Собирание доказательств

Уголовное право, гражданское право

Принятие нового УПК обострило дискуссию о праве защитника собирать доказательства и о доказательственном значении полученных им материалов. Право всех неофициальных участников уголовного процесса представлять доказательства было известно и прежнему уголовно-процессуальному законодательству, однако в теории сложилось устойчивое мнение о том, что представляемые обвиняемым или потерпевшим предметы и документы не являются доказательствами в собственном смысле слова, так как следователь и суд могут признать представляемые объекты не относящимися к делу и возвратить их владельцу. «Признать представленный объект доказательством, ввести его в дело, т.е. включить в систему уже собранных доказательств — это исключительная прерогатива органа расследования, прокурора и суда. Принятие решения о приобщении предмета и документа к делу в сущности представляет собой акт закрепления доказательства, завершающий момент собирания (формирования) доказательства. Пока такое решение не принято — доказательства не существует» .

Однако УПК не только сохранил право подозреваемого, обвиняемого и потерпевшего представлять доказательства, но и обеспечил его реализацию закреплением права собирать предметы и документы для приобщения их к делу в качестве доказательств. Еще более широкие возможности закон предоставил защитнику, который в силу ч. 3 ст. 86 УПК вправе собирать доказательства путем:

1) получения предметов, документов и иных сведений;

2) опроса лиц с их согласия;

3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставить запрашиваемые документы или их копии.

Чтобы определить, являются ли собираемые и представляемые стороной защиты предметы и документы допустимыми доказательствами, рассмотрим, о каких именно предметах и документах идет речь.

1. Документы, которые собирает и представляет защитник, — это различного рода справки, характеристики, иные документы, полученные как от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций путем истребования, так и от граждан, включая обвиняемого. Это могут быть документы, характеризующие личность обвиняемого, его семейное положение, возраст находящихся на его иждивении детей, состояние здоровья самого обвиняемого и членов его семьи, его имущественное положение; документы, подтверждающие совершение действий по заглаживанию или возмещению причиненного преступлением вреда, состояние беременности обвиняемой или жены обвиняемого, наличие или отсутствие у обвиняемого и членов его семьи определенной собственности и т.п.

Защитник может представить официальные документы или их копии, характеризующие статус личности (свидетельство о заключении брака, о рождении ребенка, об образовании); справки, составленные различными органами на основе других документов (справка о составе семьи, справка лечащего врача о перенесенных заболеваниях, справка бухгалтерии о среднем заработке); документы, подтверждающие определенные действия или события, составленные не в связи с производством по делу и не в связи с инициативой защитника (кассовый чек, подтверждающий оплату товара, товарная накладная, свидетельствующая о том, что пропавшее имущество передано другому лицу, железнодорожный билет, указывающий на алиби обвиняемого) и т.д. Все эти документы устанавливают определенные имеющие значение для дела обстоятельства, т.е. имеют отношение к уголовному делу.

Сведения, которые изложены в этих документах, облечены в предусмотренную ч. 2 ст. 74 УПК форму иных документов и обладают свойством допустимости. Они проверяемы, так как содержат сведения об источнике информации. Они получены защитником, т.е. лицом, которому законом предоставлено такое право. Эти документы получены одним из способов, предусмотренных законом, — путем простого получения или истребования. Наконец, они имеют письменное закрепление, удостоверены подписью автора документа и (или) печатью выдавшей справку организации. Такого рода документы такими же способами вправе получать и органы расследования и суд. Не считать их доказательствами на том лишь основании, что они получены защитником, а не должностным лицом, осуществляющим уголовное судопроизводство, нет никаких оснований, во всяком случае, автором не выявлено ни одного случая отказа в принятии таких доказательств.

К документам следует отнести и представляемые защитниками заключения специалистов как единственную серьезную альтернативу имеющимся у органа расследования возможностям использования специальных знаний. Не регламентировав процедуры получения заключения специалиста и содержания самого заключения, законодатель фактически узаконил именно такую свободную форму этого вида доказательств и способа его проникновения в материалы уголовного дела. Отсутствие каких-либо установленных законом требований позволяет считать заключение специалиста доказательством, получаемым и представляемым не только обвиняемым и защитником, но и потерпевшим, гражданским истцом и их представителями в свободной форме. Подробнее вопрос о доказательственном значении заключения специалиста будет рассмотрен во второй части работы.

2. Предметы, которые вправе представить защитник, могут быть разнообразными, но в любом случае это предметы, которые оказались в его правомерном владении. В частности, это могут быть предметы одежды обвиняемого, представляемые для установления наличия или отсутствия на них следов преступления, фотографии, подтверждающие дружеские отношения с потерпевшим, аудио- и видеозапись определенных событий, имеющая, с точки зрения защиты, значение для дела и т.п. По одному из уголовных дел защитник — адвокат Н. представил следователю огнестрельное оружие карабин «Сайга», выстрелом из которого обвиняемый смертельно ранил потерпевшего. Это действие — представление доказательства являлось актом доброй воли, поскольку подозреваемый в убийстве явился в органы следствия с повинной, однако следователь не нашел другого способа получения представленного ему доказательства, кроме оформления этого факта протоколом выемки оружия у адвоката, что, конечно, не соответствует ни природе взаимоотношений следователя и защитника, ни характеру действий по передаче этого оружия.

Как представляется, и в этом случае нет никаких разумных оснований не считать перечисленные предметы допустимыми доказательствами по уголовному делу.

3. Иной характер носит опрос защитником лиц с их согласия, он является способом поиска информации, способной подтвердить доводы защиты или опровергнуть версию обвинения. Найдя свидетелей происшествия или лиц, располагающих иной значимой для защиты информацией, защитник имеет возможность заявить обоснованное ходатайство об их допросе. Однако не опросив предварительно этих лиц, т.е. не побеседовав с ними, защитник лишен возможности принять такое решение. Поэтому хотя полученная защитником в процессе опроса информация не является еще показаниями свидетелей, сам опрос лиц вполне может быть рассмотрен как поиск и обнаружение источника информации, имеющей доказательственное значение. Говоря об аналогичной деятельности органа расследования, полученные результаты обычно называют ориентирующими доказательствами.

Закон ничего не говорит ни о форме проведения опроса, ни о возможности протоколирования защитником полученных им от лица сведений, в практике же получила распространение письменная форма закрепления полученных сведений . Адвокатскими образованиями разрабатываются бланки опроса лиц, в которых, в частности, отражается факт разъяснения лицу статуса адвоката, которому сообщается информация. Такая практика закону не противоречит, однако и дополнительных гарантий достоверности полученных адвокатом сведений не создает. Доказательственное значение имеют лишь показания, которые даны лицом непосредственно в судебном заседании. Защитнику не требуется и особенно убеждать суд в необходимости допроса свидетеля, так как суд обязан допросить всех свидетелей, явившихся по инициативе стороны.

Продолжая рассуждения на данную тему, можно смоделировать ситуацию, когда лицо, располагающее важной информацией, после опроса его защитником неожиданно умирает. Закон разрешает в порядке исключения из требования непосредственности исследования судом доказательств оглашение показаний ранее допрошенного свидетеля. При этом, если допрос свидетеля производился с нарушением предусмотренной для допроса процедуры, протокол такого допроса должен быть исключен из судебного разбирательства как недопустимое доказательство. Опрос лица защитником в рассматриваемом гипотетическом случае производился в отсутствие условий, удостоверяющих правильность зафиксированных защитником сведений. Учитывая отсутствие возможности проверить эти сведения ввиду отсутствия их источника, такой протокол опроса, очевидно, не может быть признан допустимым доказательством .

Рассмотрев виды собираемых защитником доказательств, мы видим, что доказательственная деятельность защитника не противоречит задачам предварительного расследования или судебного разбирательства. Предметы и документы, собираемые защитником, способствуют более полному и всестороннему исследованию обстоятельств дела, обеспечивают стороне защиты возможность противостоять стороне обвинения. Поэтому в теории не отрицается право стороны защиты представлять эти предметы и документы. Суть дискуссии в том, являются ли собранные защитником сведения доказательствами уже в момент их представления органу расследования или суду или же они становятся таковыми после совершения официального акта по принятию этих документов и предметов. Говоря иными словами, собирает ли защитник доказательства или сведения, которые могут стать доказательствами.

Обсуждаемая проблема может показаться не имеющей практического значения. Однако это не так. Если защитник собирает и представляет доказательства, то следователь и суд обязаны их принять и приобщить к делу. Если защитник представляет сведения, не являющиеся доказательствами, то следователь или суд вправе отказать в их принятии, оценив как не имеющие значения для дела или вызывающие сомнения в своей достоверности. Поэтому непринципиальный, с точки зрения здравомыслящего человека, этот вопрос в некоторых условиях может приобрести значение весьма принципиального.

Характерным примером в этом отношении является описанное ранее дело по обвинению Л. в причинении тяжкого вреда здоровью Г. Суду кассационной инстанции адвокатом были представлены медицинские документы, подписанные и удостоверенные печатями медицинских учреждений, свидетельствующие о том, что рентгенограмма шейного отдела позвоночника потерпевшей Г., изготовленная на следующий день после события, в ходе которого ей был причинен тяжкий вред здоровью (перелом зубовидного отростка второго шейного позвонка), содержит признаки застарелости перелома, т.е. консолидации (сращения) костных тканей. Вопросе давности перелома ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном разбирательстве не исследовался. С учетом этого имелись основания для отмены приговора и возвращения уголовного дела на новое рассмотрение в целях проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы. Однако судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда, отклонив ходатайство защиты, мотивировала это тем, что представленные и оглашенные в судебном заседании документы не являются доказательствами. Прокурор лее при обсуждении заявленного ходатайства заявил, что имеющихся в деле доказательств и без того достаточно.

Процедура собирания представляемых стороной защиты доказательств отличаются от их собирания органами расследования лишь свободной, не связанной процессуальными предписаниями формой. Отвергать их доказательственное значение на этом основании, значит заведомо игнорировать вытекающее из презумпции невиновности правило, согласно которому сторона защиты не обязана ничего доказывать, вследствие чего ее деятельность не может быть связана жесткими процедурными предписаниями. Отвергать доказательственное значение доказательств защиты, значит, признавать неравенство обвинительных и оправдательных доказательств, отдавать заведомое предпочтение тем из них, которые получены в урегулированной законом процедуре, т.е. доказательствам обвинения. Такой вывод вытекает, в частности, из утверждения о том, что истребованные защитником справки, характеристики станут иными документами, т.е. доказательствами, после того как следователь признает их относимыми и допустимыми . Приняв эту логику, мы должны признать, что либо проверка и оценка доказательств защиты предшествует их собиранию, что не соответствует реальному положению дел, либо доказательства, полученные следователем, тоже должны пройти проверку на относимость и допустимость, прежде чем они будут приобщены к материалам уголовного дела. Однако известно, что следователь не только имеет право, но и обязан собрать и приобщить к делу все сведения, связь которых с доказываемыми фактами носит не только достоверный, но и предположительный характер. Иначе он рискует утратить ту часть информации, связь которой с делом ему самому изначально не ясна. Представляя свои доказательства, защитник исходит из их полезности для аргументации его позиции. Это его исключительная прерогатива и противоположная сторона не вправе судить, что важно, что полезно для осуществления защиты. Что же касается оценки допустимости полученных следователем доказательств, то она, как известно, осуществляется судом, так как не может быть доверена в целях объективности той стороне, которая и собирала эти доказательства. В этом смысле оценка доказательств защиты ничем не отличается от оценки доказательств обвинения.

Отрицание доказательственной ценности за предметами и документами, представленными стороной защиты, есть не что иное, как предустановленная оценка доказательств, которая не свойственна состязательному процессу, нарушает равноправие сторон, ограничивает свободу и независимость внутреннего убеждения судей.

Таким образом, состязательность уголовного судопроизводства, равноправие сторон и принцип свободной оценки судом доказательств закономерным образом расширяют пределы допустимости доказательств и способов их собирания. Форма собирания сведений об обстоятельствах, имеющих значение для дела, не является единственным или главным фактором при оценке допустимости доказательств. В качестве доказательств в уголовном судопроизводстве допускаются как сведения, полученные путем производства следственных действий, так и сведения, полученные до возбуждения уголовного дела, в процессе совершения оперативно-розыскных действий, а также предметы и документы, полученные в пределах их полномочий защитником, обвиняемым, потерпевшим. Проверка и оценка всех собранных доказательств осуществляются в соответствии с общими правилами, установленными УПК.

Продолжая фантазировать дальше, единственной возможностью довести до сведения суда утраченную в связи со смертью лица информацию можно считать допрос защитника в качестве свидетеля. Однако при этом, во-первых, защитник утрачивает способность продолжать защиту по данному делу, во-вторых, при оценке такого доказательства будут учтены его производный характер и невозможность проверки путем сопоставления с первоисточником. В то же время, поскольку сохраняется возможность проверки этих свидетельских показаний путем сопоставления с другими независимыми от него доказательствами, такой способ защиты гипотетически правомерен.

Лазарева В. А. Доказывание в уголовном процессе. Глава 6. Доказательства и их допустимость.
§ 3. Доказательственное значение материалов, представленных стороной защиты.
— М.: Юрайт, 2010. С. 206-214

Статья 86. Собирание доказательств

СТ 86 УПК РФ

1. Собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом.

2. Подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

3. Защитник вправе собирать доказательства путем:

1) получения предметов, документов и иных сведений;

2) опроса лиц с их согласия;

3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии.

Комментарий к Статье 86 Уголовно-процессуального кодекса

1. Процесс собирания доказательств состоит из ряда определенных действий, представляющих собой процедуру по обнаружению, получению (истребованию) и закреплению (фиксации) доказательств.

2. Обнаружение доказательств, как правило, представляет собой определенную уголовно-процессуальную деятельность участников уголовного судопроизводства по их поиску, выявлению. Кроме того, выявление следов, предметов, сведений, имеющих доказательственное значение, представляет собой определенную систему действий, которая обеспечивает возможность зрительного восприятия следов, предметов, сведений. Поиск, как один из элементов обнаружения предметов, следов, сведений, имеющих доказательственное значение, в зависимости от той или иной части уголовного судопроизводства имеет определенные особенности. Так, на досудебной части уголовного судопроизводства поиск может осуществляться по определенным направлениям, в зависимости от версий, выдвинутых в процессе расследования по уголовному делу. В судебной части производства по уголовному делу поиск предметов, следов, сведений, имеющих доказательственное значение, как правило, определяется проверкой имеющихся в материалах уголовного дела доказательств либо связан с удовлетворением ходатайств сторон о проведении следственных, иных процессуальных действий, которые направлены на поиск доказательств в процессе судебного разбирательства по уголовному делу. Так, к примеру, в процессе осмотра места происшествия было обнаружено орудие преступления, в процессе освидетельствования на теле потерпевшего были обнаружены телесные повреждения, при обыске в квартире подозреваемого были обнаружены ценности, похищенные при совершении кражи, и т.д.

3. Обнаружение доказательств осуществляется посредством следственных и иных процессуальных действий. Как правило, эти действия осуществляются после возбуждения уголовного дела. Исключением является производство следственных и иных процессуальных действий по обнаружению доказательств, проводимых в соответствии с требованиями ч. ч. 1 и 1.1 ст. 144 УПК РФ до возбуждения уголовного дела, т.е. в процессе доследственной проверки.

4. В некоторых случаях обнаружение доказательств осуществляется в процессе непроцессуальных действий, которые не соответствуют уголовно-процессуальной форме. К таким действиям относят производство ОРД и ОРМ, посредством которых были обнаружены сведения, вещи, предметы. Обнаружение сведений, вещей, предметов посредством непроцессуальных действий в силу того, что эти действия не соответствуют уголовно-процессуальной форме, будет иметь только ориентирующее значение либо являться источником получения дальнейших доказательств, которое должно быть произведено с соблюдением уголовно-процессуальной формы. Так, если в результате обследования помещения посредством ОРМ был обнаружен нож, при помощи которого совершено преступление, то в силу того, что данный способ поиска не соответствует уголовно-процессуальной форме, вещественным доказательством данный нож являться не будет. Для признания данного ножа вещественным доказательством необходимо произвести осмотр помещения, в протоколе которого должен быть зафиксирован найденный нож. Невключение непроцессуальных способов в процесс поиска доказательств, в первую очередь, связано с отсутствием достаточной гарантии признания достоверности данного вида доказательства со стороны других участников уголовного судопроизводства и, безусловно, не соответствует принципу состязательности уголовного процесса (ст. 15 УПК).

5. Получение (истребование) доказательств представляет собой уголовно-процессуальную деятельность, в результате которой обнаруженная доказательственная информация переходит от одного источника, обладающего сведениями об этой информации, к другому источнику, обладающему полномочиями по получению данной информации, в связи с производством по уголовному делу. Данный переход доказательственной информации возможен только посредством соблюдения уголовно-процессуальной формы. Так, в процессе допроса свидетеля доказательственная информация переходит от свидетеля к следователю (дознавателю) (ст. 189 УПК) или судье (ст. 278 УПК).

6. Не будет служить доказательством информация, полученная посредством беседы оперативного работника с лицом, видевшим момент преступления. Кроме того, получение (истребование) доказательств возможно посредством изъятия соответствующих предметов, вещей, имеющих доказательственное значение по уголовному делу. В этом случае изъятие данных предметов, вещей осуществляется в соответствии с установленной уголовно-процессуальной формой. Так, если в процессе производства осмотра требуется продолжительное время или осмотр на месте затруднен, то предметы должны быть изъяты (ч. 3 ст. 177 УПК). При производстве обыска во всех случаях изымаются предметы и документы, изъятые из оборота (ч. 9 ст. 182 УПК), а также предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч. 5 ст. 182 УПК). Изъятие предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, осуществляется и посредством производства выемки (ч. 1 ст. 183 УПК).

7. Закрепление (фиксация) доказательств представляет собой уголовно-процессуальную деятельность по запечатлению сведений, предметов, следов, имеющих доказательственное значение, в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Формами закрепления (фиксации) являются соответствующие протоколы следственных и иных процессуальных действий, непосредственное приобщение, фотографирование, кино- и видеосъемка, составление планов и схем, моделирование и изготовление копий. Кроме того, необходимость закрепить (фиксировать) обнаруженные, полученные (истребованные) сведения, предметы, следы, имеющие доказательственное значение, в процессе производства по уголовному делу установлена в уголовно-процессуальном законе. Так, ход и результаты допроса должны быть отражены в протоколе (ст. 190 УПК). Все действия следователя (дознавателя), а также все обнаруженное при осмотре и (или) освидетельствовании, с описанием всех предметов, изъятых при осмотре, описываются в протоколах осмотра и освидетельствования (ст. 180 УПК). Закрепление (фиксация) сведений, предметов, следов, имеющих доказательственное значение, осуществляется посредством криминалистического описания.

8. В процессе собирания доказательств используются определенные приемы, способы, которые связаны с обнаружением, получением (истребованием), закреплением (фиксацией) сведений, предметов, следов, имеющих доказательственное значение по уголовному делу. Все способы, при помощи которых собираются доказательства, установлены уголовно-процессуальным законом и должны соответствовать уголовно-процессуальной форме. Так, в качестве способов собирания доказательств уголовно-процессуальное законодательство определяет все следственные действия. К следственным действиям традиционно относят осмотры, освидетельствования, следственные эксперименты, обыски, выемки, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, контроль и запись переговоров, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, допросы, очные ставки, опознания, проверки показаний на месте, судебные экспертизы и т.д. Кроме того, в качестве способов собирания доказательств уголовно-процессуальное законодательство определяет иные процессуальные действия (требования, поручения и запросы, получение образцов для сравнительного исследования, а также получение предметов, документов и иных сведений, опрос лиц с их согласия, истребование справок, характеристик, иных документов).

9. Собирание доказательств осуществляют в пределах своих полномочий дознаватель, следователь, прокурор, суд; подозреваемый, обвиняемый; потерпевший, гражданский истец, их представители; гражданский ответчик, его представитель; защитник.

10. Отличие подозреваемого, обвиняемого, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей в процессе собирания доказательств от дознавателя, следователя, прокурора и суда в том, что они не собирают доказательства следственным путем, а могут лишь представлять должностным лицам, ведущим производство по делу, определенные сведения, документы, вещи и т.п. с ходатайством (с просьбой) о приобщении их в качестве вещественных доказательств, ходатайствовать о допросе свидетелей, об их вызове к следователю, в суд, называть лиц, которые могут быть допрошены в качестве таковых, а также представлять письменные документы для приобщения их в материалы дела. При этом дознаватель, следователь и суд не вправе отказать подозреваемому, обвиняемому, а также потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их представителям в допросе свидетелей, производстве судебной экспертизы и в производстве других следственных действий, если обстоятельства, о которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного дела (ст. 159 УПК). Следователь, дознаватель и суд могут и отказать в удовлетворении ходатайства, если посчитают, что обстоятельства, об установлении которых ходатайствуют участники процесса, не имеют значение для дела. При этом дознаватель, следователь, прокурор выносят мотивированное постановление об отказе в удовлетворении ходатайства, а суд — определение.

11. Защитник как участник уголовного процесса также имеет право собирать доказательства. Он собирает доказательства путем: 1) получения предметов, документов и иных сведений; 2) опроса лиц с их согласия; 3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны представлять запрашиваемые документы или их копии. Материалы, собранные таким образом, защитник может предоставлять дознавателю, следователю, прокурору и суду и ходатайствовать о проверке и приобщении их к уголовному делу.

12. При собирании доказательств дознаватель, следователь, суд, в том числе и суд апелляционной инстанции, осуществляют уголовно-процессуальную деятельность посредством проведения следственных и иных процессуальных действий в ходе производства соответственно предварительного расследования (дознания, в том числе и сокращенного дознания, и предварительного следствия), а также судебного следствия. При этом дознаватель, следователь, суд, в том числе и суд апелляционной инстанции, наделены всем арсеналом следственных и иных процессуальных действий, который имеется в уголовном судопроизводстве. Но все же для досудебной и судебной частей уголовного судопроизводства процесс собирания доказательств имеет определенные особенности. Что же касается судебной части уголовного судопроизводства, то процесс собирания доказательств для суда первой и апелляционной инстанции также имеет определенные особенности. Дело в том, что собирание доказательств при производстве по уголовному делу в суде первой инстанции осуществляется только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению (ч. 1 ст. 252 УПК). В суде апелляционной инстанции собирание доказательств проводится под углом предмета судебного разбирательства в апелляционном производстве (ст. 389.9 УПК), который определяет законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции. Кроме того, для суда апелляционной инстанции данное положение по своей правовой сущности упрощает процедуру собирания доказательств. Это прослеживается и в ходе судебного следствия при производстве по уголовному делу в суде апелляционной инстанции. Так, ч. 3 ст. 389.13 УПК устанавливает, что в ходе судебного следствия после доклада председательствующего или судьи суд заслушивает выступления стороны, подавшей апелляционные жалобу, представление, и возражения другой стороны, а затем переходит к проверке доказательств. Вместе с тем гл. 37 УПК, регламентирующая судебное следствие при рассмотрении дела судом первой инстанции, употребляет термин «исследование доказательств», т.е. при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции суд непосредственно исследует доказательства, а при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд проверяет доказательства. В то же время ч. 6 ст. 389.13 УПК устанавливает право сторон заявить перед судом апелляционной инстанции ходатайство об исследовании доказательств, в том числе ходатайства об исследовании доказательств, которые не были исследованы судом первой инстанции (новых доказательств), и о вызове в этих целях в судебное заседание свидетелей, экспертов и других лиц. Причем доказательства, которые не были исследованы судом первой инстанции (новые доказательства), принимаются судом, если лицо, заявившее ходатайство об их исследовании, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. Содержательный анализ положений уголовно-процессуального закона, их сопоставление приводит к выводу, что термин «исследование» применяется в законе в более широком значении, чем «проверка». Исследование включает как процесс получения информации (допрос свидетеля), так и проверку полученных сведений (ст. 240 УПК). А под проверкой доказательств ст. 87 УПК подразумевает сопоставление их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установление их источников, получение иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Но все же элементы собирания доказательств при производстве по уголовному делу в суде апелляционной инстанции остались такими же, как и для суда первой инстанции, но с определенными упрощениями. Так, согласно ч. 5 ст. 389.13 УПК суд апелляционной инстанции может допросить свидетелей, допрошенных в суде первой инстанции, но только в случае, если признает их вызов необходимым. Здесь мы видим прямое действие судебного усмотрения в процессе собирания доказательств при производстве по уголовному делу в суде апелляционной инстанции.

13. В соответствии с ч. 8 ст. 389.13 УПК суд апелляционной инстанции вправе исследовать доказательства с использованием системы видеоконференц-связи. Исследование доказательств осуществляется по правилам, установленным в ст. 274 УПК. Кроме того, суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении ходатайства только на том основании, что оно не было удовлетворено судом первой инстанции. Особенностью процесса собирания доказательств для суда апелляционной инстанции является возможность предоставлять сторонам дополнительные материалы (ч. 4 ст. 389.13 УПК). Предоставление дополнительных материалов может производиться стороной защиты (ч. 2 ст. 86; п. 5 ч. 1 ст. 389.6 УПК) и стороной обвинения (п. 5 ч. 1 ст. 389.6 УПК). Кроме того, суд апелляционной инстанции при производстве по уголовному делу по ходатайству сторон либо по своей инициативе может истребовать на основании своего определения дополнительные материалы, которые могут быть исследованы и приобщены к материалам уголовного дела (ст. 286 УПК). Свидетели, эксперты и другие лица участвуют в судебном разбирательстве только в соответствии с ходатайством стороны, заявленным в апелляционной жалобе или представлении, и только в том случае, если суд признает данное ходатайство обоснованным (п. 2 ч. 1 ст. 389.11 УПК) <1>. Но нельзя забывать, что при производстве по уголовному делу в суде апелляционной инстанции осуществляется проверка как юридических оснований, так и фактических обстоятельств уголовного дела. Данное положение свидетельствует о том, что суды апелляционной инстанции при производстве по уголовному делу не должны скатываться на упрощенную процедуру процесса собирания доказательств.
———————————
<1> Это означает, что ряд участников судебного разбирательства на вполне законных основаниях могут и не участвовать в апелляционном рассмотрении дела.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *