Протокол досмотра

ПРОТОКОЛ КАК ИСТОЧНИК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

Д. ХОХЛОВ
Дмитрий Хохлов, судья арбитражного суда кассационной инстанции.
Протокол — основное доказательство по делу об административном правонарушении, а нередко вообще единственное. Из этого с очевидностью следует как решающая роль этого документа, так и сила искушения, охватывающая недобросовестное должностное лицо, которое при составлении протокола нередко держит в руках исход всего производства по делу. В такой ситуации критическая оценка протокола судом или иным органом, рассматривающим дело, анализ допущенных при его составлении нарушений и оценка значимости этих нарушений приобретают первостепенное значение.
В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются, в частности, протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП.
В КоАП РФ указано, что использование доказательств, полученных с нарушением закона, не допускается. При решении вопроса о допустимости использования тех или иных доказательств по делу об административном правонарушении арбитражный суд оценивает, не были ли допущены административным органом нарушения прав лица, привлекаемого к ответственности, и в первую очередь право на защиту.
Согласно подп. 2 п. 4 ст. 28.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента составления протокола об административном правонарушении или вынесения прокурором постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.
Протокол является одновременно доказательством по делу о привлечении к административной ответственности, порядок составления которого достаточно жестко регламентирован процедурными нормами КоАП РФ.
В пункте 17 Постановления Президиума ВАС РФ от 27.01.2003 N 2 указано, что положения ст. 28.2 КоАП, регламентирующие порядок составления протокола об административном правонарушении, предоставляют ряд гарантий защиты прав лицам, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении.
В частности, в протоколе отражается объяснение физического лица или законного представителя юридического лица по поводу вменяемого правонарушения (ч. 2); при составлении протокола названным лицам разъясняются их права и обязанности, о чем надлежит сделать запись в протоколе (ч. 3); указанные лица вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые к этому протоколу прилагаются (ч. 4).
Суду при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности или дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности необходимо проверять соблюдение положений ст. 28.2 Кодекса, направленных на защиту прав лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, имея в виду, что их нарушение может являться основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности в силу ч. 2 ст. 206 АПК РФ либо для признания незаконным и отмены оспариваемого решения административного органа (ч. 2 ст. 211 АПК РФ).
При анализе практики применения положений норм КоАП РФ, регламентирующих порядок составления протокола, отмечены случаи, когда нарушение порядка составления протокола вело к безусловному отказу в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности в силу ч. 2 ст. 206 АПК РФ либо к признанию незаконным и отмене оспариваемого решения административного органа.
Законный представитель юридического лица не принимал участия при составлении протокола об административном правонарушении.
Нарушение порядка составления протокола, а именно п. 3 — 6 ст. 28.2 КоАП РФ, ст. 29.4 и 29.7 КоАП РФ, выразившееся в том, что законный представитель юридического лица не принимал участия при составлении протокола об административном правонарушении, а соответственно ему не разъяснялись права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, влечет нарушение прав лица, привлекаемого к ответственности, и является безусловным основанием для отмены постановления административного органа о наложении административного взыскания.
Общество обратилось в арбитражный суд с иском о признании недействительным постановления налоговой инспекции по делу об административном правонарушении.
Решением суда заявленные требования удовлетворены. Оспариваемое обществом постановление признано незаконным и отменено полностью.
Из материалов дела следовало, что оспариваемое обществом постановление инспекции принято на основании протокола об административном правонарушении и приложенных к нему документов, свидетельствующих о нарушении обществом законодательства, регулирующего производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции.
Постановлением по делу об административном правонарушении общество привлечено к административной ответственности — на заявителя наложен штраф в размере 30000 руб. на основании ст. 15.13 КоАП РФ.
По мнению кассационной инстанции, удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно указал на нарушение инспекцией предусмотренного нормами КоАП РФ порядка привлечения юридического лица к административной ответственности: п. 3 — 6 ст. 28.2, ст. 29.4 и 29.7 КоАП РФ.
Вопреки требованиям п. 3 — 6 ст. 28.2 КоАП РФ законный представитель юридического лица не принимал участия при составлении протокола об административном правонарушении, а соответственно ему не разъяснялись права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ.
Данное обстоятельство свидетельствовало о том, что инспекцией не соблюдена процедура привлечения к административной ответственности общества, что повлекло нарушение прав лица, привлекаемого к ответственности, которое не было своевременно извещено о месте и времени рассмотрения дела.
Отсутствие в протоколе указания на разъяснение законному представителю общества прав и обязанностей лица, привлекаемого к ответственности.
Нарушение ч. 3 и ч. 5 ст. 28.2 КоАП РФ — подписание протокола в одностороннем порядке должностным лицом, его составившим, — делает протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством.
МВД Республики обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.16 КоАП РФ.
Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявления отказано.
Подтверждая правомерность выводов судов, суд кассационной инстанции указал следующее.
Согласно ч. 1 и 2 ст. 26.2 КоАП доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых устанавливается наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются, в частности, протоколом об административном правонарушении.
Протокол об административном правонарушении должен отвечать требованиям ст. 28.2 КоАП.
В нарушение ч. 3 и 5 этой статьи при составлении протокола об административном правонарушении предусмотренные КоАП права и обязанности законному представителю общества не разъяснялись, протокол подписан в одностороннем порядке должностным лицом, его составившим.
Выполнение указанных требований не ставится в зависимость от волеизъявления лица, привлекаемого к административной ответственности, участвовать при составлении протокола. Поэтому ходатайство общества о составлении протокола без участия его представителя не освобождало должностное лицо МВД РФ от выполнения требований ст. 28.2 КоАП.
В протоколе об административном правонарушении содержится указание на направление обществу выписки из ст. 25.1 КоАП. Однако ч. 3 ст. 28.2 названного Кодекса требует разъяснения предусмотренных прав и обязанностей лицу, привлекаемому к административной ответственности, непосредственно при составлении протокола.
Отсутствие в протоколе указания на разъяснение законному представителю общества прав и обязанностей лица, привлекаемого к ответственности, в нарушение ч. 3 и 5 ст. 28.2 подписание протокола в одностороннем порядке должностным лицом, его составившим, делает протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством. При наличии нарушений, установленных ст. 28.2 КоАП, гарантий соблюдения прав лица при производстве по делу об административном правонарушении заявление административного органа о привлечении к ответственности не может быть удовлетворено.
Отсутствие в протоколе указаний на время совершения административного правонарушения или на длящийся характер административного правонарушения.
Согласно ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если имеются свидетели и потерпевшие, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья настоящего Кодекса или закона субъекта РФ, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело, иные сведения, необходимые для разрешения дела.
Из анализа практики применения положений названной статьи следует вывод о том, что нарушение и несоблюдение административным органом обязательных требований к содержанию протокола, даже при наличии фактических оснований для привлечения к ответственности, являются основанием для признания незаконным постановления о наложении административного взыскания.
Окружной отдел внутренних дел административного округа (ОВД) обратился в арбитражный суд области с заявлением о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.1 КоАП РФ.
Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, общество привлечено к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.1 КоАП в виде штрафа в сумме 30000 рублей.
Отменяя обжалуемые судебные акты, кассационный суд указал, что обеими судебными инстанциями не учтено нарушение ОВД требований ч. 2 ст. 28.2 КоАП — в протоколе об административном правонарушении время совершения административного правонарушения не указано. Не содержится в нем указаний и на продолжение обществом установки телеприемных антенн на момент составления протокола, что указывало бы на длящийся характер административного правонарушения, что не позволяет сделать вывод о соблюдении срока, установленного ст. 4.5 КоАП РФ.
В протоколе не указаны должность лица, составившего протокол, и сроки выполнения ремонтных работ с указанием периодов, в которые эти работы не проводились.
Предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Государственной жилищной инспекции.
Решением арбитражного суда заявление удовлетворено.
Оставляя решение суда в силе, суд кассационной инстанции указал на то, что МУП было привлечено к административной ответственности по ст. 7.22 за непринятие мер по своевременному ремонту домов, однако в протоколе не были указаны должность лица, составившего протокол, и сроки выполнения ремонтных работ с указанием периодов, в которые эти работы не проводились. Суд постановил, что такой протокол не может служить доказательством совершения административного правонарушения и основанием для вынесения постановления о привлечении к административной ответственности.
Правовые последствия нарушения сроков составления протокола.
Оценивая протокол как доказательство по делу об административном правонарушении, суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о допущенных административным органом нарушениях при производстве по делу об административном правонарушении, и степень их влияния на права и законные интересы лица, привлекаемого к ответственности, предоставляемые ему законодательством об административных правонарушениях.
В практике окружного суда при рассмотрении дел, отнесенных к их компетенции ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ, не было единства подходов: является ли нарушение сроков составления протокола, предусмотренных ст. 28.5 КоАП РФ при рассмотрении дел об оспаривании акта государственного органа, безусловным и, может быть, единственным основанием для отмены оспариваемого его акта? Либо названное нарушение следует оценивать с той точки зрения, насколько оно повлияло на правомерность постановления о привлечении заявителя к административной ответственности, и сам по себе факт нарушения срока составления протокола не является непосредственным основанием для признания недействительным постановления административного органа.
В настоящее время существует Постановление Президиума ВАС РФ от 09.12.2003 N 10964/03, в котором суд сделал вывод о том, что несоблюдение инспекцией предусмотренного ст. 28.5 КоАП РФ срока составления протокола об административном правонарушении не является достаточным основанием для признания недействительным вынесенного на его основании постановления. Само по себе нарушение срока составления протокола об административных правонарушениях, предусмотренного ст. 28.5 КоАП РФ, не является основанием, исключающим производство по делу об административном правонарушении, если этим протоколом подтверждается факт правонарушения и он составлен в пределах срока давности, установленного ст. 4.5 Кодекса.
Из приведенных положений следует вывод о том, что протокол об административном правонарушении — важнейший процессуальный документ, с момента составления которого возбуждается административное дело.
ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ
«АРБИТРАЖНЫЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» от 24.07.2002 N 95-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 14.06.2002)
«КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ» от 30.12.2001 N 195-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 20.12.2001)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 09.12.2003 N 10964/03
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума ВАС РФ от 27.01.2003 N 2
«О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ, СВЯЗАННЫХ С ВВЕДЕНИЕМ В ДЕЙСТВИЕ КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ»
ЭЖ-Юрист, N 28, 2004

СУДЬБА И ПРОБЛЕМЫ ТРУДОВОГО КОЛЛЕКТИВА «

О признании результатов ОРМ недопустимым доказательством

Опубликовано 11 Апр 2017. Михаил Пуртов

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению врача Убоновой М.И. в причастности к получению взятки.

Сургутский городской суд 628426, г. Сургут,
ул. Профсоюзов, д. 37

Федеральному судье
Т.В. Уваровой
Ходатайство
«О признании результатов ОРМ недопустимым доказательством»

Уважаемая Татьяна Владимировна!

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению врача Убоновой М.И. в причастности к получению взятки.

Подзащитная Убонова М.И. свою вину в получении взятки категорически и полностью отрицает, ссылаясь на то, что никаких денежных средств от посторонних граждан не получала, каких-либо незаконных действий в своей профессиональной деятельности не допускала; и что проведённое в отношении неё сотрудниками полиции ОРМ в виде «оперативного эксперимента» следует оценить как откровенную провокацию преступления.

Сторона обвинения рассекреченные результаты проведённого ОРМ представила суду в качестве доказательства, исследованного в порядке ст. 240 УПК РФ.

По реальной и состоятельной версии защиты, заслуживающей уважения и удовлетворения, данное доказательство следует признать недопустимым, поскольку оно не отвечает требованиям ст. 90 УПК РФ, т.к. получено с грубыми нарушениями уголовно-процессуального законодательства, а потому и подлежит исключению из перечня.

Так, постановление о проведении в отношении Убоновой М.И. ОРМ в виде «оперативного эксперимента» полностью противоречит Федеральному закону от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», с учётом нижеозначенных доводов.

Так, согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, любое постановление следственного органа (п. 25 ст. 5 УПК РФ) должно быть обоснованным, мотивированным и законным.

Далее, согласно требованиям ч. 2 ст. 17 УПК РФ, никакие доказательства (ст. 74 УПК РФ) не имеют заранее установленной силы.

Далее, все неустранимые сомнения в виновности лица, исходя из требований ч. 3 ст. 14 УПК РФ и гарантий, установленных в ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, должны быть истолкованы в его пользу.

Далее, в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 140 и ч. 1 ст. 146 УПК РФ, для возбуждения уголовного дела необходимо наличие достаточной совокупности данных, достоверно подтверждающих явность и очевидность реальных признаков конкретного преступления.

Далее, согласно положениям ст.ст. 3 и 5 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», последняя основывается на конституционных принципах законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина.

Что же касается проведённого по данному уголовному делу ОРД в виде «оперативного эксперимента», то такое мероприятие, действительно, предусмотрено п. 14 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», однако при этом запрещается провокация преступления (ст. 304 УК РФ), т.е. искусственное создание «признаков» преступления и «доказательств» участия в нём соответствующего лица.

Далее, при решении вопроса о наличии либо отсутствии состава провокации преступления следует исходить из установления фактов, имела ли место предварительная договорённость с должностным лицом, т.е. было или нет получено его согласие принять предмет взятки; в нашем случае – 14 тыс. руб., на что и обращено особое внимание в п. 3.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».

Кроме того, в соответсвии с положениями п.п. 1 п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об ОРД», правовым основанием для проведения ОРМ, в нашем случае – «оперативного эксперимента», является достоверная, проверяемая информация о действительных признаках подготавливаемого, совершаемого либо уже совершённого конкретного преступления.

По реальной и состоятельной, вполне транспарентной версии защиты, при проведении в отношении доверителя Марии Убоновой «оперативного эксперимента» все указанные выше требования закона были прямо и грубо нарушены, т.е. имела место самая настоящая провокация преступления.

В самом деле, доверитель Мария Убонова имеет самую безупречную социально-бытовую репутацию и правильную адаптацию, постоянное место жительства и работы, где характеризуется исключительно с положительной стороны.

Также необходимо добавить, что подзащитная ведёт вполне законопослушный образ жизни, ранее не только не совершала никаких преступлений, но даже и не подвергалась каким-либо мерам административного, дисциплинарного либо общественного видов воздействия.

Вполне понятно, что доверитель Мария Убонова ни на каком «учёте» в органах полиции не состояла, поэтому ни о каком «деле оперативного учёта» нет оснований судить.

Далее, что же касается провокатора Рамиля Абдуллина – он является гражданином Республики Таджикистан, и в Сургуте перебивается случайными заработками.

Защита чётко позиционирует себя в этой части тем, что доверитель, Мария Убонова, Рамиля Абдуллина вообще никогда не знала, следовательно, никогда с ним не общалась, не встречалась, поэтому и не могла вести с ним какие-либо переговоры, тем более – «давать» согласие принять деньги за незаконное оформление ему листка нетрудоспособности, при том, что в БУ ХМАО – Югры «СГП-4» на данного гражданина не заведено медицинской книжки, а в базе данных указанного выше лечебного учреждения о нём вообще отсутствуют какие-либо сведения.

Следовательно, Рамиль Сагидуллович Абдуллин, 07.01.1979 года рождения, является вполне здоровым человеком, не имеющим заболеваний, поэтому и совершенно отсутствовали какие-либо действительные основания для документирования листка нетрудоспособности.

Особо настораживает и то, что, поскольку данный прокуратор не имеет постоянного места работы, то вообще зачем ему этот бюллетень, коли он и так фактически «освободился» от участия в общественном производстве вследствие причин, имеющих политическую и социально-экономическую составляющие?!

При таких обстоятельствах, Рамиль Абдуллин просто никак не мог не попасть в оперативное поле внимания местных органов полиции и не согласиться передать Игорю Сычёву 14 тыс. руб. с переписанными номерами купюр для их последующего вручения ничего не подозревающей Марии Убоновой, ставшей невинной жертвой гнусной провокации, спланированной и осуществлённой местными оборотнями в погонах, зациклившимися на погоне за жирными «палками» в бездонные «бочки» иезуитских, никому не нужных схоластических отчётов.

Будучи допрошенной в качестве подозреваемой и обвиняемой, Мария Убонова показала, что деньги в сумме 14 тыс. руб., действительно, от Игоря Сычёва получила, т.к. считала это частичным возвратом ранее образовавшегося долга в сумме 25 тыс. руб., в погашение которого уже было отдано 5 тыс. руб. и 4 тыс. руб. (остался ещё долг в сумме 2 тыс. руб. – М.П.).

Данные доводы подзащитного полностью подтвердил допрошенный судом свидетель Убонов.

При этом доверитель Мария Убонова категорически отрицала какую-либо причастность к получению взятки, т.к. никаких незаконных действий в виде необосноснованного оформления листка нетрудоспособности (бюллетеня) Абдуллину Р.С. она не совершала и, соответсвенно, не давала каких-либо указаний на этот счёт.

Что же касается т.н. «фишки», то правовое значение данного письменного носителя информации нисколько не выше «филькиной грамоты», т.к. первая является чисто технической запиской, которая бы практически пригодилась, если бы Убонова М.И. дала указание выписать (оформить – М.П.) листок нетрудоспособности (бюллетень); но она этого не сделала, т.к. сам «больной» не явился, а в базе данных лечебного учреждения никаких сведений о нём нет, медкнижка отсутствует.

Таким образом, уголовное преследование Марии Убоновой за «получение взятки» является совершенно несостоятельным, т.к. имеют место вполне транспарентные обстоятельства, юридически оцениваемые как провокация преступления, за что и предусмотрена уголовная ответственность по ст. 304 УК РФ.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст. 53, ч. 2 ст. 140, ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 271 УПК РФ,

Прошу:

1. Вынести постановление суда о признании результатов проведённой органами полиции ОРМ в виде «оперативного эксперимента» недопустимыми доказательсвами, подлежащими исключению из перечня;

2. Вынести в адрес Управления МВД России по г. Сургут частное определение по поводу допущенных грубых нарушений закона, содержащих признаки провокации преступления, указанного в ст. 304 УК РФ.
Приложение: 1. 3 копии ходатайства
для процессуальных
участников.
Обвиняемая: (М.И. Убонова)
Адвокат: (М.Ф. Пуртов)

Личный обыск. Личный досмотр. Выемка.

Личный обыск и личный досмотр — это два абсолютно разных понятия. Личный обыск регламентируется статьями уголовно-процессуального кодекса, тогда как личный досмотр лишь кодексом об административных правонарушениях и законом о полиции. Хотя и тот и другой направлены на обнаружение запрещенных предметов, веществ, следов преступления при осмотре физического лица и его личных вещей.

Личный обыск всегда должен иметь под собой достаточное количество оснований предполагать причастность лица к преступлению или сокрытию запрещенных предметов, веществ. Тогда как досмотр – это стандартное мероприятие в аэропорту, например, или на таможне, которое проводится для безопасности пассажиров в связи со сложившейся террористической опасностью.

Итак, подробнее о личном обыске. Статья 184 УПК РФ гласит, что личный обыск подозреваемого, обвиняемого производится в целях обнаружения и изъятия предметов и документов, могущих иметь значение для уголовного дела. Основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч.1 ст.182 УПК РФ).

Личный обыск может быть произведен без соответствующего постановления при задержании лица или заключении его под стражу, а также при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором производится обыск, скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч.2 ст.182 УПК РФ).

Личный обыск лица производится только лицом одного с ним пола и в присутствии понятых и специалистов того же пола, если они участвуют в данном следственном действии (ч.3 ст.182 УПК).

А теперь статья 27.7 КоАП РФ. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице (ручной клади, багажа, орудий охоты и рыболовства, добытой продукции и иных предметов), то есть обследование вещей, осуществляются должностными лицами и проводимое без нарушения их конструктивной целостности, осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения.

Так же как и при личном обыске, личный досмотр производится лицом одного пола с досматриваемым в присутствии двух понятых того же пола, при невозможности присутствия понятых может проводиться видеосъемка.

В исключительных случаях при наличии достаточных оснований полагать, что при физическом лице находятся оружие или иные предметы, используемые в качестве оружия, личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, могут быть осуществлены без понятых.

В случае необходимости применяются фото- и киносъемка, иные установленные способы фиксации вещественных доказательств.

О личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе о доставлении или в протоколе об административном задержании. В протоколе о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о физическом лице, подвергнутом личному досмотру, о виде, количестве, об иных идентификационных признаках вещей, в том числе о типе, марке, модели, калибре, серии, номере, об иных идентификационных признаках оружия, о виде и количестве боевых припасов, о виде и реквизитах документов, обнаруженных при досмотре, находящихся при физическом лице.

В протоколе о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, делается запись о применении фото- и киносъемки, иных установленных способов фиксации вещественных доказательств. Материалы, полученные при осуществлении личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице, с применением фото- и киносъемки, иных установленных способов фиксации вещественных доказательств, прилагаются к соответствующему протоколу.

Протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, подписывается должностным лицом, его составившим, лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, либо владельцем вещей, подвергнутых досмотру, понятыми в случае их участия. В случае отказа лица, в отношении которого ведется производство по делу, владельца вещей, подвергнутых досмотру, от подписания протокола в нем делается соответствующая запись. Копия протокола о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, вручается владельцу вещей, подвергнутых досмотру, по его просьбе.

Сам процесс обыска и досмотра идентичен. Главное, что личный обыск совершается в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Личный обыск — это непосредственное действие, заключающееся в обследовании тела обыскиваемого, находящейся на нем одежды и его личных вещей, в целях нахождения и изъятия предметов имеющих значение для уголовного дела, а также свидетельств их принадлежности конкретному лицу.

Поэтому личный обыск ограничивает конституционные права человека и нарушает его право на неприкосновенность, потому может производиться лишь в особенных ситуациях. Зачастую обыск — это не терпящее отлагательств действие, возникающее в следствии угрозы уничтожения предметов, которые имеют отношение к уголовному делу. Личный обыск требуется для пресечения возможных преступных действий, если отлагательство может привести к потере сведений, вероятно имеющих значение для уголовного дела.

Для осуществления безотлагательного личного обыска следователю (дознавателю) достаточно вынести постановление. Затем, в течение 24 часов с момента личного обыска требуется лишь уведомить судью и прокурора о проведении личного обыска (согласно форме уведомления в приложении N 35 к ст. 476). К уведомлению прилагаются копии постановления о производстве личного обыска и протокола личного обыска для проверки законности решения о производстве личного обыска.

Решение суда для производства личного обыска требуется лишь при отсутствии оснований для обыска, перечисленных в статье 184 УПК РФ.

Если личный обыск не потеряет своего значения и после прошествии суток и более, то он не признается не терпящим отлагательства, (ч. 5 ст. 165 УПК РФ). В таком случае для проведения личного обыска следователю либо дознавателю потребуется судебное решение. Однако, как правило, оценка безотлагательности является исключительным правом следователя (дознавателя) и является точной величиной.

Кроме того, в обязательном порядке производится личный обыск подозреваемых и обвиняемых лиц, поступивших в изоляторы временного содержания (ИВС) «с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу». Аналогично производится личный обыск всех лиц, поступивших в следственные изоляторы (СИЗО). Однако, личный обыск как следственное действие нужно отличать от режимного мероприятия— личного обыска, проводимого в ИВС и СИЗО и направленного на обеспечение внутреннего распорядка в этих учреждениях.

Зачастую граждане, попавшие в ситуацию, когда они подвергаются личному обыску, не осведомлены о том, что они могут быть подвергнуты обыску без наличия на то постановления. И возникают споры с органами правопорядка. Но в соответствии с законом, личный обыск может быть осуществлен следователем и лицом, производящим дознание, без санкции прокурора с последующим сообщением ему о проведенном обыске в срок не более одних суток (ч.3 ст. 168 УПК РФ). Право на такой обыск следователь получает указав в самом постановлении те обстоятельства, которые сделали его не терпящим отлагательств.

Важно! От понятия обыска стоит отделить такое понятие как выемка. При необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, и если точно известно, где и у кого они находятся, производится их выемка (ч.1 ст.183 УПК РФ). В постановлении о производстве выемки должен быть четко обозначен изымаемый предмет или документ. До начала выемки следователь обязательно предложит сделать добровольную выдачу предметов. Выемка может происходить принудительно только лишь в случае отказа от добровольной выдачи. В протоколе выемки обязательно указывается, добровольно или принудительно была изъята вещь. Выемка производится в порядке, установленном статьей 182 УПК РФ.

Следует отметить, что закон не знает понятия «личной выемки», хотя в принципе допускает изъятие предметов, имеющих значение для дела, если точно известно, у кого они находятся (ст. 167 УПК РФ). Личная выемка не является мерой процессуального принуждения, если лицо не отказалось выдать отыскиваемую вещь добровольно. Если же лицо отказалось выдать эту вещь добровольно, то выемка становится мерой процессуального принуждения.

Итак, стать мишенью для проведения личного обыска гражданин может при наличии достаточных данных у сотрудников правоохранительных органов о вероятном нахождении у него орудия преступления, предметов, документов и ценностей, которые могут иметь значение для уголовного дела. Объектом личного обыска всегда выступает тело человека, его одежда и его личные вещи, в том числе сумки и т.п. Личный обыск может производиться без соответствующего постановления, поэтому правоохранительные органы фактически могут подвергнуть обыску любое лицо, вызвавшее подозрение или находящееся в помещении или ином месте, в котором производится обыск, и предположительно скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *