Принимает ли банкомат фальшивые купюры?

Генпрокуратура рассказала, как фальшивомонетчики вносят фальшивки в банкоматы

Пока кредитные организации модернизируют банкоматы, внедряют новые функции и повышают уровни защиты, мошенники тоже не спят – в их среде «прогресс» не стоит на месте. О еще одном виде фальшивомонетничества рассказала представитель Генеральной прокуратуры России Елена Малык. Об этом сообщает РИА «Новости».

Реклама

Речь идет о фальшивых купюрах, которые вносятся в банкоматы, оснащенные устройствами с функцией приема наличных. Такие машины появились в банках для того, чтобы снизить нагрузку на кассиров. В специальный купюроприемник вносятся банкноты, которые потом зачисляются на счет клиента. Обычно так погашаются взятые в банках кредиты и происходит пополнение средств на карточках.

Банк России для борьбы с подделками уведомляет граждан о защитных признаках подлинности купюр. Это так называемые органолептические защитные признаки. Человеку надо просто посмотреть на банкноту, пощупать ее, наклонить под определенным углом и проверить, что на купюре в таком положении видно.

Самые известные потребителю признаки подлинности купюр — это металлические нити, наличие на купюре которых тоже проверяют устройства банковского самообслуживания.

Также в бумаге подлинной банкноты должны содержаться волокна определенной структуры, а на определенных местах изображения должны быть невидимые глазу человека знаки, которые может проверить, например, кассир в свете ультрафиолетовой лампы.

Банкоматы тоже «распознают» банкноты – только не глазом, а своим «интеллектом».

Для обмана банкомата мошенники на те места, по которым устройство определяет подлинность купюр, наносят так называемые машиночитаемые признаки.

Признаки машиночитаемости купюр Банк России — а именно он является тем ведомством, которое принимает решение о выпуске новых купюр и изъятия старых из обращения — не разглашает, чтобы затруднить жизнь преступникам. Но те люди, которые посвящают себя «профессии» фальшивомонетчика, эти признаки рано или поздно все равно узнают.

Благодаря тому, что мошенники наносят на банкноты верные признаки машиночитаемости купюры, банкоматы принимают такие «денежные средства» за подлинные и зачисляют их на счет. После этого преступники снимают деньги в другом банкомате, который выдает им настоящие купюры, так как перед загрузкой в банкомат все банкноты проходят проверку.

Обычный банкомат проверяет купюру на подлинность по не менее, чем четырем машиночитаемым признакам,

сообщил «Газета.Ru» заместитель председателя Комиссии по цифровым финансовым технологиям Торгово-промышленной палаты РФ Тимур Аитов. По его словам, в сообщении Генпрокуратуры речь идет про обычные банкоматы, то есть те, купюры из которых изымаются в процессе инкассации и пересчитываются и проверяются на подлинность уже в банке — с помощью как живых людей, так и техники.

Поэтому сложность и состоит в том, что выявить фальшивые бумажки можно лишь после того, как наличность в устройстве заканчивается, и возникает необходимость пополнить банкомат.

Аитов говорит, что обычно те подделки, которые «съедают» подобные банкоматы, очень грубо изготовлены. И обычный человек за деньги такие банкноты никогда и не примет – просто мошенники знают, в каком месте купюры какой знак читаемости должен быть размещен. В качестве примера он приводит такие случаи, когда, например, с порванной купюры в 1 тыс. рублей признаки машиночитаемости были перенесены на купюру в 5 тыс. рублей.

Фальшивки, которые изготовляются для обмана живых людей, выглядят гораздо более похожими на настоящие деньги.

Современные банкоматы, которые работают в режиме рециркуляции — ресайклинга, оснащаются более серьезными модулями, которые проверяют купюры на подлинность уже по 8 машиночитаемым признакам.

Соответственно, и вероятности «обмануть» их меньше.

Такой банкомат выдает деньги из той кассеты, в которую принимает деньги от клиентов. Эти аппараты тоже нужно обслуживать: нужно балансировать купюры по номиналам – довносить те, которых стало мало, или, если каких-то купюр стало много, то эти номиналы нужно изымать.

Представитель Генпрокуратуры добавила, что за первую половину 2019 года ущерб от преступлений в банковской сфере составил более 154 миллиардов рублей, что значительно превышает показатели 2018 года.

В любой стране чаще всего подделываются два самых старших номинала денежных знаков. Самые подделываемые банкноты в России – это 1 и 5 тыс. рублей. Банкнота в 2 тыс. рублей среди фальшивок не так распространена, так как введена в обращение всего несколько лет назад.

Терминал с «приколом». Как аферисты вносят в банкоматы фальшивые деньги

Мошенники вносят в банкоматы так называемые билеты «банка приколов» на кругленькие суммы. Терминалы фальшивые деньги принимают и зачисляют их на счет аферистов как настоящие.

На днях злоумышленники успешно внесли 800 тысяч «липовых» рублей в банкомат «Юникредит-банка», в мае — 565 тысяч рублей в банкомат «Московского кредитного банка» и 122 тысячи рублей в банкомат Райффайзенбанка, напоминает «Коммерсантъ».

По информации издания, возможность загружать банковские терминалы «игрушечными» купюрами у аферистов появилась из-за устаревшего программного обеспечения устройств. Как выяснили эксперты, не смогли распознать подлинность денег банкоматы американской фирмы NCR.

Как банкоматы определяют фальшивки?

По данным Центрального банка РФ, в нашей стране в настоящее время действует порядка 200 тысяч банкоматов. 40 тысяч из них произведены NCR. Слабым местом устаревших терминалов этой фирмы, по данным «Коммерсанта», является программное обеспечение валидатора. Устройство, отвечающее за распознавание банкнот, не работает с более точными настройками шаблонов распознавания. Поэтому банкоматы заглатывают билеты «банка приколов».

Кстати, осенью прошлого года американская компания уже предупреждала российские банки о масштабном вбросе «липовых» денег номиналом в пять тысяч рублей. Тогда, по информации «Ведомостей», некоторые финансовые организации приостановили прием пятитысячных банкнот. Позже вышло исследование Positive Technologies «Сценарии логических атак на банкоматы», где говорилось о разного рода уязвимостях 26 моделей терминалов производства фирм NCR, Diebold Nixdorf и GRGBanking.

Как рассказывал АиФ.ru руководитель Департамента развития новых направлений бизнеса ООО «Тошиба Рус» Владимир Максимов, алгоритмы верификации банкнот терминалами разрабатываются финансовыми организациями или производителями оборудования, но при участии банковских специалистов.

«В алгоритме учитываются зоны и защитные признаки банкноты, которые должны соответствовать заданному шаблону. А вот какие это признаки и каковы допуски отклонения от образца, при которых купюра все еще считается подлинной, — это строгая тайна, обеспечивающая надежность работы валидатора. Если вследствие злого умысла схему работы алгоритма за большие деньги «сливают» фальшивомонетчикам, банк рано или поздно сталкивается с вбросом подделок в свои банкоматы. А обмануть машину довольно просто: в отличие от человека, который оценивает взглядом всю купюру, сканеры банкоматов определяют номинал и подлинность купюры всего по четырем признакам, а устаревшие банкоматы — и вовсе по двум», — объясняет эксперт. Бездушный электрический вор. Как нас «обкрадывают» банкоматы Подробнее

Самые безопасные банкоматы — с функцией, когда банкноты разделены на две разные «корзины». В одной хранятся деньги, внесенные банком, они предназначены для выдачи клиентам. В другую «корзину» попадают внесенные клиентами купюры, которые изымаются при инкассации и отвозятся в банк.

Наибольший риск заполучить фальшивку, по словам юриста Артема Никитенко, в банкомате с функцией кэш-ресайклинга. Это когда терминал выдает пользователям деньги без инкассирования банком. Определить, какой банкомат работает по такому принципу, на глаз невозможно.

«Для реализации кэш-ресайклинга финансовая организация берет на себя особую ответственность, так как за выдачу поддельных банкнот, внесенных туда мошенником, претензии предъявят именно банку. Поэтому в такие устройства устанавливаются самые современные сканеры защитных признаков, исключающие прием «лоскутных одеял» (склеенных купюр) и высококачественных подделок. В общей сумме в России действует 203 тысячи cash-in банкоматов, половина из которых имеет функцию приема денег. Их постепенная замена на ресайклинг-устройства даст огромную экономию на логистике наличности, но из-за высокой стоимости оборудования российские банки пока не торопятся полностью переходить на эти модели», — говорит Максимов.

Билеты банка приколов вне закона

А не проще ли запретить «шуточные деньги», купить которые можно в любой сувенирной лавке? Такой вопрос обсуждается в Центральном банке — регулятор обсуждает возможность введения административной ответственности за незаконное изготовление полиграфии, имеющей сходство с настоящими рублями.

В своем отчете за прошлый год Банк России высказывает обеспокоенность спам-рассылками, в которых неизвестные лица предлагают приобрести «купюры», частично похожие на настоящие деньги, которые можно вставить в банкомат, и он зачислит их на счет. Эту информацию ЦБР отправил в МВД, сославшись на то, что «сувенирные банкноты используются не для безобидных розыгрышей, а для разного мошенничества».

История с фальшивыми купюрами в банкоматах крупнейших банков наделала много шума прошлой осенью. Потом злоумышленников поймали и про фальшивки забыли. А проблема осталась. Просто фальшивомонетчики переориентировались на частные сети платежных терминалов: прибыль сопоставима, а шуму меньше.

МАРИЯ ГЛУШЕНКОВА

Несколько лет назад Вадим Маркин (имя и фамилия изменены) решил начать собственный бизнес. Взял в банке кредит, купил терминалы самообслуживания, договорился с партнерами. Дело пошло. Все было отлично до той поры, пока в терминалы Маркина не пошли фальшивки. «Недавно пришлось списать почти 100 тыс. руб.,— говорит он.— Для меня это ощутимо, у меня же не банк! И вообще, раньше воровали меньше». Особенно эта волна стала заметна в последнее время — Маркин говорит, что мошенники, в переводе на литературный язык, «совсем обнаглели».

И бороться с ними владельцу небольшой сети терминалов очень непросто. «К примеру, идут с терминала крупные суммы. А за одну операцию ты можешь внести до 15 тыс. руб. Засечь их можно: у каждой платежной системы есть мониторинг платежей. Просто оперативно отследить фальшивки по этому мониторингу практически невозможно. Если мы видим, что пошла оплата: мобильный, интернет, электронные кошельки и т. п.— и все впритык к максимуму, значит, скорее всего, фальшивки грузят. Даже не звоню, а срочно пишу письмо в службу поддержки платежной системы, чтобы остановить эту операцию. И на это может уйти несколько дней. А если платеж прошел, то это моментальное зачисление, деньги уже на чьем-то счете, значит, это мои убытки»,— говорит бизнесмен. Но это когда крупные суммы, которые, по словам Маркина, видно. «Сейчас стали разбивать платежи: по тысяче, скажем, кладут на счет мобильного телефона. Найти владельца счета? Думаю, можно. Но это будет или бомж, или еще какой-нибудь маргинал»,— уверен бизнесмен.

«Как ты думаешь, как выглядит фальшивые купюры, которые суют в терминал?» — спрашивает он меня, легко переходя на «ты» и доставая пакет «экземпляров». Оказывается, такая фальшивка внешне может выглядеть довольно правдоподобно, если только не вглядываться и не брать в руки (слишком гладкая бумага). «Пару раз мы доставали купюры с надписями «бубли» или «рррубли»,— рассказывает Маркин.— Ну в общем, видно, что это не деньги, при этом на купюре есть несколько признаков, которые датчики валидатора (купюроприемника) распознают как деньги».

Статистика знает не все

Если верить официальной статистике, то масштаб распространения фальшивок не так уж и велик. Согласно данным ЦБ, банковских терминалов и банкоматов с функцией приема купюр на 1 октября 2013 года — примерно 139 тыс. штук. Отдельно Центробанк оценивает количество электронных терминалов, установленных в разных точках продаж,— их более 1 млн штук. Ежеквартально Банк России отчитывается и о числе выявленных фальшивок. К примеру, в четвертом квартале 2013 года было обнаружено свыше 19 тыс. фальшивок, всего за год — 71,5 тыс.

В 2012 году фальшивок было куда как больше — 88 тыс. штук. Но даже это существенно меньше, чем выявляется, скажем, в странах ЕС. По статистике ЕЦБ, которая была обнародована на недавней презентации новой купюры €10, только во второй половине 2013 года количество фальшивых банкнот, изъятых Европейским центробанком, достигло трехлетнего максимума и превысило 350 тыс. штук.

Другое дело, что ЦБ ведет учет только тех банкнот, которые ему сдают. А такие случаи, как у Вадима Маркина, в официальную статистику чаще всего не попадают. «Рынок терминалов «серый», все занимаются обналичкой. Большинство никуда не жалуется и ничего не сдает»,— говорит он.

Зато именно из статистики ЦБ видно, что в прошлом году фальшивомонетчики переориентировались на подделку пятитысячных купюр. Так, в 2012 году их доля среди фальшивок составляла около 37%, а в 2013-м уже достигла почти 50%. В октябре прошлого года история с фальшивыми пятитысячными наделала много шума, когда некоторые крупнейшие банки были вынуждены даже приостановить прием купюр этого номинала. Первыми это сделали Сбербанк и ВТБ 24. Сразу за ними последовал Альфа-банк, а потом и Банк Москвы и Промсвязьбанк. «В сентябре был очень большой вброс фальшивок, причем одновременно в разные банки. Вброс был настолько масштабным, что смог напугать даже Сбербанк»,— рассказывает на условиях анонимности один из участников рынка.

Какое количество банкоматов и терминалов подверглось атаке, неизвестно. Но если пытаться оценить ущерб от такого вброса, надо помнить о том, какой убыток вызывает один день простоя крупной терминальной или банкоматной сети. К примеру, у группы Qiwi (167 тыс. терминалов) ежедневный объем платежей в третьем квартале 2013 года в среднем составлял около 1,5 млрд руб. Сеть Сбербанка включает в себя 53 тыс. банкоматов и 35 тыс. терминалов (данные на конец января 2014-го). Обороты у банковской сети по идее должны быть существенно выше. «То, что решение о приостановке приема купюр дается банку очень нелегко, это правда,— соглашается начальник управления по развитию систем самообслуживания Альфа-банка Максим Дарешин.— Это значительное ограничение сервиса для клиентов мгновенно сказывается на имидже банка и приводит к перегрузке и очередям в отделениях».

После громкого скандала с попаданием фальшивок в банкоматы крупнейших банков пресс-служба МВД сообщила, что сотрудники правоохранительных органов при помощи службы безопасности Сбербанка задержали в аэропорту Санкт-Петербурга семерых граждан Узбекистана, подозреваемых в сбыте тех самых пятитысячных купюр. Следствие, которое еще продолжается, оценило ущерб от их деятельности в 15 млн руб. По словам Алексея Журавлева, начальника отдела по борьбе с фальшивомонетничеством ГУ УБЭПиПК МВД России, задержанным предъявлены обвинения по ст. 186 ч. 3 (изготовление и сбыт поддельных денег в составе организованной группы), предусматривающей наказание в виде лишения свободы до 15 лет.

Сказочный принтер

В то, что бизнес крупнейших банков могли парализовать несколько граждан Узбекистана с помощью струйного принтера, как писали тогда многие СМИ, не верят ни банкиры, ни владельцы терминальных сетей. «Даже для того, чтобы сделать так называемую примитивную подделку, которая только внешне смотрится как примитивная, необходимо знать техническое устройство самих валидаторов, которые принимают и распознают купюры. Надо знать особенности их работы, и еще много чего надо знать»,— говорит гендиректор терминальной сети «Элекснет» Юрий Локотцов. Очевидно, что пойманные узбеки — это лишь исполнители. Да и Алексей Журавлев говорит, что именно для вброса фальшивок привлекают социально незащищенных граждан, например многодетных матерей: если их поймают, то суд, скорее всего, подтвердит, что он самый гуманный в мире.

Как бы то ни было, Юрий Локотцов считает, что для минимизации масштабов такого явления, как терминальные фальшивки, нужно срочно ужесточать наказание, в том числе и для тех, на чей счет поступает платеж. «А то, знаете, порой происходят удивительные вещи. Оказывается, что человек делал эту карту по просьбе какого-то дяди, отдал ее, получил за это 500 рублей и вроде бы здесь ни при чем»,— грустно иронизирует он.

«Дело в том, что преступники, чтобы не попадать под действие 186-й статьи, которая квалифицирует фальшивомонетчество как тяжкое преступление, стали печатать фальшивки для банкоматов и терминалов (внешне легко отличимые от настоящих денег), что квалифицируется как мошенничество и не всегда влечет за собой наказание в виде уголовного срока»,— сокрушается Алексей Журавлев.

Не секрет, что МВД — пока, впрочем, безуспешно — лоббирует принятие законопроекта, согласно которому был бы запрещен выпуск так называемой сувенирной полиграфической продукции, внешне напоминающей настоящие купюры. Документ, подготовленный МВД, будет рассматриваться на сегодняшнем заседании думского комитета по финансовым рынкам. «Проблема с квалификацией подобных действий и впрямь имеется. Дело в том, что последние разъяснения для судов по фальшивомонетничеству пленум Верховного суда РФ дал еще в 1994 году. С того времени существенно изменились условия, в которых действовали фальшивомонетчики, и разъяснение неприменимо для многих ситуаций. В разъяснении предусмотрена только одна ситуация: когда одно лицо передает поддельные деньги другому лицу. В том документе нет банкоматов или платежных терминалов»,— поясняет Дмитрий Титов, партнер адвокатского бюро «Юрлов и партнеры».

Постановлением Верховного суда предусмотрена ситуация, когда поддельные купюры, даже не похожие на настоящие, квалифицируются как проявление мошенничества, правда, только если их кому-то передают и тем самым вводят в заблуждение получателя. «Но, передавая купюры в банкомат или терминал, лицо никого не вводит в заблуждение путем обмана и злоупотребления доверием, потому что вводить в заблуждение машину невозможно, и таким образом выпадает главный квалифицирующий признак мошенничества»,— уточняет Дмитрий Титов.

Есть и такой нюанс. «Сбыт с использованием банкомата поддельных денежных купюр, даже с признаками грубой подделки (например, с надписью «пять тысяч тугриков»), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ»,— говорит адвокат МКА «Клишин и партнеры» Дмитрий Васильченко. И еще адвокаты уверены, что привлечь к ответственности того, на чей счет был сделан платеж,— дело тоже малоперспективное. «Во-первых, чисто технически сложно определить, на чей счет зачислены фальшивки, потому что они в банкомате смешиваются с подлинными банкнотами. А во-вторых, необходимо доказать, что это лицо заведомо знало о том, что на его счет будут зачислены именно фальшивые деньги. Если вносил фальшивые купюры в банкомат не он, то доказать такое знание практически нереально»,— говорит Дмитрий Титов.

Наиболее простой выход сейчас — это внесение поправок в Уголовный кодекс, прямо предусматривающих ответственность за внесение поддельных купюр в банкоматы и платежные терминалы, уверены и юристы, и бизнесмены. Тем более что история с пятитысячными купюрами, якобы отпечатанными на струйном принтере, тоже, похоже, не завершена. «При определенных обстоятельствах история точно может повториться. И очень даже оперативно»,— сообщил «Деньгам» один из банкиров. В Сбербанке отвечают уклончиво, но признают, что в последнее время фиксируется некоторый рост количества преступных посягательств на банкоматы банка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *