JUDICATA В АРБИТРАЖЕ

5.1. Арбитражное решение противоречит публичному порядку РФ, если оно содержит выводы о фактах, противоположные тем, что установлены во вступившем в силу решении государственного суда.

Постановление АС Московского округа от 19.11.2018 по делу № А40-82369/18

Бюджетное учреждение (судовладелец) обратилось в Морскую арбитражную комиссию при Торгово-промышленной палате РФ (МАК при ТПП РФ) с иском к страховой компании о выплате страхового возмещения по договору морского страхования в связи с наступлением страхового случая — поломки гребного вала судна. МАК удовлетворила иск судовладельца.

Однако суды по заявлению страховой компании отменили решение МАК. По мнению судов, решение МАК противоречит публичному порядку РФ, а именно принципам правовой определенности и обязательности вступивших в законную силу судебных актов. В решении МАК есть выводы о причинах поломки гребного вала, противоположные тем, которые раньше установил государственный суд при рассмотрении иска судовладельца к фрахтователю судна. Арбитры МАК решили, что причина поломки гребного вала — скрытый дефект (трещина). А государственные суды — износ подшипника вследствие нарушений судовладельцем правил эксплуатации и технического обслуживания судна.

При этом суды отклонили доводы судовладельца о том, что судебные акты государственных судов не обладают преюдициальностью в отношении арбитражного разбирательства в МАК, сославшись на указание в ст. 16 АПК РФ, что вступившие в законную силу судебные акты обязательны на всей территории России.

5.2. Решения третейских судов преюдициальной силы не имеют при рассмотрении спора между теми же лицами в государственном суде.

Постановление АС Поволжского округа от 09.11.2018 № Ф06-38848/18 по делу № А12-8962/18 (в передаче дела в ВС РФ отказано)

Юридическая фирма и конкурсный управляющий заключили договор юридических услуг с оговоркой о разрешении споров в МКАС при ТПП РФ. По договору гонорар фирмы составлял 10% от фактически поступивших в конкурсную массу денежных средств в результате работы фирмы. Крупнейший конкурсный кредитор подписал с конкурсным управляющим отдельное соглашение, приняв на себя обязанность частично расплатиться с фирмой в размере 10% от фактически перечисленных кредитору от должника-банкрота денежных средств.

Фирма обратилась в МКАС при ТПП РФ с иском к кредитору о взыскании гонорара, не выплаченного должником-банкротом по договору. Состав арбитров вынес постановление о прекращении третейского разбирательства. Арбитры решили, что соглашение между кредитором и конкурсным управляющим не является договором в пользу третьего лица (юридической фирмы), а поведение фирмы, получившей гонорар в деле о банкротстве именно от должника-банкрота, свидетельствует о том, что истец расценивает в качестве должника по договору исключительно должника-банкрота.

После этого фирма обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к кредитору о взыскании неосновательного обогащения. Суд первой инстанции удовлетворил иск. С этим согласилась кассация, указав, что вывод МКАС об отсутствии у фирмы прямого требования к кредитору не имеет преюдициального значения для этого спора. Такое значение, по мнению суда, могут иметь только судебные акты, вынесенные государственными, а не третейскими судами.

5.3. Арбитражное решение о взыскании денежных средств по договору противоречит публичному порядку, если оно вынесено после разрешения спора из такого договора в предыдущем третейском разбирательстве и полного исчерпания спора между сторонами.

Постановление АС Московского округа от 17.12.2018 по делу № А40-118786/17 (подана кассационная жалоба в ВС РФ)

Российское общество (покупатель) обратилось в МКАС при ТПП РФ с иском к латвийской компании (поставщику) о предоставлении кредит-нот (скидок) по генеральному соглашению о поставке лекарственных препаратов. Состав арбитров взыскал с поставщика в пользу покупателя стоимость невыставленных кредит-нот.

Однако российские суды отказали покупателю в выдаче исполнительного листа на данное решение МКАС. Суды установили, что стороны ранее уже обращались в МКАС за разрешением возникшего между ними спора: поставщик подавал иск о взыскании с покупателя задолженности по генеральному соглашению.

Арбитры изучили договорные отношения между сторонами, включая дополнительные соглашения, соглашения о зачете встречных требований и акты сверки взаиморасчетов, и вынесли решение о взыскании задолженности с поставщика. Во взыскиваемой задолженности были учтены все финансовые премии и скидки по генеральному соглашению.

Суды квалифицировали повторное обращение покупателя в арбитраж с иском к поставщику как нарушение принципа добросовестности, справедливости и соразмерности имущественного взыскания, поскольку оно было заявлено после исчерпания спора в ином деле. Исполнение решения МКАС фактически привело бы к тому, что сумма скидки превысила бы 100% цены лекарственных препаратов по генеральному соглашению.

Соответственно, суды посчитали, что решение МКАС противоречит публичному порядку, поскольку нарушает принципы правовой определенности и недопустимости повторного рассмотрения уже разрешенного дела.

5.4. Постановление третейского суда об отсутствии у него компетенции рассматривать иск, который государственный суд ранее оставил без рассмотрения в связи с наличием арбитражного соглашения, не является вновь открывшимся обстоятельством.

Постановление АС Московского округа от 27.11.2018 по делу № А40-23040/2016 (в передаче дела в ВС РФ отказано)

Два российских общества (истец и ответчик) заключили договор с оговоркой о разрешении споров в МКАС при ТПП РФ. Договорные отношения между сторонами не имели иностранного элемента, а стороны не имели в своем капитале иностранных инвестиций.

Истец обратился с иском к ответчику в Арбитражный суд города Москвы. В суде он заявил о неисполнимости арбитражной оговорки, поскольку на момент заключения договора МКАС не имел предметной компетенции рассматривать споры из договора без иностранного элемента. Суды всех инстанций оставили иск без рассмотрения, сославшись на то, что решение вопроса о предметной компетенции конкретного третейского суда не относится к полномочиям государственных судов и такой вопрос может быть разрешен лишь самим третейским судом.

Истец обратился с аналогичным иском в МКАС. По ходатайству обеих сторон состав арбитров вынес постановление о прекращении третейского разбирательства в связи с отсутствием у него предметной компетенции. После этого суды первой и апелляционной инстанций по просьбе истца отменили судебные акты об оставлении иска без рассмотрения по вновь открывшимся обстоятельствам и начали повторное рассмотрение дела.

Однако суд кассационной инстанции не согласился с нижестоящими судами. Суд указал, что постановление МКАС об отсутствии у него компетенции, вынесенное после даты вынесения судом определения об оставлении иска без рассмотрения, не может являться вновь открывшимся обстоятельством. По мнению суда кассационной инстанции, данное постановление является новым доказательством, которое не может служить основанием для пересмотра судебных актов.

Суд указал, что истец нарушил последовательность действий по защите своих прав. Если ответчик возражает против рассмотрении иска в суде, у истца возникает право на передачу спора в суд только после получения постановления МКАС об отсутствии у него компетенции, поскольку основанием для вывода суда о неисполнимости арбитражной оговорки могло являться лишь постановление третейского суда об отсутствии у него компетенции. Соответственно, истец, действуя разумно, должен был сначала получить доказательства неисполнимости арбитражного соглашения, связанные с отсутствием у МКАС предметной компетенции, и лишь затем обращаться с иском в государственный суд.

Суд также отклонил довод истца о том, что обращение в суд с иском после получения постановления МКАС привело бы к пропуску им срока исковой давности. Это обстоятельство — риск истца.

6. ПУБЛИЧНЫЙ ПОРЯДОК

6.1. Рассмотрение третейским судом спора из договора, заключенного во исполнение государственного контракта, не противоречит публичному порядку РФ, если нет иных доказательств его нарушения.

Определение ВС РФ от 10.12.2018 № 305-ЭС18-15649 по делу № А40-211424/17

Генеральный подрядчик и субподрядчик заключили договор о выполнении комплекса работ. Договор был заключен во исполнение государственного контракта на строительство стадиона. В договоре также была арбитражная оговорка.

Генподрядчик обратился с иском к субподрядчику в третейский суд, который удовлетворил иск генпорядчика. Затем субподрядчик попытался добиться отмены арбитражного решения в государственных судах, ссылаясь на нарушение публичного порядка РФ.

Однако суды всех инстанций, включая ВС РФ, отказали субподрядчику в отмене арбитражного решения. В частности, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ указала, что само по себе рассмотрение третейским судом спора из договора субподряда, заключенного в исполнение государственного контракта, не противоречит публичному порядку РФ, если нет иных доказательств его нарушения. При этом подрядчик подтвердил, что его обязательства перед государственным заказчиком были исполнены полностью.

6.2. Арбитражное решение, вынесенное по спору из сделки, специально структурированной с участием иностранных компаний с целью уклонения от уплаты налогов в России, противоречит публичному порядку РФ.

Постановление АС Московского округа от 05.12.2018 по делу № А40-169104/18 (подана кассационная жалоба в ВС РФ)

Арбитражный институт Торговых палат Швейцарии вынес решение о взыскании задолженности и арбитражных расходов с российской компании в пользу иностранной компании. Иностранная компания обратилась в российский суд с заявлением о признании и приведении в исполнение в РФ указанного арбитражного решения. Однако суды отказали в удовлетворении заявления.

Предметом спорной сделки, в рамках которой третейский суд взыскал долг, были акции российского общества. Третейский суд установил, что сделка была специально структурирована с участием иностранных юридических лиц. Ключевой целью структурирования сделки было уменьшить налогообложение. При этом арбитр сослался на документы, согласно которым офшорная структура сделки должна была оптимизировать налог на сумму 30 млн рублей, который иначе подлежал бы уплате продавцом при совершении сделки в России.

Суды сочли, что поскольку такая сделка направлена на уклонение от уплаты налога продавцом при продаже имущества, расположенного на территории РФ, а значит, нарушает запрет на обход закона с противоправной целью, то арбитражное решение противоречит публичному порядку РФ.

6.3. Арбитражное решение о взыскании штрафа в фиксированном размере, в десятки раз превышающем нарушенное обязательство, противоречит публичному порядку РФ.

Постановление АС Московского округа от 14.11.2018 по делу № А40-172778/17 (подана кассационная жалоба в ВС РФ)

Латвийская компания (поставщик) и российское общество (покупатель) заключили генеральное соглашение, согласно которому покупатель обязался в том числе оказывать услуги по продвижению на территории России лекарственных препаратов, закупаемых покупателем у поставщика. В свою очередь поставщик был обязан не поставлять свою продукцию в Россию третьим лицам в обход взаимоотношений с покупателем.

Покупатель обратился в МКАС при ТПП РФ с иском к поставщику о взыскании штрафа в фиксированном размере (€5 000 000) в связи нарушением запрета на продажу продукции, продвигаемой покупателем, иным лицам из России. Состав арбитров частично удовлетворил иск и взыскал с поставщика €3 760 500.

Однако суды отказали покупателю в выдаче исполнительного листа и отменили решение МКАС. Суды установили, что стоимость товара, ввезенного поставщиком на территорию России в обход взаимоотношений с покупателем, не превысила 12 млн рублей. То есть размер взысканного МКАС штрафа (около 270 млн руб.) в десятки раз превысил размер нарушенного обязательства.

По мнению судов, такое арбитражное решение нарушает принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности. Она не может быть направлена на обогащение кредитора и призвана компенсировать возможные убытки и восстановить нарушенные права. Соответственно, суды пришли к выводу о противоречии решения МКАС публичному порядку РФ.

***

Обзор подготовили Дмитрий Андреев (сопредседатель Совета современного арбитража (Young IMA), председатель комитета по взаимодействию с государственными судами), а также члены Young IMA Наталья Двенадцатова (партнер VLawyers Law Firm), Елизавета Дроздова (Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)), Лейла Канаметова (АБ «Линия права»), Виктория Лунегова (Пермский государственный национальный исследовательский университет).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *