Справедливое решение

Учитесь представлять свои доказательства

Человек обращается в суд и ожидает решения в свою пользу, поскольку, по его мнению, правда на его стороне. Если этого не происходит, значит, суд поступил с ним несправедливо. А что означает это понятие для суда?

Александр Дементьев: Суды рассматривают дела разных категорий: гражданские, административные, уголовные, судебного контроля за органами власти. Кажется, понятие справедливости должно быть единым. На самом деле все зависит именно от категории дела. Например, применительно к уголовному судопроизводству справедливость чаще связана с мерой наказания: оно может казаться (как правило, потерпевшим) очень мягким. Или, напротив, неоправданно жестким. Чаще такие чувства испытывают осужденные, их близкие. Сегодня, кстати, недовольных больше не по уголовным, а гражданским делам. У нас огромная закредитованность населения: если в 2014 году с граждан было взыскано 8 миллиардов рублей, то в 2015 году — уже 20.

Должник воспринимает это негативно, хотя в договоре сказано: банк вправе потребовать досрочного погашения кредита, если не соблюдается график платежей. Но человек считает, что его вины в этом нет: он попал под сокращение или ему задерживают зарплату. Вместе с тем, хотя такие ситуации законодательно не урегулированы, есть прецеденты, когда суды отказывают в досрочном взыскании, в частности, валютных ипотечных кредитов, если до кризиса плательщик регулярно гасил задолженность.

А возраст влияет на ожидания человека, подающего иск?

Александр Дементьев: Безусловно. Пожилые люди считают, что с их проблемой должен разобраться сам суд. Так было в советское время: на судье лежала обязанность найти истину, разъяснить, если сторона действует неправильно, как надо поступить. Сегодня процесс совершенно иной. Действующая Конституция четко развела функции сторон. Суд не может отстаивать чьи-либо интересы. Участники разбирательства представляют доказательства, а суд проверяет их, выслушивает возражения и с учетом этого принимает решение. Он имеет право помочь в истребовании доказательства, например, какого-то документа, если сторона не в состоянии получить его самостоятельно. Есть лишь несколько исключений: по суду человека могут восстановить на работе, а в уголовном процессе вернуть дело прокурору, если имеются существенные нарушения, препятствующие рассмотрению дела.

Пожилые люди считают, что с их проблемой должен разобраться сам суд. Так было в советское время. Сегодня процесс совершенно иной

При этом закон предполагает, что для формулирования своей позиции человек должен обратиться к специалисту. КоАП уже ввел правило: в суде интересы человека представляет только профессиональный юрист. Почему так? Потому что суд не может выйти за пределы той формулировки, которую представил истец. Если даже судья видит, в чем причина недовольства истца на самом деле, он ответит лишь на тот вопрос, который сформулирован в исковом заявлении. Таким образом, чтобы защитить свои права, необходимо очень грамотно сформулировать позицию с помощью юристов, адвокатов. Более того, если форма искового заявления не отвечает установленным требованиям, судья может не принять его к рассмотрению. Помимо этого, надо еще и грамотно представить в суде доказательства, подтверждающие правоту. Иначе дело не выиграть. А это опять же работа специалистов.

И все-таки кратко: что такое справедливость для судьи?

Александр Дементьев: Это обеспечение принципов беспристрастности, объективности, состязательности судебного процесса, вынесение решения в соответствии с законом и внутренним убеждением. «По закону и совести», как говорится в присяге судьи.

Внутреннее убеждение судьи складывается на основе исследования доказательств, которые были представлены на процессе.

Что означает «по закону»? С учетом знания не только самого закона, но и практики его применения, разъяснений Верховного суда России, с учетом правовых позиций Конституционного суда России и Европейского суда по правам человека.

А по совести… Закон всегда отстает от жизни: еще вчера совершенное деяние было преступлением, а сегодня отношение общества к нему изменилось, хотя закон по-прежнему за это карает. И судья решает, наказать человека или нет, и если наказать, то как.

В другом случае деяние попадает под действие Уголовного кодекса. Например, велосипед с дачи украли. Преступление? Да. Но представляет ли оно большой вред с точки зрения общественной безопасности? Судья принимает решение по совести, считая, что за это сурово наказывать нельзя. А если украл подросток, судья вообще может прекратить уголовное преследование и применить в отношении несовершеннолетнего принудительные меры воспитательного характера. Возможно, потерпевший будет считать это решение несправедливым. Но заслуживает ли преступление того, чтобы отправить подростка в колонию?

Другая ситуация. Массовые кражи из садовых домиков. Тоже подростки. Уже водили в полицию, предупреждали о наказании. Родители считают, мелочь: подумаешь, две банки варенья украли! А судья решает: наказать, в интересах общественной безопасности их надо изолировать. Вот так каждое дело судья пропускает через себя. В понимании обычного человека понятия совести, справедливости имеют несколько иное наполнение. И это, безусловно, порождает недопонимание. Преодолеть его можно только через повышение правовой культуры общества.

Если я вас правильно понял, не надо ходить в суд без адвоката?

Александр Дементьев: Нежелательно. Нужно хотя бы обратиться за консультацией, за помощью в составлении документов. Если есть представления о своих правах, о специфике процесса, человек имеет право самостоятельно представлять себя, но лучше все-таки иметь профессионального помощника. Люди говорят: на адвоката нет денег. Бесплатные юридические услуги оказывают не только адвокаты и не только за счет областного бюджета, но и ассоциация юристов, есть юридические клиники при вузах, пункты бесплатной юридической помощи в каждом муниципальном образовании.

А как найти толкового совестливого адвоката?

Александр Дементьев: Необходимо изучать рынок, советоваться с теми, кто пользовался услугами того или иного юриста, сходить в адвокатскую контору и посмотреть, как там общаются с людьми. Надо учитывать, что существуют специализированные адвокаты: они глубже знают специфику конкретной отрасли права. Не стоит доверять юристу, который обещает выиграть дело за процент от суммы иска, а также иметь дело с тем, кто утверждает: положительному исходу процесса поможет передача определенной суммы судье. Это чистый обман.

А все-таки судьи дают человеку понять, что он что-то делает не так, пытаются его надоумить? К чему участник процесса в этом плане должен быть максимально чуток?

Александр Дементьев: В вопросах судьи часто содержится и ответ.

А как бы вы решали, подавать в суд или нет?

Александр Дементьев: Если права нарушены, если они важны, обращаться в суд надо. То же самое касается взыскания причиненного материального вреда. Иначе нарушитель подумает, что так можно поступать и дальше. А когда вы просто хотите кому-то отомстить, то, наверное, лучше этого не делать.

Ключевой вопрос

Однажды я был потерпевшим в уголовном деле. Показалось, что судья не беспристрастен: не ограждает меня от нападок адвоката обвиняемого. Обидчика осудили, но осадок несправедливого отношения остался…

Александр Дементьев: Понятно. В уголовном судопроизводстве обязательно наличие у подсудимого защитника по определенным категориям дел: несовершеннолетние, лица с ограниченными возможностями и так далее. Потерпевший тоже мог иметь адвоката, но за свой счет. Однако с 2015 года все поменялось: теперь бесплатного защитника предоставляют и несовершеннолетним потерпевшим. Но они нечасто пользуются этим правом. И получается: с одной стороны, есть подсудимый, его адвокат, который, несмотря на то что клиент виновен, будет говорить об обратном, а с другой — потерпевший, действующий в одиночку. Это вызывает у человека острую реакцию: как же так, я пострадал, а меня никто не защищает! Отстаивают только интересы преступника! На самом деле механизмы защиты потерпевшего есть, но прибегают к ним редко. Хотя такое право людям обязательно разъясняется.

На заметку

Бесплатную юридическую помощь на Среднем Урале оказывают специалисты Госюрбюро по Свердловской области. Адреса и время работы Госюрбюро в Екатеринбурге, Нижнем Тагиле, Каменске-Уральском, Красноуфимске и Ирбите на сайте www.gubso.ru.

СПРАВЕДЛИВОСТЬ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ
В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ:
АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД <*>
Э.И. МИШУТИНА
———————————
<*> Mishutina E’.I. Justice of judicial decisions in civiljudicial proceeding: axiological approach.
Мишутина Элеонора Игоревна, заместитель начальника юридического отдела ООО «Группа компаний «Вокс Медиа».
Автор рассматривает справедливость как ценность, которая должна быть основой как судебных решений по гражданским делам, так и условий, в которых они постановляются.
Ключевые слова: справедливость, гражданский процесс, ценности, судебное решение.
The author deduces justice as values to a civil procedure and judgment on civil cases.
Key words: justice, civil procedure, values, judgment.
Задачей гражданского судопроизводства является правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел. Это положение должно находить свое воплощение в принимаемом по окончании разбирательства судебном постановлении.
В соответствии со ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Данные категории являются настолько многогранными, что неоднократно привлекали внимание ученых, а также разъяснялись на уровне Верховного Суда Российской Федерации <1>.
———————————
<1> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» // Российская газета. 2003. 26 дек. N 260.
Между тем учеными предлагались различные дополнительные требования, которым должно отвечать судебное решение. К ним относятся требования определенности (Т.В. Сахнова называет это требование категоричностью <2>), безусловности и полноты <3>, ясности и грамотности <4>, М.А. Викут к данному перечню прибавляет требование мотивированности <5>, В.В. Ярков говорит также об окончательности <6>.
———————————
<2> См.: Сахнова Т.В. Курс гражданского процесса: теоретические начала и основные институты. М.: Волтерс Клувер, 2008.
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник «Гражданский процесс» (под ред. М.К. Треушникова) включен в информационный банк согласно публикации — Городец, 2007 (2-е издание, переработанное и дополненное).
<3> См.: Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М.: Городец-издат, 2003. С. 194.
<4> См.: Исаенкова О.В., Демичев А.А. Гражданский процесс: Курс лекций. Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2009. С. 226.
<5> См.: Гражданский процесс России: Учебник / Под ред. М.А. Викут. 2-е изд. М., 2005.
<6> См.: Ярков В.В. Гражданский процесс: Учебник для вузов. 6-е изд. М.: Волтерс Клувер, 2006.
Такое положение отражает ситуацию, при которой категории законности и обоснованности не могут быть признаны исчерпывающими для того, чтобы посредством решения достигались задачи гражданского судопроизводства. Однако представляется, что бесконечное расширение такого перечня может быть весьма сомнительным, поскольку так или иначе данные требования охватываются более общими понятиями законности и обоснованности. Думается, что расширению подлежат не сами требования к судебному решению, да и к другим судебным постановлениям, а взгляд на эту проблему с другого ракурса. Таким новым взглядом может послужить аксиологический подход к содержанию судебного решения.
Согласно данному подходу посредством судебного решения должны достигаться правовые ценности, а значит, само судебное решение и условия его принятия должны соответствовать системе правовых ценностей. В рамках гражданского судопроизводства представляется целесообразным использовать термин «гражданские процессуально-правовые ценности».
Существует ряд категорий, которые употребляет судебная практика применительно к судебному решению. Однако по отношению к одним и тем же категориям употребляются разные термины, их обозначающие. Так, например, в отношении справедливости говорят о требовании <7>, принципе <8>, ценности <9>.
———————————
<7> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 октября 2006 г. N 439-О «По жалобе гражданина Мухина Александра Владимировича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 статьи 2 Федерального закона «О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СПС «Гарант».
<8> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. N 2-П «По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Хакасэнерго», а также жалобами ряда граждан» // СПС «Гарант».
<9> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2007 г. N 423-О-П «По запросу Московского областного суда о проверке конституционности статей 387 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «Гарант».
Представляется, что такие категории, как «справедливость», «стабильность судебных актов» и т.п., являются именно ценностями, которые должны достигаться в процессе гражданского судопроизводства, доказательством чего будет соответствие судебного акта системе гражданских процессуально-правовых ценностей.
Под гражданскими процессуально-правовыми ценностями следует понимать обусловленные духовными, политическими и социально-экономическими устоями Российского государства явления, отраженные в нормах гражданского процессуального права, концентрированно выражающие представления об идеальной модели осуществления правосудия по гражданским делам, значимые для человека и общества и обеспечивающие преемственность в гражданском процессуальном праве. Их система представляет собой сложившуюся на данном этапе исторического развития в определенной иерархии совокупность правовых ценностей, детерминирующих предмет и метод гражданского процессуального права, а также определяющих деятельность судов в данной сфере.
В таком понимании не вызывает сомнений, что требования к судебному решению в той или иной мере направлены на защиту социокультурных ценностей (чести, достоинства, здоровья, безопасности и т.п.), а само судебное решение — на защиту прав и свобод человека, на создание условий, способствующих такой защите. Это ясно и само собой разумеется. В этом выражается общая аксиологическая направленность требований к судебному решению. Однако возникают вопросы в аксиологической составляющей судебных решений с позиции именно эйдетических гражданских процессуально-правовых ценностей, к которым относятся справедливость, равенство, свобода, стабильность, эффективность и др.
Кроме того, представляется, что справедливость применительно именно к судебному решению (чего нельзя сказать о других аспектах рассматриваемой ценности) является общей и охватывает остальные эйдетические ценности <10>. То есть если суд в судебном постановлении соблюдет и утвердит такие ценности, как свобода, эффективность, равенство, истина, если при этом судебное решение будет соответствовать другим требованиям, то оно будет и справедливым. В этом смысле наша точка зрения корреспондирует с мнением И.М. Зайцева, согласно которому «по отношению ко всем иным социальным требованиям она (справедливость. — Э.М.) носит родовой характер» <11>.
———————————
<10> В иных случаях справедливость как эйдетическая гражданская процессуально-правовая ценность не охватывает другие ценности. Например, по отношению к ценности равенства справедливость может выступать как основание и как критерий, т.е. данные категории взаимосвязаны, но не тождественны.
<11> Зайцев И.М. Устранение судебных ошибок в гражданском процессе / Под ред. докт. юрид. наук. проф. М.А. Викут. Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1985. С. 4.
Место справедливости в требованиях к судебным решениям по гражданским делам неоднократно становилось предметом исследований процессуалистов. Одни ученые отрицали ее самостоятельный характер, указывая, что данное явление поглощается другими требованиями. Так, Н.И. Ткачев писал, что «требование справедливости… выражается через юридические понятия законности и обоснованности. …В гражданском процессе оно (требование справедливости. — Э.М.) охватывается законностью и обоснованностью и характеризует акт правосудия в целом» <12>. Однако в этом случае любое требование, в том числе и обоснованность, можно свести к законности, поскольку они (требования) устанавливаются законом (ГПК РФ). То есть если законность — это положение, в том числе когда решение принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а обоснованность является одним из требований, указанных в законе, то согласно этой точке зрения обоснованность также охватывается законностью.
———————————
<12> Ткачев Н.И. Законность и обоснованность судебных постановлений по гражданским делам. Саратов. 1987. С. 17 — 18.
Согласно мнению второй группы авторов категории «законность» и «справедливость» как требования к судебным решениям по гражданским делам относятся к разным плоскостям действительности, и необходимо их четкое разграничение. Ф.П. Будкевич еще в начале XX в. писал, что судебные решения «для того, чтоб быть законными, должны быть явно несправедливыми, а чтоб быть справедливыми, должны быть противозаконными» <13>. Представляется, что такая позиция может наблюдаться лишь в том случае, когда закон (или конкретная правовая норма) принят вразрез с существующей системой правовых ценностей, и, соответственно, субъекты, чьи права нарушены или оспорены, не могут найти надлежащей защиты посредством таковых законов.
———————————
<13> Будкевич Ф.П. Единственное основание, на котором можно привести все законодательство в порядок и водворить правосудие в государстве. Варшава: тип. Варш. инст. глух. и слеп., 1911. С. 2.
Согласно третьей точке зрения справедливость не противостоит законности и обоснованности, но все же является самостоятельной категорией. Такая позиция наблюдается в основном в правоприменительной практике, когда высшие суды называют те или иные требования, которым должны соответствовать судебные решения <14>. Причем требования законности, обоснованности и справедливости включаются в общее понятие правосудности <15>. Отрицательным моментом данной позиции является то, что термин «справедливость» здесь не расшифровывается и, соответственно, можно сделать вывод только о том, что представители данной позиции выделяют его как самостоятельную категорию, но что они понимают под ним, уяснить невозможно.
———————————
<14> См., напр.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2009 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 8 статьи 5, пункта 6 статьи 6 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и пункта 1 статьи 23 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина В.Н. Рагозина» // СЗ РФ. 2009. N 14. Ст. 1771; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2008 г. N 3-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 6.1 и 12.1 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и статей 21, 22 и 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан Г.Н. Белюсовой, Г.И. Зиминой, Х.Б. Саркитова, С.В. Семак и А.А. Филатовой» // СЗ РФ. 2008. N 10 (ч. 2). Ст. 976.
<15> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2009 г. N 46-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Коняева Сергея Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 60 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 2 статьи 25.7, части 3 статьи 27.7 и части 1 статьи 27.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // СПС «КонсультантПлюс»; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 апреля 2005 г. N 114-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлыка Эдуарда Васильевича на нарушение его конституционных прав положениями пункта 3 статьи 77 и пункта 4 статьи 78 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
Четвертая группа авторов называет справедливость более общим требованием, поглощающим остальные, но не исчерпывается ими <16>. Справедливость с рассматриваемой точки зрения предполагает не только законность и обоснованность, но и нравственную составляющую судебного решения <17>. Другими словами, справедливость, с одной стороны, лежит в сфере законности, т.е. незаконное и (или) необоснованное решение будет и несправедливым. С другой стороны, законное и обоснованное решение может в определенных ситуациях быть несправедливым. Справедливость относится к социально-этическим требованиям и «составляет нравственную основу правомерной судебной деятельности» <18>. О справедливости как наиболее общем требовании к судебному решению говорит Конституционный Суд Российской Федерации в некоторых постановлениях. В таком понимании он рассматривает справедливость при необходимости сопоставления ее (и соответственно ее составляющих) с требованием правовой определенности и стабильности судебных решений <19>.
———————————
<16> См., напр.: Сахнова Т.В. Наука гражданского процессуального права: традиции и современность // Гражданский процесс: наука и преподавание / Под ред. М.К. Треушникова, Е.А. Борисовой. М., 2005. С. 36.
<17> См.: Чечина Н.А., Экимов А.И. Категория справедливости в советском гражданском процессуальном праве. Материальное право и процессуальные средства его защиты: Межвузовский тематический сборник. Калинин, 1981. С. 17 — 18; Зайцев И.М. Указ. соч. С. 4 — 5.
<18> Там же. С. 4.
<19> См, напр.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. N 2-П; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2007 г. N 423-О-П // СПС «Гарант».
Признавая справедливость последней точки зрения, следует сказать о том, что применения аксиологического подхода в данном случае не избежать. Наиболее близко к такому пониманию оказался А.Т. Боннер, который определяет рассматриваемое требование следующим образом: «Справедливым же в рамках закона может быть признано единственно возможное в конкретном случае, наиболее оптимальное, разумное и гуманное решение» <20>. Данная позиция наиболее близка к правильному пониманию справедливости как требования к судебному решению. Однако представляется, что справедливость, как отмечалось выше, в широком смысле включает в себя некоторые другие эйдетические гражданские процессуально-правовые ценности (в частности, истины, эффективность). Таким образом, представляется, что справедливость целесообразно рассматривать не только как требование к судебному решению (которое, кстати, не закреплено как таковое в ст. 196 ГПК РФ), а как гражданскую процессуально-правовую ценность, которая необходимо должна лежать в основе всей деятельности суда по рассмотрению и разрешению гражданских дел, а значит, и в результате такой деятельности — судебном решении. Следовательно, справедливость в таком понимании может быть определена как соответствие решения существующей системе эйдетических ценностей гражданского процессуального права при одновременном претворении в жизнь социокультурных ценностей и высшей из них — прав и свобод человека.
———————————
<20> Боннер А.Т. Законность и справедливость в правоприменительной деятельности. М.: Российское право, 1992. С. 88.
Именно в последнем ценностном понимании требование справедливости не только включает законность, обоснованность (как справедливо отмечал И.М. Зайцев), нравственные основы (как на это указывали Н.А. Чечина и А.И. Экимов), но и остальные аксиологические составляющие, сущность и смысл гражданского процессуального права и дух общества, его чаяния и надежды, возлагаемые на судебную систему.
Судебные решения обладают и самостоятельной ценностью. Их аксиологическая роль сводится к двум составляющим: во-первых, это своеобразный способ установления истины и справедливости, внесения определенности в гражданские (в широком смысле слова) правоотношения, во-вторых, как следствие, судебные постановления выступают средством защиты нарушенных или оспоренных прав, свобод и законных интересов субъектов, утверждая одновременно и эйдетические гражданские процессуально-правовые ценности. Таким образом, аксиологические аспекты неотъемлемы от содержания судебного постановления, и каждый судья, рассматривая конкретное дело, должен сознавать, что он выполняет важнейшую государственную и социальную функцию, а его решение должно нести ценности, выработанные мировым сообществом.
Кроме того, представляется целесообразным при оглашении судебного решения в обязательном порядке указывать на правовые ценности, лежащие в его основе, которые в данном случае достигаются. Это будет иметь огромное воспитательное воздействие и способствовать повышению уровня правовой культуры и правосознания населения. На наш взгляд, изменится само восприятие судебного решения, а также вероятность его добровольного исполнения. Необходимость такого предложения подтверждается статистическими данными. По данным социологического опроса, лишь 59,5% респондентов признали, что судебное решение было справедливым, при этом почти аналогичное число опрошенных (60,5%) сообщили, что суд убедительно обосновал свое решение <21>. Это иллюстрирует взаимосвязь справедливости судебного решения с уровнем обоснования такого решения судьей, его принявшим. Соответственно, в случае, если суд при вынесении судебного решения разъяснит гражданские процессуально-правовые ценности, которые будут лежать в основе этого решения, то тем самым предполагается повышение вышеуказанных показателей социологических исследований.
———————————
<21> См.: Горбуз А.К., Краснов М.А., Мишина Е.А. и др. Трансформация российской судебной власти: опыт комплексного анализа. СПб.: Норма. С. 358.
Подводя итог, необходимо отметить, что гражданские процессуально-правовые ценности с необходимостью должны составлять основу как самого судебного акта, так и условий его принятия. Только в этом случае можно говорить о том, что судебная система Российской Федерации оправдает возложенные на нее надежды, надлежащим образом исполнит лежащие на ней функции и в результате посредством реальной защиты лиц, чьи права, свободы и законные интересы нарушены или оспорены, будет способствовать построению в нашей стране правового государства и гражданского общества.

Жестокая и несправедливая судебная система в России

Почему в России за сказанную глупость в интернете дают семь лет тюрьмы, а за украденные 100 миллионов – условный срок

Автор – Елена Кривякина

«Комсомолка» попыталась разобраться, по какой причине суды в России больше предпочитают казнить, чем миловать. И что с этим делать

Соразмерно ли наказание?

Известные российские актеры (среди них Павел Деревянко, Евгений Цыганов, Артур Смольянинов, Александр Паль) записали видеоролик в поддержку задержанных на несанкционированных митингах в Москве. Примерили их судьбу на своей шкуре – повествование ведется от первого лица. Раньше наши актеры были далеки от политики. Все изменилось после истории с их коллегой по цеху Павлом Устиновым (был приговорен к 3,5 годам колонии за вывих на митинге плеча росгвардейцу, позже приговор смягчили и назначили год условно). Актеры не пытаются выгородить осужденных. Главный вопрос, который они задают: а соразмерно ли наказание содеянному?

Актер Павел Устинов чуть не загремел на 3 года в колонию – случайно оказался на несанкционированном митинге в Москве. Фото: REUTERS

Давайте пройдемся по некоторым персоналиям.

Кирилл Жуков пытался на митинге поднять забрало шлема росгвардейца. По его собственным словам, хотел обратить внимание силовика на окровавленную девушку. Росгвардеец пояснил в суде, что «из-за удара ремешок шлема передавил ему подбородок, в результате чего он испытал физическую боль и моральные страдания». Жуков вины не признал. Приговор: 3 года колонии общего режима.

Владислав Синица. Опубликовал твит, в котором предрекал убийства детей росгвардейцев за то, что те разгоняют митинги. Приговор: 5 лет колонии.

«Мне тоже не нравится этот твит, – говорит в видеоролике актер Александр Паль. – Но считаете ли вы справедливым пусть за тупой, пусть за идиотский комментарий давать 5 лет колонии?»

Кирилл Жуков сел на три года за то, что во время митинга поднял забрало на шлеме росгвардейца. Фото: Андрей Васильев/ТАСС

«Оправдательные приговоры невыгодны»

И таких историй у нас хватает по всей стране. Когда за сказанную глупость человек получает свою «пятерочку». А то и больше. Хотя за кражу миллионов можешь отделаться домашним арестом. Будешь сидеть в «золотой клетке», дожидаясь конца срока.

Как же устроена судебная кухня изнутри?

– Проблема в том, что у нас есть единая упряжка: полицейский, прокурор, судья. Судье ничего не выгодно делать против того, что от него хотят. Система работает на показатели. Если судья решения отменяет, его могут убрать с должности, хотя это и запрещено законом. Поэтому принимаются те решения, которые желательны, – замечает в разговоре с «КП» Тамара Морщакова, судья Конституционного суда в отставке, член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека.

– Суд сплошь и рядом выступает лишь оформителем судебного решения, которое уже предрешено материалами следствия. Обвинительные приговоры отменяются редко (меньше 1 процента), а оправдательные практически автоматически оспариваются прокуратурой. Одно дело, если прокурор отказался от обвинения, а он это делает крайне редко и по согласованию с начальством, а другое дело, если суд вынес оправдательный приговор. В этом случае судью берут на заметку. Иногда это служит основанием для дисциплинарного преследования, но чаще всего просто фиксируется в служебной характеристике, – рассказал «Комсомолке» федеральный судья в отставке, профессор кафедры судебной власти факультета права Высшей школы экономики Сергей Пашин. – Это, может, в США судья стоит выше прокурора, а у нас традиционно прокурор был выше. Прокурор близок к власти, он – рупор государства, а судья должен как-то подстраиваться. Потому и нет почти оправдательных приговоров. Если у судьи есть совесть, он дает условно или в пределах отбытого наказания. Это разновидность оправдания, лишь бы с прокуратурой не поссориться.

Блогер Владислав Синица получил 5 лет колонии за твит, в котором предрекал убийства детей росгвардейцев. Фото: Антон Новодережкин/ТАСС

«Признания выбивали под пытками»

Вот одно из самых скандальных дел последних лет. В ноябре 2017 года 18-летний Ян Сидоров и 21-летний Владислав Мордасов вышли на площадь напротив здания правительства Ростовской области с листовками и плакатом «Верните землю ростовским погорельцам». Летом того же года в городе случился сильный пожар, а чиновники не спешили решать проблемы погорельцев. Был у ребят с собой и еще один плакат «Правительство в отставку». Как только они его развернули, их задержали сотрудники центра по борьбе с экстремизмом (центр «Э»). В переулке неподалеку также был задержан 18-летний Владислав Шашмин.

Целых два года активисты провели в СИЗО – против них возбудили уголовное дело по статье «покушение на организацию массовых беспорядков». На суде Сидоров и Мордасов расскажут, что признания у них выбивали под пытками: били по голове, животу, душили противогазом. Суд отказался принимать это во внимание.

Следствие строилось на том, что все трое активистов состояли в телеграм-чате «Революция 5/11/17 Ростов-на-Дону». «Революцию» провозгласил в 2016 году оппозиционер Вячеслав Мальцев, сейчас живущий во Франции. Как утверждал следователь, Мордасов и Сидоров создали этот чат, чтобы искать соратников для проведения массовых беспорядков. Сами обвиняемые настаивают, что о майдане не помышляли и всего лишь хотели привлечь внимание к проблемам региона. Содержание переписки в чате суд изучать отказался, целиком встав на сторону следствия.

– Суд – это большой конвейер. Один из показателей его работы – скорость отписывания дел. Всякого рода изучения, удовлетворение ходатайств, вызов новых свидетелей замедляют ход конвейера. Судья в этом не заинтересован. Он рассматривает одно дело – у него на очереди уже другие дела. Судья спешит, ему не до детальной проверки, – поясняет Сергей Пашин.

Приговор: Владислав Мордасов – 6 лет 7 месяцев колонии строгого режима, Ян Сидоров – 6 лет и 6 месяцев колонии строгого режима, Владислав Шашмин – 3 года условно.

«Я не оправдывала терроризм…»

Псковская журналистка Светлана Прокопьева «погорела» на словах. В эфире «Эха Москвы» она зачитала свою авторскую колонку, в которой попыталась объяснить поступок «архангельского террориста» – 17-летнего Михаила Жлобицкого, взорвавшего себя год назад возле здания ФСБ. Она предположила, что «видя от власти только запреты и наказания, подросток не нашел другого способа донести до людей свой протест».

Псковская журналистка Светлана Прокопьева может получить 7 лет тюрьмы. Ее обвиняют в оправдании терроризма. Фото: facebook.com/svetlana.prokopyeva.9

Журналистку обвиняют в оправдании терроризма с использованием СМИ. Ей грозит 7 лет тюрьмы или штраф до миллиона рублей. У Светланы заблокированы банковские счета, а сама она внесена в список действующих экстремистов и террористов Росфинмониторинга.

«Я не оправдывала терроризм. Я анализировала причины теракта. Я пыталась понять, почему молодой парень, которому жить и жить, решился на преступление – самоубийство. Возможно, я ошиблась в реконструкции его мотивов – и хорошо, если ошиблась», – напишет позже Прокопьева.

– Да, нельзя оправдывать насилие и подстрекать к нему, но размышлять о причинах того, что произошло, можно, это не несет в себе общественной опасности, – замечает Сергей Пашин.

Душили на глазах у дочери

«Спровоцировал» полицейских и 32-летний житель Ульяновска Артем Панфилов. В отделение полиции он пришел за помощью со своей семилетней дочерью. Хотел оставить заявление о краже сруба и стройматериалов на его дачном участке. По словам Панфилова, принимавший его сотрудник не поверил ему, решил, что Панфилов сам похитил у себя имущество. Как рассказал мужчина, один из полицейских вывел его дочь из кабинета, а второй несколько раз ударил Панфилова в грудь и по голове. Шокированный Панфилов понял, что нужно поскорее уносить ноги. Но в коридоре его остановили. Досталось и девочке. По словам Панфилова, полицейские схватили ее за руку, у нее остался большой синяк.

– Она кричала от страха и боли. Кричал и я о помощи. Мне прямо сказали, что им все равно. «Мы можем и убить, нам ничего не будет», – рассказал журналистам о произошедшем Панфилов.

Мужчина написал заявление в Следственный комитет.

«Маленькие люди»

Этот случай стоит особняком от остальных, но ярко демонстрирует перекос, сложившийся в нашей правоохранительной и судебной системах. Выпускник самарского детдома 20-летний Игорь Шамин приговорен к 2 годам и 7 месяцам лишения свободы за… хищение из продуктового магазина упаковки шоколадок стоимостью 1600 рублей. От жестокости приговора и его несоразмерности содеянному обалдели даже в Госдуме. Депутат и писатель Сергей Шаргунов уже обратился с запросом в прокуратуру.

А теперь перенесемся на Алтай. Буквально в эти же дни оттуда пришла удивительная новость. Экс-мэра Горно-Алтайска Виктора Облогина осудили условно за мошенничество на сумму 100 миллионов рублей. Или вот еще интересный случай в Новосибирске. Там экс-чиновник Росимущества Евгений Богорад получил условный срок за хищение из казны почти четверти миллиарда рублей.

– Одних карают за незначительные правонарушения, а другие разграбляют госказну и потом уходят от наказания. Бывает, и за тяжкие преступления отмазывают и дают условно. Бедные, незащищенные люди и становятся в первую очередь тем уловом, который тащат в сети отечественной Фемиды, – заметил в разговоре с корреспондентом «Комсомолки» Сергей Шаргунов. – Сирота вышел из детдома – у него даже положенной по закону квартиры не было, он обречен идти проторенной дорожкой в сторону тюрьмы. Я нисколько не оправдываю никакую кражу, включая кражу шоколадок. Но парня готовы взять на поруки волонтеры, он сам хочет жить нормальной жизнью, а отсидка его просто искалечит.

Экс-мэр Горно-Алтайска Виктор Облогин признан виновным в краже 100 миллионов рублей…и получил «условку». Фото: пресс-служба администрации Горно-Алтайска

Решение проблемы Шаргунов видит в реальной гуманизации всей силовой и судебной системы в стране.

– На словах у нас гуманизация, а в реальности никому нет дела до «маленьких людей», чьи судьбы непрестанно переламываются. У нас бывает так: неправильно припарковался, потом одна, другая административка накапливается, и в итоге человек отправляется на зону. Лично знаю такие истории. Вопрос в дисбалансе, перекосе и жесткости нашей судебной системы как таковой, – замечает Шаргунов.

Мнение эксперта

Политолог Георгий БОВТ:

Судебная реформа – это единственная реформа, которая сейчас нужна России

– Что же делать со всеми этими полицейскими и судебными перекосами?

– Проводить судебную реформу. По сути, это единственная реформа, которая сейчас необходима России, от этого зависит и стабильность в обществе, и инвестиционный климат. Самый большой запрос в России всегда был на справедливость, но в правящем классе этот запрос не оформлен. Ни одна из политических партий не выступает последовательно за судебную реформу, а правящая номенклатура не хочет этой реформы, потому что ей так удобно. Она не считает опасным нынешнее состояние судебной системы, потому что не примеривает ситуацию на себя. А потом, например, возникает «дело Улюкаева» – раз, и упекли. Вот когда в верхах начнут всерьез опасаться и примеривать приговоры на себя – тогда ситуация изменится.

Взгляд с 6-го этажа

Зачем ломать людям жизнь?

Главный вопрос: а какое общество мы хотим получить, отправляя на долгие годы в тюрьму молодых ребят, по сути, не совершивших серьезных правонарушений? Кого мы хотим видеть рядом с собой: равнодушных, трусливых социопатов, живущих по принципу «моя хата с краю»? Тех, кто не побежит тушить чужой пожар или заступаться за другого в драке?

Давайте подумаем о том, кого мы получим на выходе из тюрьмы? А получим мы как минимум парней с подорванным здоровьем, хорошо, если не психическим (тюрьма ни для кого не проходит бесследно). Любой сотрудник ФСИН подтвердит: тюрьма может сломать, убить, но никак не перевоспитать. Скорее наоборот – испортит.

Действительно ли будет лучше, если недовольство будет молчаливо копиться, а потом, достигнув критической массы, накроет всех с головой, как вулканическая лава?

Источник

Почему российские суды творят несправедливость? Тема дня

Судьи Верховного Суда считают, что 99,4% обвинительных приговоров в РФ – это норма.

Путин о судебной системе!

Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции – открытые и совершенно безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *