Параллельный импорт

ФАС России доработала законопроект о легализации параллельного импорта с 1 января 2020 года

Проект Федерального закона «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса РФ»

Проект направлен на процедуру оценки регулирующего воздействия (ОРВ) в Минэкономразвития России.

По мнению ФАС России, запрет параллельного импорта, установленный статьей 1487 ГК РФ, приводит к ограничению конкуренции между продавцами товаров, защищенных товарным знаком, удорожанию данных товаров, увеличению сроков ожидания потребителями запасных частей к данным товарам, если они являются сложными техническими изделиями, и др.

В законопроекте предлагается исключить из статьи 1487 ГК РФ указание на возможность импорта товаров, защищенных товарным знаком, только в том случае, если правообладатель дал специальное согласие на их импорт на территорию России. Таким образом, после вступления поправок в силу импорт данных товаров в Россию будет возможен независимо от места их введения в оборот.

Правообладатель сможет запрещать или ограничивать импорт в Россию товаров, введенных в оборот за пределами России, лишь при условии, что в России им будет локализовано производство взаимозаменяемых товаров.

Предусматривается, что проект вступит в силу с 1 января 2020 года. При этом Правительство РФ сможет определить отдельные виды и группы товаров, в отношении которых параллельный импорт будет разрешен раньше указанной даты.

К вопросу о легальности параллельного импорта в России

Опубликованный на прошлой неделе пост о внесении изменений в Законодательство о юрлицах наглядно продемонстрировал востребованность юридической информации для представителей малого бизнеса и основателей стартапов. Наши партнеры, юридическая фирма «Ветров и партнеры», готовы и впредь на регулярной основе заниматься освещением актуальных тем, связанных с юридической стороной iT-предпринимательства и оформления прав на интеллектуальную собственность.

Новый пост посвящен тому, с чего начинают многие стартапы, с целью заработать на запуск проекта – торгово-закупочной деятельности. Например, поставок новых моделей популярного iPhone в Россию, которая всегда была одной из последних в «очереди за айфонами».

Параллельный импорт

Сразу стоит отметить, что легальное определение «параллельного импорта» отсутствует. Между тем, исходя из сложившейся международной практики, под параллельным импортом обычно понимают ввоз «брендированной» продукции на территорию страны, где данная продукция не реализовывается самим правообладателем бренда или иным лицом с согласия правообладателя.
Теперь можно остановиться подробнее на отличительных признаках параллельного импорта.
Во-первых, под импортером понимается любое лицо, осуществляющее ввоз оригинальной продукции, а не уполномоченные правообладателем бренда субъекты (официальные дистрибьюторы, дилеры и др.).

Во-вторых, ввозимая продукция имеет отличительную (неповторимую) маркировку.
В-третьих, отсутствует разрешение правообладателя товарного знака на ввоз продукции (введение в оборот), то есть импортер и правообладатель не состоят в договорных отношениях.
Рассмотрим классическую схему с участием российского предпринимателя.
Российский предприниматель едет заграницу, где и приобретает партию оригинальных товаров для дальнейшей реализации на российском рынке. Предпринимателем движет естественное желание сэкономить, а также найти наиболее выгодное предложение, приемлемые условия сотрудничества.
Ведь закупать товары по завышенной цене у официального дистрибьютора куда менее выгодно, чем уплатить более низкую цену производителя, установленную, например, для третьих стран.
Получается, что предприниматель использует не официальный канал (действуя через официальных дистрибьюторов в стране их нахождения), а «параллельный». Отсюда и название всего механизма – «параллельный импорт» или «серый импорт». Впрочем в этой части предположим, читатель настоящего материала, получил подтверждение и так имеющейся у него информации.
Дальше перейдем к самому интересному вопросу. Легален ли параллельный импорт в Российской Федерации?
Для ответа на этот вопрос стоит начать с раскрытия главной категории, используемой в рассматриваемом вопроса, а именно с принципа исчерпания прав.
Суть данного принципа сводится к следующему.
Если правообладатель реализовал (ввел в гражданский оборот) свою продукцию, то он утрачивает право в дальнейшем диктовать новым собственникам продукции условия ее реализации, предъявлять требования, вытекающие из нарушения прав на товарный знак (например, о выплате компенсации), препятствовать дальнейшей перепродаже товаров.
Закрепление этого принципа обусловлено желанием обеспечить равенство между интересами правообладателя и интересами государства (общества).
Всего существует три разновидности принципа исчерпания прав (далее также ПИП): национальный, международный и региональный.
Национальный принцип предусматривает исчерпание исключительных прав правообладателя только при условии введения товара в оборот внутри страны. Несмотря на неоднократную реализацию товара за рубежом, для ввоза товара в страну с действующим национальным ПИП требуется согласие правообладателя товарного знака. Или другими словами, введение товара в оборот в стране производства товара означает исчерпание исключительных прав на товарный знак только в этой стране, а не автоматически во всех остальных странах мира.
Международный принцип предполагает исчерпание исключительного права на товарный знак в отношении продукции, которая была введена в оборот, как в стране производства товара, так и в любой другой стране мира.
Региональный принцип отличается от международного по признаку территориальности, продажа «брендированной» продукции на территории одного из регионов влечет исчерпание исключительного права на бренд и в других регионах.
В Российской Федерации действует национальный принцип исчерпания исключительных прав, в ЕС – региональный, а, например, в Китае — международный.
В российском законодательстве национальный ПИП закреплен непосредственно в ст. 1487 ГК РФ, которая предусматривает исчерпание исключительного права на товарный знак в отношении тех товаров, которые были введены в оборот на территории РФ непосредственно правообладателем или с его согласия.
Получается, на ввоз товара с оригинальной маркировкой в РФ должно быть получено согласие правообладателя бренда.
Согласно действующему российскому законодательству любое использование товарного знака без согласия правообладателя является незаконным (ст. 1484 ГК РФ). В указанной статье приводится лишь примерный перечень возможных способов использования товарного знака.
Ввоз маркированной товарным знаком продукции является самостоятельной формой использования товарного знака.
Ввоз оригинальной продукции без согласия правообладателя бренда является незаконным использованием бренда правообладателя, за которое предусмотрена гражданско-правовая ответственность.
Правообладатель товарного знака вправе воспользоваться способами защиты, которые предусмотрены общей нормой — ст. 1252 ГК РФ (требование о признании права, запрете использования и др.), а также специальной — ст. 1515 ГК РФ (требование о выплате убытков или компенсации).
Указанные выше права распространяются и на зарубежных правообладателей товарных знаков, чьи права были нарушены в результате параллельного импорта их продукции в Россию. Чаще всего пострадавшие от параллельного импорта правообладатели предъявляют к импортеру требования о запрете введения в оборот маркированной продукции, включая запрет ввоза, продажи, предложения к продаже, а также требование об уплате компенсации. Суммы взыскиваемой компенсации обычно варьируются в пределах от 1 млн руб. до 5 млн руб. Правда суды присуждают обычно лишь половину от заявленных сумм компенсаций.
Так суд удовлетворил требования компаний-правообладателей товарных знаков «LONGINES», «OMEGA», «RADO» о взыскании компенсации с ответчиков за предложение к продаже на территории РФ оригинальных часов, правда в меньшем от заявленного размере – по 2,5 млн руб. в пользу каждого из истцов. При этом, суд не принял довод одного из ответчиков о невозможности распространения территориального принципа исчерпания прав на сеть «Интернет» (Определение ВАС РФ об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ от 15.07.2014г. № ВАС-12583/13).
В судебной практике можно встретить и рекордно низкие суммы компенсаций, которые предъявляет к импортеру правообладатель товарного знака. Например, по одному из дел, правообладатель товарного знака на медицинское оборудование потребовал от импортера выплаты компенсации в размере 20 тыс. руб. (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.06.2014 по делу № А76–17672/2013).
А вот правообладателю бренда «KRUSOVICE» не повезло, суд снизил размер компенсации с 1 млн руб. (по 10 тыс. руб. за каждый факт нарушения – ввезено было 100 бутылок с оригинальной маркировкой) до 30 тыс. руб. (Постановление АС Московского округа от 25.02.2013г. по делу № А40-23850/12-27-216).
Может ли правообладатель потребовать от импортера изъять из оборота ввезенные им оригинальные товары и уничтожить.
Эти требования, а именно, изъятие из оборота и уничтожение за счет нарушителя могут быть заявлены правообладателем товарного знака только в отношении контрафактных товаров. Согласно действующей норме (ст. 1515 ГК РФ), под контрафактным товаром понимается товар, на котором незаконно размещен товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. Другими словами, контрафакт это всегда подделка.
Например в широко известном деле с участием правообладателя бренда Porsche Cayenne S, суд не нашел оснований для признания ввезенных автомобилей контрафактом. Ведь автомобили имели оригинальную маркировку, которая была нанесена сами правообладателем. (Постановление ВАС РФ от 03.02.2009 по делу № А40-9281/08-145-128).
Предмет параллельного импорта не является контрафактным товаром в силу того, что был произведен и маркирован без нарушения исключительных прав третьих лиц. А значит, правообладатели не могут наказывать импортеров с помощью санкций гражданско-правовой ответственности, предусмотренных за реализацию контрафактных товаров. Так, производитель моторных масел «MAGNATEC» и «EDGE» обратился в суд с иском к компании «КАСТРОЛ ЛИМИТЕД», в частности, с требованиями об изъятии и уничтожении незаконно ввезенной продукции, именуя ее контрафактом. Между тем суд, отказал в удовлетворении требований по мотивам, изложенным выше (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.10.2013 г. по делу № А53–33004/2012).
Не всегда параллельный импорт был вне гражданско-правового поля. Так, три года назад, суды были более лояльны к нарушителям нежели к возмущенным правообладателям брендов. Количество отказов в исках существенно превалировало над количеством судебных актов, вынесенных в пользу правообладателей. Мотивировка судей сводилась к следующему: раз правообладатель бренда ввел товары в оборот заграницей, значит, имело место исчерпание его исключительных прав, а значит, его требования носят неуместный характер. Таким образом, суды по каким-то причинам придерживались международного принципа исчерпания исключительных прав при фактически закрепленном в России национальном принципе. Неудивительно, что большинство подобных решений были отменены вышестоящими судебными инстанциями.

Параллельный импорт и административная ответственность

Однозначно, за параллельный импорт на нарушителей распространяются некоторые санкции гражданско-правовой ответственности, а вот как быть с мерами административной ответственности?
За незаконное использование товарного знака предусмотрена административная ответственность (ст. 14.10 КоАП). Из арбитражной практики, в частности из Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 11 недвусмысленно усматривается, что санкции ст. 14.10 КоАП распространяются только на лиц, осуществляющих производство, реализацию контрафактных товаров. Таким образом, предприниматели, практикующие параллельный импорт, могут с легкостью выдохнуть, им административная ответственность за незаконный ввоз уникальных товаров не сулит.

Выше были описаны, какими правовыми рычагами могут пользоваться правообладатели, чьи права были нарушены в результате параллельного импорта. А какие контрдоводы чаще всего используют нарушители?
Приведем некоторые из них.
Довод нарушителя о том, что он ввозит товар не для коммерческой реализации, производит впечатление просто детского лепета и сразу отклоняется судами как необоснованный.
Ключевым же аргументом в позиции ответчика является его аргумент о том, что действия правообладателя направлены на ограничение конкуренции, и есть не что иное, как злоупотребление правом. На самом деле приведенные аргументы отражают и позицию ФАС, которая активно выступает за легализацию рассматриваемого вида импорта в России. Положительный эффект от подобного выразился бы в стимулировании конкуренции, расширении каналов поставки товаров, а также в удовлетворении интересов конечного потребителя.
Естественно все вышеописанное совсем не отвечает интересам международных компаний, которые хотят иметь монополию на свою продукцию и спокойно диктовать дистрибьюторам условия ее реализации.
Пока что представители малого бизнеса, даже при поддержке ФАС, не могут пролоббировать устраивающие их поправки в ГК РФ, которые бы узаконили параллельный импорт. Изменится ли подход законодателя, а равно и судебная практика по этому вопросу покажет время. Особо после объединения ВАС РФ и ВС РФ. А пока мелким импортерам следует опасаться только судебных разбирательств в арбитраже, по результатам которых они могут легко и ненавязчиво расстаться с кругленькой суммой.

Вопрос включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров в настоящее время является одним из самых актуальных и спорных среди представителей государственных органов и участников внешнеторговой деятельности. Все чаще данный вопрос является предметом судебных разбирательств в арбитражных судах России.
Понятие лицензионного договора и лицензионных платежей.
В соответствии с частью 1 статьи 1235 Гражданского кодекса РФ по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицезиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.
Следует отметить, что исключительное право, которое выступает объектом лицензионного договора, по своей природе является имущественным правом. Это означает, что названное право оборотоспособно, динамично и имеет меновую стоимость (Ю.Т.Гульбин. Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации // Законодательство, 2010. № 4). По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лизензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное (П. 5 ст. 1235 ГК РФ.). Если лицензионным договором прямо не предусмотрена его безвозмездность, но при этом в нем не согласовано условие о размере вознаграждения или о порядке его определения, соответствующий договор в силу абзаца второго пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса РФ считается незаключенным (П. 13.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г. N 5/29.).
Таким образом, лицензионные платежи, или роялти (от английского royalty) – это вознаграждение продавцу (лицензиару) за предоставленное покупателю (лицензиату) право на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации (изготовление ввозимых товаров, «ноу-хау», продажу на экспорт ввозимых товаров, в том числе торговых марок, использование и перепродажу ввозимых товаров).
Согласно российскому законодательству, лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности подлежат включению в таможенную стоимость товаров. Таможенная стоимость является основой для исчисления таможенных платежей. В связи с тем, что таможенные платежи составляют более 50 процентов доходной части федерального бюджета, становится очевидной важность включения всех дополнительных начислений в таможенную стоимость товаров, в том числе и лицензионных платежей.
Обязанность по взиманию таможенных платежей возложена на таможенные органы РФ. Кроме того, таможенные органы выполняют функцию по пресечению незаконного оборота объектов интеллектуальной собственности. При проведении таможенного оформления и таможенного контроля таможенные органы особое внимание уделяют проверке наличия у импортера лицензионного соглашения и факта уплаты импортером платежей за использование объектов интеллектуальной собственности.
На практике сложилась следующая ситуация: если декларантом при наличии возмездного лицензионного договора не включены в таможенную стоимость лицензионные платежи, таможенный орган осуществляет корректировку таможенной стоимости и выставляет требование об уплате таможенных платежей. При этом в отношении декларанта или таможенного брокера (представителя) (Согласно статье 12 Таможенного кодекса таможенного союза, вступившего в силу с 01.07.2010, таможенные операции от имени и по поручению декларанта осуществляет таможенный представитель) на основании части 2 статьи 16.2 КоАП РФ может быть возбуждено дело об административном правонарушении.
Позиция участников внешнеторговой деятельности.
Уплатив по требованию таможенного органа недостающие таможенные платежи, участники внешнеторговой деятельности и таможенные брокеры (представители) обращаются в арбитражный суд в целях обжалования решений таможенных органов на основании условий включения лицензионных платежей в таможенную стоимость, предусмотренных законодательством.
В соответствии с нормами подпункта 3 пункта 1 статьи 19.1 Закона РФ от 21.05.1993 № 5003-1 «О таможенном тарифе», действовавшими до 1 июля 2010, лицензионные платежи подлежали включению в таможенную стоимость товаров при соблюдении следующих условий: лицензионные платежи должны относиться к оцениваемым товарам; покупатель прямо или косвенно должен уплатить их в качестве условия продажи таких товаров, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате; лицензионные платежи должны относиться только к ввозимым товарам.
Судебная практика.
Судебная практика относительно включения лицензионных платежей в таможенную стоимость складывается следующим образом. ФАС МО своими постановлениями от 20.04.09 № КА-А40/2009, от 05.05.09 № КА-А40/3422-09 признал несостоятельными доводы заявителя о том, что лицензионные платежи не являются условием продажи товаров, ни прямо, ни косвенно не перечисляются поставщику товаров, не относятся к ввозимым товарам. В судебных постановлениях указано, что Законом РФ «О таможенном тарифе» не установлено, что обязанность уплаты лицензионных платежей должна быть одним из условий продажи в рамках внешнеторгового контракта. В связи с этим возникает вопрос, в каких случаях вообще соблюдается это условие, предусмотренное Законом РФ «О таможенном тарифе», из каких документов должно следовать, что уплата лицензионных платежей является условием продажи товаров?
ФАС Московского округа своими постановлениями от 23.03.10 № КА-А41/2243-10 и от 26.03.10 № КА-А41/2366-10 также оставил без удовлетворения кассационные жалобы, в которых заявитель ссылался на несоответствие выводов судов о правомерности включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров требованиям Закона «О таможенном тарифе».
Таким образом, при формировании судебной практики намечается следующая тенденция: если товары, ввозимые на территорию РФ, содержат объект интеллектуальной собственности в виде товарного знака, за использование которого уплачиваются лицензионные платежи, не включенные в цену товаров, то такие платежи должны быть включены в структуру таможенной стоимости. Доводы импортеров о несоответствии требований о включении платежей по отдельно взятым лицензионным договорам в таможенную стоимость законодательству РФ, признаются судами несостоятельными. Вместе с тем, подобные дела до сих пор не рассматривались Высшим арбитражным судом РФ.
Не лицензиат, а уполномоченный импортер.
Следует отметить, что нередко импортеры известных торговых марок не заключают лицензионные соглашения и не перечисляют платежи за использование объектов интеллектуальной собственности правообладателю. Такие организации называются уполномоченными импортерами, не являясь при этом лицензиатами. Возможность перехода права собственности на вещь без перехода или предоставления интеллектуальных прав на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, выраженные в этой вещи, закреплена частью 2 статьи 1227 Гражданского кодекса РФ. Кроме того, согласно статье 1487 Гражданского кодекса РФ, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.
Федеральная таможенная служба РФ ведет Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности. Согласно п. 2 статьи 330 Таможенного кодекса Таможенного союза, вступившего в силу с 01.07.2010, таможенный орган включает в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности, который ведется в таможенном органе государства — члена таможенного союза, объекты интеллектуальной собственности, которые подлежат защите на территории государства — члена таможенного союза, в соответствии с законодательством этого государства. Кроме того, п. 3 статьи 330 Таможенного кодекса таможенного союза, а также Соглашением от 21.05.2010 «О едином таможенном реестре объектов интеллектуальной собственности государств — членов таможенного союза» предусмотрен Единый таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности государств — членов таможенного союза.
Если сведения об объекте интеллектуальной собственности отсутствуют в Таможенном реестре, для того, чтобы получить информацию о регистрации товарного знака в соответствии с законодательством РФ, необходимо обратиться к базам данных Роспатента. Однако даже при зарегистрированном товарном знаке платежи за использование объектов интеллектуальной собственности могут импортером не перечисляться. Лицензиатом может являться иностранная компания, которая уплачивает все лицензионные платежи за использование торговой марки ее дочерними предприятиями.
Таким образом, о факте перечисления роялти можно достоверно узнать только у самого импортера или у правообладателя. Именно поэтому факт уплаты лицензионных платежей нередко выявляется только в результате таможенной ревизии уже после выпуска товаров в свободное обращение.
Лицензионное соглашение или иной договор?
Согласно Закону «О таможенном тарифе», а также действующему в настоящее время законодательству таможенного союза (п. 1 ст. 5 Соглашения от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза».), к таможенной стоимости ввозимых товаров помимо лицензионных платежей добавляются иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности.
Таким образом, если у декларанта имеется не лицензионное соглашение, а договор коммерческой концессии, либо иной договор, котором предусмотрены перечисления за использование объектов интеллектуальной собственности, такие платежи добавляются к таможенной стоимости. Письмо Минфина России от 03.12.09 № 03-10-06/80 разъясняет, что не установлен конкретный вид договора, в котором должна определяться необходимость уплаты лицензионных платежей в качестве условия продажи товаров, так как эти вопросы являются частью договорных отношений между лицензиатом и правообладателем, которые могут быть оформлены лицензионным договором, договором купли-продажи товаров либо иным видом договора.
Рекомендации импортерам — как снизить затраты.
Если у организации имеется лицензионное соглашение, либо иной договор, предусматривающий перечисление платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, в интересах лицензиата предоставить таможенному органу все документы, подтверждающие наличие и размер лицензионных платежей. Информация об условиях лицензионного соглашения, бухгалтерские справки с приведением расчета лицензионных платежей помогут избежать лишних расходов, так как при отсутствии подробного расчета со стороны импортера таможенный орган рассчитает роялти самостоятельно.
В письме ФТС России от 22.09.2008 № 05-33/39045 указано, что не представляется возможным выработать универсальные способы расчета лицензионных платежей, такой расчет должен производиться применительно к конкретным обстоятельствам и условиям лицензионного договора, в зависимости от имеющихся у декларанта документов. Таким образом, в интересах декларанта сделать расчет лицензионных платежей простым и понятным, подготовить пакет документов и свою методику расчета лицензионных платежей, исходя из конкретных обстоятельств сделки, включив в расчет те платежи, уплата которых предусмотрена законодательством.
О перспективе включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров необходимо задуматься уже на стадии согласования условий лицензионного соглашения. Например, в лицензионном соглашении должны быть разделены суммы роялти за ввозимые товары и суммы роялти за передачу прав за производство товаров, их продажу, рекламу и пр. Если такого разделения не будет, таможенный орган рассчитает размер роялти по максимуму.
Немаловажным на стадии подготовки лицензионного соглашения является проработка условий уплаты лицензионных платежей. В качестве основы для расчета лицензионного платежа стороны могут выбрать как стоимость, установленную внешнеторговым контрактом («инвойсную» стоимость), так и стоимость продажи товара на территории России. Расчет роялти от «инвойсной» стоимости представляется наиболее простым и удобным с точки зрения расчета таможенной стоимости, так как цена товаров по инвойсу известна на момент их ввоза. Однако, здесь следует учитывать, насколько выгодным такой расчет роялти является для обеих сторон, и возможно ли убедить иностранного контрагента в целесообразности такого расчета.
Смотрим вперед — перспективы законодательства.
В настоящее время Россия, Беларусь и Казахстан находятся в процессе формирования таможенного союза и единого экономического пространства. С 1 января 2010 года действует Единый таможенный тариф, а с 1 июля 2010 вступил в силу Таможенный кодекс таможенного союза.
В ходе формирования таможенного союза был принят ряд международных соглашений и протоколов, регулирующих вопросы таможенной стоимости, в том числе Соглашение от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза». Согласно статье 5 указанного Соглашения, при определении таможенной стоимости ввозимых товаров добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (включая платежи за патенты, товарные знаки, авторские права), которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи оцениваемых товаров, в размере, не включенным в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.
При этом в Соглашении указано, что при определении таможенной стоимости ввозимых товаров не должны добавляться к цене платежи за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, если такие платежи не являются условием продажи ввозимых товаров для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза. Таким образом, если из документов импортера будет следовать, что лицензионные платежи, уплачиваемые за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, не являются условием продажи этих товаров для вывоза на территорию таможенного союза, то такие платежи, в соответствии с законодательством таможенного союза не будут включаться в таможенную стоимость товаров.
Немаловажным для импортеров является тот факт, что согласно Концепции совершенствования Раздела VII Гражданского кодекса РФ предполагается ввести уведомительный порядок регистрации лицензионных договоров (без проверки самого договора), что позволит упростить процедуру его вступления в силу и сократить сроки рассмотрения соответствующих заявлений регистрирующими органами (П. 3.6. Концепции совершенствования Раздела VII Гражданского кодекса Российской Федерации «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации»). Очевидно, что намечается тенденция упрощения процедуры регистрации лицензионных договоров.
Таким образом, планирование ввоза товаров, содержащих объекты интеллектуальной собственности, должно осуществляться импортерами с учетом положений национального законодательства и законодательства таможенного союза. Только комплексный подход участников внешнеэкономической деятельности к заключению лицензионного соглашения и формированию пакета документов для таможенных целей позволит избежать серьезных проблем при совершении таможенных операций в отношении данной категории товаров.
Опубликовано в журнале
«Таможенное обозрение»
в октябре 2010 года

Параллельный импорт: проблемы и перспективы

Параллельный импорт стал предметом споров еще в 2011 году, когда ФАС предложила отменить национальный принцип исчерпания исключительного права на товарный знак, то есть позволить осуществлять параллельный импорт в РФ. В настоящий момент изменения в законодательство по параллельному импорту не внесены, а дискуссия продолжает разрастаться, вовлекая все новых участников, выступающих «за» или «против» этого.

Что такое параллельный импорт

Официальные дистрибьюторы (как частные предприниматели, так и юридические лица) – распространители продукции промышленных производителей в других странах. Их работа заключается в сбыте продукции, которая имеет маркировку товарным знаком правообладателя, на оговоренной территории. Дистрибьютор действует от своего лица или от имени правообладателя. В дополнении к этим функциям он может оказывать иностранному партнеру другие услуги, если это прописано договором.

Параллельный импорт – ввоз на территорию страны оригинальных товаров, имеющих маркировку товарным знаком с разрешения правообладателя, лицами, не имеющими документированного согласия от правообладателя на их ввоз, который происходит через задействование параллельных, альтернативных каналов, а не через работу с аккредитованным дистрибьютором. Чаще всего правообладатель даже не в курсе существования этих параллельных каналов.

Во всем мире установлено два главных правила ограничения (исчерпания) исключительных прав правообладателей: международный и национальный.

Международный принцип исчерпания прав (Китай и пр.) строится на том, что правообладатель, реализовав продукцию в любой стране, больше не может указывать новым собственникам, что делать с этой продукцией дальше. Поэтому новый владелец может перевозить товар через границу, внедрять его в гражданский оборот других стран и совершать любые уместные в его понимании манипуляции.

В России с 2002 года действует национальный (территориальный) принцип, когда исключительные права на товарный знак могут быть признаны исчерпанными лишь тогда, когда товар введен в оборот внутри этого государства. И в случае, когда в стране функционирует подход исчерпания права по национальному принципу, импорт сюда товаров, которые уже не раз перепродавались за рубежом, позволителен при наличии разрешения от владельца товарного знака.

С момента утверждения этого принципа деятельность некоторых отечественных компаний и предпринимателей оказалась вне закона. Дистрибьюторов обязали согласовывать с правообладателями импорт, хранение и введение в оборот продукции в формате соглашений (об уступке права либо о выдаче лицензии).

Региональный подход к исчерпанию прав определяет, что введение продукции в оборот в одном регионе (допустим, это любая страна Евросоюза) ведет к исчерпанию прав в отношении дальнейшей продажи этого товара в любую из союзных стран. Плюс для оригинальной продукции, ввозимой в ЕС, таможенные меры, которые применяются для защиты товарных знаков, не принимаются.

Контрафактом сегодня называют не только подделку. Это может быть оригинальная продукция, которая ввозится на территорию страны недостоверно задекларированной. Параллельный импорт получил дополнительные названия: «контрафакт» / «серый импорт». Это акцентирует внимание потребителей на том, что продукция была провезена незаконным путем.

Законодательство РФ следит за соблюдением интересов зарубежных правообладателей. Сегодня иностранные фирмы имеют право санкционировать импорт в нашу страну лишь устарелых, давно лежащих на складе образцов продукции или продукции с ограниченной комплектацией. То есть в РФ возможен ввоз продукции с более низкими потребительскими свойствами (сравнительно с подобными моделями, ввозимыми в остальные страны) и при назначении более высокой стоимости продажи (если сравнивать с обычной ценой).

Гражданский кодекс Российской Федерации дает право арбитражным судам считать, что введение в оборот оригинальных товаров, не предназначенных для продажи в России без согласия правообладателя (параллельный импорт), нарушает его исключительное право на соответствующий товарный знак.

Чтобы вовремя и продуктивно останавливать параллельный импорт, Федеральная таможенная служба РФ учредила Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности, чтобы оберегать интересы правообладателей. Схема работы реестра такова: правообладатель вносит в него данные о товарных знаках и о получивших разрешение на их использование (сюда включается разрешение на перемещение через границу, введение в оборот). Опираясь на имеющуюся в реестре информацию, работники таможни имеют возможность обнаруживать нарушителей, осуществляющих параллельный импорт, приостанавливать выпуск продукции, останавливать ввоз контрафакта и сообщать правообладателям о нарушении их прав.

Читайте статью: Импортозамещение в России как метод стабилизации экономики

Нужна ли легализация параллельного импорта

Правительство придерживается мнения, что параллельный импорт может быть легализован. Это позволит уменьшить рост кризиса в стране путем снижения цен на зарубежные товары. Появится возможность осуществлять их закупку в странах по более низкой стоимости, после чего ввозить товар в РФ, не имея согласия правообладателя или производителя.

Преимущества введения параллельного импорта в РФ:

  • Если параллельный импорт будет легализован, это приведет к уменьшению случаев ущемления прав отечественных потребителей со стороны правообладателей (касается цен, качества и ассортимента продукции).

  • Легализация параллельного импорта предотвратит потенциальные лимитации поставок продукции по решению государственных органов или правообладателей.

  • При легализации параллельного импорта появится возможность прекратить действия ограничения на работу малого и среднего бизнеса (что будет способствовать образованию новых рабочих мест).

  • По итогам легализации параллельного импорта будет снижена стоимость продукции известных марок, потому что появится конкуренция между официальными представителями правообладателя и независимыми импортёрами.

  • Параллельный импорт позволит осуществлять покупку иностранных товаров в более сжатые сроки.

  • Создание и рост конкурентных условий на рынке позволит расширить ассортимент товаров известных брендов (и, соответственно, станет причиной снижения цен) для покупателя.

Недостатки легализации параллельного импорта:

  • Иностранные предприятия будут меньше инвестировать в отечественную экономику (в первую очередь в производство «иностранных» товаров в РФ), поскольку маркетинговые и сервисные расходы вырастут, а значит, исчезнут рабочие места.

  • Таможенный контроль будет ослаблен, соответственно, увеличится теневой сектор экономики, вырастет процент контрафактного товара, параллельных каналов импорта, а налоговых вливаний в бюджет станет меньше.

  • Параллельные схемы спровоцируют риск, что усилит недобросовестную конкуренцию.

  • Фактически параллельный импорт приведет к отсутствию ответственности за низкокачественный товар, поскольку осуществлять импорт сможет даже компания-однодневка.

  • Параллельный импорт снизит качество послепродажного сопровождения и обслуживания продукции.

  • Сама экономика РФ будет больше зависеть не от развития отечественной промышленности, а от импорта.

Еще одним минусом можно назвать следующее: если легализовать параллельный импорт, снизится мотивация для внутреннего производства, а политика импортозамещения будет менее актуальна.

Параллельный импорт лекарственных средств: за и против

Параллельный импорт лекарственных средств имеет плюсы и значительные недостатки. Должностные лица полагают, что, во-первых, будут осуществляться регулярные поставки нужных фармацевтических товаров, во-вторых, это позволит уменьшить стоимость лекарств благодаря свободе их перемещения и росту конкуренции.

РФ зависит от импорта в огромных масштабах: более 70% лекарств на рынке зарубежные, а основные поставщики – Германия (21,4% в импорте) и Франция (9,9%). Если опираться на обобщенные данные, из всего количества импортируемых в Россию лекарств 78,6% поставляет Евросоюз. Поэтому довольно легко нарисовать картинку того, как будет развиваться ситуация, если параллельный импорт в фармацевтической сфере будет легализован или если зарубежные компании начнут давить на поставщиков и их фирмы. Тем не менее желание сделать параллельный импорт официальным объяснимо в ситуации кризиса или в момент резкого роста цен, вызванного девальвацией рубля.

При этом минусов легализации параллельного импорта больше и они более значимы:

1. Возникает опасность увеличения количества продукции с низким качеством или контрафактов. На текущий момент, по данным экспертов, порядка 12% лекарственных средств в России – это подделки. Данные, например, по антибиотикам и болеутоляющим свидетельствуют, что фальшивок около 40%. Росздравнадзор утверждает, что в прошлом году на территории РФ было конфисковано около 2 млн. поддельных упаковок и содержащихся в них лекарств, качество которых не соответствовало требованиям. Та модель параллельного импорта, которую предлагают чиновники, ослабит таможенный контроль и приведет к росту доли контрафактной продукции. Качество лекарств может снизиться, так как довольно затруднительно контролировать деятельность всех существующих компаний, занимающихся импортом, которые при этом не являются официальными представителями производителя. Тогда как до легализации официальные дистрибьюторы боялись потерять репутацию и контролировали качество и условия хранения фармацевтических средств.

2. Не факт, что будут снижаться цены на лекарственные препараты, поскольку их устанавливают сети аптек, а они, в свою очередь, будут ориентироваться на увеличившиеся после резкого падения рубля цены. Неоднократно прокурорские проверки обнаруживали случаи завышения стоимости в розничных сетях. Министр здравоохранения называет такие данные: в 2-2,5 раза увеличилась цена на лекарства из дешевого сегмента в некоторых областях. Докризисный соцопрос показывает, что двое из трех граждан России приобретают лекарственные средства очень часто, а один из 10 все время в них нуждается. Примерно 1/3 жителей страны недовольна ситуацией, сложившейся вокруг медицины и фармацевтических препаратов, так как людей не устраивают повышенные цены. Так 46% россиян хоть раз сталкивалось с проблемой невозможности приобретения нужного лекарства по причине его высокой цены.

Можно также говорить, что снижение цен на лекарства – это не цель легализации параллельного импорта, поскольку на данном этапе это невозможно. В действительности Правительство хочет назначить только максимально возможную цену на избранные жизненно важные лекарства. С 1 января 2017 года вступил в силу Федеральный закон «О внесении изменений в статью 61 Федерального закона «Об обращении лекарственных средств». В законе говорится, что Правительство имеет право координировать и индексировать предельные отпускные цены на отдельные важнейшие группы лекарств, опираясь на социальные и экономические нюансы. Однако данные Минздрава РФ подчеркивают, что стоимость этих товаров, например, в 2015 году выросла в целом на 16,9%, при этом препараты нижней ценовой категории выросли в стоимости на 28%, а высшей – на 12,6% (по усредненным данным).

3. Если параллельный импорт лекарств будет легализован, соответственно, снизится процент продаж отечественных аналогов, поскольку появится более широкий выбор производителей.

4. Производства, находящиеся на территории РФ (включая и организованные иностранными организациями), окажутся в зоне риска. Порядка 40% представителей фирм, которые инвестировали в производство фармацевтических препаратов на территории РФ, сообщили, что всерьез задумаются о переводе своих компаний в другие государства. Это, в свою очередь, чревато уменьшением количества рабочих мест и, соответственно, ростом безработицы.

Решение о легализации параллельного импорта идет вразрез с планом по импортозамещению. Должностные лица высказывают варианты решения проблем в сфере лекарственных препаратов лишь на какой-то период, что в перспективе их только усилит в то время, когда нужно решать вопрос поддержки отечественных производителей, уменьшать зависимость экономической ситуации от импорта и пр. Проблемы в сфере лекарств становятся все глобальнее, что не может не сказаться на здоровье граждан.

Какая сейчас предусмотрена ответственность за параллельный импорт: судебная практика

Для более полного понимания сути параллельного импорта рассмотрим его на примерах из судебной практики. Если человек замечен в проведении параллельного импорта, на него распространяются нормы гражданско-правовой и административной ответственности.

1. Известна история 2009 года. Фирма под названием «Генезис» ввозила на территорию РФ непригодный для эксплуатации автомобиль марки «PORSCHE CAYENNES». Неоднократно средства массовой информации сообщали, что ФАС РФ позволила параллельный импорт и что судебная практика будет развиваться в новом направлении, но это не отражало главного.

В 2007 году «Генезис» перевезла через таможню «PORSCHE CAYENNES». Компания-владелец исключительных прав на использование в РФ товарных знаков «PORSCHE» и «CAYENNE» «Порше Руссланд» отправила в таможню заявление о нарушении ее права на товарный знак. Таможня отправила дело в арбитражный суд. Его решением «Генезис» была привлечена к административной ответственности по статье 14.10 Кодекса об административных нарушениях РФ (производство в целях сбыта или реализация продукции, содержащей незаконное воспроизведение, в частности, чужого товарного знака, влечет наложение административного штрафа). Арбитражный апелляционный суд РФ согласился с вынесенным решением. Но, привлекая «Генезис» к административной ответственности, ни один из судов не учел, что автомобиль марки «PORSCHE CAYENNES» был выпущен правообладателем одноименных брендов, поэтому он не содержит признаков их незаконного воспроизведения. То есть указанный автомобиль не контрафакт, и по этой статье «Генезис» нельзя привлечь к административной ответственности.

2. Победитель аукциона Минздрава Краснодарского края на поставку коронарных стентов заключил контракт на 16 млн. рублей (при начальной цене 31 млн. рублей) и закупил стенты производителя «Abbott» (США) у немецкого поставщика.

По решению суда контракт расторгли из-за претензий «Abbott» о нарушении исключительных прав.

После проведения нового аукциона Минздрав заключил контракты с официальным дилером «Abbott» в РФ на всю сумму выделяемых государством средств на этот заказ – 31 млн. рублей.

3. В начале ноября 2011 года Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленобласти рассмотрел иск организации «LonginesWatchCo, FrancillonLtd» к ООО «БЭСТВОТЧ.РУ» с такими требованиями (дело № А56-31546/2011):

  • Остановить всю деятельность «БЭСТВОТЧ.РУ» по введению в гражданский оборот в России продукции с торговым знаком «LONGINES», если у них нет согласия правообладателя «LonginesWatchCo, FrancillonLtd».

  • Предписать ООО «БЭСТВОТЧ.РУ» выплату денежной компенсации за неправомерное использование товарного знака «LONGINES» в размере 5 млн. рублей.

Арбитражный суд установил, что «БЭСТВОТЧ.РУ» продавала через сайт в Интернете (bestwatch.ru) продукцию под знаком «LONGINES», не согласовав это с правообладателями – «LonginesWatchCo, FrancillonLtd». Это было подтверждено нотариальным протоколом осмотра сайта, приравненным к возможным доказательствам, которые могут допускаться для разбирательства (ст. 68 АПК РФ).

Еще в материалах дела имелось документальное свидетельство уполномоченного поставщика бренда «LONGINES», что часы, продававшиеся через интернет-магазин «bestwatch.ru», не ввозились ими на территорию РФ.

По факту Арбитражный суд в первой инстанции удовлетворил претензии «LonginesWatchCo, FrancillonLtd», лишь уменьшив денежную компенсацию до 3 млн. рублей.

Вердикт суда был обжалован «БЭСТВОТЧ.РУ» в апелляционной инстанции, и Тринадцатый Арбитражный суд определил, что суд первой инстанции необоснованно удовлетворил поданный на основании ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации иск, так как не было доказательств наличия характеристик контрафактной продукции.

Затем в июле 2012 года Кассационная инстанция аннулировала решение и акцентировала аргументированность и справедливость вердикта первой инстанции.

Представители «БЭСТВОТЧ.РУ» обратились в Высший арбитражный суд РФ, где после проведения дополнительной проверки обстоятельств дела и решений нижестоящих судов постановили, что не имеется достаточного количества причин для передачи дела на пересмотр в Президиум ВАС РФ, и «БЭСТВОТЧ.РУ» было отказано в жалобе.

Это наиболее яркий пример для большей части интернет-магазинов, потому что около 80% занимаются параллельным импортом, не имея согласия правообладателя.

4. В 2013 году в США произошло судебное разбирательство, касавшееся тайского студента, заподозренного в незаконном распространении продукции на территории США. Молодой человек покупал учебники за $30, а затем торговал ими в Интернете. Нюанс в том, что в офлайне эти же пособия стоили $200. Студент выручил $37 000, занимаясь этими продажами. В завершении следствия его оправдали.

5. В конце 2014 год фирма, которая входит в группу британо-нидерландской «RoyalDutchShell», требовала вынесение запрета для ООО «РавенолРуссланд» на использование продукции с их товарным знаком (автомобильные масла марки «Shell», «ShellOmala», «ShellHelix», «Spirax», «Tellus», «Gadus», «Rimula», «ShellFormula», «Rotella» и прочие). Еще «ShellBrandsInternational» потребовала компенсацию в сумме 10,8 млн. рублей за введение в оборот на территории РФ без согласия правообладателя продукции с их товарным знаком.

Суд Ростова подтвердил нарушения со стороны параллельного импортера и частично удовлетворил исковые требования, однако ООО «РавенолРуссланд» пожали жалобу в Суд по интеллектуальным правам (СИП).

Суд по интеллектуальным правам (СИП) согласился с решением ростовского суда, запретившим по иску фирмы «ShellBrandsInternational» параллельный импортер ООО «РавенолРуссланд» – ввоз и продажу автомобильных масел «Shell» без согласия правообладателя. Также СИП обязал ООО выплатить компенсацию в размере 4,1 млн. рублей за нарушение прав правообладателя на товарные знаки.

Выплаченная компенсация – одна из самых крупных выплат в российской судебной практике для этой категории разногласий.

Читайте статью: Анализ внешнеэкономической деятельности в условиях экспорта и импорта

Параллельный импорт в мировой практике

ЕС заметил резко возросшие объемы контрафактных товаров. Рост оборота контрафакта фармацевтических препаратов объясняется открытием рынка, когда бывает проблематично остановить ввоз и распространение препаратов-подделок из ЕС в другие страны. Международные эксперты подчеркивают, что объем контрафактных товаров начинает варьироваться тогда, когда меняются приоритеты с легализации на запрет на параллельный импорт и наоборот.

Компании, занимающиеся параллельным импортом в ЕС, называют свою деятельность положительной, потому что в ходе переупаковки препаратов легче и быстрее обнаруживать контрафактные товары, если сравнивать с официальными цепочками дистрибьюторов.

Некоторые страны вводят ограниченное количество мест таможенного контроля зарубежных препаратов. Это делается с той целью, чтобы подобные товары провозились лишь через специальные таможенные посты. Такой ход позволяет уменьшить опасность ввоза контрафакта. Специализированные таможенные посты часто возглавляются специалистами соответствующих государственных органов надзора. Кроме этого, там дежурят представители правообладателей для проверки ввозимых препаратов.

С 1993 года в США функционирует LEVER-правило, в котором говорится, что параллельный импорт запрещен при наличии физических и материальных расхождений между товарами, изготовленными для США, и «серым» импортом. Нужно отметить, что раньше параллельный импорт в стране действовал вместе с официальным, а также функционировал международный принцип исчерпания. Дело Lever Bros. Co. v. United States показало, что разница в товаре (физическая и материальная) дезориентирует покупателя. Например, компания «LeverBrothersCompany» из США и ее дочерняя фирма «Lever Brothers Limited» в Великобритании производили парфюмерное мыло под маркой «ТМ Shield» и жидкость для мытья посуды под названием «ТМ Sunlight». Торговые марки имели регистрацию в США и Великобритании. Когда вступил запрет на параллельный импорт, «Lever Brothers Company» указывала на разницу в товаре с опорой на разные предпочтения покупателей и на то, что версия «Shield» из США имеет сертификат FDA, а в составе этого товара есть компонент, усиливающий свойства мыла. «Sunlight» из Великобритании, по сравнению с американским аналогом, создавал меньше пены и предназначался для воды с повышенной жесткостью. «Lever Brothers Company» доказывала свои данные большим числом жалоб американских покупателей, купивших товар из Великобритании, который не соответствовал их требованиям.

Сегодня это правило широко работает в США. В действительности всегда можно обнаружить «материальную и физическую» (material and physical) разницу товаров. Параллельный импорт товаров с маркировкой «ТМ COLGATE» был запрещен, когда обнаружились приведенные ниже факты:

  • Различия в маркировке.

  • Разница в требованиях FDA к описанию DRUG FACTS.

  • «Серые» товары имели сертификаты стоматологической ассоциации не из США.

  • «Серые» товары имели маркировку не на английском языке.

Если говорить о запрете параллельного импорта в пищевой промышленности, можно привести пример – дело о товарах «RED BULL», где запрет на продукцию опирался на:

  • Разные языки маркировки, отличия в текстах на банках.

  • Различия в информации на банках.

  • Отсутствие на товарах сведений о контроле качества в США.

Дело Societe Des Produits Nestle, S.A. v. Casa Helvetia – наглядный тому пример. «Nestle» зарегистрировала ТМ «PERUGINA» для шоколада, производимого в Италии для большей части стран. «Casa Helvetia» был его дистрибьютором в Пуэрто-Рико до того момента, пока «Nestle» не передала все права своему дочернему предприятию «Nestle Puerto Rico, Inc.» (Nestle P.R.).

«Nestle» позволила изготавливать и сбывать шоколадную продукцию под знаком ТМ «PERUGINA» в Венесуэле компании «Distribuidora Nacional de Alimentos La Universal S.A», при этом венесуэльский шоколад отличался от итальянского упаковкой, входящими туда компонентами и стоимостью. «Casa Helvetia», не получив согласия «Nestle», начала ввоз и импорт венесуэльского шоколада в Пуэрто-Рико.

Апелляционный суд по делу постановил: отличия шоколада владельца ТМ и шоколада, обвиняемого в «сером» импорте, ведет к презумпции заблуждения потребителя. Если импортер хочет ввозить продукцию в США и противостоять «серому» импорту, нужно сделать отличия в упаковке или составе. Иначе необходимо указать на другие отличия в продукции для разных рынков.

Когда планируется работа с таможенным реестром США и предполагается запретить параллельный импорт, нужны две формы заявлений. Основное, где собраны данные о внесении объекта интеллектуальной собственности в таможенный реестр, и дополнительное – о применении LEVER-правила с перечнем потенциальных различий между оригинальными для рынка США и производимыми для прочих рынков товарами.

В 50-60-е годы запрет на параллельный импорт действовал в Японии, а сейчас он там легален (действует принцип международного исчерпания прав), и претензии правообладателей и уполномоченных импортеров по запрету параллельного импорта воспринимаются как нарушение антимонополии. Руководство по дистрибьюторским системам и моделям ведения бизнеса подчеркивает, что параллельный импорт помогает ценовой конкуренции. Значит, завышение цен можно расценить как затруднение параллельного импорта и нарушение антимонопольных законов. Таким образом, ограничения дистрибьюторов по торговле «серым» товаром, деятельность официальных импортеров по безосновательному отказу от ремонта или сбыта «серой» продукции – нарушение законодательства.

Когда будет легализован параллельный импорт в России

Параллельный импорт в 2017 году не предполагает изменений на территории РФ. ФАС России доработала законопроект о легализации параллельного импорта, и его утверждение планируется с 1.01.2020 г. Проект Федерального закона «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса РФ» направлен на процедуру оценки регулирующего воздействия (ОРВ) в Минэкономразвития России.

По мнению ФАС России, запрет параллельного импорта, оговоренный ст. 1487 ГК РФ, ведет к уменьшению конкуренции среди производителей продукции, которая защищена товарным знаком, повышению цен на данные товары, росту периодов ожидания покупателями запчастей к этой продукции, если речь идет о сложных технических изделиях и пр.

Чиновники предлагают исключить в законопроекте из ст. 1487 ГК РФ указание на возможность импорта продукции, которая находится под защитой товарным знаком, в случае, если правообладатель разрешает их импорт в Российскую Федерацию. Следовательно, после вступления поправок в силу импорт этой продукции на территорию РФ будет возможен безотносительно места ее введения в оборот.

Правообладатель получит право на запрет или ограничение импорта в РФ продукции, введенной в оборот за пределами РФ, только в том случае, если в России им будет локализовано производство взаимозаменяемых аналогов.

Правительство Российской Федерации сможет установить, для каких избранных видов и групп товаров параллельный импорт будет разрешен еще до вступления законопроекта в силу.

Эксперты боятся ситуации, что параллельный импорт не позволит производителю (официальному уполномоченному представителю) контролировать и нести ответственность за товары, которые покупаются отечественными медицинскими организациями у параллельных импортеров. Будет довольно проблематично гарантировать их соответствие определенным характеристикам медицинских изделий, которые зарегистрированы в Российской Федерации в соответствии с требованиями отечественного законодательства.

Представители российских фармацевтических компаний отправили премьер-министру России письмо, в котором они выражают просьбу не легализовать параллельный импорт лекарственных препаратов. Подписавшиеся под письмом руководители фармацевтических компаний подчеркивают, что не существует экономических расчетов, где бы обосновывалось положительное воздействие от легализации параллельного импорта. А опасность попадания на рынок низкокачественных препаратов и снижение инвестиционной привлекательности фармацевтической сферы довольно велики.

Читайте статью: Как организовать импорт товаров в Россию и хорошо на этом заработать

Тем не менее, если пилотная схема, в которой говорится про параллельный импорт запчастей и лекарственных средств, будет реализована успешно, за этим последует разрешение на параллельный импорт таких групп товаров, как спорттовары, парфюмерия, косметика, бытовая электроника. Их тоже будет позволено ввозить на территорию РФ по параллельной схеме. К 2020 году параллельный импорт и международный принцип исчерпания прав на продукцию должны быть введены для всех видов товаров, так сообщает Евразийская экономическая комиссия.

Заказать обратный звонок

Параллельный импорт: анализ судебной практики

Что такое параллельный импорт и исчерпание прав на товарный знак?

Параллельным импортом именуется ввоз на территорию РФ оригинальной продукции, маркированной товарными знаками правообладателя, иными импортерами, кроме импортера, уполномоченного правообладателем знака.

Использование товарного знака на оригинальной продукции тесным образом связано с понятием «исчерпания прав» на товарный знак. Исчерпание прав на товарный знак означает ограничение прав правообладателя на запрет введения товара в гражданский оборот третьими лицами в случае, если этот товар уже был введен в оборот самим правообладателем или с его согласия. Иными словами, с введением товара в гражданский оборот правообладатель утрачивает право контроля за последующей перепродажей товара и иными формами его коммерческого использования. Вопрос о том, является ли ввоз продукции неуполномоченным экспортером нарушением права на товарный знак, зависит от того, какая концепция исчерпания прав заложена в законодательстве страны-импортера — международная, национальная, либо региональная.

Национальное исчерпание прав означает, что при импорте товара в страну такого режима (даже если товар уже несколько раз перепродавался) необходимо согласие правообладателя каждый раз при пересечении границы.

В России в настоящее время действует национальный принцип исчерпания прав, при этом периодически вносятся предложения по замене этого принципа на международный. Особенно активно такую позицию поддерживает антимонопольное ведомство. Определенные попытки смягчения этого режима усматриваются в проекте изменений, вносимых в Гражданский Кодекс, которые в настоящее время рассматриваются Думой.

Впервые в РФ четкое определение границ исчерпания прав государственной границей РФ (национальный принцип) было установлено новой редакцией ст. 23 Закона РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 11.12.2002 г.

Конституционный Суд РФ своим Определением от 22 апреля 2004 г. № 171-0 национальный принцип исчерпания прав признал конституционным.

Аналогичная по смыслу статье 23 вышеназванного Закона норма включена в действующую часть IV Гражданского Кодекса РФ (далее ГК РФ). Статьей 1487 ГК РФ установлено, что использование другими лицами в РФ товарного знака не является нарушением прав правообладателя в отношении товара только в том случае, если товар введен в гражданский оборот в РФ самим правообладателем или с его согласия.

Совокупный анализ норм части IV ГК РФ (ст. 1229, ст. 1252, ст. 1484, п. 2 ст. 1486) свидетельствует о том, что несанкционированное правообладателем использование товарного знака в РФ является нарушением его прав. Способы использования правообладателем товарного знака, перечисленные в ст. 1484 ГК РФ, содержат и такой способ, как ввоз маркированного товарным знаком товара. В информационном письме ВАС РФ от 13.12.07 № 127 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных, с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что ввоз является самостоятельным способом использования товарного знака.

Из вышеизложенного следует, что несанкционированный правообладателем ввоз товаров, маркированных принадлежащим ему товарным знаком, т.е. оригинальных товаров, (параллельный импорт) нарушает права правообладателя.

Административная и гражданско-правовая ответственность за параллельный импорт

Российское законодательство предусматривает гражданско-правовой, административно-правовой и уголовно-правовой способы борьбы с нарушителями прав на товарные знаки.

В отношении параллельных импортеров долгое время успешно использовался административно-правовой способ борьбы путем привлечения нарушителей к ответственности по ст. 14.10 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП РФ).

Однако, в октябре 2008 г. коллегия судей ВАС РФ, рассмотрев заявление неуполномоченного импортера по делу № А-40-9281/08 о конфискации ввезенного им автомобиля Porsche Cayenne, в Определении о передаче дела на рассмотрение Президиума ВАС аргументировала свою позицию о необходимости пересмотра дела тезисом о том, что параллельный импорт не угрожает публичным интересам, охраняемым КоАП РФ.

3 февраля 2009 г. Президиум ВАС принял по данному делу Постановление №10458/08, в котором указал, что наказание, установленное ст. 14.10 КоАП РФ применимо только к случаям ввоза поддельного (контрафактного), а не оригинального товара, т.е. признал незаконным привлечение параллельного импортера к административной ответственности.

В этой связи является примечательным Определение ВАС РФ от 13.02.2009 г. №15166/08 в деле о привлечении параллельного импортера к административной ответственности по ст. 14.10 КоАП. В данном Определении коллегия судей сослалась на Постановление ВАС РФ от 3 февраля 2009 г., указав на то, что правовая позиция относительно возможности привлечения параллельного импорта к административной ответственности определена в данном Постановлении, а принятые ранее судебные акты по аналогичным спорам могут быть пересмотрены по вновь открывшимся обстоятельствам.

Тем не менее, буквальный анализ вышеназванных документов ВАС РФ по делу Porsche Cayenne позволяет сделать вывод о том, что, будучи правомерным с точки зрения КоАП РФ, параллельный импорт все-таки может быть признан неправомерным с точки зрения ГК РФ. Иными словами судьи ВАС РФ окончательного суждения по вопросу пресечения параллельного импорта гражданско-правовым способом в данном акте не вынесли.

В Постановлении ФАС Центрального округа от 16 сентября 2009 г. №А09-168/2009 по делу о нарушении прав на товарный знак при ввозе товаров в РФ суд, указывая на то, что к неуполномоченному импортеру не могут применяться меры публичной ответственности, тем не менее, отметил, что «Совокупность мер гражданско-правовой ответственности за нарушение права на товарный знак составляет самостоятельный и достаточный комплекс средств для обеспечения защиты интересов правообладателя». В этом Постановлении, с нашей точки зрения, содержался «намек» на возможность привлечения параллельного импортера к гражданско-правовой ответственности путем подачи иска в арбитражный суд.

Тем не менее, после вынесения Постановления ВАС РФ от 3 февраля 2009 г., арбитражные суды в некоторых случаях отказывали и в удовлетворении гражданских исков, ссылаясь на отсутствие у оригинального товара признаков контрафактности (например, решение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2009 г.).

Однако с 2011 года судебная практика по привлечению к гражданской ответственности неуполномоченных импортеров изменилась в пользу правообладателей товарных знаков, о чем, в частности, свидетельствует несколько решений арбитражных судов:

— решение Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-78553/11-110-648 по знаку «Guinness», поддержанное судами всех инстанций;

— решение арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-63660/11 от 19.10.2011г. по знаку «Vittel», также поддержанное судами всех инстанций;

— постановление Девятого арбитражного апелляционного суда № 03АП-15363/2011-ГК от 13 января 2011 г. по знаку «Perrier» и Постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда № 09АП-33726/2011-ГК от 23 января 2012 г. по знакам «Perrier» и «Vittel»;

— решение № А56-20519/2009 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области, оставленное без изменения 13 арбитражным апелляционным судом (Постановление № А56-20519/2009 г. от 12 февраля) и ФАС Северо-Западного округа (Постановление № Ф07-152/2010);

— постановление ФАС Московского округа по делу № А40-12515/11 от 29.12.2011 г. по знаку «S.Pellegrino»;

— постановление ФАС Московского округа по делу А40-492/11 от 05.12.2011 г. по знаку «Vittel»;

— Определение ВАС № ВАС-5318/11 от 10 мая 2011 г. по знаку «Krusovice».

Из вышеизложенного следует, что в настоящее время складывается устойчивая практика по привлечению к гражданской ответственности неуполномоченных импортеров.

Запрет на совершение действий

Законодательство о товарных знаках устанавливает, что в случае нарушения прав на товарный знак правообладатель товарного знака вправе требовать запрета осуществления действий, нарушающих его права, в данном случае — ввоза и реализации ввезенной продукции, изъятия ее из оборота и уничтожения за свой счет, уничтожения этикеток, упаковок, а также возмещения убытков или — вместо возмещения убытков -выплаты компенсации (ст. 1515 ГК РФ). Размер компенсации определяется судом в пределах от 10 тыс. руб. до 5 млн. руб. в зависимости от характера правонарушения или в двукратном размере стоимости контрафактных товаров.

Анализ актуальной судебной практики свидетельствует о том, что суды выносят решения о запрете ввоза и реализации товаров и взыскании компенсации. По требованию об изъятии и уничтожении оригинального товара, ввезенного неуполномоченным импортером, тесно связанного с квалификацией этого товара как контрафактного, судебная практика на данный момент не является обширной (нам известно дело № А40-12515/11 от 29.12.2011, где в Постановлении ФАС Московского округа указано на то, что такие товары являются контрафактными и подлежат изъятию).

Анализ актуальной судебной практики свидетельствует также о том, что основанием для подачи исков правообладателями и доказательством нарушения их прав явились информация и документы (таможенные декларации), которые поступают правообладателям из таможенных органов.

В соответствии с таможенным законодательством таможенные органы осуществляют контроль и принимают меры, связанные с приостановлением выпуска товаров, маркированных товарными знаками в случае поступления от правообладателя заявления о нарушении его прав на товарный знак.

На постоянной основе таможенные органы осуществляют контроль за продукцией, маркированной знаками, в случае, если эти знаки внесены в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности.

При осуществлении такого контроля в случае ввоза товара, маркированного охраняемым в РФ, не принадлежащим импортеру товарным знаком, таможенные органы имеют право приостановить выпуск товаров на 10 дней в целях установления фактов нарушения прав интеллектуальной собственности.

В этой связи, примечательным является то, что практически впервые в рамках дела № А51-6603/2011, рассмотренного арбитражным судом всех инстанций, на разрешение судов был вынесен вопрос о законности осуществления таможенными органами действий по приостановлению выпуска товаров параллельного импортера. Правомерность таких действия, осуществляемых таможенными органами в рамках действующего таможенного законодательства, была установлена Постановлением Президиума ВАС РФ № 6813/12 от 13 ноября 2012 г. (нижестоящие суды признали действия таможни незаконными).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *