Ст 169 ГК комментарий

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Комментарий к Ст. 169 ГК РФ

1. Комментируемая статья закрепляет правовые последствия совершения так называемых антисоциальных сделок. Уникальность этого правового явления обусловлена тем обстоятельством, что принцип свободы договора, предполагающий в том числе автономное волеобразование и волеизъявление сторон, ограничивается необходимостью защиты основ правопорядка в случаях злоупотребления субъектами гражданского права своей свободой.

В соответствии со ст. 30 ГК РСФСР 1922 г. недействительной считалась «сделка, совершенная с целью, противной закону или в обход закона, а равно сделка, направленная к явному ущербу для государства» . Однако справедливости ради надо признать, что и дореволюционное российское право не поощряло сделки, противоречащие добрым нравам и правопорядку. Аналогичные нормы, закрепляющие недействительность «антисоциальных сделок», содержатся в законодательстве Германии, Австрии, Швейцарии, Испании и других государств.

———————————
Об истории развития института «антисоциальных» сделок в советском законодательстве и науке гражданского права см., например: Хейфец Ф.С. Недействительность сделок по российскому гражданскому праву. М., 1999. С. 64 — 77.

Используемое в комментируемой статье понятие «основы правопорядка и нравственности» не имеет легального определения. В юридической науке отмечается многогранность понятия «основы правопорядка» и неясность термина «нравственность». В то же время Конституционный Суд РФ полагает, что они имеют вполне определенное содержание. В своем Определении от 8 июня 2004 г. N 226-О КС РФ указывает: «Понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений… Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий».

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в своем Постановлении от 10 апреля 2008 г. N 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что такого рода сделки нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. В качестве примеров названное Постановление приводит сделки, направленные на производство и отчуждение определенных видов объектов, изъятых или ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг.

Кроме того, к числу «антисоциальных» сделок традиционно принято относить такие, которые связаны с совершением преступлений, — оплата услуг исполнителя преступления, передача денег при коммерческом подкупе, получение денег в виде взятки за действия (бездействие) в пользу взяткодателя и т.п.

2. Важным условием применения комментируемой статьи является то, что противной основам правопорядка и нравственности должна быть именно цель сделки. Как известно, «цель, преследуемая субъектами, совершающими сделку, всегда носит правовой характер — приобретение права собственности, права пользования определенной вещью и т.д. Типичная для данного вида сделок правовая цель, ради которой они совершаются, называется основанием сделки (causa)» .

———————————

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник «Гражданское право: В 4 т. Общая часть» (том 1) (под ред. Е.А. Суханова) включен в информационный банк согласно публикации — Волтерс Клувер, 2008 (3-е издание, переработанное и дополненное).

Гражданское право: Учебник: В 4 т. / Отв. ред. Е.А Суханов. М., 1998. Т. 1. С. 331.

Как отмечается в Постановлении Пленума ВАС РФ от 10 апреля 2008 г. N 22, необходимо установить, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей (ст. 153 ГК) заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности. При этом цель сделки может быть признана заведомо противной основам правопорядка и нравственности только в том случае, если в ходе судебного разбирательства будет установлено наличие умысла на это хотя бы у одной из сторон.

По указанной причине не могут быть признаны «антисоциальными», например, сделки, стороны которых в тексте документа, выражающего условия соглашения, занизили размер встречного предоставления по сравнению с истинным. Предположим, договор купли-продажи жилого помещения заключен на условиях наличной оплаты, однако в тексте такого договора указана сумма, в 3 — 4 раза меньшая по сравнению с ценой договора, устно согласованной сторонами и фактически уплаченной покупателем. Такого рода ситуации весьма широко распространены в отношениях между физическими лицами, поскольку связаны с нежеланием продавцов недвижимости уплачивать налог на доходы физического лица (ст. 210 НК) с суммы, составляющей цену договора.

Целью договора в данном случае следует считать возмездный переход права собственности на жилое помещение, а вовсе не уклонение продавца от налогообложения. По этой причине расценивать весь договор купли-продажи как сделку, противоречащую основам правопорядка и нравственности, нет никаких оснований, что не препятствует, однако, признанию недействительной какой-либо части сделки по иному основанию.

Арбитражная практика в настоящее время свидетельствует об осторожном отношении к применению ст. 169 ГК РФ. Так, при оспаривании итогов приватизации (дело «Тольяттиазот») истец ссылался на невыполнение ответчиком условий договора купли-продажи. Однако Президиум ВАС РФ не обнаружил оснований для признания приватизационной сделки недействительной как противоречащей основам правопорядка или нравственности. По мнению Суда, «квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит заведомо и очевидно для участников гражданского оборота основам правопорядка и нравственности» .

———————————
Постановление Президиума ВАС РФ от 22 ноября 2005 г. N 4937/05 по делу N А55-3006/2004-46.

3. Сложность применения комментируемой статьи заключается также в том, что сделки, противные основам правопорядка и нравственности, следует отграничивать от смежных составов недействительных сделок. Чаще всего стороны заключают мнимые или притворные сделки, которые ошибочно квалифицируются как «антисоциальные».

В арбитражный суд обратился налоговый орган с требованием о применении последствий недействительности ничтожной сделки (договора пожертвования ценных бумаг) по передаче принадлежавших ООО акций благотворительному фонду и последующему внесению фондом акций в уставный капитал инвестиционной компании. По мнению истца, целями указанных действий являлись: уход от налогообложения всех участников передачи акций; закрепление указанных пакетов акций за инвестиционной компанией; нарушение норм действующего законодательства при безвозмездной передаче акций по цепочке: ООО — благотворительный фонд — инвестиционная компания и создание условий для невозможности взыскания налогов с лиц, участвовавших в сделках. Последнее было обусловлено добровольной ликвидацией ООО вскоре после передачи акций и исключением общества из государственного реестра.

Как полагал истец, благотворительный фонд, передавая акции, полученные им в целях осуществления благотворительной деятельности, лицу, в чьи цели деятельности не входило какое-либо осуществление программ благотворительности, не достиг и не способствовал достижению цели благотворительности. В этой связи суд пришел к выводу, что ООО (его общее собрание участников, в котором участвовали все эмитенты акций), принимая решение о совершении крупной сделки — договора пожертвования ценных бумаг, должно было знать, что непосредственное использование акций в благотворительных целях фондом невозможно. По мнению суда, изначально предполагалась последующая передача акций в собственность коммерческой организации путем внесения их в уставный капитал для реализации имущественных прав по этим ценным бумагам.

Как счел суд, такая передача была направлена на освобождение от налогообложения благотворительного фонда при получении акций от ООО. Действия ООО в совокупности с обстоятельствами передачи акций позволили суду сделать вывод, что действия участников этой передачи акций были направлены на уклонение от уплаты налогов .

———————————
Решение Арбитражного суда г. Москвы от 2 и 6 июля 2007 г. по делу N А40-78280/06-137-633 и другие решения по этому делу.

Такого рода цель, безусловно, относится к числу противных основам правопорядка. Однако хотелось бы обратить внимание на то, что сама по себе цель договора пожертвования ценных бумаг, заключенного между ООО и благотворительным фондом, не противоправна, она состоит в переходе права собственности на имущество к другому лицу. По этой же причине нельзя считать незаконной и отдельно взятую сделку благотворительного фонда по передаче акций инвестиционной компании.

В этой связи позиция, которую заняли и истец, и суд, выглядит по меньшей мере необоснованной. В то же время нельзя не заметить, что те или иные сделки, являвшиеся предметом рассмотрения в суде, могли иметь мнимый или притворный характер, например могли прикрывать безвозмездной передачей имущества возмездную или совершаться лишь для вида. Это обстоятельство судом не было принято во внимание.

Отличие сделок, противных основам правопорядка и нравственности, от сделок, не соответствующих закону (ст. 168 ГК), заключается в том, что первые не нарушают прямо предписаний какого-либо нормативного правового акта. Поэтому стремление некоторых истцов обосновать свои требования ст. 169 ГК РФ связано не только с возможностью применения особых последствий недействительности, но и с ошибочным смешением понятий «сделка, противоречащая закону» и «сделка, противоречащая основам правопорядка». В этом отношении и в настоящее время справедливо утверждение И.А. Покровского о том, что «дело государства определить все, что необходимо для бытия общественного порядка, положительными предписаниями закона, и тогда, естественно, всякие сделки, противные общественному порядку, будут невозможны уже потому, что они противны закону» .

———————————
Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 253.

4. Комментируемая статья характеризуется также тем, что устанавливает специальные последствия недействительности сделки. В зависимости от умысла сторон подлежит применению односторонняя реституция либо все полученное сторонами по сделке взыскивается в доход Российской Федерации, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного.

Столь жесткие последствия недействительности сделок встречаются в гражданском законодательстве редко. Конфискационный (штрафной, карательный) характер этих последствий позволяет некоторым ученым высказывать предположение об их публично-правовой природе.

Очевидно, что именно конфискационные последствия недействительности сделок, противоречащих основам правопорядка и нравственности, во многих случаях и способствуют выбору органами государственной власти оснований для обращения в суд. Представляется, что необходимо отойти от фиксации конфискационных мер в положениях об «антисоциальных» сделках, оставив законодателю возможность закрепления соответствующих мер в нормах публичного права, но не в связи с совершением сделок, а в связи с административным или уголовным правонарушением, сопровождающим сделку.

———————————
Термин «конфискационные последствия» используется применительно к недопущению реституции в отечественной науке довольно давно. См., например: Райхер В.К. Конфискационные последствия сделок, противных интересам социалистического государства и общества // Правоведение. 1965. N 1.

Как и при применении иных последствий недействительности сделок, в случае недопущения реституции прежде, чем обратить в доход государства имущество, перешедшее от участника сделки к другому лицу, необходимо соблюсти права и интересы добросовестного приобретателя имущества .

———————————
См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева».

5. С учетом неблагоприятных последствий недействительности сделок, противоречащих основам правопорядка и нравственности, высказываются предложения о сокращении круга случаев, в которых могли бы такие последствия применяться. Как отмечается в Концепции совершенствования общих положений ГК РФ, «применение изъятия исполненного в доход государства может сохранять свою актуальность в следующих случаях: а) совершение сделки с вещью, изъятой из оборота (незаконная продажа оружия, реализация фальшивых денег или ценных бумаг, поддельных лекарств или алкогольной продукции, опасных для жизни и здоровья населения и т.п.); б) совершение сделки, предметом которой является деяние, обладающее признаками преступления или административного правонарушения (проституция, дача взятки, наем убийц, исполнителей для хулиганских действий, террористических актов, массовых беспорядков и проч.)» .

Статья 169. Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности

1. Неправомерный отказ в государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица либо уклонение от их регистрации, неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности либо уклонение от его выдачи, ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационно-правовой формы, а равно незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица, если эти деяния совершены должностным лицом с использованием своего служебного положения , —
наказываются штрафом в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов.

2. Те же деяния, совершенные в нарушение вступившего в законную силу судебного акта, а равно причинившие крупный ущерб, —
наказываются лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от трех до пяти лет со штрафом в размере до двухсот пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Комментарий к статье 169 УК РФ

1. Объективная сторона преступления описана с помощью следующих альтернативных действий и бездействия должностного лица.

К числу действий закон относит:

1) неправомерный отказ в государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица. Законный отказ возможен только в случаях:

а) непредставления документов, необходимых для государственной регистрации;

б) представления документов в ненадлежащий регистрирующий орган.

Отказ должен быть сделан в письменной форме в тот же срок, что и решение о регистрации (по общему правилу в срок не более пяти рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган);

2) неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на право осуществления определенной деятельности. Законным отказ может быть, если:

а) документы, представленные соискателем лицензии, содержат недостоверную или искаженную информацию;

б) принадлежащие соискателю лицензии или используемые им объекты не соответствуют лицензионным требованиям и условиям, необходимым для осуществления соответствующего вида деятельности.

Решение о выдаче или об отказе в выдаче лицензии, как правило, должно быть принято в течение 45 дней с момента предоставления всех необходимых документов;

3) ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационно-правовой формы означает дискриминационный подход к различным субъектам экономической деятельности. Оно может выражаться в запрете выдачи лицензий на определенный вид деятельности всем, за исключением муниципальных унитарных предприятий, и т.д.;

4) ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица. Закон не конкретизирует виды вмешательства; следовательно, они могут быть любыми, но обязательно не основанными на действующем законе (например, установление предельного объема производства или сбыта продукции).

2. Рассматриваемое преступление может быть совершено путем уклонения от государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица либо от выдачи специального разрешения (лицензии). В этом случае оно будет считаться оконченным с момента истечения сроков, установленных для регистрации или выдачи лицензии, при условии наличия законных оснований для совершения этих действий.

3. Обязательным признаком объективной стороны является способ — использование должностным лицом своего служебного положения, т.е. тех полномочий, а также авторитета, которыми он обладает в силу занимаемой должности, для совершения преступления.

4. Субъект преступления специальный — должностное лицо (см. примечание 1 к ст. 285 УК).

5. Уголовная ответственность усиливается, если воспрепятствование законной предпринимательской деятельности продолжается после судебного решения, определившего неправомерность действий должностного лица (ч. 2). Субъектом этого преступления может быть и другое должностное лицо. Необходимо лишь, чтобы оно знало о наличии соответствующего судебного решения, вступившего в законную силу.

6. Крупный размер выражается как в виде реального материального ущерба, так и, главным образом, в виде упущенной выгоды. В сумме он должен превышать 1 млн. 500 тыс. руб.

7. Вина должностного лица по отношению к причиненному его действиями ущербу может быть как умышленной, так и неосторожной.

Другой комментарий к статье 169 Уголовного Кодекса РФ

1. Диспозиция настоящей статьи носит бланкетный характер, т.е. для правильного понимания ее смысла необходимо обратиться к иным нормативным актам. В частности, понятие законной предпринимательской деятельности дается в ст. 2 ГК РФ: «Предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работы или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке».

В статье сказано о воспрепятствовании не только законной предпринимательской деятельности, но и иной деятельности. Как представляется, было бы лучше ограничиться рамками предпринимательской деятельности, а об ином объекте охраны вести речь в других статьях Кодекса. Вместе с тем под иной следует понимать любую законную деятельность, а не только сферу экономической деятельности.

2. Непосредственный объект преступления — законные права и интересы субъектов предпринимательской и иной деятельности.

Такими субъектами признаются индивидуальные предприниматели либо юридические лица.

Индивидуальным предпринимателем в соответствии со ст. 23 ГК следует признать гражданина, который самостоятельно осуществляет предпринимательскую деятельность и зарегистрирован в таком качестве государством.

Юридическим лицом в соответствии с ч. 1 ст. 48 ГК признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Следует признать, что деятельность юридических лиц может быть разной: коммерческой, некоммерческой, политической, благотворительной и т.п.

3. Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 данной статьи, характеризуется деянием с формальным составом, т.е. момент окончания связан с выполнением либо невыполнением определенных действий, которые могут быть совершены в одной из следующих семи форм: неправомерный отказ в регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица; уклонение от регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица; неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности индивидуальному предпринимателю или юридическому лицу; уклонение от выдачи специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности индивидуальному предпринимателю или юридическому лицу; ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица; ограничение самостоятельности индивидуального предпринимателя или юридического лица; иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица.

Неправомерный отказ в регистрации охватывает обширный спектр действий. В соответствии с ч. 1 ст. 51 ГК юридическое лицо подлежит государственной регистрации в органах юстиции в порядке, определяемом законом о регистрации юридических лиц. Данное государственной регистрацией, в том числе для коммерческих организаций, фирменное наименование включается в Единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления. Что касается граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, то ст. 23 ГК также обязывает их пройти государственную регистрацию в качестве такового.

Исходя из смысла данного законоположения, под отказом следует понимать действия или бездействие должностного лица соответствующего органа исполнительной власти, которые могут выражаться: в непринятии пакета учредительных документов от указанных субъектов; в отказе внести их в регистрационный реестр; в невыдаче им регистрационного свидетельства; в других действиях, которые нарушают условия и порядок государственной регистрации, предусмотренные Федеральным законом от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (в ред. от 19 мая 2010 г.) (СЗ РФ. 2001. N 33. Ст. 3431).

Должностное лицо соответствующего органа должно довести отказ до индивидуального предпринимателя или представителя регистрируемого юридического лица.

Вместе с тем не всякий отказ следует считать неправомерным. Так, например, отказ должностного лица зарегистрировать юридическое лицо или гражданина в качестве индивидуального предпринимателя по причине нарушения ими установленного действующим на территории Российской Федерации законодательством порядка сдачи учредительных или иных документов должен быть признан правомерным. Но при этом регистрирующий орган не вправе требовать представления других документов, кроме документов, установленных настоящим Федеральным законом.

Неправомерным отказ должен быть признан только в том случае, если он имел место в нарушение положений ст. ст. 23 и 51 ГК, а также норм Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (ред. от 28.07.2012).

Несколько иначе обстоит дело с регистрацией кредитных коммерческих организаций. Статья 12 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» (в ред. от 29.06.2012) устанавливает, что Банк России осуществляет государственную регистрацию кредитных организаций и ведет Книгу государственной регистрации кредитных организаций. Статья 16 данного Закона содержит исчерпывающий перечень оснований для правомерного отказа в государственной регистрации кредитной организации. Соответственно, отказ по любым иным основаниям должен быть признан неправомерным.

Уклонение от регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица означает более завуалированную форму отказа в государственной регистрации. Оно может находить свое выражение в следующем: должностное лицо может выполнять тот же комплекс действий, что и при отказе в регистрации индивидуального предпринимателя или коммерческой организации, но об этом никто из заинтересованных лиц не информируется либо аргументы являются явно надуманными; должностное лицо незаконно и неоднократно продлевает сроки регистрации, умышленно утрачивает представленные документы либо иным образом затягивает процесс.

Неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности противоречит положениям ст. 49 ГК, в соответствии с которой установлено, что отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, можно заниматься на основании специального разрешения (лицензии). Основным правовым актом, определяющим перечень видов деятельности, на осуществление которых требуется специальное разрешение (лицензия), и порядок лицензирования, является Федеральный закон от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (в ред. от 28.07.2012) (СЗ РФ. 2001. N 33. Ст. 3430).

Кроме того, в части, не противоречащей названному Закону, сохраняют свою силу указы Президента и постановления Правительства РФ, регулирующие порядок и устанавливающие органы, осуществляющие лицензирование отдельных видов деятельности. Лицензия представляет собой официальный документ, который разрешает осуществление указанного в нем вида деятельности в течение установленного срока, а также определяет условия его осуществления.

Отказ в данном случае может выражаться, например, в следующем: под надуманными предлогами или без объяснения причин не принимаются документы, необходимые для получения специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности; не совершаются необходимые бюрократические действия по внесению в соответствующий реестр записи о выдаче заинтересованным лицам специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности; лицензия не выдается без уважительных причин, без официального уведомления.

Основанием для отказа в выдаче лицензии являются: а) наличие в документах, представленных заявителем, недостоверной или искаженной информации; б) отрицательное экспертное заключение, установившее несоответствие условиям, необходимым для осуществления соответствующего вида деятельности, и условиям безопасности.

Уведомление об отказе в выдаче лицензии представляется заявителю в письменном виде в трехдневный срок после принятия такого решения с указанием причины отказа.

Соответственно, отказ следует также считать неправомерным, если он имел место по любым иным основаниям.

Уклонение от выдачи лицензии может выражаться в следующем поведении должностного лица соответствующего органа: оно может выполнять тот же комплекс действий, что и при отказе в регистрации, никак не аргументируя свое поведение либо вообще не информируя об этом заинтересованных лиц (индивидуального предпринимателя или представителя коммерческой организации); оно может неоднократно требовать представления документов, которые не входят в перечень, определенный законом; оно бездействует под любым иным надуманным основанием либо умышленно утрачивает документы.

Рассмотрение заявления по существу с принятием решения о выдаче или об отказе в выдаче лицензии должно происходить в течение 60 дней со дня получения заявления со всеми необходимыми документами.

Под ограничением прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационно-правовой формы следует понимать любые действия должностных лиц, которые также существенно сужают сферу, предоставляемую действующим законодательством для удовлетворения интересов и прав субъектов предпринимательской и иной деятельности.

Это, в том числе, и умышленное создание условий, которые делают невозможным осуществление указанной в законе деятельности. Такие действия могут быть связаны с нарушением или устранением конкуренции, с отказом государственных учреждений от кредитования индивидуальных предпринимателей и т.п. В этом случае требуется дополнительная квалификация по соответствующим статьям Уголовного кодекса РФ.

Незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица предполагают различные действия, которые в той или иной степени лишают перечисленных субъектов возможности действовать в полном объеме своих прав и полномочий, ставят под бюрократический контроль принятие ими важных решений. Например, принуждение к расторжению договоров по надуманным основаниям, навязывание невыгодных условий кредитования, рекомендации по принятию в штат нужных людей и т.д.

4. Субъективная сторона преступления по ч. 1 данной статьи характеризуется виной в форме прямого умысла. Виновный осознает противоправность своих действий и желает совершить их в той или иной форме. Мотивы и цели совершения преступления не являются обязательными признаками, но учитываются при назначении наказания. При наличии в действиях виновного признаков должностного преступления (взяточничество, злоупотребление или превышение должностных полномочий и др.) требуется квалификация по совокупности.

5. Субъект преступления специальный. Это должностное лицо, использующее свое служебное положение. О понятии и признаках должностного лица см. комментарий к ст. 285 УК.

Часть 2 ст. 169 УК предусматривает ответственность за те же деяния, но при наличии одного из следующих квалифицирующих признаков: совершенные в нарушение вступившего в законную силу судебного акта; причинившие крупный ущерб.

Первый квалифицирующий признак означает, что виновный, несмотря на имеющееся судебное решение, обязывающее его не воспрепятствовать законной деятельности, вновь совершает одно из указанных в ч. 1 настоящей статьи действий или бездействие. Судебное решение должно быть не отмененным, вступившим в законную силу и иметь отношение к предмету обжалования. Истцом выступает индивидуальный предприниматель либо представитель юридического лица. Судебными органами, вынесшими решение, могут быть как суды общей юрисдикции, так и арбитражные суды. В данном случае виновное должностное лицо подлежит ответственности только в том случае, если ему заранее было известно о наличии судебного решения и оно вновь осуществляет воспрепятствование. Деяние виновного в данном случае посягает еще и на отношения правосудия, т.е. в его действиях налицо идеальная совокупность преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 169 и ст. 315 УК. Субъективная сторона характеризуется при этом виной в форме прямого умысла.

Второй квалифицирующий признак характеризует материальный состав преступления. Он означает, что деяние должностного лица находится в причинной связи с причиненным ущербом, размер которого в настоящее время законодательно определен. В примечании к комментируемой статье указывается, что крупным размером, крупным ущербом, доходом либо задолженностью в крупном размере в статьях главы 22 УК, за исключением ст. ст. 174, 174.1, 178, 185, 185.1, 193, 194, 198 — 199.1 УК, признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей 1 млн. 500 тыс. рублей, особо крупным — 6 млн. рублей.

Такое решение законодателя следует поддержать, так как ранее было много споров по поводу содержания этого оценочного понятия.

По воле законодателя действия виновного могут быть квалифицированы по двум квалифицирующим признакам сразу. Субъективная сторона в указанном материальном составе характеризуется умышленной формой вины.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *