Ретроспективное действие

Выделяют проблемы момента вступления акта в силу и момента прекращения его действия.

Вступление нормативного правового акта в силу возможно: с момента принятия акта или его опубликования (промульгации); по истечении определенного срока после принятия или опубликования (в соответствии со ст. 104 Конституции Республики Беларусь законы вступают в силу через 10 дней после опубликования, если иной порядок не указан в самом законе); ретроспективно (действие акта распространяется на период, предшествовавший его принятию). Ретроспективное действие актов не всегда приемлемо, а в некоторых случаях (например, если акты устанавливают ответственность) невозможно. В практике встречаются ситуации, когда акт вводится в действие «задним числом», что нежелательно, поскольку всегда порождает правовые коллизии. Прекращение действия акта возможно: в связи с истечением срока действия, если он был принят на определенный срок; наступлением события, указанного в акте (принятие другого акта, вступление в силу международного договора и т. п.); вследствие прямой отмены или признания утратившим силу, в том числе признания неконституционным в установленном порядке. Обратная сила закона: простая и ревизионная. Простая – действие нового акта распостран. на отнош., возник. до вступл. его в силу. но не породившие окончат. юр. последствий. Ревизионная – новый акт распостран. на акты, по кот. юр. последствия наступили окончат и произ. пересмотр.

Ретроспективный — что это значит? Что такое ретроспектива фильмов или художника

Ретроспектива — это…

Ретроспектива — это «взгляд в прошлое» в переводе с латыни. Это обзор того, что было прежде, взгляд назад. Например: «Ученому нужно знание исторической ретроспективы». Антоним к слову «ретроспектива» — перспектива.

В искусстве ретроспективой называют выставку работ одного художника, созданных в разные периоды, или подборку старых фильмов. Например: «Выставка «Эль Лисицкий» — первая масштабная ретроспектива художника в России»; «В кино идет ретроспектива фильмов Антониони».

Ретроспективный — это значит обращенный назад, к прошлому. Примеры: «Ретроспективный взгляд»; «Ретроспективный обзор». Наречие — ретроспективно.

Ударение ставится на букву «и» — ретроспекти́ва, ретроспекти́вный, ретроспекти́вно. Слово образовано от латинских retro — назад и specto — смотрю.

В ретроспективе — это значит при взгляде в прошлое, постфактум. Пример: «В ретроспективе те события выглядят иначе»; «Я понял смысл его слов лишь в ретроспективе».

Что такое ретроспективный анализ и ретроспективный метод

Ретроспективный метод — один из главных методов исследования в исторической науке. Он изучает явления в развитии: историк последовательно рассматривает пройденные этапы и причин изменений. Анализируя прошлое, исследователь опирается на знание о последующих эпохах, анализируя структуры более низкого уровня — на знание о структурах более высокого порядка. Ретроспективный метод позволяет выявить причинно-следственные связи и исторические закономерности.

Ретроспективный анализ — это анализ данных с учетом изменения во времени, от настоящего к прошлому. Например, в экономике ретроспективный анализ применяется для изучения тенденций и формирования стратегии экономического развития.

Ретроспективный анализ в шахматах — это метод построения баз данных шахматных окончаний, при котором позиция оценивается на основе всех заключительных позиций, которые могут быть из нее получены. Ретроспективный анализ стал возможен лишь с появлением компьютеров, поскольку требует обработать огромное количество вариантов.

Ретроспектива и ретроспективный. Примеры употребления

Те, которые думают, что творящий художник в минуты аффектов способен посредством средств своего искусства выразить то, что он чувствует, ошибаются. И печальные и радостные чувства выражаются всегда, так сказать, ретроспективно.
П.И. Чайковский. Письма Н.Ф. фон-Мекк (1878)

Самое негодование наше было ретроспективное, и явилось уже post factum…
М.Е. Салтыков-Щедрин. «Дневник провинциала в Петербурге» (1872)

Бросая ретроспективный взгляд на прошлое нашего финансового учреждения и пробегая умственным взором историю его постепенного развития, мы получаем в высшей степени отрадное впечатление.
А.П. Чехов. «Юбилей» (1892)

При всей традиционности подобных занятий Пастернак не архаичен, не ретроспективен, но жив, здоров, молод и современен.
И.Г. Эренбург. «Портреты современных поэтов» (1922)

И все-таки попробуйте! Попробуйте почувствовать этот чужой, будущий, ретроспективный трепет… Все волоски на душе становятся дыбом!
В.В. Набоков. «Дар» (1935-1937)

«С миром державным…» — стихотворение явно ретроспективное, но этим дело не ограничивается. Предметом воспоминания в нем, помимо героини стихотворения… является прежде всего другое стихотворение: того же автора и с тем же адресатом.
И.А. Бродский. «С миром державным я был лишь ребячески связан…» (1991)

Эволюцию взглядов Горбачева легко проследить ретроспективно, оценивая и анализируя все, что произошло с ним и с нами за эти годы.
Анатолий Собчак. «Дюжина ножей в спину» (1999)

Я это знаю потому, что, когда в США несколько лет назад организовывалась ретроспектива моих фильмов, то запрашивали разрешение этой самой голландской фирмы на одноразовый показ в Нью-Йорке наших «Итальянцев в России».
Эльдар Рязанов. «Подведенные итоги» (2000)

Экспозиция в одном из дворцов — Мраморном — посвящена теме «Русское искусство в контексте искусства мирового» — ретроспективы и выставки работ самого молодого поколения.
Арина Абросимова. «Москва и Питер — спор двух столиц» // «Аргументы и факты» (2001)

На своей ретроспективе, проходящей в рамках проекта «Классики российской фотографии», он показывает историю страны и передает дух времени.
Николай Молок. «Красотища. Выставки» // «Известия» (2001)

Хрононом по эсмеральдиту

Реалистичность вселенной сферы великорасы

Есть на гражданке отдельные грамотеи, которые по сей день свято уверены, что лазерная пушка «режет» цель на куски. Лазер вовсе не резак. Лазер — это устройство для передачи большой энергии на огромное расстояние. А что будет, если сообщить молекулам в небольшом объёме вещества много-много лишней энергии? Правильно. Будет взрывное испарение.
Александр Зорич «Время — московское!»

Лазер не режет, а обращает в пар. И бьёт не сплошным лучом, а короткими импульсами. Рано или поздно кто-то должен был открыть миру эту тайну — Александр Зорич взял труд на себя. Описание сражений грядущего в романах харьковского дуэта можно оценить как эталонное. Достоверность и проработанность деталей беспрецедентны. Многие из полководческих решений являются новым словом в тактике звёздных сражений. А главное, книга на редкость хорошо передаёт дух и правду войны. И всё же — можно ли назвать мир Сферы Великорасы реалистичным? Что будет, если подойти к этой вселенной с точки зрения науки?

ОРУЖИЕ И ТАКТИКА ВЕЛИКОРАСЫ

На каждую сомнительную деталь, касающуюся техники либо стратегии, в романах Зорича приходится десяток остроумных и удивительно точных решений. Но тем не менее странности встречаются. Так, несомненным достижением стратегов мира Великорасы является организация передовых оперативных баз в космической пустоте, защищённых от обнаружения ограниченностью скорости света. Сама по себе концепция столь же революционна, сколь и убедительна. Действительно, найти такой форпост практически невозможно. Но удивительно другое. Находясь на одной из оперативных баз перед броском на Паркиду, Пушкин и Меркулов не только видят корабли ударного флота в обычный иллюминатор, но и читают надписи на бортах. А ведь в пяти световых месяцах от ближайшей звезды должно быть очень темно.

Белый корабль — не только красиво, но и технически грамотно.

Это не единственный такой пример. Не только вблизи светил, но и в глубоком космосе звездолёты сверкают, как ёлочные игрушки на фоне чёрного бархата пустоты, отражая непонятно откуда взявшийся свет. Вероятно, поэтому пилоты мира Сферы и удивляются «демаскирующей» окраске «белых слонов» Конкордии.

Конечно, матово-чёрный аппарат был бы менее заметен в космической тьме. Но здравый смысл подсказывает, что в эпоху звёздных войн капитанов менее всего будет заботить перспектива визуального обнаружения их кораблей противником. Так что своеобразие окраски клонских авианосцев вызвано, скорее всего, не склонностью к эпатажу, а практическими соображениями. Ещё Хайнлайн отмечал общеизвестный факт: в «ледяном» вакууме главная проблема — отвод тепла, а не его сохранение. На «дневной стороне» корабль сильно нагревается солнечными лучами, а на «ночной» очень неохотно остывает. Ведь пустота — лучший теплоизолятор.

Во время космических сражений лейтенант Пушкин видит много такого, что, по идее, не должно быть доступно глазу смертного. Например, в бою на 801 парсеке он замечает «огненные колёса» проносящихся мимо кабины его флуггера урановых стержней — поражающих элементов конкордианских ракет. Но скорость флуггера должна составлять десятки километров в секунду, больше «третьей космической», раз влияние гравитации ближайших космических тел не упоминается. А стержни — фрагменты летевшей навстречу ракеты, выпущенной с другого, не менее быстрого флуггера. В тысячу раз проще заметить пулю в полёте.

В реальном бою пилот едва ли успеет полюбоваться красотой взрывов.

В любом случае Пушкину повезло. В том бою он выжил исключительно благодаря эффектам ретроэволюции. Клоны явно считали, что ведут воздушный, а не космический бой, и атаковали флуггер так, как если бы это был самолёт. Ракета «воздух—воздух» взрывается в момент наибольшего сближения с целью, как правило, сбоку от неё, разбрасывая поражающие элементы поперёк своего курса. Это тяжёлые стержни, так как сверхзвуковой истребитель очень прочен и мелкие осколки ему не повредят. Предпочтительным материалом действительно являются вольфрам или уран, так как высокая плотность этих материалов помогает снаряду преодолевать сопротивление среды — воздуха.

Снаряды электромагнитной пушки слишком быстры для стрельбы в атмосфере — они просто сгорают.

Но в космосе нет трения, и осколки не теряют энергию с расстоянием. Так что снаряжать ракеты разумнее чем-нибудь подешевле. Например, мелкими камешками, а ещё лучше — кубиками из радиопрозрачной пластмассы. Это даст гарантию, что противник не заметит летящую навстречу картечь. При такой скорости столкновения твёрдость материала, из которого сделан поражающий элемент, значения не имеет. В любом случае колоссальная кинетическая энергия перейдёт в тепловую, и произойдёт то же самое «взрывное испарение», что и при попадании лазерного импульса. Диаметр пробоины окажется в несколько больше диаметра снаряда.

Аэродрому при бомбёжке достанется куда больше, чем расположенным под ним бункерам.

Странные вещи творятся и в Городе Полковников, где Пушкин видит догорающий на космодроме «Рюдзё», прошитый выпущенными с орбиты снарядами конкордианского линкора «Шапур». Лейтенант предполагает, что клон-наводчик не рассчитал плотность атмосферы при установке взрывателей. Вследствие этого снаряды прошли навылет и канули на десятки метров в бетон, оставив характерные горбы камуфлетов. Но если бы плотность воздуха над космодромом оказалась выше или ниже ожидаемой, выстрелы просто не достигли бы цели. Изменилась бы траектория полёта снаряда в атмосфере.

Жители Большого Мурома сочетают кокошники XVII века со славянским язычеством.

Взрыватели же, как и заряд силумита, снарядам космических суперпушек ни к чему. Их скорость должна составлять десятки километров в секунду, иначе пользы от орудия в космосе нет. К этому следует приплюсовать скорость линкора относительно цели. Вместо того чтобы уйти глубоко в грунт, снаряд оставил бы кратер с центральной горкой, как это и случается при падении метеоритов. От «Рюдзё» же, если он по размеру сравним с морским предком, не осталось бы ничего пригодного для анализа. Удивляться здесь нечему. Ведь в романе «Завтра — война!» именно из таких орудий Объединённые Нации расколотили в мелкий мусор несколько астероидов джипсов.

«Мы черпаем в традициях двадцатого века силу и мужество! Мы подвергаем его творческому осмыслению и приспосабливаем под сегодняшние нужды!»

Зато для поражения подземных бункеров циклопические орудия орбитальных линкоров — не лучший инструмент. Здесь требуется снаряд с высокой проникающей способностью, а значит, достаточно медлительный, чтобы уцелеть при ударе о землю. Конкордианская бетонобойная бомба «Рух II» после схода с орбиты должна сбрасывать скорость до примерно 1000 м/с помощью тормозных двигателей и парашютов.

Отдельно стоит упомянуть о системе «Нигредо» — «трансмутационных излучателях глюонного поля», обращающего ядерные заряды в инертный свинец и прочие лёгкие элементы. Здесь, как кажется, учёные умы Великорасы придумывают сложные название простым вещам. Устройство, преобразующее уран и плутоний в безобидный свинец, называется «атомная бомба». Достаточно было прямо сказать, что система вызывает преждевременный подрыв ядерного боеприпаса. И для достижения данного эффекта требуется не загадочное «глюонное поле», а плотная завеса медленных нейтронов, созданная на пути боеголовки. Это вполне научная идея, которая, правда, очень сложна технически.

РЕТРОСПЕКТИВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

Техническим неувязкам во вселенной Сферы Великорасы не стоит придавать большого значения. Они привлекают внимание именно благодаря тому, что их крайне мало. Сложнее с миром как таковым, с декорациями, на фоне которых раскрываются характеры персонажей и гремят взрывы. С ретроспективной эволюцией и планетой Глагол. Казалось бы, какой достоверности можно требовать от фантастической идеи и затерянного в глубинах космоса мира, в котором не работает знакомая нам физика и само время ведёт себя необычно?

Всё так. Но хоть какой-нибудь хочется.

Нельзя же совсем без достоверности. Как, например, в случае с замыслом джипсов переработать изнутри Глагол на «астероидные рои», а потом расколоть его, столкнув с Дунаем. В этом нет смысла. Если джипсы так могущественны, что способны защитить готовые астероиды внутри «скорлупы» планеты от расплющивания гравитацией, если они могут спасти их от превращения в пар при столкновении планет… то сумели бы придумать и более экономичный план. И уж во всяком случае не позволили бы землянам воспрепятствовать осуществлению задуманного.

Много нестыковок вносит и «ретроспективная эволюция». Естественно, не как явление фантастической вселенной, а как гипотеза, объясняющая культурные особенности народов Великорасы. В реальности кто-нибудь непременно заметил бы, что она их вовсе не объясняет. На самом деле наблюдаются три разных, не похожих друг на друга эффекта.

На Большом Муроме ретроэволюция выносит из глубин коллективного бессознательного картинки давно минувших эпох. И люди — ибо такова мода — «отыгрывают» собственных предков такими, какими их себе представляют. Представления же их, как кажется, основаны на материале славянского фэнтези. Муромцы легкомысленно смешивают эпохи — от языческой Киевской Руси и до времён старообрядцев. Они не пытаются говорить на каком-либо из древне- русских диалектов, а лишь используют все архаизмы, которые им удаётся припомнить. Зачастую — неправильно. Так, вместо исконно-славянского «занавесь» они употребляют слово «гардена». Слово иностранное, зато звучит «старорежимно».

Столица Конкордии Хосров больше напоминает современный Тегеран, чем древнюю Персию.

Аналогичным образом развиваются события на Земле. Только здесь за основу взяты представления о XX веке, также содержащие массу неточностей. Но в моду, во всяком случае, входит соответствующая эпохе одежда и обращение «товарищ». Естественно, каждый народ «отыгрывает» собственных предков… и лишь на территорию США ретроэволюция почему- то не действует вообще. Это понять уже сложно.

Но на Конкордии творится нечто иное. Там колонисты начинают говорить на вполне современном языке фарси и исповедовать зороастризм, который и в наши дни ещё не канул в Лету. Об «исторической реконструкции» древней Персии и речи нет, одежду VII века никто не носит. Конкордианская же социальная система, отдающая власть в руки жрецов-заотаров, а не феодальной знати, не соответствует ни обычаям эпохи Сасанидов, ни тем паче чьим-то представлениям о них. О какой же ретроэволюции тогда речь? Если конкордианские пророки, начиная с первоучителя Римуша, получают откровения из прошлого, то непонятно, из чьего.

Зороастризм практикуется и в наши дни.

И уж совсем странные дела творятся с манихеями на Глаголе. Логично было бы ожидать, что люди, оказавшиеся в самом эпицентре хронобезобразия, окажутся отброшенными в наиболее отдалённые эпохи. Но вместо этого группа конкордианских еретиков приобретает паранормальные способности, а их кредо выглядит так, словно они пытались «реставрировать» зороастризм на основании книги «Так говорил Заратустра» Фридриха Ницше. А это XIX век — 1885 год.

Главная же загадка Глагола — при чём же здесь в таком случае манихейство и заклинания на арамейском? Ведь если и Заратустра на самом деле ничего подобного не говорил, то уж Мани — подавно… Планета, превращённая джипсами в инкубатор астероидных роёв, просто издевается над здравым смыслом.

Описание Большого Гнезда в Колодце Отверженных — одно из самых сильных мест в книге. Безумный город безумцев в безумном, отрицающем физику месте. Здесь ничто не кажется удивительным: ни разумные собаки, ни «Водопад-минус», ни безразличное к пришельцам население, ни даже бутерброды с сыром. Хотя… Бутерброды всё-таки кажутся. Непонятно, откуда в подземной цитадели Вохура чай, хлеб, сыр, вездеходы устаревших моделей, пулемёты, патроны и собачьи консервы. Манихеев очень мало. Гнездо отрезано от мира, и никакого производства в нём, насколько можно судить, нет.

Обледеневшее подземелье ещё более бесплодно, чем поверхность планеты, и добыть припасы манихеи могут, лишь захватив их в бою с ашвантами. Но как, если, по словам Вохура, вылазки «самодостаточных сверхлюдей» чаще всего заканчиваются поражениями? Похоже на то, что сам Великий Диван в глубокой тайне снабжает еретиков.

***

Мы ждём от книг в первую очередь живого, яркого языка и захватывающего сюжета. Конечно, придирки к научной точности не всегда уместны, когда речь идёт о фантастике. Порождённые воображением вселенные могут и не претендовать на убедительность. Но мир Зорича к таким не относится. И если пристальный взгляд выявляет и у харьковского дуэта немало спорных моментов — это именно потому, что мир Великорасы достаточно реалистичен, чтобы отдельные технические детали заслуживали тщательного разбора.

ПОДВОДНАЯ ЛОДКА В СТЕПЯХ УКРАИНЫ

Не все, но значительная часть флуггеров в Сфере Великорасы — универсальные воздушно- космические летательные аппараты, способные вести бой как в атмосфере, так и на орбите. Бесспорно, это огромное достижение. Не приходится сомневаться также, что когда-нибудь на новых витках прогресса построить такую машину будет не сложнее, чем в наши дни — летающую подводную лодку. И не нужнее.

Атмосферному самолёту требуются плоскости, обеспечивающие подъёмную силу, обтекаемые формы, аэродинамические рули и шасси. А если предполагается достижение космической скорости, то ещё и мощная теплоизоляция. Космическому аппарату всё перечисленное без надобности, зато необходимы рулевые двигатели и противорадиационная защита. Очевидно, на любом уровне развития техники орбитальная боевая машина выиграет от замены «атмосферного» оборудования чем-нибудь полезным. Например, увеличенным запасом «Мурен» и «Оводов».

Без сомнения, с борта космического авианосца в атаку на космические же линкоры и фрегаты должны стартовать аппараты, не способные входить в атмосферу. Зачем им нырять в облака? Ведь и линкор не покинет космический вакуум. «Челночными» будут лишь десантные флуггеры, вынужденные действовать в двух разных средах.

ГЕНЕРАЛЫ ПРОШЕДШЕЙ ВОЙНЫ

Говорят, что генералы готовятся не к будущей войне, а к прошлой. В Сфере Великорасы этот фактор, вероятно, ещё и жестоко усугублён ретроэволюцией. Иначе трудно объяснить столь явные параллели между космическими баталиями с Конкордией и тактикой морской войны на Тихом океане.

Дело даже не в излишне узнаваемых линкорах, авианосцах, а также эсминцах и крейсерах, объединённых под общим названием «фрегаты». Проблема во взаимодействии «авиации» и «флота». Наверное, лишь ретроэволюция не даёт адмиралам заметить, что кораблей и самолётов у них уже нет, есть только космические аппараты разного типа. Причём, вопреки логике XX века, большие аппараты, способные «прошивать пространство», окажутся быстроходнее мелких. А если «корабли» могут уйти от «самолётов», авиация теряет смысл.

Эти соображения слишком очевидны, чтобы обладающие развитым стратегическим мышлением военачальники Сферы не учитывали их. И прогрессивная тактика («выстрелил — ушёл в матрицу», «показался — не понравилось — ушёл в матрицу»), хотя и бессистемно, но применяется. Несомненной находкой, буквально новым словом в искусстве звёздных войн, являются Х-крейсера, или «космические субмарины». Но большей частью бои ведутся по старинке.

ГЕНЕРАТОР ЗАЩИТНОГО ПОЛЯ

Генератор защитного поля, установленный на флуггере «Дюрандаль», несомненно, крупное достижение инженерно- фантастической мысли. Но с самим бронеполем связано много странностей. Некоторые его возможности вступают в противоречие не только с физикой, но и с логикой. Этим, впрочем, грешат и защитные поля кораблей большинства других вселенных.

Поле «Дюрандаля» отражает как лазерные лучи, так и пучки позитронов, извергаемые бортовыми орудиями истребителей ягну. Одно и то же поле! А ведь в первом случае речь идёт о потоке фотонов, а во втором — о заряженных частицах. Позитроны действительно можно «отбить» магнитным полем. Земное, в частности, защищает поверхность планеты от космических частиц. Но чем, кроме чудовищной гравитации, можно «погнуть» световой луч?

Конечно, нам неизвестны возможности технологий Великорасы. И не столь уж странно, что её инженеры способны защитить истребитель от лазерного огня. Странно, что, окружённый полем, он… остаётся видимым. Ведь свет не проникает внутрь кокона — иначе и луч бы проходил. А значит, фотоны не могут отразиться от корпуса и донести информацию до наших глаз. При включении «лазерозащитного» поля объект должен «исчезать».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *