Раздел имущества пленум

Верховный суд рассказал, как супругам делить долевое имущество

Нужно соглашение о разделе общего имущества

После расторжения брака у Марины Курбаевой* и Игоря Идрасова* возник спор о разделе совместно нажитого имущества. В период брака стороны за счёт общих средств приобрели земельный участок и жилой дом, который оформлен на Идрасова и двух общих дочерей по 1/3 доли каждому. Курбаева решила, что находящаяся в собственности ответчика 1/3 доля земельного участка и жилого дома является общей совместной собственностью супругов и подлежит разделу в равных долях. Она обратилась в суд, где просила признать за ней право собственности на 1/6 долю указанной недвижимости.

ДЕЛО № 20-КП9-13

ИСТЕЦ: Марина Курбаева*

ОТВЕТЧИК: Игорь Идрасов*

СУТЬ СПОРА: Раздел нажитого в браке имущества, оформленного в долевую собственность одного из супругов

РЕШЕНИЕ: Если соглашения о разделе совместно нажитого имущества нет, оно делится поровну между супругами

Кировский районный суд г. Махачкалы отказал в удовлетворении иска, Верховный суд Республики Дагестан оставил решение без изменения. Суды пришли к выводу, что стороны в период брака произвели раздел совместно нажитого имущества с отступлением от начала равенства долей, с учётом интересов несовершеннолетних детей. Поэтому принадлежащая ответчику 1/3 доля спорной недвижимости общей совместной собственностью не является и разделу не подлежит.

Курбаева обратилась в Верховный суд. Тот напомнил: супруги вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности нажитого в браке имущества или его части на основании брачного договора или любого иного соглашения, не противоречащего нормам действующего законодательства (ст. 37, п. 2 ст. 38, ст. 41–42 Семейного кодекса). Между тем каких-либо достоверных доказательств, подтверждающих, что между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о разделе совместно нажитого имущества, в материалах дела нет. Ни договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, ни регистрация права общей долевой собственности таким соглашением о разделе общего имущества супругов не являются. Поэтому ВС отменил ранее принятые акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (№ 20-КГ19-13). Пока еще оно не рассмотрено.

Нажитое в браке принадлежит обоим супругам

«Право на общее имущество, нажитое супругами в период брака, принадлежит обоим супругам независимо от того, кем из них и на чье имя оно приобретено. В случае спора супруги не обязаны доказывать факт общности такого имущества. Соответствующие разъяснения даны в п. 15 Постановления Пленума ВС от 5 ноября 1998 года № 15», – рассказала советник Муранов, Черняков и партнеры Муранов, Черняков и партнеры Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Международный арбитраж × Ольга Бенедская. Адвокат Инфралекс Инфралекс Федеральный рейтинг группа Антимонопольное право группа Банкротство группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Транспортное право группа Цифровая экономика группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Интеллектуальная собственность группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование группа Налоговые споры 4 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) 6 место По выручке 15 место По количеству юристов × Ирина Зимина отметила, что аналогичный подход существовал в судах и ранее (№ 33-11973/2018). «Определение ВС является очень важным, так как некоторые нижестоящие судебные инстанции неправильно толкуют действующие нормы семейного законодательства, что и случилось в рассмотренном деле», – отметила Анна Заброцкая, партнер и руководитель практики «Разрешение споров» Borenius Attorneys Russia Borenius Attorneys Russia Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа ТМТ группа Интеллектуальная собственность × . По словам менеджера аудиторско-консалтинговой группы «БДО Юникон» Елены Зиберт, суды нижестоящих инстанций, отказывая одному из супругов в иске, ориентировались исключительно на факт регистрации имущества на другого супруга и наличие несовершеннолетних детей: «Такой подход не может быть признан правильным и основанным на законе».

Определение ВС четко возвращает нас к источнику – закону. Он устанавливает, что раздел имущества супругов должен совершаться в установленном порядке: брачным договором, соглашением либо судом.

Галина Павлова, управляющий партнер Павлова и партнеры Павлова и партнеры Федеральный рейтинг группа Семейное/Наследственное право группа Управление частным капиталом группа Страховое право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Банкротство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения Профайл компании ×

Бенедская уверена: суд при новом рассмотрении выяснит, заключались ли между сторонами брачный договор или соглашение о разделе имущества. Если не заключались, то удовлетворит иск. С ней согласилась адвокат АБ Казаков и партнеры Казаков и партнеры Федеральный рейтинг группа Банкротство группа Уголовное право группа Природные ресурсы/Энергетика 17 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) 26-28 место По количеству юристов 29 место По выручке Профайл компании × Наталья Бокова: «Полагаю, при новом рассмотрении дела суд должен будет удовлетворить исковые требования и признать за истцом право собственности на 1/6 долю в спорном недвижимом имуществе».

* – имя и фамилия изменены редакцией.

Как правильно делить общее имущество супругов в случае его банкротства? (критика абзаца 2 пункта 6 проекта постановления Пленума Верховного Суда РФ о конкурсной массе граждан)

6 декабря 2018 г. Пленум Верховного Суда РФ обсудил проект постановления «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (его текст доступен на портале zakon.ru здесь https://zakon.ru/discussion/2018/12/06/brachnyj_dogovor_ne_zaschitit_ot_kreditorov__plenum_vs_podgotovil_razyasneniya_o_konkursnoj_masse_ba).

В этом проекте обсуждается ряд важных вопросов и предлагаемые им решения представляются нам в основном верными.

Среди остающихся спорными положений проекта мы бы хотели выделить одно, которое, по нашему мнению, является противоречащим основополагающим принципам банкротного права и способным резко снизить эффективность процедуры банкротства граждан в нашей стране, в связи с чем мы хотели бы предложить уважаемым коллегам из Верховного Суда РФ ещё раз обсудить при доработке проекта наши соответствующие замечания.

Речь идёт об абзаце втором пункта 6 проекта. В отличие от первого абзаца этого пункта, который правильно указывает на то, что в деле о банкротстве гражданина, по общему правилу, подлежит реализации не только его личное имущество, но и имущество, которое принадлежит ему и его супругу на праве общей собственности, как то прямо предусмотрено Законом о банкротстве в пункте 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, критикуемый нами второй абзац того же пункта предусматривает, что вопреки этой норме Закона о банкротстве, не делающей никаких исключений, почему-то супруг должника, если он полагает, что реализация имущества общего имущества в процедуре банкротства не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы на его иждивении лиц, в т.ч. несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд общей юрисдикции с иском о разделе общего имущества до его продажи в процедуре банкротства и тогда подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в процедуре банкротства до разрешения судом общей юрисдикции спора о его разделе.

Как видно, по существу проект предлагает отказаться от установленного Законом о банкротстве правила о том, что общее имущество обанкротившихся супругов делится в процедуре банкротства путём его продажи и удовлетворения из выручки от его продажи общих кредиторов супругов, и вместо этого делить его не по правилам Закона о банкротстве, а по правилам Семейного кодекса.

Почему мы считаем это неправильным? Дело в том, что те нормы Закона о банкротстве, которым предлагаемое решение противоречит, являются проявлением важных принципов банкротного права применительно к банкротству общего имущества супругов.

Современное банкротное право (как российское, так и зарубежное) основывается на том, что процедура банкротства гражданина осуществляется только в отношении имущества гражданина, но не затрагивает его личность как таковую.

Этот аспект удачно отражает предлагаемый обсуждаемым проектом термин «финансовый управляющий имуществом гражданина» (абзац четвёртый пункта 11).

Соответственно процедура банкротства гражданина – это процедура урегулирования ситуации, когда его имущество несостоятельно (имеющейся у гражданина собственности (активов) недостаточно для исполнения его обязательств (пассивов)).

Для наиболее справедливого и эффективного разрешения этой ситуации и вводится специальная банкротная коллективная процедура, в которой сначала устанавливаются актив и пассив должника, а затем активы реализуются и выручка распределяется между кредиторами.

Среднестатистический гражданин, являющийся должником по делу о банкротстве – это человек средних лет, а значит, чаще всего, находящийся в браке.

В связи с этим следует учитывать, что уже довольно давно (ещё с советских времён) наше семейное право устойчиво придерживается правила о том, что вступление в брак приводит к образованию у супругов их общего имущества (общего как в части активов, так и в части пассивов).

Поэтому в норме у разорившихся супругов средних лет (если взять типическую ситуацию женитьбы в молодом возрасте, когда ещё нет ни существенных активов, ни существенных пассивов) все имущество общее (как активы, так и пассивы – самый распространённый пример это когда они являются созаемщиками по кредиту и сособственниками заложенной по этому кредиту квартиры), ибо оно накопилось за период брака.

Иначе говоря, в норме супруги оба банкроты, банкрот их общее имущество – и потому процедура банкротства должна осуществляться в отношении их общего имущества (а не в отношении имущества каждого их них отдельно). Именно так поступают иностранные правопорядки, когда разоряется общее имущество супругов – вводят единую процедуру банкротства такого общего имущества (обоих супругов) (напр., в Германии и США).

Однако обсуждение этого вопроса началось в нашем праве совсем недавно по той печальной причине, что появление в советское время совместной собственности супругов одновременно совпало по понятным причинам с исчезновением в нашем праве самого института банкротства – в плановой советской экономике ни фактически, ни юридически банкротства не было.

Более того, даже когда после конца советского периода в 1990-е годы в наше право вместе с рыночной экономикой вернулось банкротное право, долгое время законодатель тянул с введением процедуры банкротства обычных граждан – это произошло лишь в 2015 г.

До этого же времени ни советское семейное право, ни по существу наследовавшее ему (в части режима общего имущества супругов) современное российское семейное право, ни даже отечественное законодательство о банкротстве не обсуждали вопрос о том, как же банкротить общее имущество супругов.

Правила Семейного и Гражданского кодексов РФ о разделе общей собственности вообще не обсуждают ситуацию банкротства и потому ожидаемо плохо для неё подходят. Это хорошо заметно не только в том, что в этих правило само банкротство ни разу не упоминается, но и в том, что они не знают такого способа раздела общей собственности как его продажа и раздел выручки (который лучше всего подходит для банкротства). В них обсуждается только раздел в натуре, т.е. по существу только раздел активов, игнорирующий возможность наличия пассивов и тем более недостаточность активов для покрытия пассивов.

В связи с этим до 2015 г., к сожалению, реализация идеи о процедуре банкротства общего имущества супругов была на практике затруднена, в т.ч. по той причине, что тогда законодатель допускал только банкротство индивидуальных предпринимателей, а чаще всего такой статус имел только один из супругов, что создавало серьезное формальное препятствие для распространения процедуры банкротства на другого супруга (на их общее имущества).

Именно поэтому в 2011 г. в постановлении Пленума ВАС РФ N 51 о банкротстве индивидуальных предпринимателе трудно было предложить иное решение нежели то, которое было в итоге закреплено в его пункте 18: общее имущество супругов не включается в конкурсную массу, а вместо этого конкурсный управляющий вправе был обратиться в суд общей юрисдикции с иском о разделе общей собственности супругов.

Однако даже в этой ситуации судебная практика постепенно начала разрешать реализовывать в процедуре банкротства одного из супругов их общее имущество – речь идёт о наиболее очевидной уже упоминавшейся частой ситуации выступления мужа и жены в качестве созалогодателей (постановления Президиума ВАС РФ от 11 июня 2013 г.N 15154/11 и от 25 июня 2014 г. N 4254/14). Более того, в практике были и примеры, когда в ситуации общей собственности двух граждан (не супругов) на предмет залога суд справедливо указывал на то, что нужно продавать по правилам Закона о банкротстве весь предмет залога целиком, а не отдельно в каждом отдельном деле о банкротстве каждого из этих бизнесменов его долю в праве собственности (напр., такое дело в Арбитражном суде Красноярского края).

В связи с этим, когда в 2014 г. принимался закон о банкротстве граждан (476-ФЗ, впоследствии перенесённый в 154-ФЗ, принятый в 2015 г.), стала очевидна необходимость специального регулирования вопроса о банкротстве общего имущества супругов в Законе о банкротстве.

И такое регулирование появилось – среди новых введённых в закон правил был и пункт 7 статьи 213.26, согласно которому имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве АО общим правилам Закона о банкротстве; в таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества; в конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу); если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Показательно, что арбитражные суды совершенно обоснованно поняли эту норму как введшую институтов совместного банкротства супругов (банкротство общего имущества супругов) и стали объединять дела о банкротстве супругов в одно общее производство, ибо и устанавливать общие требования кредиторов к обоим супругов лучше в одном деле (а не в двух), и продавать общее имущество можно и нужно только один раз (а не два). В этой связи несомненной поддержки заслуживает то, что обсуждаемый проект предлагает прямо допустить такое объединение дел о банкротстве супругов (абзац второй пункта 9).

Не менее показательно, что сразу после появления в Законе о банкротстве пункта 7 статьи 213.26 была предпринята попытка его отменить – в Государственную Думу был внесён соответствующий законопроект, на который, однако, обоснованно дало отрицательный отзыв Правительство РФ и в итоге он не был принят.

Критикуемый абзац второй пункта 6 обсуждаемого проекта указывает на то, что у супруги и детей банкрота могут быть заслуживающие внимания правомерные интересы НЕ продавать общее имущество в процедуре банкротства. К сожалению, проект не содержит даже намёка на то, что же это могут быть за интересы, что уже само по себе способно создать серьёзные трудности при применении такого разъяснения. В частности, очень вероятной является такая ситуация, когда суды общей юрисдикции будут принимать и рассматривать иски о разделе общего имущества по существу, НЕ обсуждая наличие таких интересов, молчаливо считая, что достаточно простого нежелания супруги подчиниться процедуре банкротства.

Нам, конечно же, по-человечески понятно желание одного супруга не допустить продажи их общего с другим супругом имущества (как и вообще любого разорившегося должника, даже холостого), однако в ситуации, когда оба этих супруга не могут рассчитаться по своим долгам, ничего другого право в принципе не может предложить – можно только обсуждать только вопрос о том, когда и как продавать, но не продавать вообще невозможно.

Более того, самое чувствительное общее имущество – единственную квартиру – можно будет продавать только в том случае, если оба супруга передали ее в залог, в связи с чем по-человечески понятное желание не терять заложенную квартиру опять-таки не является правомерным интересом, ибо если банкротное право не обеспечит возможности быстро и эффективно продавать заложенную квартиру, то это приведёт к ухудшению условий ипотечного кредитования, что плохо для самих граждан, а не только банков.

Возможным (хотя все равно не бесспорным) примером наличия интереса является ситуация, когда размер общего долга намного меньше стоимости общего имущества, т.е. когда по существу обанкротился только один из супругов банкрот (напр., у мужа 15 миллионов личного долга и 2 миллиона личного имущества, у жены нет личных долгов и 1 миллион личного имущества, при этом есть общее имущество стоимостью 8 миллионов и 300 тысяч общего долга) – однако такая ситуация является довольно редкой и если и допускать ради неё исключение, то тогда стоит в проекте ограничиться прямым указанием только на эту ситуацию.

Что касается несовершеннолетних детей, то их интересы уже защищаются тем, что в ходе процедуры банкротства средства на их содержание исключаются из конкурсной массы – и здесь мы вновь хотели бы поддержать обсуждаемый проект, разрешающий исключить не только гарантированный законом прожиточный минимум, но и при необходимости большие суммы (пункт 2). Задолженность же по алиментам, возникшая до возбуждения дела о банкротстве, также уже защищена – такая задолженность удовлетворяется в самую первую привилегированную очередь.

Кроме того, даже если все-таки и может быть правомерный интерес не продавать общее имущество в процедуре банкротства – неясно, почему проект предлагает решать вопрос о его наличии не в деле о банкротстве, а вне рамок такого дела в суде общей юрисдикции.

Более того, как уже отмечалось, проект не предусматривает никакой предварительной стадии обсуждения судом общей юрисдикции вопроса о том, есть ли у жены правомерный интерес не подчиняться процедуре банкротства – и есть риск того, что на самом деле такого обсуждения не будет.

В связи с этим возможным путём доработки проекта может быть как раз введение такой стадии и разрешение жене подавать соответствующее ходатайство, причём рассматривать его нужно именно в деле о банкротстве – поскольку процедура банкротства для того и введена, чтобы с участием всех заинтересованных лиц (прежде всего должника и всех его кредиторов) решать вопрос о том, как наилучшим образом урегулировать несостоятельность.

Передача проектом этого вопроса в суд общей юрисдикции неудачна в том числе как раз и потому, что процедура раздела общего имущества в таком суде по правилам СК не знает таких материальных и процессуальных правил, которые обеспечивают защиту интересов кредиторов в деле о банкротстве.

Проект пытается решить эту проблему в части процесса указанием на то, что в споре о разделе общего имущества будут вправе участвовать в качестве третьих лиц финансовый управляющий и все кредиторы должника. Однако это решение, увы, не является эффективной заменой банкротной процедуры.

Прежде всего, неточным является указание на управляющего как на третье лицо – у признанного банкротом гражданина управляющий является его законным представителем, в т.ч.в суде (абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Кроме того, в отличие от процедуры банкротстве, где все заявившие свои требования в деле о банкротстве кредиторы становятся в силу статьи 34 Закона о банкротстве участвующими в деле о банкротстве и потому участвуют в силу закона в любом обособленном споре в таком деле без принятия судебного акта о введении их в каждый такой процесс, ГПК таких правил не знает, а значит, скорее всего, каждому кредитору придётся специально просить о своём допуске в процесс.

Нельзя также игнорировать и разницу в раскрытии информации о деле о банкротстве и о процессе раздела общего имущества в суде общей юрисдикции: если в деле о банкротстве есть налаженная хорошо работающая система раскрытия информации в картотеке арбитражных дел, то в судах общей юрисдикции пока, увы, работает не очень хорошо и совсем не так эффективно (укажем для примера хотя бы на то, что нет единого сайта для всех судов общей юрисдикции и по многим делам далеко не все судебные акты публикуются или если и публикуются, то с большой задержкой). В итоге в реальности многие кредиторы будут узнавать о судебном споре о разделе общего имущества уже после его завершения.

Нельзя не вспомнить, что первоначально в 2014 г. закон о банкротстве граждан предлагал отнести дела о банкротстве обычных граждан к компетенции судов общей юрисдикции – и одним из основных аргументов было как раз то, что суды общей юрисдикции к тому моменту имели очевидно больший опыт применения семейного права по сравнению с арбитражными судами.

Однако уже в 2015 г. законодатель осознанно отказался от этой идеи и передал все дела о банкротстве граждан к компетенции арбитражных судов – именно потому, что при банкротстве общего имущества супругов нужны другие подходы к разделу их общего имущества, которые больше основаны на знании банкротного права, а не семейного – и тут, напротив, основной опыт накопили арбитражные суды.

Более того, строго говоря, даже если бы в Законе о банкротстве и не появился пункт 7 статьи 213.26, к такому же выводу привели бы нас и общие положения этого закона: согласно абзацу пятому пункта 1 статьи 126 этого закона с даты признания должника банкротом совершение сделок, связанных с отчуждением имущества должника или влекущих за собой передачу его имущества третьим лицам в пользование, допускается исключительно в порядке, установленном правилами о конкурсном производстве – то есть путём продажи имущества с торгов.

Раздел общего имущества супругов не путём его продажи, а путём его раздела в натуре будет противоречить этому правилу, ибо будет отчуждением имущества не путём торгов, а путём прямой продажи, против чего устойчиво выступает Закон о банкротстве в связи с такой важной проблемой как затруднительность определения цены.

Накопленный с 2015 г. опыт банкротства граждан показывает, что пока к этой процедуре прибегают в основном люди среднего класса и крупные бизнесмены, активы которых гораздо сложнее оценивать, чем форд фокус пятилетней давности или двухкомнатную квартиру экономкласса. Нередко основным активом таких людей является бизнес, который невозможно объективно оценить и именно потому Закон о банкротстве предписывает выставить его на открытые торги, чтобы рынок сам дал справедливую его оценку.

Кроме того, вновь нужно напомнить, что в ситуации банкротства общего имущества супругов нет и практического смысла предварительного раздела в натуре, поскольку кому бы какие активы ни достались в натуре, все их все равно придётся продавать, поскольку уже известно, что общей стоимости общих активов недостаточно для покрытия общих долгов.

В такой ситуации затягивание начала продажи общих активов в связи с необходимостью предварительного их раздала приведёт к существенному нарушению интересов кредиторов, которые даже позже обычного будут получать свои деньги, и без того априори недостаточные для полного покрытия их убытков. К этому нужно добавить, что за время спора о разделе активы часть подешевеют или испортятся — напр., стоимость автомобиля падает очень существенно за один год даже если он стоит в гараже.

Нужно иметь в виду, что добросовестным супругам затягивание процедуры банкротства в связи с ожиданием раздела также невыгодно, поскольку отсрочивает их главный интерес в процедуре банкротства – освободиться от долгов и начать новую экономическую жизнь.

Предлагаемое обсуждаемым проектом решение искусственно разделяет единую банкротную процедуру на две части, рассматриваемые разными судами по разным материальным и процессуальным правилам, нарушая традиционное единство банкротного процесса в частности и судебного процесса вообще. Мы уже не говорим о том, что помимо прочего это увеличит без необходимости и без того, увы, немалую нагрузку судов общей юрисдикции.

Банкротство граждан вернулось в Россию через сто лет отсутствия. Прямо сейчас у нашей страны есть шанс сделать его хорошим и эффективным. Давайте не упустим его!

Зайцев Олег Романович, магистр частного права, кандидат юридических наук, консультант Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, член рабочей группы при Верховном Суде РФ по подготовке проекта постановления Пленуме о конкурсной массе гражданина, участник разработки закона о банкротстве граждан и постановления Пленума ВАС РФ о банкротстве индивидуальных предпринимателей;

Егоров Андрей Владимирович, магистр частного права, кандидат юридических наук, первый заместитель Председателя Совета Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, участник разработки постановления Пленума ВАС РФ о банкротстве индивидуальных предпринимателей;

Карелина Светлана Александровна, доктор юридических наук, профессор кафедры предпринимательского права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, руководитель магистерской программы » Правовое регулирование несостоятельности (банкротства)»;

Телюкина Марина Викторовна, доктор юридических наук, профессор РАНХиГС;

Карапетов Артем Георгиевич, доктор юридических наук, директор Юридического института М-Логос;

Бевзенко Роман Сергеевич, кандидат юридических наук, профессор Российской школы частного права;

Папченкова Екатерина Александровна, магистр юриспруденции (РШЧП);

Ионцев Михаил Анатольевич, магистр юриспруденции (РШЧП), аспирант Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ;

Будылин Сергей Львович, LL.M., преподавательРоссйской школы частного права, факультета права Высшей школы экономики (ВШЭ) и факультета права Московской высшей школы социальных и экономических наук (МВШСЭН), старший юрист Roche & Duffay;

Петров Евгений Юрьевич, кандидат юридических наук, доцент Российской школы частного права;

Кузьмичева Евгения Александровна, магистр юриспруденции (РШЧП), старший партнер Адвокатского бюро «Либра»;

Акимов Евгений Николаевич, начальник управления принудительного взыскания и банкротства, Сбербанк России;

Селезнев Сергей Владимирович, вице-президент, руководитель Центра по работе с законодательными инициативами ПАО Банк «ФК Открытие»;

Лотфуллин Радик Кашифович, кандидат юридических наук, преподаватель факультета права Высшей щколы экономики, советник Saveliev, Batanov and Partners;

Сайфуллин Рауль Исламович, выпускник аспирантуры Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ.

Банкротство супругов физлиц в одном деле

Банкротство супругов (физлиц) согласно Закону о несостоятельности может быть осуществлено только по отдельности: либо процедуру проходит один из супругов, либо параллельно проводятся две процедуры. Процессуальная возможность подачи супругами совместного заявления и осуществления банкротства в рамках одного дела российским законодательством не предусмотрена. Однако судебная практика вот уже два года идет несколько иным путем. Несмотря на то, что семейное банкротство не разрешено, оно и не запрещено. При определенных условиях совместное прохождение супругами-должниками процедуры возможно, но пока каждый такой случай – редкое явление.

Совместное банкротство: условия и особенности процедуры

Начало практики семейного банкротства положило арбитражное дело супругов Кузьминых, которое рассматривалось Новосибирским АС в 2015-2016 годах. Должники подали совместное заявление, и суд, вопреки предшествующей общероссийской практике, признал его обоснованным, завершив процедуру реализацией имущества супругов и их освобождением от непогашенных долгов. За этим делом последовали и другие аналогичные процессы совместного банкротства супругов – в Московской области, Алтайском крае и в других регионах.

Исходя из сложившейся за 2 года судебной практики, можно выделить три принципиально важных условия для осуществления семейного банкротства – банкротства супругов в одном деле по одному заявлению:

  1. Единые кредиторы – возможность для формирования единого реестра кредиторов.
  2. Общие долги – нет смысла проводить раздел имущества супругов при банкротстве.
  3. Общие активы – совместное имущество, на которое может быть обращено взыскание по всем долгам с формированием единой конкурсной массы.

Все прошедшие судебные процессы по совместному банкротству супругов отвечали данным условиям. И в такой ситуации очевидно, что рассмотрение дел по отдельности привело бы к дублированию одних и тех же процедур и решений, что усложнило бы и замедлило судебный процесс. Кроме того, два дела о банкротстве – это два финансовых управляющих и удвоение расходов.

Судебные прецеденты породили законодательные инициативы о внесении в Закон о банкротстве соответствующих изменений и дополнений. Но они не дошли даже до стадии законопроекта. Поэтому на текущий момент каждая ситуация с возможностью осуществления совместного банкротства супругов рассматривается индивидуально, а решение о признании совместного заявления обоснованным – остается за конкретным арбитражным судом. Как вариант, суд может рассмотреть и возможность объединения двух дел о банкротстве, возбужденных по заявлениям супругов.

У семейного банкротства есть не только плюсы, но и минусы. Именно они и тормозят законодательные инициативы.

Супругам, решившим подать совместное заявление, нужно понимать, что юридические последствия такого банкротства коснуться всей семьи, в отличие от банкротства только мужа или жены. Учитывать нужно также интересы детей и реальное финансовое положение каждого супруга.

Не исключено и возникновение конфликтов на почве выяснения того, кто больше, а кто меньше получает, кто набрал долгов, а кто вынужден нести бремя их погашения на себе. Воспротивиться совместному банкротству супругов могут и кредиторы, если увидят в этом попытку быстрого и эффективного списания супругами семейных долгов.

Банкротство одного из супругов

Банкротство одного из супругов будет осуществляться по правилам процедуры признания несостоятельным физического лица. Дополнительно применяются нормы Семейного кодекса, регулирующие имущественные правоотношения супругов.

Идя на банкротство только одно из супругов, некоторые семьи пытаются «схитрить». Долги «вешаются» на потенциального банкрота, а ценные активы остаются за вторым супругом. Цель одна – защитить имущество от взыскания и списать долги. В принципе, такая схема имеет право на существование. Но нужно учитывать, что полностью защитить таким образом от взыскания совместно нажитое имущество не удастся.

Подготовка заявления

Супруг-должник обязан подать заявление о признании банкротом, если погашение одних денежных обязательств не позволит погасить все другие, которые в общей сумме составляют полмиллиона рублей или больше.

На практике зачастую заявление подается при отсутствии такой обязанности. В этой ситуации сумма долга не имеет принципиально важного значения, главное – чтобы супруг-должник был неплатежеспособен по своим долгам, а его финансовое положение не позволяло вовремя исполнять денежные обязательства. Речь здесь идет о личных долгах и личной неплатежеспособности. Платежеспособность и имущественное положение второго супруга во внимание не принимаются. Совместно нажитое имущество попадет под вероятность обращения взыскания только при недостаточности личного имущества супруга-должника.

Специалисты не рекомендуют подавать на банкротство в ситуации его предвидения при сумме долга меньше 200-300 тысяч рублей, а в идеале стоит все-таки ориентироваться на предусмотренный законом порог в 500 тысяч рублей и 3-месячную просрочку погашения этого долга.

Банкротство – затратная и длительная процедура, при небольших долгах она становится невыгодной, а то и убыточной. Плюс негативные последствия, при которых сначала имущество и доходы будут поставлены под контроль, а затем, после процедуры, будет крайне сложно получить кредит.

Ответственность супруга по долгам другого супруга ограничена. Обратить взыскание можно только на имущество супруга-должника, которое находится в его собственности. Поэтому, заявляя о банкротстве, необходимо указывать личный долг и доказывать личную неплатёжеспособность и (или) недостаточность имущества. На этапе обращения в суд общее имущество остается в стороне до решения вопроса о взыскании долга за счет его распродажи.

Перед началом процедуры целесообразно сразу определить предпочтительный ход банкротства – реструктуризация задолженности или реализация имущества. Первый вариант нацелен на погашение долгов, второй – на признание банкротом со списанием непогашенных долгов.

Заявление готовится по правилам ст. 213.4 Закона о банкротстве. К нему необходимо приложить документы (в копиях):

  • по задолженности (основания возникновение, суммы, подтверждение невозможности полного погашения);
  • о статусе ИП или его отсутствии (выписка из ЕГРИП);
  • по сделкам за последние 3 года (недвижимость, ценные бумаги, доли, транспортные средства, сделки на 300 тысяч рублей и большую сумму);
  • списки кредиторов и должников (ФИО, место нахождения или жительства, сумма долга) – готовятся по установленной форме;
  • опись имущества должника (готовится по установленной форме) и документы на право собственности;
  • сведения о доходах и удержаниях за последние 3 года;
  • выписка из реестра акционеров (участников) юрлица (если должник является таковым);
  • банковская справка о счетах, вкладах, остатках средств на них и аналогичная справка по электронным платежным системам за последние 3 года;
  • СНИЛС и сведения о состоянии счета;
  • решение о признании безработным, если есть такой статус;
  • ИНН;
  • свидетельства о рождении ребенка, о браке или его расторжении;
  • брачный договор (при наличии);
  • соглашение или судебное решение о разделе имущества.

Механизмы защиты имущества от взыскания

​В большинстве случаев решение о банкротстве супруга – это все-таки совместное решение. Приходят к нему не за один день. Более того, в той или иной степени процедура все равно затрагивает права и интересы всех членов семьи, поэтому обсуждают предстоящую подачу заявления супруги достаточно активно.

На этом этапе разумно совместно определить:

  1. Какое имущество может пострадать – на кого оно оформлено, какой режим собственности.
  2. Есть ли возможность уберечь какое-то имущество от обращения взыскания.
  3. Стоит или нет заранее сделать раздел общего имущества (активы +долги), в том числе оформив развод супругов при банкротстве, заключив брачный контракт или специальное соглашение.

Чтобы разобраться с имуществом и правами, можно составить своеобразный реестр семейных и личных активов и долгов:

  • имущество, на которое точно не обратят взыскание (полный список – ст. 446 ГПК РФ);
  • денежные обязательства (кредиты, займы, коммуналка) и обязанности (налоги и т.п.) – общие (совместные) и личные супруга-должника, подающего на банкротство, и второго супруга;
  • личное имущество каждого из супругов и общее имущество супругов при банкротстве (ст. 34 СК РФ);
  • доходы каждого супруга.

Подготовив такую информацию, уже можно будет проанализировать, какое имущество попадает под риск обращения взыскания. Право собственности на недвижимость и другое имущество, подлежащее регистрации, определяется формально – по документам, независимо от того, в распоряжении кого оно находится фактически. Такой же подход будет и по отношению к долгам, для которых можно проследить историю возникновения и погашения. Например, если кредит оформлен на супруга-должника, подающего на банкротство, его сумма включается в заявление и реестр требований кредиторов. А если на другого супруга, то учесть такой долг в задолженности банкрота будет проблематично – только по судебному решению либо при наличии оснований считать долг общим.

В целях сохранения общего имущества от обращения взыскания используют два основных способа:

  1. Изменение режима совместной собственности путем заключения специального соглашения о разделе имущества, договора дарения или купли-продажи.
  2. Заключение брачного контракта (договора).

Оба способа широко применяются на практике, но не дают 100% гарантии, что обезопасят активы от взыскания. Сделки можно оспорить. А при заключении (изменении, расторжении) брачного договора должники обязаны уведомлять об этом кредиторов. Неисполнение обязанности влечет право кредиторов требовать изменения или расторжения такого договора.

В некоторых случаях в преддверии банкротства супруги разводятся, полагая, что это позволит свести к минимуму негативные последствия для семьи. Сам по себе развод не влияет на банкротство – он меняет только статус супругов. Бывшие супруги также могут принимать участие в деле о банкротстве. Но если разводу сопутствовал раздел имущества, а еще лучше – по судебному решению, то такое обстоятельство, конечно же, повлияет на ход дела о банкротстве. В этом случае желательно разделить все – и имущество, и имущественные права, и долговые обязательства. Впрочем, для раздела имущества не нужно разводиться.

Учитывая, что по всем сделкам, соглашениям и брачному договору документы должны быть приложены к заявлению, скрыть факт их заключения нельзя. Но если даже удастся, это станет известно в ходе процесса.

Возможные злоупотребления со стороны супругов при банкротстве воспринимаются кредиторами, финуправляющим и судом как высоковероятные факты. Наибольшее внимание уделяется сделкам между супругами и соглашениям о разделе имущества, заключенным незадолго до банкротства либо перед рискованными ситуациями, за которыми оно последовало.

Соглашения между супругами не нуждаются в нотариальном оформлении, хотя некоторые специально его проходят для придания большей юридической силы. С другой стороны, отсутствие обязанности удостоверять соглашение дает возможность его заключения задним числом. Аналогично можно рассматривать и сделки (а порой и целую цепочку сделок) для сокрытия имущества от возможного взыскания. Наиболее эффективно для супругов в этом плане не просто переоформление имущества, а его последующая реализация с получением денежных средств, которыми распорядиться можно уже после банкротства. В случае применения сложных схем далеко не все кредиторы решаются оспаривать сделки, ведь цель – не расторгнуть договор, а вернуть имущество, что бывает проблематично осуществить.

Признание банкротом и реализация имущества

Реализация имущества должника – финальная стадия банкротства. Именно на этом этапе возникает серьезный риск обращения взыскания на общее имущество супругов, а не только на личные активы банкрота.

Процесс реализации имущества может занимать до 6-12 месяцев. Часто к нему прибегают сразу после признания заявления должника обоснованным – это делается на основании ходатайства заявителя, если нет условий для введения процедуры реструктуризации.

Реализации подлежит имущество, включенное в конкурсную массу. Если личного имущества должника недостаточно для погашения всех долгов, в конкурсную массу включается его доля в общем имуществе супругов. По требованию кредитора для обращения взыскания на долю суд решает вопрос о ее выделе из общего имущества.

Все, что связано с определением и выделением доли, разделом имущества супругов, решается в порядке, установленном Семейным кодексом РФ. Здесь применяются такие же правила, как и в случаях, не связанных с банкротством.

Для решения вопросов, касающихся реализации общего имущества супругов, в судебный процесс приглашается второй супруг. Он вправе, но не обязан принимать участие. Если доля не выделена (не может быть выделена в натуре), реализации подлежит общее супружеское имущество, в том числе бывших супругов. Согласие супруга на продажу имущества при банкротстве не требуется, но его мнение учитывается судом. Из вырученных от продажи средств выделяется доля должника, остальное – выплачивается супругу. Вычету также подлежит сумма, приходящаяся на долю этого супруга в общих обязательствах.

В целях защиты общего имущества от продажи, что более выгодно кредиторам (продать целое – проще, чем долю), супруги могут начать параллельный процесс раздела имущества, если этого не было сделано ранее. Раздел нужно провести по инициативе небанкротящегося супруга, с выделением доли и изменением режима собственности – это и позволит оградить общее имущество от продажи. Проблема может возникнуть, если судебный процесс с разделом имущества затянется по сравнению с завершением дела о банкротстве. Поэтому делить активы и долги лучше всего заранее – до банкротства. В этом случае у финансового управляющего, кредиторов и арбитражного суда не будет оснований обращать взыскание на общее имущество супругов – постольку, поскольку такого режима собственности нет.

Необходимо иметь в виду:

  • если имущество оформлено на должника, оно будет включено в конкурсную массу, даже будучи совместно нажитым, и будет продано, если второй супруг не потребует раздела и выдела доли;
  • кредитор может требовать выдела доли должника из общего имущества лишь при условии недостаточности личного имущества для покрытия долгов;
  • если долг – общий для супругов, взыскание по нему обращается на общее имущество;
  • по общему правилу, совместное нажитое имущество делится 50/50, спорные ситуации требуют отдельного судебного разбирательства;
  • если супруг банкрота не согласен с решением вопросов, касающихся совместно нажитого имущества, он вправе оспаривать такие решения в судебном порядке.

Банкротство супругов по отдельности

Банкротство супругов по отдельности – невыгодный процесс. В этом случае к расходам по одному делу добавятся расходы по другому делу. Ко всему прочему процедуры могут осложниться перекрестным решением имущественных вопросов, а затягивание банкротства – дополнительные издержки.

Отдельно придется проводить процедуры в любом случае, если:

  1. Один банкротится как ИП, а второй – как физическое лицо.
  2. Разные кредиторы, разные долги, что не позволяет сформировать единый реестр.
  3. Между супругами есть имущественные споры или конфликты иного рода, и проведение одной общей процедуры банкротства нарушает интересы одного или обоих супругов.
  4. Суд признал совместное заявление необоснованным, отказал в его принятии или в объединении дел.

На данном этапе развития института банкротства граждан и ИП процедура совместного банкротства супругов проработана плохо. Если суд посчитает невозможным для себя рассмотреть все в рамках одного дела, он сможет найти основания для этого, невзирая на судебные прецеденты.

Для выхода из проблемной ситуации, можно порекомендовать:

  1. Рассмотреть вариант банкротства одного из супругов. В принципе, это несложно сделать, если речь не идет о коммерческих долгах супруга-предпринимателя, который хочет «переложить» их на второго супруга для целей банкротства.
  2. Поинтересоваться практикой в вашем регионе. Если дела о семейном банкротстве уже были – высока вероятность, что суд примет совместное заявление.
  3. Привлечь юриста, который досконально изучит ситуацию и посоветует, как лучше всего поступить в вашем случае.

В каждой ситуации отталкиваться нужно от анализа финансового положения семьи и каждого супруга, смотреть, кому будет выгоднее банкротиться, в том числе учитывая последствия такого шага.

Последствия банкротства для должника и его семьи

При признании банкротом одного супруга последствия коснуться только его лично. В случае банкротства двух супругов (совместно, отдельно) каждый из них будет ограничен в некоторых правах.

По завершении процедуры в течение последующих 5 лет нельзя заключать договоры кредита и займа без указания на факт банкротства. Таким образом, семейное банкротство становится серьезным препятствием для получения заемных средств. Но если банкротом будет признан только один супруг, второй сможет получать кредиты на общих условиях.

Кроме того, в течение тех же 5 лет нельзя будет подать заявление о банкротстве, даже если возникнет такая обязанность. Правило не касается ситуаций, когда заявление подается кредитором или уполномоченным органом.

На меньший срок – 3 года – банкрот ограничивается в праве занимать должности в органах управления юрлиц или иным образом управлять организацией. Но вести предпринимательскую деятельность в форме ИП можно.

Верховный суд рассказал, где делить имущество супругов, если один из них банкрот

Андрей Портиков* задолжал АО «Россельхозбанк» деньги, в связи с чем суд признал его банкротом и ввел процедуру реализации имущества. После этого его супруга Нина* решила разделить совместно нажитое имущество. Она обратилась к мужу, но получила отказ. Тогда Нина подала в суд иск, в котором просила разделить совместно нажитое имущество и признать право собственности на ее долю. Общих несовершеннолетних детей, как и общих долгов, у них нет. Михайловский районный суд Рязанской области производство по ее заявлению прекратил, Рязанский областной суд с ним согласился. Они указали: закон не допускает рассмотрения судом общей юрисдикции дела о разделе имущества между супругами после признания гражданина банкротом; при этом второй супруг может получить свою долю из общей собственности только в виде денег, вырученных от реализации совместно нажитого имущества. Суды исходили из того, что разрешение заявленных Ниной требований возможно лишь путём её участия в деле о банкротстве в качестве кредитора.

Тогда Нина обратилась с аналогичными требованиями в Арбитражный суд Рязанской области. Но там ее заявление вернули, указав на отсутствие права участвовать в деле о банкротстве супруга. Заявительнице предложили пойти за разделом совместно нажитого имущества в суд общей юрисдикции. 20-й ААС с этим согласился и пояснил: в ходе процедуры банкротства супруг должника вправе в общем порядке обратиться в суд общей юрисдикции с иском о разделе общего имущества супругов и выделении имущества, причитающегося на долю этого супруга, либо потребовать признания права общей собственности на указанное имущество. Если иск супруга о разделе общего имущества рассматривается после продажи имущества в ходе конкурсного производства, вырученные от продажи имущества средства учитываются при определении долей супругов (№ А54-1301/2016).

ДЕЛО № 6-КГ18-1

ИСТЕЦ: Нина Портикова*

ОТВЕТЧИК: Андрей Портиков*

СУТЬ СПОРА: О разделе совместно нажитого имущества и признании права собственности на долю в совместно нажитом имуществе при банкротстве одного из супругов

РЕШЕНИЕ СУДА: Определения нижестоящих судов отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции

После таких противоречивых ответов Нина решила обжаловать акты судов общей юрисдикции в Верховном суде. Тот указал: подведомственность дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами определяется с учётом характера спорных правоотношений и их субъектного состава. Учитывая, что специальными нормами закона о банкротстве прямо не предусмотрено рассмотрение арбитражными судами споров, связанных с разделом общего имущества супругов, следует руководствоваться нормами гражданского процессуального права. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК, к компетенции судов общей юрисдикции относятся в том числе исковые дела по спорам, возникающим из семейных правоотношений, как у Портиковых. ВС решил: возбуждение процедуры банкротства гражданина не означает, что все споры, связанные с формированием конкурсной массы, подлежат рассмотрению арбитражными судами. Иск Нины заявлен не в рамках требований в качестве кредитора по вопросам, связанным с реализацией общего имущества, а основан на положениях гражданского и семейного законодательства. При таких обстоятельствах, считает ВС, нижестоящие суды не имели законных оснований для прекращения производства по делу в связи с его неподведомственностью. Поэтому ВС отменил ранее вынесенные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (№ б-КП 8-1).

Мнения экспертов относительно этого решения разошлись. «ВС вполне обоснованно отменил судебные акты нижестоящих инстанций и разъяснил, что раздел имущества с участием стороны-банкрота производится на общих основаниях. Раздел совместного имущества – это защита прав и интересов супруга, а банкротные процедуры – защита прав и интересов кредиторов супруга-должника», – отметил руководитель проектов АБ «S&K Вертикаль» Игорь Запольский. «Подход ВС согласуется с разъяснениями Пленума ВАС № 51, сделанными еще в 2011 году в отношении раздела нажитого в браке имущества индивидуальных предпринимателей, находящихся в банкротстве. Я надеюсь, определение ВС выправит практику судов общей юрисдикции, которые до сих пор зачастую отказываются рассматривать иски о разделе нажитого в браке имущества граждан, в отношении которых ведется дело о банкротстве», – сообщила юрист «ФБК Право» Анастасия Суворова.

Другие эксперты считают иначе. «Без сомнения, стремление защитить заявительницу, которой до этого все суды отказали в праве на защиту, делает ВС честь. Вместе с тем наделение суда общей юрисдикции компетенцией раздела имущества супругов параллельно с производством дела о банкротстве в отношении одного из супругов нарушает основное начало конкурсного процесса – принцип универсальности. Согласно этому принципу, дело о банкротстве имеет универсальный характер и поглощает все иные споры в отношении имущества, которое входит в конкурсную массу. Позволив супругам заниматься разделом общего имущества в суде общей юрисдикции, ВС заложил бомбу замедленного действия под институт банкротства физических лиц в России. При таком подходе нельзя исключать вынесение судами различных судебных актов: суд общей юрисдикции теперь может заниматься разделом имущества супругов, игнорируя интересы кредиторов конкурсной массы, а арбитражный суд не лишен возможности разрешить спор об имуществе банкрота без учета интереса супруга. Разрушив принцип универсальности через допущение параллельных судебных разбирательств, ВС предоставил должнику лазейку для вывода имущества из конкурсной массы через возбуждение спора о разделе супружеской собственности», – отметил партнер юрфирмы MGP Lawyers Денис Быканов. «ВС указал, что возбуждение процедуры банкротства в отношении гражданина не означает рассмотрение любых споров, связанных с формированием конкурсной массы, арбитражными судами. Этот вывод входит в определенное противоречие с ранее сложившейся судебной практикой арбитражных судов, в том числе с тенденцией самого ВС (№ 305-ЭС17-12763)», – заявила управляющий партнер «Тиллинг Петерс» Оксана Петерс. Она также отметила: «Отказывая в рассмотрении дела по существу, суды общей юрисдикции не учли сложившуюся практику российских судов и ЕСПЧ о том, что отказ обеих ветвей судебной власти лишает лицо права на судебную защиту (№ А40-59243/12-6-553, от 29.05.2012 № 17607/11 по делу № А40-82386/10-23-697, № А19-11023/07-27). В аналогичных случаях арбитражные суды, как правило, устраняют ошибку суда первой инстанции уже на стадии апелляционного обжалования (№ А40-66085/2015)».

* имя и фамилия изменены редакцией

  • Верховный суд РФ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *