Отказ адвоката от оказания юридической помощи

Основания отказа адвоката в оказании юридической помощи

⇐ ПредыдущаяСтр 11 из 28

Основаниями могут являться прямой запрет адвокату (п.4 ст. 6 ФЗ)

Адвокат не вправе:

1) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер;

2) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случаях, если он:

имеет самостоятельный интерес по предмету соглашения с доверителем, отличный от интереса данного лица;

участвовал в деле в качестве судьи, третейского судьи или арбитра, посредника, прокурора, следователя, дознавателя, эксперта, специалиста, переводчика, является по данному делу потерпевшим или свидетелем, а также если он являлся должностным лицом, в компетенции которого находилось принятие решения в интересах данного лица;

состоит в родственных или семейных отношениях с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в расследовании или рассмотрении дела данного лица;

оказывает юридическую помощь доверителю, интересы которого противоречат интересам данного лица;

А также запреты в ст. 11 Кодекса этики:

Адвокат не вправе быть советником, защитником или представителем нескольких сторон в одном деле, чьи интересы противоречат друг другу, а может лишь способствовать примирению сторон.

Если в результате конкретных обстоятельств возникнет необходимость оказания юридической помощи лицам с различными интересами, а равно при потенциальной возможности конфликта интересов, адвокаты, оказывающие юридическую помощь совместно на основании партнерского договора, обязаны получить согласие всех сторон конфликтного отношения на продолжение исполнения поручения и обеспечить равные возможности для правовой защиты этих интересов.

И в ст. 13 Кодекса этики:

Помимо случаев, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, адвокат не вправе принимать поручение на осуществление защиты по одному уголовному делу от двух и более лиц, если:

1) интересы одного из них противоречат интересам другого;

2) интересы одного, хотя и не противоречат интересам другого, но эти лица придерживаются различных позиций по одним и тем же эпизодам дела;

3) необходимо осуществлять защиту лиц, достигших и не достигших совершеннолетия.

15. Правомочия органов юстиции по организации адвокатской деятельности.

Органы юстиции являются основным государственным органом, «курирующим» деятельность адвокатов на территории России.

В функцию органов юстиции входят: общий надзор за деятельностью адвокатов, ведение реестров, разработка формы адвокатских документов.

Общий надзор за деятельностью адвокатов включает в себя участие представителей органа юстиции в работе квалификационной комиссии и общий надзор за соответствием адвокатов их статусу.

Участие в работе квалификационной комиссии включает в себя два аспекта. Во-первых, участие в принятии квалификационного экзамена. Во-вторых, участие в рассмотрении жалоб на действия (бездействие) адвоката.

Общий надзор за соответствием адвокатов их статусу заключается в направлении органом юстиции в адвокатскую палату представления о наличии сведений об обстоятельствах, являющихся основаниями для прекращения статуса адвоката. Перечень этих обстоятельств дан в ч. 1 ст. 17 Закона «Об адвокатуре». Таким образом, на органы юстиции возложена обязанность отслеживания и выявления указанных обстоятельств. Более того, если совет адвокатской палаты не отреагирует на вынесенное представление, орган юстиции вправе обратиться в суд с заявлением о прекращении статуса адвоката.

Действенным рычагом по надзору за адвокатской деятельностью органами юстиции является активное их участие в направлении жалоб в квалификационную коллегию по фактам, указанным в п. 5 и 6 ч. 1 ст. 17 Закона «Об адвокатуре».

Органы юстиции надзирают также и за деятельностью советов адвокатских палат субъектов Российской Федерации. Так, органы юстиции могут инициировать проведение внеочередного собрания адвокатов с целью досрочного прекращения полномочий совета адвокатской палаты.

Ведение реестра адвокатов субъекта Российской Федерации. Органы юстиции ведут два реестра. Во-первых, Федеральные органы юстиции ведут реестр адвокатов иностранных государств, осуществляющих адвокатскую деятельность на территории Российской Федерации. Во-вторых, территориальный орган юстиции ведет реестр адвокатов субъекта Российской Федерации (региональный реестр). Можно выделить следующие функции органа юстиции по ведению реестра: составление реестра и обновление реестра.

Составление реестра адвокатов. Орган юстиции собирает сведения об адвокатах, находящихся на территории его субъекта, и вносит их в единый реестр адвокатов субъекта Российской Федерации.

В реестре содержатся следующие сведения: ФИО адвоката, дата его поступления в коллегию адвокатов (если адвокат получил свой статус до 5 июня 2002 г.) или дата и реквизиты решения квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката. В реестре также содержится дата и реквизиты распоряжения территориального органа Минюста России о внесении сведений об адвокате в региональный реестр.

Кроме указанных сведений, в территориальных органах юстиции ведутся реестровые дела адвокатов. В них содержатся: личные заявления адвокатов о внесении сведений о них в соответствующий региональный реестр, копии документов, удостоверяющих личность адвокатов. В реестровом деле находятся анкеты, содержащие биографические сведения об адвокатах, таких, как год и место рождения, ученая степень и т.п. К реестровому делу обязательно прилагаются копии трудовых книжек или иные документы, подтверждающие стаж работы по юридической специальности, а также копии документов, подтверждающих высшее юридическое образование либо наличие ученой степени по юридической специальности. Если адвокат получил свой статус до 5 июня 2002 г., то в его реестровом деле должна также находиться копия решения о его приеме в коллегию адвокатов.

Еще одним сведением, которым должны располагать органы юстиции, является форма адвокатского образования, в которой работает адвокат, так как вне данных форм адвокат не может осуществлять свою деятельность.

Обновление реестра. Основные изменения в реестр вносятся в связи с присвоением и лишением лица статуса адвоката. Однако обновления требуют и иные сведения, содержащиеся в реестре: приостановление у лица статуса адвоката, смена адвокатом фамилии и т.п. В случае внесения изменений в региональный реестр, орган юстиции уведомляет об этом адвокатскую палату соответствующего субъекта Российской Федерации. Кроме того, ежегодно в адвокатскую палату направляется полная копия регионального реестра.

Разработка формы адвокатских документов. К данным документам относятся: форма удостоверения адвоката, форма ордера на исполнение поручений. Все эти документы утверждены федеральным органом юстиции.

В ч. 2 и 4 ст. 13 изложены важные правила, развивающие и уточняющие требования УПК РФ и Закона об адвокатуре, о недопустимости отказа от защиты. Часть 2 статьи 13: «Адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты и должен выполнять обязанности защитника до стадии подготовки и подачи кассационной жалобы на приговор суда по делу его подзащитного. Адвокат, принявший поручение на защиту в стадии предварительного следствия в порядке назначения или по соглашению, не вправе отказаться без уважительных причин от защиты в суде первой инстанции».

Данное развивающее положение имеет в практике очень важное значение. Действительно, закон запретил любой отказ от защиты (ч. 7 ст. 49 УПК РФ). В соответствии с этим запретом адвокат не вправе по своей воле отказаться от нее, какие бы действия ни предпринимал подзащитный, иные заинтересованные лица. Полагаем, что отказом является не только выраженное мнение о полном неучастии в защите (полный отказ), но и отказ от участия в отдельных следственных и иных процессуальных действиях: с конкретным следователем, в определенном месте, в определенное время и т.п. (частичный, «эпизодический» отказ).

Исключение составляют только случаи, когда отказ определяется объективными, уважительными причинами, например болезнь адвоката и т.п. Но и в этих случаях защитник в соответствии с требованиями профессиональной этики обязан предпринять все возможные усилия для того, чтобы не срывать процессуальные действия, проводимые с его участием, тщательно планировать свое рабочее время, не брать поручений (в таком количестве, такого свойства), которые он заведомо не может выполнить или имеется риск частых срывов планируемых мероприятий и т.п.

Вариантами как полного, так и частичного отказа могут быть следующие случаи:

1. Отказ по мотиву неоплаты подзащитным услуг защитника: совершается, как правило, защитником по назначению или защитником по соглашению, не довольным размером полученного гонорара. Очень распространен, хотя часто вуалируется, прикрывается иными мотивами, которые будут описаны ниже.

2. Отказ по мотиву глубокого и непримиримого конфликта со следователем, дознавателем, прокурором, судьей как протест имеющимся, по мнению адвоката, грубым и систематическим нарушениям закона. Между тем названные обстоятельства также не могут являться правомерным основанием к отказу. На нарушения со стороны субъекта расследования адвокат вправе и обязан реагировать указанными в законе средствами: жалобами, ходатайствами, отводами, замечаниями в протокол следственного действия и т.д., но не отказом от защиты.

Так, весьма распространены факты отказа защитника подписать протокол допроса или иного следственного действия, протокол ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 и 218 УПК РФ и другие документы именно по мотиву допускаемых следствием нарушений, неэтичного поведения со стороны следователя, дознавателя.

Между тем по смыслу закона, а также исходя из положений ч. 2 ст. 1, ч. 1 ст. 167 УПК РФ, защитник не вправе отказаться от подписания протокола следственного действия. Более того, в этой статье защитник назван в числе тех лиц, которые обязаны своей подписью удостоверять факт отказа другого участника следственного действия от подписания протокола или факт невозможности его подписания. Бывают случаи, когда некоторые адвокаты, как говорится, «в пылу полемики», демонстративно рвут соответствующие протоколы и иные документы, составляют «протоколы о нарушениях» и т.п.

Да, факты грубости, нарушений закона и даже преступлений со стороны следователей и дознавателей носят весьма распространенный характер. Но как бы ни вел себя следователь, адвокат не вправе отказаться от защиты, отказаться подписать соответствующие документы, удалиться в знак протеста и т.п.

3. Отказ в связи с угрозами, шантажом, насилием со стороны недобросовестных должностных лиц стороны обвинения, иных заинтересованных лиц представляет собой особый вид отказа. Здесь защитник в той или иной мере вынужден отказаться от выполнения своих профессиональных обязанностей не совсем по своей воле. Он опасается угроз, как правило, со стороны недобросовестных следователей и оперуполномоченных, руководителей правоохранительных и иных властных органов. Точнее было бы сказать — со стороны должностных преступников.

Подобные угрозы имеют место и со стороны представителей организованных преступных формирований, если деятельность адвоката им по той или иной причине не по душе. Угрозы, «предупреждения» выражаются и в форме посягательств на имущество адвокатов («организованные» кражи, грабежи, погромы в квартирах, уничтожение или повреждение имущества, похищения документов адвокатского досье и т.п.), в попытках похищения самого адвоката или близких ему людей, в захвате заложника, в шантаже компрометирующими материалами и т.п.

Несмотря на то, что формально и такие отказы являются неправомерными, реально же действия адвокатов подлежат оценке с позиции малозначительности (ч. 2 ст. 18 Кодекса) и критериев крайней необходимости. Конечно, не в уголовно-правовом значении этой категории (ст. 39 УК РФ).

Однако, прежде всего, здесь необходимо применять самые жесткие меры в отношении тех лиц, которые позволяют себе использовать такие незаконные, преступные методы. Если такая возможность, без реальной угрозы причинения ущерба его охраняемым законом интересам и интересам клиента у адвоката имеется, ему необходимо сообщить о давлении на него в адвокатскую палату и в компетентные органы для организации соответствующих мер.

Вместе с тем, на наш взгляд, адвокат обязан адекватно оценивать характер той или иной угрозы. Не должно быть так, что от малейшего намека на неприятности защитник в испуге бросает на произвол судьбы своего клиента. При соответствующих условиях, такой отказ от защиты органами адвокатской палаты может быть признан нарушением закона и этики.

4. Отказ от защиты в связи с подкупом со стороны заинтересованных лиц. Такой отказ, на наш взгляд, есть одно из грубейших нарушений профессиональной этики и закона. Речь идет о весьма распространенных случаях, когда квалифицированному адвокату передают или обещают передать крупную денежную сумму, иные материальные и нематериальные блага (должность, привилегии, помощь в решении проблем и т.п.) за то, чтобы он прекратил защищать определенное лицо (лиц) или в тайне передал их.

Как бы ни был неплатежеспособен доверитель (пусть хоть защита по назначению), сколь бы ни были заманчивыми условия подкупа, адвокат ни в коем случае не вправе идти на сделку против интересов подзащитного. Это в высшей степени неэтично и безнравственно, хотя и не подпадает под признаки какого-либо преступления. Само собой — ведь адвокат не субъект получения взятки (ст. 290 УК РФ, примечание 1 к ст. 285 УК РФ) или коммерческого подкупа (ч. 3 ст. 204 УК РФ, примечание 1 к ст. 201 УК РФ). Помимо нарушения ч. 2 ст. 13 Кодекса, действия недобросовестного адвоката подлежат оценке и по ст. 5 — подрыв доверия, который недвусмысленно признается несовместимым со званием адвоката (ч. 3).

5. Отказ по мотиву личной неприязни к подзащитному, отказ как вид нарушения принципа равноправия в зависимости от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, религии и т.д.

Данные мотивы носят также весьма распространенный характер, особенно первый мотив — личная неприязнь. Часто адвокаты заявляют, что им крайне неприятен сам подзащитный, его характер и внешность, привычки и т.п. У многих, особенно неопытных адвокатов, вызывает отвращение, страх то преступление, в совершении которого подозревается его клиент. Некоторые защитники брезгуют ходить в следственный изолятор, боятся заразиться от подзащитного инфекционными заболеваниями (чаще всего сифилис, туберкулез, чесотка) и т.п. Чисто по-человечески понять адвоката в таких случаях можно. Но как профессионал он обязан пренебречь своими эмоциями, и если уж он принял на себя защиту человека, то не имеет права отказываться от нее, как бы он к подзащитному ни относился.

Однако подобные мотивы, а в особенности неприязнь по признаку пола, расы, национальности и др., адвокаты если и имеют, то, как правило, тщательно скрывают. А чаще всего, желая отказаться от защиты, «вуалируют» отказ нижеприведенными способами.

6. Отказ, мотивированный различными «ложнообъективными» причинами. Такими причинами могут быть, в частности:

  • незнание языка, которым владеет подзащитный;
  • обвиняемый привлекается к ответственности в дальнем регионе, дело будет расследовано (направлено в суд) не по месту жительства защитника;
  • адвокат не может реально помочь подзащитному, поскольку находится в личных неприязненных отношениях со следователем, прокурором, судьей и др. Иногда защитник как бы по секрету говорит своему клиенту, что тому нужен другой защитник, тот, что «числится своим» у недобросовестного следователя, прокурора, судьи;
  • он не достаточно квалифицирован по делам соответствующей категории, может неумышленно навредить клиенту и т.д.;
  • у него вдруг возникла большая загруженность по другим делам
  • и другие причины.

Нельзя не отметить, что сами по себе эти мотивы весьма существенны и могут, а иногда и должны служить препятствием к возникновению правоотношений между адвокатом и подозреваемым, обвиняемым. Но, во-первых, такой отказ возможен со стороны адвоката только до официального принятия на себя защиты. Как говорится, раньше надо было думать. Во-вторых, после вступления защитника в дело отказ возможен только по инициативе самого подзащитного. Он вправе отказаться от защиты вообще или от услуг конкретного адвоката в частности по правилам ст. 52 УПК РФ.

Еще одним правомерным видом отказа защитника могут стать обстоятельства, исключающие его участие в производстве по делу (п. 2 ч. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре; ст. 72 УПК РФ). Вернее, защитник должен сообщить следователю о наличии данных обстоятельств, как только сам узнал о них, а следователь обязан принять соответствующее решение (ст. 72 и 69 УПК РФ). Но в этом случае квалификационной комиссии адвокатской палаты при рассмотрении вопроса об ответственности адвоката предстоит выяснить, знал ли он об этих обстоятельствах до принятия поручения.

7. Способы инсценировки отказа от защиты. Каждому адвокату известно, насколько грубым нарушением закона является с его стороны отказ от защиты. Поэтому многие пытаются вуалировать, инсценировать свой отказ самыми различными незаконными и аморальными способами. Фактически все эти способы рассчитаны на то, чтобы заставить, вынудить либо убедить подзащитного отказаться от защиты вообще либо от конкретного защитника (в порядке ч. 1 ст. 52 УПК РФ).

Вот некоторые из таких способов:

  • адвокат начинает умышленно работать из рук вон плохо, демонстрировать низкую квалификацию, срывать следственные действия, не заявлять, когда это необходимо, жалоб и ходатайств и т.п., т.е. вынуждает подзащитного к отказу от него;
  • адвокат сознательно идет на конфликт, инициирует ссору с клиентом и, воспользовавшись ей, требует от подзащитного добровольного отказа;
  • адвокат, работающий по назначению или недовольный суммой вознаграждения, высокомерно заявляет подзащитному, что «бесплатно — только сыр в мышеловке», т.е. он будет осуществлять защиту на таком низком уровне, что лучше уж обвиняемому вообще быть без защитника;
  • адвокат прямо угрожает подзащитному, что если тот «добровольно» не откажется, то он, защитник, не только не поможет, но и сознательно навредит обвиняемому. «Лучше откажись добровольно, иначе будет хуже», — угрожает он;
  • адвокат придумывает историю о том, что у него скрытый конфликт со следователем (судьей, прокурором), что они ему хотят навредить, а потому могут «отыграться» на подзащитном. Так что лучше опять-таки отказаться добровольно.
  • и множество других не менее нечистоплотных способов.

Необходимо отметить, что иногда те обстоятельства, которые инсценирует адвокат, на самом деле имеют место. Например, адвокат-непрофессионал, конфликтует со следствием, судом, не умышленно срывает следственные действия и т.п. И в практике очень трудно определить, понуждал ли адвокат своего подзащитного к отказу или действовал по другим мотивам.

Уважительные причины должны быть перечислены

Член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, президент АП Вологодской области 6 июня 2017 г.

О праве адвоката на досрочное прекращение защиты

Какие бы противоречивые точки зрения ни высказывали мои коллеги по данному вопросу, его грамотное разрешение возможно лишь путем обращения к закону.
Достаточно глубокий анализ по этой тематике дали вице-президент ФПА РФ Геннадий Шаров в статье «Договором закон не поправить» (АГ. 2016. № 24 (233)) и советник ФПА РФ Василий Раудин в статье «Адвокатское соглашение» (АГ. 2017. № 1 (234)).
Я хотел бы несколько сузить тему и коснуться лишь вопроса досрочного прекращения защиты подозреваемого, обвиняемого по инициативе адвоката, поскольку право самого подозреваемого, обвиняемого на отказ от защиты (конкретного защитника) не вызывает особых дискуссий (ст. 52 УПК РФ).
Адвокатская практика показала, что некоторые адвокаты, принимая поручение на защиту по уголовному делу – как по соглашению, так и по назначению, не всегда доводят дело до его разрешения органом, в чьем производстве оно находится, и это происходит порой по инициативе адвоката. Если защита осуществлялась по назначению, выход адвоката из дела и замена его другим защитником по назначению не порождает, как правило, проблем и конфликтов с подзащитным. Сложнее ситуация обстоит, когда адвокат вступил в уголовное дело в качестве защитника по соглашению и на какой-то стадии уголовного судопроизводства досрочно прекращает защиту по своей инициативе, вопреки воле клиента. Возникает вопрос, позволяет ли закон так поступить адвокату, либо все-таки есть какие- то обстоятельства, которые дают законное право адвокату досрочно прекратить защиту, а по сути, отказаться от нее? Часто причиной досрочного прекращения адвокатом защиты является невыполнение доверителем условий соглашения по выплате вознаграждения. При этом некоторые адвокаты ссылаются на то, что одностороннее расторжение соглашения по инициативе адвоката предусмотрено соглашением при невыполнении условий по внесению обусловленного сторонами гонорара и, соответственно, при его расторжении отпадают правовые основания участия адвоката в деле. Наверно, такому толкованию права на досрочное прекращение защиты адвокатами способствовала и позиция Квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты г. Москвы, указавших в своих решениях по одному из дисциплинарных производств на то, что расторжение соглашения между адвокатом и доверителем влечет и прекращение защиты, что нельзя расценивать как отказ от защиты.
Уважая мнения коллег, тем не менее еще раз кратко проанализирую правовую составляющую этого вопроса.
Действующее законодательство прямо указывает, что адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого (подп. 6 п. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатуре), п. 7 ст. 49 УПК РФ).
Данные требования закона также нашли отражение в п. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката: «…Адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на осуществление защиты по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты, кроме случаев, указанных в законе, и должен выполнять обязанности защитника, включая, при необходимости, подготовку и подачу апелляционной жалобы на приговор суда…», в п. 17 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, принятого 20 апреля 2017 г. VIII Всероссийским съездом адвокатов: «Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты. Адвокат участвует в уголовном деле до полного исполнения принятых им на себя обязательств, за исключением случаев, предусмотренных законодательством и (или) разъяснениями Комиссии Федеральной палаты адвокатов по этике и стандартам, утвержденными Советом Федеральной палаты адвокатов».
Таким образом, закон императивно гласит, что адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты, указывая лишь на исключения, которые перечислены в законе.
Что же это за исключения в законе, которые позволяют адвокату отказаться от принятой на себя защиты?
В первую очередь следует обратиться к ст. 72 УПК РФ, в которой перечислены обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу защитника. В подп. 1, 2 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре также указаны запреты в принятии адвокатом поручения (данные пункты непосредственно касаются защитника в уголовном судопроизводстве). В ст. 13 КПЭА говорится: «…помимо случаев, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, адвокат не вправе принимать поручение на осуществление защиты по одному уголовному делу от двух и более лиц, если:
1) интересы одного из них противоречат интересам другого;
2) интересы одного, хотя и не противоречат интересам другого, но эти лица придерживаются различных позиций по одним и тем же эпизодам дела;
3) необходимо осуществлять защиту лиц, достигших и не достигших совершеннолетия…».
При выявлении обстоятельств, указанных в ст. 72 УПК РФ, в подп. 1, 2 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре, в ст. 13 КПЭА, после заключения соглашения адвокат обязан расторгнуть соглашение и заявить самоотвод.
Закон не предусматривает иных оснований для отказа адвоката от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого, кроме тех, которые перечислены в законе.
Соответственно, и факт расторжения соглашения между адвокатом и доверителем, автоматически не может влечь прекращение защиты подозреваемого и обвиняемого по инициативе адвоката.
Таким образом, одностороннее расторжение соглашения в силу закона невозможно. Право на одностороннее расторжение договора может быть предусмотрено в договоре лишь в случае, если это предпринимательский договор. Поскольку ни доверитель, ни адвокат не являются субъектами предпринимательской деятельности, соответственно, они не могут предусматривать в договоре право на одностороннее расторжение договора (ст. 310 ГК РФ).
А в случае указания в соглашении на одностороннее расторжение договора и прекращения защиты адвокатом подобные условия будут противоречить закону и соответственно признаваться ничтожными.
Поэтому надо признать, что законодатель не дает адвокату права отказаться от защиты своего клиента в случае расторжения соглашения, в том числе и по причине неисполнения доверителем условий соглашения по оплате гонорара.
Тем не менее на практике могут возникать ситуации, не позволяющие адвокату продолжать защиту, помимо тех, которые перечислены в ст. 72 УПК РФ, в подп. 1, 2 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре, в ст. 13 КПЭА. Хотя законодатель не указывает на право адвоката по уважительной причине отказаться от защиты, однако такие обстоятельства могут иметь место, поэтому Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам (КЭС) следует обратить на них внимание.
С моей точки зрения, КЭС должна в своих разъяснениях привести примерный перечень уважительных причин, в силу которых адвокат вправе отказаться от дальнейшей защиты подозреваемого, обвиняемого. Таковыми причинами, на мой взгляд, могут быть: болезнь адвоката; переезд адвоката на постоянное место жительство в другой субъект РФ; передача дела для расследования (рассмотрения) по подследственности (подсудности) в другой субъект РФ, о чем адвокату не было известно при заключении соглашения, и тому подобные причины.
Не дав подобных разъяснений, мы не обеспечим защиту добросовестным адвокатам их прав при осуществлении ими защиты по уголовным делам.
КЭС следует, с моей точки зрения, также предусмотреть ситуации, когда действительно доверитель, злоупотребляя правом, не выполняет условий соглашения в части уплаты гонорара, а также расходов, связанных с осуществлением защиты. Конечно, в этой ситуации адвокатам следует рекомендовать быть более осмотрительными при заключении соглашения с доверителем и до начала защиты, как правило, настаивать на уплате большей части согласованного размера гонорара, памятуя, что отказ от защиты недопустим. Если же так случилось, что клиент не заплатил полного гонорара и настаивает на дальнейшем участии адвоката в деле, то, видимо, Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам в своих разъяснениях необходимо предусмотреть возможность обращения адвоката с соответствующим заявлением в адвокатскую палату субъекта РФ, членом которой он является, и в орган, в чьем производстве находится дело, о прекращении защиты по соглашению и назначению его в качестве защитника в порядке ст. 51 УПК РФ. Конечно, такая ситуация неприятна для адвоката, но наша профессия и статус адвоката обязывают его продолжить защиту подозреваемого, обвиняемого.
Также считаю необходимым Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам дать разъяснения о пределах принятой адвокатом защиты, от которой он не вправе отказаться.
Как известно, уголовное судопроизводство осуществляется стадийно (досудебное и судебное производство). Практика показала, что адвокаты заключают соглашения с доверителями на осуществление защиты как по стадиям (предварительное следствие, судебное следствие), так и на защиту на всех стадиях уголовного судопроизводства.

Согласно п. 2 ст. 13 КПЭА адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на осуществление защиты по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты, кроме случаев, указанных в законе, и должен выполнять обязанности защитника, включая, при необходимости, подготовку и подачу апелляционной жалобы на приговор суда. Адвокат, принявший поручение на защиту в стадии предварительного следствия в порядке назначения или по соглашению, не вправе отказаться без уважительных причин от защиты в суде первой инстанции.
Редакция данной нормы КПЭА все же позволяет адвокату заключать соглашение отдельно на стадии как предварительного следствия, так и судебного разбирательства. В том случае, если адвокат заключил соглашение на осуществление защиты только на стадии предварительного следствия, то отказаться от участия в судебном заседании он может лишь при наличии уважительной причины. Соответственно, Комиссия ФПА РФ по этике и стандартам должна определиться с примерным перечнем уважительных причин, дающих право адвокату отказаться от продолжения защиты на очередной стадии уголовного судопроизводства. Необходимо также дать разъяснения адвокатам, как им поступать в тех ситуациях, когда адвокат заключил соглашение на защиту только на стадии предварительного следствия, подзащитный настаивает на его участии в судебном заседании, а заключать соглашение отказывается, соответственно, отказывается и оплачивать работу адвоката. Может ли адвокат в такой ситуации отказаться от продолжения защиты в судебном заседании?
С моей точки зрения, жизненные ситуации, которые не позволяют адвокату продолжить защиту, очень разнообразны, и в связи с этим было бы целесообразным Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам в своих разъяснениях предусмотреть право адвоката на обращение в совет адвокатской палаты с просьбой о разрешении вопроса о его праве на досрочное прекращение защиты при наличии уважительных причин, препятствующих продолжению защиты подозреваемого, обвиняемого.
Мне резонно могут возразить коллеги тем аргументом, что решение об освобождении адвоката от защиты при вышеуказанных обстоятельствах находится в компетенции дознавателя, следователя и суда, а не совета адвокатской палаты. Да и орган, в чьем производстве находится дело, может игнорировать разъяснение совета, данное адвокату по его обращению о досрочном прекращении защиты.
Да, в этом они отчасти будут правы.
Тем не менее следует принять во внимание следующее.
Действующим уголовно-процессуальным законом не регламентирована процедура прекращения защиты по инициативе адвоката, поскольку законодатель предусмотрел в законе запрет на отказ от защиты, за исключением отвода (самоотвода) адвоката по обстоятельствам, указанным в ст. 72 УПК РФ, и в порядке, установленном п. 1 ст. 69 УПК РФ.
Поэтому полагаю, что данный вопрос процессуально должен разрешаться по аналогии с самоотводом адвоката. То есть адвокат должен обратиться к дознавателю, следователю, суду с заявлением о досрочном прекращении защиты с указанием уважительных причин, по которым он не может продолжить защиту. Окончательное процессуальное решение, с моей точки зрения, должен по этому вопросу принять дознаватель, следователь, суд и в случае удовлетворения данного заявления адвоката – принять меры к замене защитника. Необоснованный отказ дознавателя, следователя и суда в удовлетворении заявления адвоката о досрочном прекращении защиты при наличии уважительных причин может быть обжалован в установленном уголовно-процессуальным законом порядке.
При этом не могут быть признаны законными доводы адвоката в обоснование досрочного прекращения защиты о том, что он разошелся с позицией своего подзащитного, ибо это элементарное нарушение права на защиту. Согласно подп. 3 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя. Это положение закона также нашло отражение в п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката.
Разъяснения совета адвокатской палаты, данные адвокату по вопросу досрочного прекращения защиты, конечно, не будут обязательными для дознавателя, следователя и суда, поскольку не предусмотрены уголовно-процессуальным законом, но, на мой взгляд, будут играть определенную роль при принятии ими соответствующего процессуального решения, направленного на реальное обеспечение права на защиту подозреваемого, обвиняемого. Тем более что разъяснения совета, данные адвокату, основаны на действующем Законе об адвокатуре.
В соответствии с подп. 19 п. 3 ст. 31 Закона об адвокатуре совет адвокатской палаты дает в пределах своей компетенции по запросам адвокатов разъяснения по поводу возможных действий адвокатов в сложной этической ситуации, касающейся соблюдения этических норм, на основании КПЭА. Согласно п. 4 ст. 4 КПЭА в сложной этической ситуации адвокат имеет право обратиться в совет за разъяснением, в котором ему не может быть отказано. Адвокат, действовавший в соответствии с разъяснениями совета относительно применения положений Кодекса профессиональной этики адвоката, не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности (п. 3 ст. 18 КПЭА).
Изложенная точка зрения по вышеуказанному вопросу отражает лишь мое субъективное мнение не только как руководителя региональной палаты, но и как практикующего адвоката. Поделиться Прямая ссылка на материал: Поделиться: Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *