Смерть пациента

Судебная практика по делам о медицинских ошибках

Дело о некачественном оказании медицинской помощи родильным домом, ошибочные действия которого привели к инвалидности ребёнка.

Дело поступило к адвокату более, чем через три года после совершения медицинской ошибки. Родильный дом настаивал на пропуске общего срока исковой давности – 3 года, однако суд согласился с доводами адвоката о том, что на дела о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью в результате некачественного оказания медицинской помощи исковая давность не распространяется. Дело было рассмотрено по существу. Родильный дом привлечен к гражданской ответственности. Через полгода после вступления судебного решения в законную силу было завершено исполнительное производство. В пользу Истицы и ее ребенка взыскано 4 миллиона рублей.

Суть дела

Истица (мать ребёнка) родила девочку в одном из родильных домов Санкт-Петербурга. До этого она находилась на дородовом отделении того же родильного дома. При госпитализации на дородовое отделение она рассказала врачам о том, что в силу её хрупкого телосложения при первых родах её ребенок получил осложнения. Впоследствии врачи говорили ей, что нужно было делать кесарево сечение. Несмотря на то, что ожидалось рождение второго крупного ребёнка и неоднократные просьбы женщины сделать ей кесарево сечение, врачи теперь уже другого роддома снова решили принимать роды консервативным способом.

В родах, как показала проведённая в ходе суда судебно-медицинская экспертиза, появились абсолютные показания к проведению операции кесарево сечение. Однако медицинским персоналом не были приняты меры к экстренному проведению необходимой операции. Девочка была извлечена наложением акушерских щипцов. В процессе родов выяснилось, что ребёнок оказался еще крупнее, чем ожидалось из-за допущенной ошибки врачом при проведении УЗИ почти на килограмм. Поэтому врачам пришлось приложить недюжинные усилия, чтобы вытащить ребёнка. В результате, девочке фактически проломили щипцами голову.

Состояние ребенка после рождения расценивалось, как тяжелое, девочка была интубирована, находилась на искусственной вентиляции лёгких. Вместо того, чтобы отправиться с родителями домой, ребёнок попал в реанимационное отделение детской больницы. Диагноз при поступлении: Родовая черепно-спинальная травма. Внутриутробная гипоксия.

Ошибочные действия медицинского персонала роддома привели к тому, что девочке был причинен тяжкий вред здоровью. Она была признана инвалидом. Ребёнку поставлен диагноз детский церебральный паралич.

В ходе суда

Роддом полностью отрицал свою вину. Ссылался на то, что у ребёнка имелась врождённая патология головного мозга. Адвокат роддома настаивал на отсутствии родовой травмы, объясняя очевидную на рентгене травму черепа, врожденной патологией развития головного мозга ребенка.

Судебно-медицинская экспертиза, проведённая по назначению суда в государственном экспертном учреждении и оплаченная роддомом, сняла вопрос о наличии у ребенка врождённой патологии головного мозга. Однако роддом до последнего настаивал на отсутствии своей вины. Ответчик (роддом) требовал назначения повторной экспертизы в другом медицинском учреждении. Суд отказался проводить новую экспертизу, поскольку выводы первоначальной были логичны, обоснованы и подтверждались медицинской документацией.

В ходе суда были проанализированы не только технические ошибки, допущенные врачами, но и, так называемые, деонтологические ошибки, а именно недопустимое поведение врачей по отношению к пациентке.

Существенную и, с высокой степенью вероятности, решающую негативную роль в наступивших тяжких последствиях сыграла акушерка. По показаниям Истицы акушерка угрожала ей во время родов, что если она сейчас же не перестанет орать и требовать кесарева, то ее отправят в «дурку». Такое поведение является прямым нарушением ст. 30 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» от 22.07.1993, предусматривающей, что при обращении за медицинской помощью и ее получении, пациент имеет право на уважительное и гуманное отношение со стороны медицинского и обслуживающего персонала.

Недопустимое поведение работника роддома привело не только к возникновению психологической травмы у Истицы, но могло способствовать наступлению более тяжких последствий. При передаче смены эта же самая акушерка, обращаясь к своей сменщице, сказала ей, что «на эту вообще не стоит обращать внимания!» В то время, как тяжесть медицинской ситуации требовала особого и неотложного внимания медицинского персонала именно к Истице. Все эти обстоятельства получили должную оценку со стороны суда.

Доказательства, собранные по делу, позволили подтвердить наличие врачебной лечебно-тактической ошибки и технической ошибки, то есть ошибки в выборе медицинских манипуляций.

Судебное решение

Судом было вынесено решение о компенсации материального ущерба, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи в размере 2 000 000 руб. и морального ущерба в размере 2 000 000 руб. С роддома были также взысканы в пользу Истицы все расходы на адвоката.

Несмотря на явные медицинские ошибки и полученное заключение судебно-медицинской экспертизы, роддом всё-таки обжаловал судебное решение. Городской суд оставил решение районного суда без изменений.

Через полгода, преодолев ряд трудностей, связанных с взаимодействием с роддомом, было завершено исполнительное производство. 4 000 000 рублей были потрачены Истицей на покупку квартиры, которую оформили на ребенка-инвалида.

По итогам суда прокуратура по своей инициативе возбудило уголовное дело, но оно было прекращено за отсутствием прямой причинно-следственной связи и в связи с невозможностью установить конкретное лицо, виновное в наступлении инвалидности.

Это дело по оценке журналистов стало прецедентом с точки зрения взысканной с медицинского учреждения суммы в Российской Федерации и положило начало приближению сумм денежных компенсаций к европейским стандартам.

О моральной стороне дела

Главное, что характеризовало этот процесс с моральной точки зрения, это столкновение высоконравственной позиции матери девочки, которая выступала в защиту своей дочери, и циничного поведения не только представителя роддома, но и его руководства.

После допущенной ошибки, состояние ребенка было настолько тяжёлым, что родителям советовали отказаться от ребенка. Врачи детских больниц говорили, что заниматься таким ребенком нет никакого смысла. Это будет овощ, а не человек. Опираясь на исследования головного мозга ребенка, врачи доказывали матери, что от девочки лучше отказаться! Но семью только сплотило постигшее их горе. Мать и отец не отказались от своего ребенка.

Высочайший морально-нравственный уровень этой семьи, которая не отказалась от искалеченного ребенка, а боролась и борется за жизнь и здоровье девочки столкнулась с безнравственным поведением врачей. Истице так и не были принесены извинения ни главным врачом роддома, ни врачами – участниками этой трагедии, которые могли и должны были не допустить родовой травмы.

Представители Роддома не пошли на переговоры по заключению мирового соглашения. В чём только не упрекали мать ребёнка, которого сделали инвалидом. И исковую-то давность она пропустила, хотя исковая давность по таким делам не предусмотрена, и интерпретировать-то она хочет всё, как ей выгодно!

Мы неоднократно слышали в суде, как представители роддома говорили, чего не должно быть у покалеченного ребенка – ставилась под вопрос необходимость в дополнительном питании, подробно выяснялось, что конкретно и бесплатно предоставляет государство. Но вот чего мы не услышали, так это то, на что, по мнению Ответчика, имеет право этот ребёнок, кроме овсяной каши на воде и койко-места в интернате, где девочка волею случая могла бы оказаться, если бы не высоконравственная позиция её родителей.

Поведение руководства роддома было настолько равнодушным, что это не осталось незамеченным судом. Так же как не остались незамеченными оживленные разговоры врачей роддома и их адвоката о том, в какие языковые школы они планируют отдать своих детей, на глазах у матери искалеченного ребенка. Видя перед собой всю драму развернувшегося судебного процесса, оценивая поведение врачей и матери ребенка, которая не пропустила ни одного заседания, суд решил, что иск должен быть удовлетворен в полном объеме. Тем самым суд и прокуратура существенно помогли семье девочки адаптировать ее к жизни и обеспечить её будущее.

Целью этого процесса, как говорила сама мать ребенка в суде, было не только привлечь медиков к ответственности за медицинскую ошибку, но и сделать так, чтобы врачи более ответственно относились к своим профессиональным обязанностям впредь и не допускали новых трагедий, которых элементарно можно избежать.

Финальную точку в сложном судебном споре поставил Санкт-Петербургский Городской суд, указав в своём Определении следующее: «Жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денег. Гражданский кодекс лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим или его близкими имущественных потерь. Определяя размер компенсации вреда, суд учел, что в результате виновных действий ответчика истица испытывает сильнейшие нравственные страдания от того, что её ребенок стал инвалидом – человеком с ограниченными возможностями, перенес несколько тяжелейших операций, вынужден периодически проходить курсы лечения. Таким образом, присуждение истице и ее дочери компенсации, назначенной судом, полностью отвечает требованиям законодательства и прав Ответчика не нарушило.»

Теперь об исковерканной по вине медиков жизни девочки, помимо её родителей, которые делают все возможное для улучшения её состояния, позаботится тот, кто стал причиной инвалидности – роддом, допустивший роковую медицинскую ошибку.

Кандидат юридических наук,
Член Всемирной Ассоциации Медицинского Права (ВАМП)
Адвокат Астахова К.Д.

СКР раскрыл содержание новой статьи УК за врачебные ошибки

Отказ от трех статей

После того как медицинские преступления будут сконцентрированы в одной статье УК, врачей больше не будут судить по ст. 109, 118 и 238 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности», «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»), рассказал президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль. ​Именно на эти три статьи приходится большинство случаев привлечения медиков к уголовной ответственности. «И потому придумано ввести вместо трех одну статью. Но я полагаю, что судить врачей, с тем чтобы их посадить, можно только в случае умышленного, подчеркну, умышленного вреда здоровью», — сказал Рошаль.

СКР не может не реагировать на жалобы граждан на врачей и медицинскую помощь, заметила в ответ и.о. руководителя управления взаимодействия со СМИ комитета Светлана Петренко. За последние пять лет таких обращений стало в три раза больше — их количество выросло с двух до шести тысяч, рассказала она. «В каждом конкретном случае мы организовываем проверку. Далеко не по каждому такому случаю возбуждается уголовное дело, а из всего объема уголовных дел в суд уходит только 10%. То есть в 90% случаев уголовные дела против врачей прекращаются», — отметила она.

Против отдельной статьи для медицинских работников на конференции выступил медицинский юрист Иван Печерей. «Получается, что каждый врач, выходя на работу каждый день, осуществляя свои профессиональные обязанности, фактически оказывается потенциальным преступником, а его профессиональная деятельность рассматривается как сфера преступления», — сказал он.

Уголовная статистика

В 2017 году в суд было направлено 175 уголовных дел, связанных с врачебными ошибками, следует из презентации СКР, представленной на конференции. Это на 11 больше, чем в 2016 году. Количество жалоб на медицинскую помощь в СКР в 2017 году составило 6050. Это на 1100 больше, чем годом ранее. В 2012 году их было только 2100.

Большинство осужденных в 2017 году врачей (74,7%) обвинялись в причинении смерти по неосторожности (ст.109 УК). В оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности (ст. 238 УК), — 10,9%. Еще 6,3% подозревались в причинении тяжкого вреда по неосторожности (ст. 118 УК). Оставшиеся проходили по статьям о халатности и неоказании помощи больному.

Слишком широко

У врачебного сообщества с СКР остаются разногласия в отношении предложенной статьи Уголовного кодекса, отметил Леонид Рошаль. В статье не указано, какие именно нарушения профессиональных обязанностей врача будут трактоваться как причина нанесения тяжкого вреда здоровью или смерти пациента. Ее формулировка оставляет возможности для очень широкого трактования.

По словам Рошаля, медицинскому сообществу также не нравится появление в этой статье термина «плод». «Если мы оставим статью в таком виде, в котором она предлагается сейчас, из профессии уйдут врачи-акушеры», — сказал он.

Следственный комитет не будет привлекать медицинских работников к уголовной ответственности за врачебные ошибки, несколько раз заявил в ходе конференции замруководителя главного управления криминалистики СКР Анатолий Сазонов.

«Мы привлекаем к уголовной ответственности медицинских работников, которые допустили грубейшие нарушения стандартов и протоколов лечения, — пояснил он. ​— Что касается термина «плод человека», то мы готовы с медицинским сообществом это обсуждать и приходить к консенсусу», — заявил Сазонов. Отдельно он отметил, что СКР отказался от «усиленно навязываемых предложений» о привлечении врачей к уголовной ответственности за причинение легкого и среднего вреда здоровью. Сазонов не раскрыл, кто навязывал СКР такие нормы.

Леонид Рошаль отметил, что все изменения в УК, обсуждаемые со Следственным комитетом, пока далеки от финального варианта. Работу с СКР врач назвал конструктивной. При этом Национальная медицинская палата продолжит настаивать на том, что решать, может ли врач заниматься профессиональной деятельностью, должен не суд, а «профессиональное врачебное объединение, как это происходит в других странах», резюмировал Рошаль.

Дело Мисюриной

Дискуссия о необходимости изменить статьи об уголовной ответственности за ятрогенные преступления обострилась после резонансного дела ​врача-гематолога Елены Мисюриной. В 2013 году она провела забор костного мозга у пациента с несколькими сложными диагнозами, в том числе с онкологическим. Вскоре после процедуры пациент скончался. По версии следствия, причиной смерти мужчины стала врачебная ошибка: Мисюрина якобы могла проколоть сосуд иглой и вызвать у пациента внутреннее кровотечение.
В январе 2018 года Мисюрину приговорили к двум годам колонии: суд признал ее виновной во врачебной ошибке, повлекшей смерть пациента. Приговор суда вызвал резкую критику со стороны медиков. После выступлений в защиту Мисюриной главврачей столичных больниц и ведущих медиков к критике приговора также присоединились московские власти в лице мэра Сергея Собянина и его заместителя Леонида Печатникова, а также еще ряд федеральных политиков. В апреле Московский городской суд отменил приговор в отношении Мисюриной и вернул дело в прокуратуру для устранения процессуальных нарушений.

Смерть по вине врача: россияне собирают подписи за суровый приговор

Бывший врач белгородской больницы, который убил пациента, задержан. И, как сообщил Владимир Маркин, следователи будут просить суд арестовать его. Убийство произошло перед праздниками. Как утверждает сам врач, он ударил пациента после того, как узнал, что тот пнул ногой медсестру. Пациент в итоге упал, ударился головой об пол и скончался от черепно-мозговой травмы. Все запечатлено на видео с камер наблюдения. Мнения — как в профессиональной медицинской среде, так и простых россиян — разделились. Кто считает, что медика надо наказать построже, кто, наоборот, утверждает: врачам нужна защита от неадекватных пациентов.

Главный врач 2-й городской больницы Белгорода освобожден от должности. Информация появилась на официальном сайте областного правительства. В самом медучреждении эту информации не комментируют. Известно, что проверки начались сразу после трагедии, разыгравшейся в конце декабря. 56-летнего Евгения Вахтина привезли в хирургическое отделение. Диагноз — желудочно-кишечное отравление. Назначили промывание, во время которого пациент, по словам врачей, вел себя неадекватно.
«Пнул медсестру, она упала, он сам упал, — рассказывает заместитель главного врача по хирургической помощи Олег Замулин. — У медсестры гематома, синяки, она на больничном».

Процедуру все же завершили, а после ее окончания Евгения Вахтина перевели из хирургического корпуса в терапевтический. Осмотр проходил в приемном отделении. Ворвался Илья Зелендинов. Камеры зафиксировали этот момент. Видео попало в Сеть, спустя почти две недели после трагедии. Кто выложил — неизвестно. На записи видно: врач входит в кабинет вместе с медсестрой — той самой, которая проводила процедуру промывания желудка. Она указывает на обидчика. Хирург хватает его за руку и заталкивает в соседнюю комнату. За друга вступается мужчина, который привез его в больницу. Вахтин что-то говорит врачу. В ответ — удар, после которого пациент больше не встанет.

Медики пытаются успокоить коллегу, через пару минут кто-то замечает, что мужчина на полу посинел. Непрямой массаж сердца кидается делать сам автор злополучного удара. Безуспешно. Евгений Вахтин скончался. Его гражданская жена последние минуты жизни мужа увидит спустя 10 с лишним дней, на кадрах с камеры наблюдения.

Родственники погибшего уверяют: он был неконфликтный, а в тот день еще и измученный длительной болезнью, так что пнуть медсестру мог разве что случайно, неловко повернувшись во время процедуры. Анализ показал: уровень алкоголя в крови пациента в тот вечер составлял 2 промилле (3,5 для человека — смертельный показатель).

Во время осмотра Евгений Вахтин сам рассказал врачу, что пил без перерыва больше двух недель. Сотрудники больницы уверяют: в таком состоянии человек едва ли может себя контролировать. С подобными пациентами и проявляемой ими агрессией сталкиваются регулярно. При этом подчеркивают: для врача это в любом случае — не повод давать волю эмоциям и распускать руки.

Уголовное дело завели по статье «Причинение смерти по неосторожности». Максимальный тюремный срок, который она предусматривает, — 2 года. Но тысячи людей уже подписались под петицией к президенту страны с требованием более сурового наказания для хирурга. Сразу после смерти пациента врач Илья Зелендинов написал заявление об уходе по собственному желанию. Об этом заявили в руководстве больницы. Ранее в СМИ была информация о том, что хирурга уволили.

Подсчет жертв COVID. Как идет классификация причин смерти

Коэффициент распространения коронавируса в России меньше единицы. Темпы прироста выявленных случаев снизились почти в 12 раз, это дает основания для поэтапного снятия ограничений в регионах. При этом новая методика ВОЗ ведения статистики скорректировала данные по учету случаев смертности. Кроме того, из-за карантинных мер точные данные Росстат получил с опозданием.

Точную статистику по движению населения в апреле, то есть число рождений, смертей, свадеб и разводов, мы должны были узнать в пятницу, 29 мая. Все эти данные собираются через Единый государственный реестр ЗАГС. Но в мае из-за вспышки коронавируса только половина сотрудников Росстата трудилась на своих рабочих местах, а не на удаленке, собрать полную картину по стране было просто невозможно. Поэтому окончательные цифры появятся только в июне; сейчас есть предварительная информация о количестве смертей от коронавируса.

«Всего в стране от подтвержденного коронавируса в апреле в стране умерло 1136 человек. Есть группа умерших, у которых предполагается COVID как причина смерти, но окончательные результаты анализов и окончательные заключения патологоанатомов еще не готовы. Такой неокончательный COVID — основная причина смерти еще 539 человек. Эта группа со временем поступления окончательных диагнозов и свидетельств о смерти должна полностью перейти в другие категории», — говорит Павел Малков, руководитель Федеральной службы государственной статистики.

Такое разделение на группы сделано на основе двух источников. Первый — рекомендации Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), выпущенные в конце апреля. Второй – данные российских патологоанатомов, которые смогли определить, как коронавирус повлиял на состояние каждого конкретного пациента с положительным тестом.

При формировании статистики в России также выделяются в отдельную большую группу случаи, когда умер человек с хронической болезнью и подозрением на COVID.

«И как раз в этой группе заболеваний мы четко руководствовались рекомендациями ВОЗ, классифицируя причины смерти, а также данными патологоанатомических вскрытий. Эта третья группа оценивается в 1038 случаев. Но это пока не COVID. Но патологоанатомические вскрытия в этой части продолжаются», — говорит заместитель председателя правительства России Татьяна Голикова.

В этой большой группе выделяют еще две: в одной — случаи, когда коронавирус мог приблизить смерть пациента с хронической болезнью; таких пока зарегистрировано 417. В другой подгруппе коронавирусная инфекция не стала фатальным фактором; это, например, онкобольные в терминальной стадии, подхватившие инфекцию в последние дни жизни, или люди с подтвержденным COVID, погибшие в аварии; таких случаев 621. Важное уточнение: все эти числа нужно рассматривать по отдельности.

«Насколько я знаю, до сих пор очень мало стран делают вскрытия, патологоанатомы делают вскрытия, но у нас по-прежнему эта доля практически 100%. Поэтому мы публикуем все данные в открытом режиме, каждый конец месяца они появляются на наших сайтах, чтобы было все предельно прозрачно: и по родившимся, и по численности населения, и по всему, что изучают так внимательно те, кто работает с социологией и цифрами», — говорит губернатор Московской области Андрей Воробьев.

Сейчас в мире нет единой работающей методики подсчета умерших от коронавируса. Например, в Германии долгое время не проводили посмертные тесты на COVID-19. В Великобритании в печальную статистику до недавнего времени включали только смерти, зарегистрированные в больницах, а данные из домов престарелых не учитывались. В Италии рекомендовано включать в «ковидный список» даже пациентов с тяжелыми болезнями, на чье состояние коронавирус не повлиял. Поэтому сегодня сравнивать статистику разных государств просто неправильно.

«Вообще это самое плохое, когда начинают считать эти проценты, указывать: у тебя больше процент, у тебя меньше. Это наша общая трагедия. Мы должны к ней относиться, как к трагедии, и просто спокойно анализировать, что происходило и что происходит, как минимизировать эти смерти, болезни, проблемы», — говорит мэр Москвы Сергей Собянин.

Всемирная организация здравоохранения уже отметила: ее апрельские рекомендации по поводу того, как формировать списки умерших от коронавируса, – временные. Появится ли единый механизм подсчета жертв пандемии, пока не известно. По оценкам специалистов, еще в течение года у мира не будет возможности объективно посчитать все смерти от COVID-19.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *