Применимое право

Как формулировать во внешнеэкономическом контракте условие о применимом праве («Ваш партнер-консультант», № 39, 2011 г.)

Статья поможет российским коммерсантам и юристам, работающим во внешнеэкономической сфере, определить правильный подход при формулировании условия контракта о применимом праве, избежать неточных и неверных формулировок. Примеры из практики Международного коммерческого арбитражного суда наглядно демонстрируют, к каким последствиям может привести та или иная формулировка условия о применимом праве.

Общепринятым в деловой практике российских организаций является включение во внешнеэкономические контракты условия о применимом материальном гражданском праве того или иного государства к отношениям сторон контракта. Это вызвано рядом объективных причин.

Чем объясняется необходимость такого условия в контракте

Во-первых, трудно предугадать все случаи, с которыми придется столкнуться при исполнении контракта (особенно когда он заключается на длительный срок), и заранее оговорить последствия их наступления.

Во-вторых, если сторонам не удастся урегулировать возникший спор путем переговоров и придется его передать на рассмотрение в государственный или третейский суд (в частности, в международный коммерческий арбитражный суд), такой спор будет разрешаться судом на основе условий контракта и применимых норм материального права. Это прямо предусмотрено законодательством соответствующих государств и международными соглашениями, в которых участвует Российская Федерация1.

В-третьих, нормы национального гражданского права разных государств по ряду важных вопросов содержат разные положения. Поэтому при заключении контракта важно точно знать, нормы права какого государства будут применяться к отношениям сторон с тем, чтобы предусмотреть в контракте условия, учитывающие данные нормы.

В-четвертых, определенные области внешнеэкономических отношений регулируются международными договорами, в которых участвует Российская Федерация. Зачастую в них имеются пробелы. При отсутствии в контракте соответствующих условий пробелы восполняются в процессе разрешения споров в международных коммерческих арбитражах и государственных судах на основании применимых норм национального гражданского права.

Важно, чтобы условие о применимом праве в контракте было сформулировано четко. В практике Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ (МКАС) были случаи, когда в процессе рассмотрения дела становилось ясно, что в контрактах условия о применимом национальном гражданском праве сформулированы неточно. В результате суд признавал, что такое условие вообще не может быть использовано либо при его применении возникают существенные затруднения. В итоге применению подлежало право не того государства, которое имелось в виду сторонами при заключении контракта и с учетом норм которого формулировались его условия.

Рассмотрим типичные случаи таких неточных формулировок. Отметим, что в настоящей статье приводится не текст формулировок, содержащихся в контрактах и имеющих редакционные отличия, а их смысловое значение.

Примеры и последствия неудачных формулировок

1.По вопросам, не решенным в настоящем контракте, отношения сторон регулируются законодательством Российской Федерации и Республики Беларусь.

Прежде всего необходимо иметь в виду, что отношения сторон по одним и тем же вопросам не могут регулироваться законодательством двух государств. Поскольку между нормами гражданских кодексов Российской Федерации и Республики Беларусь (РБ) имеются расхождения, неясно, нормами законодательства какого из этих государств суду следует руководствоваться. Так, в понятие «российское гражданское законодательство» не входят международные договоры РФ, а в понятие «белорусское гражданское законодательство» входят международные договоры РБ. А это означает, что, когда два эти государства участвуют в одном и том же международном договоре (например, в Венской конвенции 1980 г.), он при такой формулировке контракта не подлежит применению, если отношения сторон регулируются законодательством России, и подлежит применению, если они регулируются законодательством Белоруссии.

Следует иметь в виду, что в силу ГК РФ и ГК РБ международные договоры имеют приоритет в отношении норм национального законодательства, то есть подлежат применению вместо норм национального гражданского законодательства, когда между ними есть различия. Наглядно значение этого видно на следующих примерах.

пример 1

ГК РФ (ст. 443) и ГК РБ (ст. 413) устанавливают, что при заключении договора путем обмена офертой и акцептом ответ о согласии заключить договор на иных условиях, чем предусмотрено в оферте, не является акцептом и признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой. Венская конвенция 1980 г. (п. 2 ст. 19) предусматривает, что ответ на оферту, который имеет целью служить акцептом, но содержит дополнительные или отличные условия, не меняющие существенно условия оферты, является акцептом, если только оферент без неоправданной задержки не возразит против этих расхождений. Если он этого не сделает, то условиями договора будут условия оферты с изменениями, содержащимися в акцепте. Таким образом, от того, регулируются отношения сторон по этому вопросу нормами ГК РФ (либо ГК РБ) или Венской конвенцией 1980 г., договор сторон в подобных случаях признается заключенным или незаключенным.

пример 2

ГК РФ (п. 2 ст. 395) и ГК РБ (п. 2 ст. 366) предусматривают право кредитора требовать от должника возмещения убытков, причиненных кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, лишь в части, превышающей сумму причитающихся ему процентов. Венская конвенция 1980 г. (ст. 78) предоставляет кредитору право требовать возмещение убытков сверх суммы процентов.

пример 3

При возврате стоимости предварительно оплаченного, но не переданного покупателю товара в силу ГК РФ (п. 4 ст. 487) и ГК РБ (п. 4 ст. 457) проценты начисляются со дня, когда передача товара по договору должна была быть произведена. Венская конвенция 1980 г. (п. 1 ст. 84) устанавливает, что проценты должны начисляться с даты уплаты цены, то есть с более ранней даты.

пример 4

Согласно ст. 74 Венской конвенции 1980 г. возмещению подлежат только те убытки, которые нарушившая договор сторона предвидела или должна была предвидеть в момент заключения договора. ГК РФ и ГК РБ такого ограничения не предусматривают.

пример 5

С учетом этих обстоятельств состав арбитража пришел к выводу, что в контракте отсутствует ясно выраженное условие о применимом праве, и установил применимое национальное право путем использования коллизионных норм российского законодательства (ст. 1211 ГК РФ), определяющих применимое право при отсутствии соглашения сторон.

2. Если иск предъявляется иностранной фирмой, спор подлежит разрешению в МКАС при ТПП РФ с применением российского материального права. Если иск предъявляется российской организацией, спор подлежит разрешению в конкретном третейском суде местонахождения иностранной фирмы с применением материального права страны местонахождения этого третейского суда.

Такая формулировка исходит из того, что к отношениям сторон из одного контракта будет применяться право одного или другого государства в зависимости от того, какая из сторон предъявила иск. Получается, что если в роли истцов по разным основаниям выступают обе стороны контракта, то к их отношениям будет применяться право разных государств. К чему это может привести, видно на конкретных примерах.

пример 6

ГК РФ предусматривает, что если контрактом установлена неустойка (штраф, пени) за конкретные нарушения, то она подлежит взысканию со стороны, нарушившей обязательство, а если сумма убытков превышает размер неустойки, то убытки взыскиваются в части, не покрытой неустойкой. Законодательство Польши и Чехии исходит из того, что по общему правилу не подлежат взысканию убытки, превышающие размер неустойки, а в силу английского права договорное условие о штрафе вообще не может быть реализовано в суде.

Таким образом, если иностранная фирма (продавец) предъявила к российской организации (покупателю) иск об уплате договорной неустойки за просрочку оплаты поставленного товара и сверх того о возмещении убытков, превышающих неустойку, такой иск в соответствии с нормами российского права подлежит удовлетворению. Иск же российской организации (покупателя) к иностранной фирме (продавцу), предъявленный в третейский суд страны местонахождения продавца за просрочку поставки других партий товара, будет рассматриваться данным третейским судом в соответствии с предписаниями права этого государства, и подход при вынесении решения будет совершенно иным.

Аналогичные различия в подходах при разрешении споров будут и в случае, когда контрактом оговорено разрешение споров в третейском суде страны истца с применением права страны суда.

Применение во внешнеэкономических контрактах подобной формулировки условия о применимом праве может породить существенные затруднения даже в случае, когда национальное право обоих государств, указанных в таком условии, не содержит существенных отличий и между этими государствами действует международный договор, регулирующий отношения сторон по данному виду контрактов. Рассмотрим это на примере спора между российской и украинской организациями, разрешенного МКАС при ТПП РФ.

пример 7

Решение по этому делу оспаривалось ответчиком со ссылкой на неправильное применение МКАС при ТПП РФ условия контракта о применимом праве. Решение МКАС было отменено определением Арбитражного суда г. Москвы. С этим определением согласился Федеральный арбитражный суд Московского округа, и только Высший арбитражный суд РФ с учетом всех обстоятельств дела признал, что отсутствуют основания для отмены этого решения МКАС при ТПП РФ2.

Обратите внимание: Арбитражный суд г. Москвы и Федеральный арбитражный суд Московского округа исходили из того, что коль скоро иск, предъявленный украинским продавцом, был рассмотрен МКАС при ТПП Украины на основании норм украинского законодательства, то и иск, предъявленный позднее российским покупателем в МКАС при ТПП РФ, следовало также рассматривать на основании норм украинского законодательства.

3. В контракте условие о применимом праве сформулировано не общим образом, а только по конкретным вопросам (например, в отношении имущественной ответственности сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств).

При такой формулировке составы арбитража исходили из того, что по другим вопросам отсутствует соглашение сторон о применимом праве, и определяли его путем использования коллизионных норм.

4. Установив в контракте альтернативное право истца обратиться с иском в третейские суды с местонахождением в разных государствах, стороны контракта оговорили, что при разрешении спора соответствующий третейский суд будет применять право страны своего местонахождения.

Включение в контракт подобного условия влечет те же неблагоприятные последствия, что и в приведенном выше случае.

При такой оговорке стороны сами себя лишают возможности установить, какие конкретно требования при возникновении спора будут предъявлены к содержанию условий контракта и порядку его исполнения с учетом применимых норм права.

5. Оговорив применение к отношениям сторон по вопросам имущественной ответственности действующего законодательства РФ, стороны предусмотрели, что при ненадлежащем выполнении обязательств подлежат возмещению понесенные убытки в соответствии с действующим законодательством страны ответчика.

В данном случае местом нахождения юрлица-ответчика являлась Россия. Поэтому не возникло каких-либо трудностей при вынесении решения. Но если бы иск был предъявлен российской организацией, то при наличии расхождений в нормах национального законодательства разных стран (о чем указывалось выше) не исключено возникновение серьезных проблем. Например, применение норм разных государств в отношении требований о взыскании договорной неустойки и убытков, об исполнении обязательства в натуре, о расторжении контракта.

6. Оговорено применение к отношениям сторон по агентскому договору гражданского права РФ и международного законодательства.

Какое международное законодательство имелось в виду сторонами, неясно. В исковом заявлении и отзыве на иск стороны ссылались только на нормы ГК РФ. Учитывая эти обстоятельства, состав арбитража вынес решение, руководствуясь нормами ГК РФ.

7. Во всем, что не предусмотрено контрактом, стороны руководствуются основными условиями международной купли-продажи, установленными законодательством о международной купле-продаже, и международными соглашениями.

Такая формулировка содержалась в контракте, заключенном между российской и казахстанской организациями. В дополнениях к контракту стороны оговорили, что они руководствуются условиями, предусмотренными контрактом и действующим законодательством РФ. При неясности формулировки контрактного условия о применимом праве состав арбитража пришел к выводу, что к отношениям сторон должно быть применено российское законодательство. При этом он учитывал, что Россия и Казахстан — участники Киевского соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, предусматривающем при отсутствии соглашения сторон применение законодательства места совершения сделки. В данном случае контракт был заключен на территории РФ. Было также принято во внимание и то, что в дополнениях к контракту прямо указано действующее законодательство РФ.

Аналогичная формулировка, включенная в контракт международной купли-продажи, заключенный российской и украинской организациями, послужила основанием для другого состава арбитража признать, что отношения сторон регулируются Венской конвенцией 1980 г., участниками которой являются Россия и Украина. На основе норм этой конвенции и был разрешен спор. С учетом обстоятельств дела не потребовалось определять национальное гражданское право, применимое субсидиарно. Но необходимо учесть, что указанные в формулировке слова «основные условия международной купли-продажи, установленные законодательством о международной купле-продаже» остались неясными как для этого состава арбитража, так и для автора настоящей статьи. Ведь непонятно, законодательство какого государства имели в виду стороны контракта.

8. Споры из данного контракта разрешаются в соответствии с российским законодательством с учетом международного законодательства.

Поскольку положения контракта не позволяют установить с необходимой определенностью действительную волю сторон, состав арбитража, выслушав представителя истца — российской организации (представитель ответчика — казахстанской организации в заседании не присутствовал), пришел к выводу, что стороны имели в виду Венскую конвенцию 1980 г., в которой Казахстан не участвует. Однако этот вывод не бесспорен. На наш взгляд, были большие основания для того, чтобы признать, что отношения сторон регулируются Общими условиями поставок товаров между организациями государств — участников СНГ 1992 г. (ОУП СНГ), в которых участвуют РФ и Казахстан.

9. Выбор права, по которому рассматриваются споры, определяется правом государства, в котором находится судебный орган, рассматривающий спор. При противоречии норм применимого права и условий настоящего контракта действуют условия контракта.

Такая формулировка была включена в российско-китайский контракт, предусматривавший разрешение споров в Китайском международном коммерческом арбитражном комитете, когда иск предъявляется продавцом к покупателю, и в МКАС при ТПП РФ в случаях, когда истцом является покупатель. В данном случае иск рассматривался МКАС при ТПП РФ, поскольку был предъявлен покупателем к продавцу. Эта формулировка страдает рядом существенных недостатков:

  • отсылает не к национальным нормам материального права, а к коллизионным нормам страны суда, которыми будет определяться применимое национальное материальное право. А подходы к определению применимого национального материального права в праве и практике его применения разных государств нередко не совпадают;
  • влечет те же негативные последствия, что и использование формулировки под номером 2;
  • прямо противоречит императивным предписаниям ГК РФ. Согласно этим предписаниям договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422), а по усмотрению сторон условия договора могут определяться, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4 ст. 421).

Императивные нормы, отступление от которых не допускается по усмотрению сторон, предусмотрены законодательством и других государств.

10. Правом, регулирующим настоящий договор на территории страны продавца, является право его страны, а на территории страны покупателя — право страны покупателя.

Признав, что такое условие договора не позволяет установить подлежащее применению национальное право, состав арбитража определил его путем использования коллизионной нормы российского законодательства.

11. Отношения сторон регулируются положениями заключенного ими контракта, а в части, им не урегулированной, — нормами международного права.

Поскольку в данном случае спор основывался на контракте международной купли-продажи товаров, а его сторонами были российская и украинская организации, состав арбитража обоснованно применил Венскую конвенцию 1980 г., в которой участвуют Россия и Украина. В то же время условие контракта не предусматривает, нормы национального права какого государства должны использоваться по вопросам, не решенным в контракте и в Венской конвенции 1980 г. Поэтому состав арбитража определил такое национальное право на основе коллизионной нормы российского законодательства.

Следует заметить, что в отношениях между Россией и Украиной действуют и другие международные соглашения, например упоминавшиеся ранее Киевское соглашение 1992 г. и Соглашение об ОУП СНГ. Формулировка контракта служила основанием для постановки вопроса о применении и этих международных документов, отличающихся по ряду вопросов от положений Венской конвенции 1980 г. и норм российского законодательства. При такой формулировке контракта не исключено, что при разрешении спора выяснилось бы, что подлежат применению нормы права, которые стороны не учитывали при заключении контракта.

12. Права и обязанности сторон по настоящему контракту, а также другие отношения, связанные с его исполнением, регулируются законодательством РФ, если иное не предусмотрено международным соглашением.

Такое условие было включено в контракт международной купли-продажи, заключенный российской и украинской организациями. Из буквального значения слов и выражений, содержащихся в этой формулировке, вытекает, что сторонами имелся в виду возможный запрет международным соглашением осуществления ими выбора применимого права. С учетом этого состав арбитража, констатировав, что ни в одном международном соглашении, действующем между Россией и Украиной, не предусмотрен такой запрет и все эти международные соглашения исходят из принципа автономии воли сторон при выборе применимого права, пришел к выводу, что отношения сторон регулируются российским гражданским законодательством3.

Соответственно к ним, как отмечалось выше, неприменима Венская конвенция 1980 г.

Обратите внимание: если, заключая контракт, стороны имели в виду, что к их отношениям должны применяться правила международных соглашений, а российское законодательство может быть использовано только в той мере, в какой не противоречит международным соглашениям (в частности, Венской конвенции 1980 г.), то им необходимо было прямо это указать. Выяснить действительную общую волю сторон в заседании арбитража не представлялось возможным, поскольку представители ответчика в заседание не явились и просили рассмотреть дело без их участия.

13. Ведение производства по делу в МКАС должно производиться в соответствии с действующим законодательством РФ.

Такое положение содержалось в арбитражной оговорке контракта международной купли-продажи товаров, заключенного российской и узбекской организациями. Состав арбитража счел, что рассматривать его в качестве условия о выборе применимого к отношениям сторон материального права невозможно. Он признал, что к этим отношениям применима Венская конвенция 1980 г., в которой участвуют Россия и Узбекистан, поскольку они не предусмотрели исключение ее применения в соответствии со ст. 6 Конвенции.

1 См., в частности, ст. 6, 13 и 14 АПК РФ, ст. 28 Закона РФ от 07.07.93 № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже», ст. VII Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже, ст. 11 Киевского соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности 1992 г., ст. 41 Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г.

2 Об этом деле см. в журнале «Вестник международного коммерческого арбитража», 2011, № 1/3 (январь — июнь). С. 55—71, 265—278.

3 Киевское соглашение 1992 г., Минская конвенция 1993 г., Европейская конвенция 1961 г., Венская конвенция 1980 г.

окончание в № 40

Применимое право

Для разрешения любого спора коммерческим арбитражем большое значение имеет соглашение о применимом праве, поскольку именно оно определяет критерии для оценки правомерности позиций истца и ответчика и может существенно влиять на исход рассмотрения спора. Согласно п. 1 ст. 1186 ГК РФ, особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются законом о международном коммерческом арбитраже. Общие положения правил определения применимого права сформулированы в ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже.

Закон устанавливает, что третейский суд разрешает спор в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора.

Практика свидетельствует, что партнеры довольно часто уже в самом договоре указывают, нормами какого материального права должен руководствоваться арбитраж при разрешении спора, включая, например, это положение в арбитражную оговорку. Арбитражный суд должен следовать воле сторон и при разрешении спора обязан основывать свое решение на нормах права, которые согласовали стороны в качестве подлежащих применению по вопросам, не урегулированным в договоре, заключенном между ними.

Параграф § 26 Регламента МКАС также предусматривает порядок определения применимого права, при котором основополагающим является соглашение сторон о применении норм права. При этом указание на право или систему права какого-либо государства толкуется как непосредственно отсылающее к материальному праву данного государства, а не к его коллизионным нормам.

Следует обратить внимание, что выражение «нормы права», содержащееся в п. 1 § 26 Регламента МКАС, толкуется шире, чем нормы права конкретного государства, поскольку может включать также и нормы, которые не входят в какую-либо правовую систему. В российской и зарубежной литературе неоднократно указывалось, что такое толкование выражения «нормы права» следует из рабочих материалов Типового закона ЮНСИТРАЛ, на котором основаны национальные законы 67 стран (включая Россию) о международном коммерческом арбитраже. Такое использование выражения «нормы права» дает возможность сторонам предусмотреть в качестве применимого права не только право конкретного государства, но и нормы права, разработанные на международном уровне, относящиеся к вненациональному (транснациональному) праву или к современному lex mercatoria, например, Принципы УНИДРУА, созданные с учетом особенностей международного характера договорных отношений. Возможность предусмотреть в качестве применимого права Принципы УНИДРУА значительно облегчает задачу согласования применимого права, поскольку стороны ставятся в этом случае в равное положение. Современной практике МКАС при ТПП РФ известны неоднократные случаи применения к существу спора по соглашению сторон Принципов УНИДРУА.

Регламент МКАС (§ 26) не предусматривает каких-либо требований к форме выражения такого соглашения. Наличие указания о применимом праве будет определяться арбитражем. Соглашение сторон о применимом праве может быть как ясно выраженным, так и следовать (быть выведенным) из какого-либо указания сторон. Известно, что в практике МКАС при ТПП РФ наличие соглашения о применимом праве нередко устанавливалось на основе анализа состязательных документов, которыми обменивались истец и ответчик и которые свидетельствовали о совпадении мнения истца и ответчика по этому вопросу. Имеются и примеры согласования вопроса о применимом праве непосредственно в заседании арбитража.

Однако на практике нередки случаи, когда этот вопрос остается открытым во взаимоотношениях сторон до тех пор, пока между ними не возникает спор, который впоследствии передается на разрешение в арбитражный суд. При отсутствии какого-либо указания сторон о нормах права, применимых к существу спора, арбитраж применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми (п. 2 ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже). Следует подчеркнуть, что закон не обязывает арбитраж применять коллизионные нормы, действующие в месте его нахождения (lex arbitri), а предоставляет ему достаточно широкие полномочия решить этот вопрос, не будучи связанным нормами коллизионного права по месту рассмотрения спора. В данном случае мы видим особенность определения применимого права международным коммерческим арбитражем, состоящую в свободе выбора коллизионных норм, на основе которых определяется применимое право.

В отличие от государственных судов, которые применяют только национальные коллизионные нормы, МКАС при ТПП РФ не связан этими нормами. Однако, как свидетельствует практика, при разрешении споров обычно применяется коллизионная норма российского законодательства, действовавшая на момент заключения договора, из которого возник спор.

Кроме того, во всех случаях арбитражный суд принимает решение в соответствии с условиями договора и с учетом торговых обычаев, применимых к сделке, из которой возник спор.

При определении применимых процессуальных норм МКАС применяет к процедуре ведения разбирательства положения Регламента с учетом соглашения сторон, если таковое не противоречит императивным нормам применимого законодательства о международном коммерческом арбитраже и принципам Регламента МКАС.

  • Такое же положение содержит § 26 Регламента МКАС.
  • Розенберг М. Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. М.: Статут, 1998. С. 51.

Определение применимого законодательства

Одним из важнейших направлений международного регулирования является устранение коллизии правовых норм. Международные конвенции прямо указывают на применимое законодательство, чтобы избежать случаев, когда могут быть использованы правовые акты нескольких стран либо не использованы акты ни одной страны. В отличие от международного частного права в международном публичном праве, к которому относится право социального обеспечения, не принято оставлять решение этого вопроса на усмотрение заинтересованных сторон.

Существует известное противоречие интересов государств, а также работодателей и наемных работников в сфере социального обеспечения. Государства, как уже отмечалось выше, стремятся ограничить сферу распространения социального обеспечения принципом территориальности, а трудящиеся стремятся вступить в ту систему социального обеспечения, которая предоставляет им наибольшие выгоды, тогда как работодатели пытаются распространить на своих работников действие системы, предусматривающей наименьшие выплаты. Но возможности работодателей в этом плане ограничены в силу обязательности для них законодательства о социальном обеспечении, а также международных актов, препятствующих приданию сугубо договорного характера отношениям в области социального обеспечения.

Выбор подлежащего применению законодательства обычно определяется характером профессиональной деятельности.

1. Для наемных работников наиболее частым критерием выступает место работы (lex laboris). На них распространяется законодательство той страны, на территории которой они работают. Страховые пенсии, пособия и услуги предоставляются, если страховой случай (достижение пенсионного возраста, временная нетрудоспособность, беременность и роды и др.) произошел на территории государства места работы.

Это общее правило имеет некоторые модификации. В частности, исключение из правила lex laboris связано с направлением на работу в другую страну на срок до 12 месяцев. При этом работник остается застрахованным по законодательству той страны, где находится основной работодатель. Период командировки может быть продлен до 24 месяцев при наличии чрезвычайных обстоятельств.

Отступление от правила lex laboris возможно и в случае, когда применение законодательства другой стороны более выгодно для работника.

На моряков обычно распространяется законодательство того государства, под флагом которого плавает судно. Некоторые двусторонние договоры и морские конвенции МОТ устанавливают в качестве критерия законодательство страны регистрации судна, так как разные территории, на которых зарегистрированы судна, плавающие под флагом одного государства, могут иметь разное законодательство о социальном обеспечении.

  • 2. К лицам, работающим не по найму, применяется законодательство страны, в которой осуществляется профессиональная деятельность, либо страны постоянного места жительства.
  • 3. В отношении государственных служащих действует законодательство того государства, в органах которого они работают, независимо от местоположения этого органа.
  • 4. Для неработающих лиц критерием определения применимого законодательства является постоянное местожительство.

Из перечисленных правил имеются исключения, которые касаются:

  • – работников, находящихся в командировке;
  • – лиц, работа которых связана с частыми поездками;
  • – граждан, работающих не по найму;
  • – некоторых других категорий.

За работниками, командированными в другое государство, сохраняется право на долгосрочные выплаты (пенсии по старости, по инвалидности, по случаю потери кормильца), предусмотренные законодательством страны постоянной работы. Поэтому продолжительность командировки не должна превышать сроков, указанных в координационном акте. В случае производственной необходимости срок командировки может быть продлен. Координационные акты устанавливают различные сроки командировок, которые зависят от интенсивности и характера обмена рабочей силой между государствами:

  • – 12 месяцев и продление не более чем на 12 месяцев (регламент ЕС и акт Андского пакта о социальном обеспечении);
  • – до завершения работы (Европейская конвенция о социальном обеспечении);
  • – шесть месяцев с продлением до завершения работы (Общая конвенция о социальном обеспечении Общей афро-маврикийской организации).

Для работников автомобильного, железнодорожного, морского, речного, воздушного международного транспорта использование критерия местоположения работы привело бы к одновременному применению законодательства нескольких стран. Чтобы избежать коллизии норм, в данном случае действует законодательство страны, где находится предприятие-работодатель.

На работников дипломатических представительств и консульств распространяется по договоренности законодательство аккредитующего или направляющего государства.

В определенных случаях к лицам, работающим не по найму, применяется законодательство страны места жительства, а не места профессиональной деятельности:

  • – если в стране, где такое лицо работает, нет соответствующего законодательства;
  • – если в обеих странах критерием охвата является место жительства.

Лекция 12. Право интеллектуальной собственности

В.Т. Батычко
Международное частное право
Конспект лекций. Таганрог: ТТИ ЮФУ, 2011.

Предыдущая

12.5. Лицензионные соглашения на изобретения, ноу-хау и товарные знаки

Лицензия — это разрешение на использование изобретения, технического опыта или секретов производства (ноу-хау). В условиях современной научно-технической революции торговля лицензиями развивается быстрее, чем торговля готовой продукцией. Взаимовыгодная торговля лицензиями способствует развитию международного научно-технического сотрудничества.

Обычно в практике российских организаций лицензии передаются на условиях простой лицензии или же на условиях исключительной лицензии.

При простой лицензии продавец лицензии (лицензиар), предоставляя право на использование изобретения покупателю (лицензиату), сохраняет за собой право использования изобретения на этой же территории или же право предоставления лицензии на таких же условиях другим лицам.

По договору исключительной лицензии лицензиар предоставляет лицензиату исключительное право на использование изобретения или иного научно-технического достижения (ноу-хау) в пределах, оговоренных в соглашении, и уже не может предоставлять аналогичные права по условиям лицензий другим лицам. Кроме покупателя лицензии, никто не может использовать изобретение на данной территории. В отечественной практике лицензионные соглашения заключаются, как правило, на длительные сроки (5 — 10 лет). В течение всего срока действия соглашения сторонам приходится выполнять не только условия договора, присущие обычным сделкам купли-продажи товаров, но и специфические условия, которые создают основу для постоянного научно-технического сотрудничества между лицензиаром и лицензиатом.

Лицензионный договор является основным видом гражданско-правового договора о передаче технологии. Предмет договора составляет предоставление права на использование изобретения и ноу-хау.

В международной практике применяется деление таких договоров на договоры патентной лицензии и договоры беспатентной лицензии. В середине 70-х гг. около 25% лицензий было основано на передаче патентных прав, а в 50% договоров передача патентных прав сочеталась с передачей ноу-хау и лишь предметом 25 — 30% договоров было исключительно ноу-хау. В конце 90-х гг. соотношение видов договоров резко изменилось. Доля смешанных лицензионных соглашений уменьшилась вдвое, они составляли 25%, а доля лицензий на ноу-хау возросла до 50%.

Условия передачи технологии могут определяться также в контрактах купли-продажи готовых изделий (машин, оборудования), по оказанию технического содействия или технической помощи при строительстве предприятий, в договорах о производственной кооперации, научно-техническом сотрудничестве, проведении совместных исследований.

Возрастание роли и значения ноу-хау, на что обращалось внимание в учебной литературе, объясняется тем, что в последние годы воспроизводство новой техники (технологии) стало практически невозможным без знания ноу-хау. Наряду с этим быстрое сокращение сроков морального старения новой техники (технологии) привело к тому, что фирмы в целом ряде случаев не подают заявки на изобретения, если в пределах сроков морального старения можно сохранить их в тайне, как ноу-хау, и по конечной продукции, выбрасываемой на рынки, нельзя их воспроизвести.

Лицензионный договор на использование изобретения, в отношении которого выдан в России патент, подлежит регистрации в федеральном органе исполнительной власти и без регистрации считается недействительным.

Законодательство России предусматривает возможности предоставления трех видов лицензии: исключительной лицензии, неисключительной лицензии (простой лицензии) и открытой лицензии. В последнем случае патентообладатель должен подать заявление о предоставлении любому лицу права на использование изобретения (в этом случае пошлина на поддержание патента в силе будет снижена на 50%). Согласно положениям третьей части ГК РФ к лицензионным договорам, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, подлежит применению право страны лицензиара (п. 3 ст. 1211). Лицензиар — это та сторона, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение. Именно лицензиар является той стороной в договоре, которая предоставляет другой стороне (лицензиату) возможность за обусловленную в договоре плату использовать исключительное право или комплекс таких прав.

В отношении уступки товарного знака предусмотрены следующие положения:

Исключительное право на товарный знак в отношении всех или части товаров, для которых он зарегистрирован, может быть передано правообладателем другому юридическому лицу или осуществляющему предпринимательскую деятельность физическому лицу по договору о передаче исключительного права на товарный знак (договору об уступке товарного знака).

Право на использование товарного знака может быть предоставлено правообладателем (лицензиаром) по лицензионному договору другому юридическому лицу или осуществляющему предпринимательскую деятельность физическому лицу в отношении всех или части товаров, для которых он зарегистрирован.

Лицензионный договор должен содержать условие о том, что качество товаров лицензиата будет не ниже качества товаров лицензиара и что лицензиар будет осуществлять контроль за выполнением этого условия. Так же как и лицензионный договор на использование запатентованного в России изобретения, договор об уступке товарного знака и лицензионный договор должны быть зарегистрированы.

Особой разновидностью лицензионного договора является договор франчайзинга. В международной практике такой договор используется для создания и функционирования в различных странах магазинов, ресторанов, гостиниц и иных предприятий, расширения сети рынков сбыта товаров и услуг под фирмой и с использованием товарного знака правообладателя (например, Макдональдс, Пицца Хат, отель Хилтон и др.).

В российском законодательстве этот вид договора получил наименование договора коммерческой концессии. По договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекс исключительных прав, принадлежащих правообладателю, в том числе право на фирменное наименование и (или) коммерческое обозначение правообладателя, на охраняемую коммерческую информацию, а также на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав — товарный знак, знак обслуживания и т.д.

Договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

Основанием возникновения прав на промышленную собственность у предприятия с иностранным участием является передача таких прав предприятию его участниками, которая может осуществляться как при его создании в качестве вклада, так и в процессе деятельности предприятия путем покупки лицензий, а также путем создания изобретений его сотрудниками. В соответствии с законодательством в счет вкладов в уставный фонд предприятия могут быть внесены имущественные права (в том числе на использование изобретений и ноу-хау).

Права на промышленную собственность, принадлежащую предприятию с иностранным участием, охраняются в соответствии с действующим законодательством. Порядок передачи прав на промышленную собственность предприятию его участниками и предприятием своим участникам, а также порядок коммерческого использования этих прав и защиты их за границей определяется учредительными документами. Так, в частности, в договоре о создании предприятия может быть предусмотрено, что для обозначения продукции, выпускаемой предприятием, может быть использован знак одного из участников или же совместный товарный знак.

Предыдущая

Международные лицензионные соглашения. Виды используемых лицензий. Вознаграждение лицензиара.

Лицензионное соглашение — договор между владельцем прав интеллектуальной собственности (лицензиаром) и другим лицом, которое уполномочено использовать такие права (лицензиат) в обмен на согласованный платеж.

Права интеллектуальной собственности являются «территориальными», т.е. доступны для вас лишь в тех странах или регионе, где они заявлены и предоставлены. В международном плане официальное лицензионное соглашение возможно лишь в том случае, если право интеллектуальной собственности, которую вы желаете лицензировать, также охраняется в другой стране или странах, которые представляют для вас интерес.

Предмет соглашения: это может быть запатентованное изобретение или технологический процесс, технические знания и опыт, товарный знак, а также ноу-хау и пр.

Патент – исключительное право на изобретение, которое может быть продуктом или способом, позволяющим сделать что-либо по-новому или предлагающим новое техническое решение задачи. Патент как объект международных торговых сделок: скупают патенты обычно крупные фирмы, а продают мелкие фирмы или изобретатели-одиночки, не имеющие финансовых возможностей для внедрения изобретения.

Виды лицензий: неисключительная (простая), исключительная, полная.

Основой такого деления служит объем передаваемых прав по использованию научно-технических знаний лицензиара.

— Простая лицензия(самая нераспространенная):

-По простой лицензии лицензиату передается право на использование предмета лицензии.

— Лицензиар оставляет за собой право как самостоятельного использования данного изобретения, так и выдачи аналогичных по условиям лицензий любым другим лицам.

-По простой лицензии продажа сублицензии лицензиатом возможна лишь по специальному разрешению лицензиара.

-Простых лицензий на одно и то же изобретение может быть много.

— Исключительная лицензия(самая распространенная):

— Одна исключительная лицензия на одну территорию.

— Лицензиар предоставляет лицензиату исключительное (монопольное) право на использование изобретения в пределах оговоренных в нем условий и на определенной географической территории, указанной в соглашении.

— Лицензиат получает право предоставления сублицензий третьим лицам.

— Лицензиар отказывается от самостоятельного использования данного изобретения и тем более от продажи аналогичных лицензий третьим лицам на тех же условиях и на той же территории.

— Это не лишает лицензиара права на самостоятельное использование данного изобретения и на выдачу лицензий другим лицам на отличных условиях и вне оговоренной территории.


— При предоставлении исключительной лицензии лицензиар очень часто вносит в соглашение различного рода оговорки, ограничиваю­щие права лицензиата. Такая лицензия называется ограниченной исключительной. Примеры оговорок: лишение права лицензиата на самостоятельную реализацию лицензируемой продукции (сбыт ее в этом случае производится через сбытовые органы лицензиара или какой-либо другой фирмы, назначенной лицензиаром или выб­ранной по соглашению сторон); запрещение экспорта продукции либо ограничение его определенной территорией (как правило, груп­пой сопредельных стран) и т.д.

— Полная лицензия:

— По полной лицензии лицензиар в полном объеме предоставляет лицензиату все права на использование изобретения, без каких-либо ограничений, в течение всего срока действия соглашения (как правило, на весь срок действия охранного документа).

— На этот период лицензиар лишается права на использование изобретения как самостоятельно, так и путем выдачи лицензий другим лицам.

— По экономической природе данный тип лицензий очень близок к патентному соглашению, однако для договоров данного типа характерным является переуступка патентообладателем лицензиату всех прав на владение, пользование и распоряжение патентом, за исключением титула собственника (Отличие этой сделки от продажи патента состоит в том, что лицензиар оставляет за собой титул собственника патента и может расторгнуть соглашение при наступлении определенных условий или по истечении его срока по своему усмотрению использовать предмет лицензии).

Выбор вида лицензии зависит от объема рынка той страны или территории, на которую предоставляется лицензия, и характера изобретения. На рынке небольшой емкости предпочтительнее выдавать исключительную лицензию, так как наличие нескольких лицензиатов, получивших простую лицензию, создаст на этом рынке ненужную конкуренцию, которая снизит уровень цен, что отразиться на вознаграждении.


Виды лицензионных платежей

В качестве возмещения за предоставление прав на использование предмета соглашения лицензиат уплачивает лицензиару определенное вознаграждение:

— Роялти – периодические отчисления, которые устанавливаются в виде фиксированных ставок процента. Наиболее распространенный способ исчисления роялти – от суммы продаж лицензируемой продукции. Размер отчислений – 3-5 %.

— Участие лицензиара в прибыли от продажи лицензируемой продукции. Размер отчислений: от 10 до 30%.

— Паушальный платеж – это определенная, твердо зафиксированная в соглашении сумма лицензионного вознаграждения.

— Передача ценных бумаг (акций и облигаций) лицензиата лицензиару. Лицензиар получает чаще всего от 5 до 20% акций лицензиата, хотя в отдельных случаях доходит до 40%.

— Передача технической документации: взаимное предоставление лицензий и в большинстве случаев применяется в сочетании с другими формами вознаграждения.

Вариант второй этого вопроса:

Лицензия – разрешение, выдаваемое владельцем технологии, заинтересованной стороне на использование этой технологии в течении определенного времени за определенную плату.

Лицензии продаются на основе лицензионного соглашения, которое устанавливает вид лицензии, характер и объем прав на использование технологии. Лицензия предоставляется на определенный срок, по истечении которого в случае неиспользования она теряет силу. Порядок выдачи и получения лицензий регламентируется национальными законодательными нормами, кот. предусматривают обязательную публикацию сведений о количественных ограничениях экспорта и импорта, квотах, сроках их действия и распределении по странам, а также органах и организациях, уполномоченных выдавать лицензии.

Международное лицензионное соглашение — договор, по которому одна сторона (лицензиар) предоставляет право на использование изобретения или иного технического достижения (лицензию), а другая сторона (лицензиат) выплачивает за это определенное вознаграждение. Объектом лицензионного соглашения могут быть лицензия на изобретение, а также ноу-хау и товарный знак.

По видам лицензии делятся на:

Внешнеэкономическая лицензия — специальное разрешение, получаемое от государственных органов, на ввоз, вывоз и транзит определенного количества товаров, свободный ввоз, вывоз и транзит которых не допускается. Предоставляется на определенный срок, по истечении которого она теряет силу, выдаются на основании заявлений экспортера/импортера.

Генеральные — постоянно действующие в течение конкретного периода разрешения, для экспорта или импорта определённых товаров без ограничений по количеству и стоимости с перечисленными в лицензии странами,

Индивидуальные — разовые разрешения на осуществление конкретной торговой сделки с поименованным в них товаром.

Государственная лицензия — разрешение на осуществление лицензируемого вида деятельности при обязательном соблюдении лицензионных требований и условий.

Простая лицензия — право на использование патента на изобретения и технологии в пределах установленных договором сроков, при этом лицензиар сохраняет за собой право на его самостоятельное использование или передачу третьим лицам.

Полная лицензия — право на использование изобретений в течение срока действия патента, после которого права могут быть использованы третьими лицами.

Вознаграждение лицензиара:

Периодические процентные отчисления,

Текущие отчисления (роялти) — платежи любого вида.

Участие в прибыли лицензиата

Паушальный платеж — лицензионное вознаграждение в виде определенной твердо зафиксированной в лицензионном соглашении суммы, которая устанавливаемая исходя из оценок ожидаемых прибылей лицензиата,

Первоначальный платеж наличными

Передача ценных бумаг

Передача технической документации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *