Коллизионное право в мчп

Понятие, структура и виды коллизионных норм

Коллизионная норма — это норма, которая указывает на право, которое должно применяться к международному частноправовому отношению.

Коллизионная норма — это разновидность отсылочной нормы. Коллизионная норма обладает двумя характеристиками:

  • 1) она не содержит информации о правах и обязанностях сторон
  • 2) является санкцией на применение иностранного права.

При определении применимого права государственные суды руководствуются теми коллизионными нормами, которые содержатся в соответствующем национальном законодательстве, а также в международных соглашениях.

В отличие от государственных судов международные коммерческие арбитражи руководствуются теми коллизионными нормами, которые они сочтут применимыми. Например: Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате России в принципе может руководствоваться шведскими коллизионными нормами, если сочтёт это необходимым. Однако на практике международные коммерческие арбитражи в основном руководствуются теми коллизионными нормами, которые закреплены в законодательстве государства, на территории которого происходит арбитражное разбирательство.

Структура коллизионной нормы

В отличие от обычной нормы, которая состоит из 3-х частей (гипотеза, диспозиция, санкция), структура коллизионной нормы специфична. Выделяют 2 элемента:

  • 1) объём коллизионной нормы — это часть коллизионной нормы, которая указывает на отношения, к которым применяется коллизионная норма. Т.е. это указание на конкретный институт гражданского, семейного или трудового права.
  • 2) привязка коллизионной нормы — это указание на право того государства, которое должно применяться к данному отношению.

Например: согласно ст.1219 ГК РФ к обязательствам из причинения вреда применяется право государства, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для возмещения вреда. Объёмом в данной норме будет обязательство из причинения вреда, привязкой — право страны-места причинения вреда

Виды коллизионных норм

  • 1. В зависимости от происхождения:
    • · Национальные коллизионные нормы — те, которые содержатся в национальном законодательстве
    • · Международные коллизионные нормы — те, которые содержатся в международных договорах.

Например: Конвенция СНГ по правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам.

2. По форме коллизионной привязки

Односторонние коллизионные нормы — те, которые указывают на применение конкретного национального права.

Например: согласно ст.1209 ГК РФ форма сделки в отношении недвижимого имущества, внесённого в Государственный реестр на территории РФ, подчиняется российскому законодательству.

Двусторонние коллизионные нормы — те, которые указывают на какой-либо общий признак.

Например: где имело место причинение вреда или необоснованное обогащение, где была заключена сделка, где постоянно проживал наследодатель и т.п.

Т.е. используется общий подход.

Большинство норм, которые закреплены в национальном законодательстве, являются двусторонними.

Двусторонняя коллизионная норма называется так, поскольку применимым может оказаться как право своего государства, так и иностранное право (законодательство).

  • 3. В зависимости от обязательности применения
  • · Императивные коллизионные нормы — содержат категорическое предписание относительно выбора применимого права, а у суда или сторон правоотношения нет выбора

Например: согласно ст.1201 ГК РФ личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо

· Диспозитивные коллизионные нормы — предоставляют сторонам возможность определить применяемое право по-иному, чем это предусмотрено в коллизионной норме

Например: согласно ст.1223 ГК РФ к обязательствам, возникшим вследствие неосновательного обогащения, применяется право страны, где неосновательное обогащение имело место. Однако стороны могут договориться о применении к таким обязательствам права страны суда.

  • 4. В зависимости от структуры привязки или объёма
  • · простые коллизионные нормы (структура такой нормы содержит один объём и одну привязку)

Например: все вышеперечисленные примеры

· сложные коллизионные нормы (структура такой нормы может включать в себя две и более привязки)

Пример коллизионной нормы со сложной коллизионной привязкой: согласно ст.1221 ГК РФ к требованию о возмещении вреда, причинённого вследствие недостатка товара (работы или услуги), применяется по выбору потерпевшего либо право страны потерпевшего, право страны причинителя вреда, либо право страны, где была выполнена работа или оказана услуга.

Куммуляция коллизионных привязок

МЧП известно такое явление как «куммуляция коллизионных привязок» — когда коллизионная норма сформулирована таким образом, что необходимо учитывать законодательство двух или более государств.

Например: согласно ст.156 Семейного кодекса РФ условия заключения брака на территории Российской Федерации определяются для каждого извступающих в брак законодательством их гражданства. Однако требуется соблюдение препятствий для вступления в брак по законодательству РФ.

1. В отличие от многих действующих за рубежом законов о международном частном праве и гражданских кодексов, предусматривающих общие нормы об отношении к обратной отсылке, отечественное гражданское законодательство — ОГЗ 1961 г. и ОГЗ 1991 г., ГК 1964 г. — вопросов обратной отсылки не касалось. В ограниченных пределах эти вопросы находили решение в отдельных актах (Закон об арбитраже 1993 г., Положение о чеках, утвержденное Постановлением ЦИК и СНК СССР от 6 ноября 1929 г.) и международных договорах (Конвенция, имеющая целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных простых векселях, 1930 г., Общие условия поставок товаров между организациями стран — членов СЭВ 1968/1988 гг.). В ст. 1190 впервые в истории отечественных кодификаций коллизионного права обратной отсылке посвящено одно из правил, раскрывающих значение его общих институтов.

Феномен обратной отсылки возникает в силу двух взаимодействующих обстоятельств: во-первых, отсылки отечественной коллизионной нормы к иностранному праву, рассматриваемой как отсылка и к его коллизионным предписаниям и, во-вторых, наличия в составе таких предписаний применимого к соответствующему отношению коллизионного правила, отсылающего в «обратном направлении» — к отечественному праву. Последняя отсылка может быть обращена и к праву третьей страны.

2. Вместе с тем ст. 20 Регламента (ЕС) N 593/2008 Европейского парламента и Совета от 17 июня 2008 г. «О праве, подлежащем применению к договорным обязательствам (Рим I)» исключает применение обратной отсылки, «если иное не предусмотрено настоящим Регламентом». Об исключении обратной отсылки говорится в ст. 24 Регламента (ЕС) N 864/2007 Европейского парламента и Совета от 11 июля 2007 г. «О праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам (Рим II)».

Современная коллизионная практика, опирающаяся на законодательство отдельных стран, в том числе стран Евросоюза и других стран, характеризуется разнообразием подходов как к самой возможности принятия обратной отсылки, так и к ее пределам. Обратная отсылка подлежит принятию согласно законодательству Венгрии, Испании, Польши, Румынии и др. Но в отличие от Польши, где отсылки иностранного права принимаются широким образом, в других названных странах принятие отсылки к праву третьей страны не допускается. Вводный закон к Германскому гражданскому уложению в подразделе о договорных обязательственных отношениях под подлежащим применению правом какого-либо государства понимает действующие в этом государстве материально-правовые предписания, что исключает постановку вопроса об обратной отсылке. Но за рамками этих отношений в случае отсылки к праву какого-либо государства применяется также его международное частное право. Если право другого государства отсылает обратно к германскому праву, то подлежат применению материально-правовые предписания этого права. Сложной конструкцией отличается отсылка к праву третьей страны в австрийском законе, принимающем обратную отсылку. Отвергают принятие обратной отсылки Гражданские кодексы Бразилии, Греции, Египта, канадской провинции Квебек, Перу. Закон Великобритании 1995 г. «О международном частном праве (различные положения)» не включает в право, применяемое к правонарушению или (по отношению к праву Шотландии) деликту, любые коллизионные нормы, снимая, таким образом, вопрос о принятии как обратной отсылки, так и отсылки к праву третьей страны.

Заметна тенденция «точечного» решения проблемы обратной отсылки, когда отсылка допускается или, наоборот, исключается лишь в случаях, перечисленных в законе. Так, согласно Закону 1995 г. о реформе итальянской системы международного частного права отсылка иностранного коллизионного права к праву другого государства допускается, если право такого государства признает обратную отсылку и отсылка сделана к праву Италии, но исключается в случаях, когда иностранное право применяется на основе выбора заинтересованными сторонами, а также в отношении положений Закона, касающихся формальной действительности правовых актов и внедоговорных обязательств. Гражданский кодекс штата Луизиана 1825 г. (США) (в редакции закона 1991 г.) не включает по общему правилу в состав применимого права другого штата (как он определяется в кодексе) его коллизионное право, но оговаривает случаи, когда такое право может быть принято во внимание. Федеральный закон Швейцарии 1987 г. «О международном частном праве» обязал принимать обратную отсылку к швейцарскому праву или отсылку к праву третьего государства лишь в случаях, предусмотренных этим законом; к таким случаям в законе отнесена обратная отсылка к швейцарскому праву, регулирующему вопросы гражданского состояния. Подходы к существенному ограничению пределов применения обратной отсылки, выраженные в ряде современных кодификаций международного частного права, включая упомянутый закон Швейцарии, были восприняты, с некоторыми отличиями, Моделью ГК для стран СНГ и позднее — ГК.

3. Непринятие обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны выражено в п. 1 ст. 1190 в виде общей запретительной нормы-принципа. Отказ в принятии отсылки сформулирован известным доктрине и практике образом: любая отсылка к иностранному праву в соответствии с правилами раздела VI ГК должна рассматриваться как отсылка к материальному, а не к коллизионному праву соответствующей страны. Аналогичные или близкие по значению требования, исключающие коллизионные нормы из состава применимого иностранного права и снимающие таким образом саму постановку вопроса об обратной отсылке, приведены в Законе об арбитраже 1993 г., Общих условиях поставок товаров между организациями стран — членов СЭВ 1968/1988 гг. и ряде иных международных договоров.

4. Запрет на принятие отсылок ограничен изъятием, предусмотренным в п. 2 ст. 1190. Из содержания этого пункта, допускающего принятие обратной отсылки иностранного права к российскому праву, которым определяется правовое положение физического лица (ст. ст. 1195 — 1200 ГК), можно заключить следующее. Во-первых, разрешая, как исключение, обращаться к обратной отсылке, закон не обязывает к ее принятию: обратная отсылка всего лишь «может приниматься». Во-вторых, обстоятельства, обусловливающие допустимость принятия в таких случаях обратной отсылки, не называются, но к их числу представляется обоснованным отнести наличие тесной связи отношения с российским правопорядком, а также возможность обеспечения на его основе правового режима, более благоприятного для физического лица. В-третьих, обращение к обратной отсылке может иметь место лишь с соблюдением двух взаимодополняющих условий, и отсутствие их препятствует ее применению: 1) необходимо, чтобы иностранное право отсылало к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица (в значении, которое придается этому понятию в гл. 67 ГК «Право, подлежащее применению при определении правового положения лиц»), но 2) не по всем соответствующим вопросам его статуса, а лишь по вопросам, относящимся к сфере действия ст. ст. 1195 — 1200 ГК. В-четвертых, принятие отсылки к праву третьей страны полностью исключается.

Модель ГК для стран СНГ, а также Гражданские кодексы Белоруссии, Казахстана, Киргизии, Узбекистана разрешают принятие (по существу в тех же, что и п. 2 ст. 1190, пределах, хотя и в ином изложении) не только обратной отсылки, но и отсылки к праву третьей страны. Гражданский кодекс Армении не содержит каких-либо исключений из запрета на принятие отсылок.

Закон Украины о международном частном праве допускает принятие обратной отсылки к праву Украины в случаях, касающихся личного и семейного статуса физического лица.

5. В п. 2 ст. 1190 перечислены статьи ГК, включающие правила, в пределах действия которых допускается принятие обратной отсылки. Речь идет о правилах, определяющих понятие личного закона физического лица, право, подлежащее применению к его гражданской право- и дееспособности, правам на имя, его использование и защиту, к опеке и попечительству, признанию в Российской Федерации безвестно отсутствующим, объявлению лица умершим. За рамками этих правил и, следовательно, вне сферы, открытой для принятия обратной отсылки, находятся все прочие коллизионные нормы раздела VI, раскрывающие содержание иных статутов — статута, определяющего возможность физического лица заниматься предпринимательской деятельностью, статута вещных отношений, статутов договорных и внедоговорных обязательств, статута наследования и др.

В п. 3 ст. 1197 и ст. 1200 ГК российскому праву подчинены признание в Российской Федерации физического лица недееспособным или ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим, а также объявление лица умершим. Во всех этих случаях обращение к односторонней коллизионной норме, исключающей применение иностранного права, предопределяет невозможность постановки вопроса об обратной отсылке. Область принятия обратной отсылки ограничивается и в связи с тем, что вопросы «деликтоспособности» и «завещательной дееспособности» решаются за пределами сферы применения личного закона физического лица (см. ст. 1220 и п. 2 ст. 1224 и комментарий к этим статьям).

В Конвенции, имеющей целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных и простых векселях, 1930 г. и Конвенции, имеющей целью разрешение некоторых коллизий законов о чеках, 1931 г. способность лица обязываться соответственно по переводному (простому) векселю или по чеку определяется его личным («национальным») законом. Следующее затем в обеих конвенциях одно и то же правило предусматривает принятие обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны: если «национальный» закон отсылает к закону другой страны, применяется этот последний.

6. Правила ст. 1190, исключая возможность обращаться к обратной отсылке при решении любых коллизионных вопросов, выходящих за рамки правового положения физического лица (в том числе относящихся к договорным отношениям), учитывают распространенную практику непринятия обратной отсылки в этой области.

Конвенция о законе, применимом к международной купле-продаже товаров, 1955 г. (Российская Федерация в Конвенции не участвует) устанавливает, что такая купля-продажа регулируется внутренним (т.е. материальным) правом страны, определяемым согласно положениям Конвенции. В Конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров, 1986 г. (в силу не вступила) термин «право» означает действующее в стране право, за исключением коллизионных норм. Отрицательное отношение к обратной отсылке закреплено также в Конвенции стран ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г. и Межамериканской конвенции о праве, применимом к международным контрактам, 1994 г. И первая, и вторая конвенции не включают в состав норм применимого права коллизионные нормы.

Единственная коллизионная норма в Общих условиях поставок товаров между организациями стран — членов СЭВ 1968/1988 гг., применяемых с партнерами из стран, входивших в СЭВ, лишь при наличии ссылки на эти Общие условия в контракте, отсылает к материальному праву страны продавца. Материальное право страны продавца применяется к отношениям сторон по поставке товаров по тем вопросам, которые не урегулированы или не полностью урегулированы контрактами или этими Общими условиями. Соответствующая коллизионная норма была включена в Общие условия поставок товаров из стран — членов СЭВ в Финляндскую Республику и из Финляндской Республики в страны — члены СЭВ, Общие условия поставок товаров между организациями СССР и СФРЮ, Общие условия поставок товаров между внешнеторговыми организациями СССР и КНДР.

Отечественная доктрина и практика и ранее исключали принятие обратной отсылки в отношениях, возникающих из внешнеторговых сделок. Так, Внешнеторговая арбитражная комиссия при Всесоюзной торговой палате в 1967 г. при рассмотрении дела по иску английской фирмы «Ромулус Филмс Лтд» к В/О «Совэкспортфильм», связанного с заключением между истцом и ответчиком договора о прокате советского фильма «Спящая красавица», не согласилась с доводами ответчика о принятии обратной отсылки к советскому праву, мотивировав свое решение, в частности, тем, что советское коллизионное право не принимает обратной отсылки при разрешении споров по внешнеторговым сделкам, за изъятием случаев, предусмотренных в заключенных СССР международных договорах.

7. Линия на ограничение пределов принятия обратной отсылки учитывает отношение к этому вопросу, характерное для практики международного коммерческого арбитража. В Законе об арбитраже 1993 г., разработанном на основе Типового закона, принятого в 1985 г. Комиссией ООН по праву международной торговли и одобренного Генеральной Ассамблеей ООН для возможного использования государствами в своем законодательстве, предусматривается (п. 1 ст. 28) разрешение третейским судом спора в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. Любое указание на право или систему права какого-либо государства должно толковаться как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам. Формула Закона исключила таким образом возможность принятия международным коммерческим арбитражем обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны.

Исключая в виде общего правила принятие обратной отсылки, законодатель исходит, очевидно, из того, что вопрос о применимом праве подлежит урегулированию на основании отечественной коллизионной нормы и обращаться с той же целью еще и к иностранной коллизионной норме не следует хотя бы потому, что это снижает уровень определенности и предсказуемости коллизионного решения. В случаях же, когда применимое право определяется на основе выбора сторон, истолкование его как распространяющегося не только на материально-правовые, но и на коллизионные предписания делает такой выбор, по существу, беспредметным. Средством, способным предотвратить «опасность» неопределенности, которая может возникнуть вследствие обращения к иностранной коллизионной норме, служит квалификация применимого права, избранного сторонами, лишь как материального.

Понятие международного частного права

1.2. Коллизия права и общий метод международного частного права

Коллизия права — явление многоаспектное. Коллизия (от латинского слова collisio — столкновение) в общем виде означает расхождение содержания (столкновение) разных норм права, относящихся к одному вопросу. В этом плане различают коллизию норм права, содержащихся в разновременно изданных законах; коллизию правовых норм, порождаемую иерархией законодательных актов (законы, подзаконные акты); коллизию, порождаемую федеративным устройством государства (например, федеральные законы и законы субъектов Российской Федерации). Все это примеры коллизий, возникающих между нормами внутреннего права одного государства. Их разрешение лежит в сфере конституционного и иных отраслей права соответствующего государства.

Вместе с тем коллизия права — это основополагающая категория международного частного права. Коллизия права в международном частном праве — это прежде всего коллизия между материальными нормами национального частного права (гражданского, семейного, трудового и др.) разных государств . Ее разрешение является необходимой предпосылкой правового регулирования частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом.

Коллизия права обусловлена двумя причинами. Первая и главная причина кроется в сущностном качестве самого предмета международного частного права. Являющиеся его предметом частноправовые отношения лежат в сфере действия частного права, имеющего национальный характер. Наличие в таком отношении иностранного элемента связывает его с частным правом не одного государства, а нескольких. Как отмечалось выше, потенциально это отношение может быть урегулировано правом каждого государства, которому принадлежит тот или иной его элемент.

Вторая причина сугубо юридическая — частное право разных государств отличается, подчас существенно, по своему содержанию: одни и те же вопросы по-разному решаются в праве разных государств. В результате возникает коллизия права, заключающаяся в том, что одни и те же фактические обстоятельства могут быть различно оценены юридически, и в итоге в соответствии с правом разных государств может быть дан разный ответ на один и тот же вопрос.

Например, гражданин России во Владивостоке заключил с японским гражданином договор о совместной хозяйственной деятельности. Однако в связи с тем, что японская сторона не выполнила своих обязательств, российский гражданин понес убытки. На его требование возместить убытки японский контрагент ответил, что в момент заключения договора ему еще не было 20 лет, по японскому законодательству он был недееспособным и поэтому договор был недействительным. Российский гражданин обратился в суд Владивостока с исковым требованием, в котором указал, что договор был заключен на территории России, а по российскому гражданскому праву гражданская дееспособность в полном объеме возникает в 18 лет, и поэтому ссылка японской стороны на недействительность договора в связи со своей недееспособностью юридически несостоятельна. Как видно, однозначного ответа на возникшие вопросы нет.

Наличие в данном гражданском правоотношении российского и японского элементов связывает его как с российским, так и с японским гражданским правом: согласно п. 1 ст. 21 ГК РФ гражданская дееспособность в полном объеме возникает по достижении 18-летнего возраста, а ст. 3 ГК Японии 1898 г. (со многими поправками он действует и в настоящее время) устанавливает возраст гражданского совершеннолетия «полных двадцать лет». Вопрос о том, дееспособен японский гражданин или нет, а значит, действителен договор или нет, может быть решен по-разному, в зависимости от того, по российскому или японскому праву он будет рассматриваться.

Таким образом, коллизия права — это объективно возникающее явление. Оно порождается двумя причинами: наличием иностранного элемента в частноправовом отношении и различным содержанием частного права разных государств, с которыми это отношение связано.

Исходя из этого можно определить коллизию права в международном частном праве как обусловленную спецификой частноправового отношения, осложненного иностранным элементом, объективную возможность применения частного права двух или более государств к данному отношению, что может привести к разным результатам, к различному решению возникающих вопросов.

Для того чтобы ответить на спорный вопрос по существу, необходимо прежде всего разрешить или преодолеть коллизию права. Преодоление коллизии права есть основная задача, основное назначение (основная функция) международного частного права. Для решения этой задачи в международном частном праве исторически сложился особый юридический механизм. С этим связано понимание единого метода правового регулирования, присущего международному частному праву.

Из теории права известно, что каждой отрасли права свойствен свой особый метод правового регулирования, который в концентрированном виде выражает самую суть, стержень юридического воздействия . Метод — это комплекс взаимосвязанных приемов, средств, через которые право воздействует на ту или иную область общественных отношений, на поведение их участников, устанавливая их права и обязанности. В методе проявляется юридическое своеобразие отрасли права.

Международное частное право имеет свои собственные приемы и средства регламентации прав и обязанностей участников международного частноправового оборота. Данное обстоятельство является наиболее важным показателем юридического своеобразия международного частного права, что дает основание для выделения его в особую отрасль системы права.

Специфика международного частного права, включая метод регулирования, обусловлена уникальностью объекта регулирования — частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом. С одной стороны, поскольку речь идет о частноправовых отношениях, международное частное право основано на первичном, исходном методе частного права в целом. Это метод диспозитивного регулирования, или метод координации. Он характеризуется автономией и равноправием сторон регулируемых отношений. Его началами являются принципы независимости, самостоятельности и равноправия сторон, защиты частной собственности, свободы договоров .

С другой стороны, наличие иностранного элемента в частноправовом отношении и его связь с правом разных государств порождает особую проблему — коллизию между нормами частного права разных государств, решение которой является необходимым условием регулирования данного отношения. Именно это предопределяет своеобразие комплекса юридического инструментария, используемого в международном частном праве, что позволяет выделить его особый метод.

Метод международного частного права — это совокупность конкретных приемов, способов и средств юридического воздействия, направленного на преодоление коллизии права разных государств. Прежде всего он объединяет способы регулирования, т.е. пути юридического воздействия, выраженные в юридических нормах. Их два: коллизионно-правовой и материально-правовой. Оба они направлены на преодоление коллизии права. Сюда же входят конкретные юридические приемы, вплетенные в ткань того или иного способа регулирования, такие как применение оговорки о публичном порядке, решение интерлокальных и интертемпоральных коллизий, обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства и др. Наконец, все конкретные приемы, средства, способы неотделимы от первичного метода частного права — координации, являются его выражением. Особенно зримо это проявляется в категории автономии воли — основополагающем принципе международного частного права, также в конечном итоге направленном на преодоление коллизии права.

1.3. Способы и формы правового регулирования частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом

Первым способом регулирования частноправовых отношений с иностранным элементом является коллизионно-правовой, сущность которого заключается в выборе компетентного правопорядка для разрешения конкретного дела. Во внутреннем праве государств есть особые нормы — коллизионные, которые содержат правила выбора права: они тем или иным образом указывают, право какого государства должно быть применено для урегулирования отношения с иностранным элементом.

В приведенном выше примере иск был предъявлен в российском суде. Прежде чем рассмотреть его по существу, необходимо преодолеть коллизию права и ответить на так называемый коллизионный вопрос: право какого государства — российского или японского — должно быть применено для рассмотрения искового требования, т.е. выбрать право. Ответить на этот вопрос, собственно, как и на любой другой, суд обязан с применением норм российского права. Иначе говоря, в российском праве необходимо найти такую норму, которая и обосновывала бы ответ на возникший коллизионный вопрос. Такая норма и называется коллизионной нормой.

Приведенный пример относится к гражданско-правовым отношениям. В России коллизионные нормы по этим отношениям содержатся в части третьей Гражданского кодекса, в разд. VI, который называется «Международное частное право». В п. 1 ст. 1197 сказано: «Гражданская дееспособность физического лица определяется его личным законом». А согласно п. 1 ст. 1195 личным законом лица является право страны, гражданином которой это лицо является. В рассматриваемом деле спор возник о дееспособности японского гражданина. Поэтому все, что связано с дееспособностью японского гражданина (возраст наступления полной гражданской дееспособности, частичная дееспособность и ее объемы и т.д.), должно рассматриваться по японскому праву. В данном случае коллизия права, коллизионный вопрос решаются в пользу японского права: суд обязан для рассмотрения предъявленного иска выбрать гражданское право Японии.

Таким образом, выбор права, а следовательно, и коллизионно-правовой способ регулирования осуществляются посредством коллизионных норм, которые и содержат предписание о том, право какого государства надо применить. Этот способ называют также отсылочным. Коллизионная норма, указывая компетентный правопорядок, как бы отсылает для определения прав и обязанностей участников отношения к праву определенного государства. Причем коллизионная норма может отослать как к отечественному праву, так и к иностранному.

С отсылочным характером коллизионного способа связана еще одна его особенность. При его применении умозрительно выделяются две стадии регулирования: первая — выбор права с помощью коллизионной нормы (решение коллизионного вопроса); вторая — применение материальных норм избранного частного права для определения прав и обязанностей сторон, что является конечной целью выбора права. Поэтому данный способ регулирования не прямой, а опосредованный: регулирование по существу осуществляется материальными нормами частного права того государства, которое избрано посредством коллизионной нормы.

Коллизионно-правовой — исторически первый способ регулирования в международном частном праве. Первые правила, а затем и первые доктрины, относящиеся к сфере международного частного права, появились тогда, когда стали возникать многочисленные коллизии права в результате развития взаимоотношений между государственными образованиями, в которых сложились свои, обособленные, с достаточно четкими различиями нормы частного права . Эти правила, получившие название коллизионных норм, применялись для решения проблем, возникающих из коллизии разноместных законов. В течение долгого времени международное частное право существовало и развивалось только как коллизионное право. В некоторых странах (например, в Англии, США, ФРГ, Японии) такая позиция по отношению к международному частному праву сохранилась и по настоящее время, там оно называется коллизионным. Более того, в последнее время и в отечественной юридической науке стали возрождаться взгляды, ограничивающие международное частное право исключительно коллизионными нормами.

Несмотря на свою традиционность, применение коллизионно-правового способа связано с большими трудностями юридико-технического характера. Некоторые из них обусловлены национальным характером коллизионных норм. Так же как и нормы частного материального права, коллизионные нормы разных государств неизбежно отличаются по своему содержанию: они по-разному решают коллизионные вопросы при регулировании однородных отношений с иностранным элементом. В результате выбор права при одной и той же совокупности фактических обстоятельств может быть разным в зависимости от того, по коллизионным нормам какого государства он будет осуществляться. Описываемое явление носит название «коллизии коллизий», т.е. коллизии коллизионных норм, и является деструктивным фактором в организации международного делового оборота.

Расхождение в содержании материального частного и коллизионного права различных государств приводит к появлению так называемых хромающих отношений. Это такие отношения, которые по праву одного государства являются юридически действительными, законными, а по праву другого государства они незаконны и не порождают никаких юридических последствий. Такие отношения возникают в практике довольно часто, осложняя реализацию международных деловых связей.

Сложность коллизионно-правового способа регулирования связана с возможным применением иностранного права: коллизионная норма может отослать как к собственному праву, так и к иностранному. В последнем случае суд или иной правоприменительный орган будет обязан в силу предписаний отечественной коллизионной нормы рассмотреть дело на основе иностранного гражданского права. Судьи ex officio применяют и знают свое собственное право, иностранное право они знать не обязаны. Как показывает практика, установить содержание и квалифицированно применить нормы иностранного права довольно сложно.

Осуществление коллизионного способа регулирования затрудняется и тем, что многие государства либо вообще не имеют системы коллизионных норм, либо она слабо развита. Правда, в последнее время набирает силу процесс создания и совершенствования национальных коллизионно-правовых норм. В ряде стран были приняты новые законы или подготовлены проекты. Например, в 1978 г. был принят Закон о международном частном праве в Австрии; в 1979 г. — Закон о международном частном праве в Венгрии; в 1982 г. — Закон о разрешении коллизий законов с нормами иностранного права в Югославии, Закон о международном частном праве и процессе в Турции; в 1986 г. — Закон о новом регулировании в области международного частного права в Германии; в 1987 г. — Закон о международном частном праве в Швейцарии; в 1995 г. — Закон о реформе итальянской системы международного частного права; в 1998 г. — Закон о международном частном праве в Венесуэле и др.; подготовлены и обсуждены проекты соответствующих законов в Бельгии, Франции и других странах. Тем не менее эта проблема и до сих пор остается острой.

Сложность перечисленных и некоторых других проблем , возникающих при применении коллизионного способа регулирования, порождает серьезные, подчас непреодолимые трудности в правовой регламентации частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом. Интересы развития международного делового оборота требуют совершенствования этого способа. С конца XIX в. начался процесс унификации, т.е. создания единообразных (унифицированных) коллизионных норм. Унификация осуществляется в форме международных договоров, заключаемых между государствами. Последние берут на себя международно-правовое обязательство применять сформулированные в договоре единообразные коллизионные нормы по определенному кругу частноправовых отношений. Использование унифицированных норм снимает частично рассмотренные недостатки коллизионного способа: способствует ликвидации такого негативного явления, как «коллизия коллизий», уменьшает вероятность возникновения «хромающих отношений», восполняет пробелы в национальном коллизионном праве.

Однако несмотря на то, что унификация является более совершенной формой регулирования, она не получила большого распространения. Начавшийся в конце XIX в. процесс унификации завершился принятием в 1902 и 1905 гг. пяти конвенций, устанавливающих правила разрешения коллизий по ряду вопросов в сфере семейно-брачных отношений . Но и они не получили широкого распространения: в них участвовали лишь некоторые европейские государства (Россия, хотя активно участвовала в их разработке, к ним не присоединилась), причем впоследствии число участвующих государств уменьшалось. Некоторые из названных конвенций в 70-е гг. были заменены новыми . Из других соглашений, направленных на унификацию коллизионного права, можно отметить Конвенцию о праве, применимом к международной купле-продаже, 1986 г., заменившую аналогичную Конвенцию 1955 г.

Примером наиболее удачной унификации коллизионно-правовых норм является региональная унификация, предпринятая латиноамериканскими странами. На VI Панамериканской конференции в 1928 г. был принят договор, получивший название по имени его составителя известного кубинского юриста, — Кодекс Бустаманте . По существу, это единственная довольно полная унификация коллизионно-правовых норм (состоит из 437 статей). Правда, даже в своем регионе договор не получил всеобщего применения: его ратифицировали 15 государств Центральной и Южной Америки. (США не присоединились к нему.) Кодекс Бустаманте оказал серьезное влияние на развитие коллизионного права на всех континентах. Более широко унификация коллизионных норм происходит на двусторонней основе, как правило, в форме заключения договоров об оказании правовой помощи.

Россия имеет такие договоры более чем с 50 государствами. Большинство из них содержит коллизионные нормы, которые государство обязуется применять в своих двусторонних отношениях. Кроме того, в рамках СНГ в 1993 г. подписана многосторонняя Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейно-брачным и уголовным делам, в рамках которой Россия также применяет унифицированные коллизионные нормы.

Унифицированные коллизионные нормы являются выражением коллизионного способа регулирования: они так же, как и коллизионные нормы, создаваемые единолично государствами в своем внутреннем праве, содержат предписания о том, право какого государства следует применить. Различаются они лишь правовой формой своего создания.

Таким образом, коллизионный способ регулирования в настоящее время осуществляется в двух правовых формах — национально-правовой (посредством национальных коллизионных норм, разработанных каждым государством в своем праве самостоятельно) и международно-правовой (посредством унифицированных коллизионных норм, разработанных государствами совместно в международных договорах). Обе формы относятся к одному способу регулирования — коллизионному, так как в обоих случаях коллизия права разрешается способом выбора права, отсылки к праву конкретного государства.

Второй способ регулирования отношений, осложненных иностранным элементом, — унификация материальных норм частного права. Как уже отмечалось, одной из причин возникновения коллизии и проблемы выбора права являются различия в содержании частного права разных государств. Следовательно, коллизионную проблему можно снять, если будут созданы и применяться единообразные, одинаковые по своему содержанию правовые нормы. Это достигается посредством создания унифицированных (единообразных) материальных норм различных отраслей частного права, что снимает саму коллизионную проблему. Такие нормы непосредственно применяются к отношениям с иностранным элементом, минуя коллизионную стадию, стадию выбора права. Поскольку унифицированные нормы по своей природе являются материальными правовыми нормами, устанавливающими права и обязанности участников частноправовых отношений, способ унификации называют также материально-правовым.

Важно подчеркнуть, что обязательным условием унификации материального частного права как способа регулирования является использование международно-правовых форм (главным образом международного договора). В процессе взаимодействия государств происходит взаимовлияние национальных правовых систем, в результате чего в частном праве разных государств встречаются одинаковые по содержанию правила. Такие совпадения могут быть значительными; встречаются в практике и полные текстуальные совпадения законов разных стран. Известный пример такого совпадения — гражданское право Франции и Бельгии: в обеих странах действует Кодекс Наполеона.

Однако никакое фактическое совпадение, даже значительное, в частном праве разных стран не исключает возможности возникновения коллизий и необходимости выбора права: формально совпадающие нормы позитивного права получают различную интерпретацию в реальной юридической практике, подвергаются изменениям и дополнениям, что приводит к различной регламентации однородных отношений. При фактическом совпадении материального права действие коллизионных норм сохраняется. Так, если возникает гражданское правоотношение, состоящее из французских и бельгийских элементов, то, несмотря на действие Кодекса Наполеона и во Франции и в Бельгии, нужно поставить коллизионный вопрос и решить, гражданское право какого государства (Франции или Бельгии) подлежит применению.

Напротив, создание унифицированных материальных частноправовых норм при использовании международно-правовой формы (договор, обычай), в которой выражена согласованная воля договаривающихся государств к единообразному регулированию определенного вида отношений, снимает саму предпосылку возникновения коллизии и ликвидирует условия применения коллизионной нормы. Поэтому унификация материального права является выражением единого метода международного частного права, так как она по своей сути направлена на преодоление коллизии права. Нормы, созданные в результате унификации, входят в систему международного частного права.

Унификация материального частного права, собственно, как и унификация коллизионного права, возникла в практике международного частного права в конце XIX в. Интенсификация развития экономических, научно-технических и прочих международных связей показала недостаточность коллизионно-правовых норм, которые опосредовали эти связи. Кроме указанных сложностей коллизионного способа регулирования побудительную роль в унификации сыграло то обстоятельство, что во внутреннем праве государств, к которому отсылали коллизионные нормы, часто не было правил для решения вопросов, возникающих в международном частном обороте. Национальное частное право, и прежде всего гражданское, оказалось неприспособленным к регулированию нарождающихся новых международных хозяйственных связей. Наибольшее применение унификация материального права имеет при регулировании торговых, производственных, научно-технических, транспортных отношений.

В области торговли, например, широкое применение получили договоры, создавшие единообразные материальные гражданско-правовые нормы, такие как Женевские конвенции о векселях 1930 г., Женевские конвенции о чеках 1931 г., Конвенция о договорах международной купли-продажи 1980 г., Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г., Конвенция о международном финансовом лизинге 1988 г.

Унификация частного права — более совершенный способ регулирования. Ее широкое внедрение может снять все недостатки коллизионно-правового способа и обеспечить гармонизированное регулирование частноправовых отношений международного характера. К сожалению, это только идеал, еще далекий от своего воплощения. Унификация предполагает высокий уровень сотрудничества государств, характеризующийся большой степенью доверия. Меняющийся в настоящее время характер межгосударственных взаимоотношений, проявляющийся в том числе в стремлении создать единое правовое пространство, европейское и мировое, может придать новый импульс процессу унификации права. А пока она не стала преобладающим способом регулирования, охватив в основном торговлю и то, что с ней тесно связано: перевозки, расчеты и т.д. Однако и здесь одновременно применяется коллизионный способ, иногда являющийся единственной возможностью для решения возникающих вопросов. В других же областях частных отношений — собственность, семейно-брачные отношения, наследственные, деликтные и др. — по-прежнему господствует традиционный способ регулирования посредством коллизионных норм.

Материально-правовой способ регулирования в отличие от коллизионного, являющегося отсылочным способом, часто в литературе называют прямым способом регулирования. Здесь необходимо предостеречь от возможного неправильного толкования этого термина. Прямое регулирование в данном контексте используется только для сопоставления с коллизионным регулированием. Прямое регулирование означает такое регулирование, при котором не возникают коллизионный вопрос и проблема выбора права. Унифицированные нормы регулируют отношения прямо, минуя коллизионную стадию. В то же время унифицированные нормы применяются не прямо, не непосредственно, а через определенный национально-правовой механизм, который придает международно-правовой норме национально-правовую силу. В равной степени это относится к унифицированным коллизионным нормам.

Рассмотренное соотношение коллизионно-правового и материально-правового способов регулирования частноправовых отношений международного характера нашло отражение в разд. VI Гражданского кодекса «Международное частное право». Если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующим отношениям, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается. Данное правило установлено в п. 3 ст. 1186. В нем подчеркнуты два важных момента, связанных с взаимодействием двух способов регулирования. Во-первых, наличие унифицированных материально-правовых норм снимает коллизионную проблему и необходимость обращения к коллизионным нормам. Значит, унифицированные материально-правовые нормы применяются к частноправовым отношениям международного характера прямо, непосредственно, минуя коллизионную стадию. Во всех остальных случаях регулирование осуществляется посредством коллизионных норм. Во-вторых, в России применяются только такие унифицированные материально-правовые нормы, которые созданы международным договором с участием Российской Федерации. Материально-правовые нормы, возникающие в процессе гармонизации права, как бы они ни совпадали формально по содержанию, не снимают коллизионный вопрос и необходимость выбора компетентного права.

Таким образом, международному частному праву присущи два способа регулирования: во-первых, коллизионно-правовой, который осуществляется в двух правовых формах — национальной и международной, и, во-вторых, материально-правовой, осуществляемый в международно-правовой форме. Оба они направлены на преодоление коллизионной проблемы, хотя и разными средствами. Именно это объединяет их в юридическую общность: они являются различным проявлением единого метода международного частного права. В процессе регулирования частных правоотношений, осложненных иностранным элементом, оба способа взаимодействуют, дополняя друг друга.

Предмет и метод международного частного права

Страница 2 из 2

Метод международного частного права

Из теории права известно, что каждой отрасли права свойст­вен свой особый метод правового регулирования.

Метод — это комплекс взаимосвязанных прие­мов, средств, через которые право воздействует на ту или иную область общественных отношений, на поведение их участников, устанавливая их права и обязанности. В методе проявляется юри­дическое своеобразие отрасли права.

Международное частное право имеет свои собственные прие­мы и средства регламентации прав и обязанностей участников международного частноправового оборота. Данное обстоятельство является наиболее важным показателем юридического своеобра­зия международного частного права, что дает основание для вы­деления его в особую отрасль системы права.

Специфика международного частного права, включая метод регулирования, обусловлена уникальностью объекта регулирова­ния — частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом.

С одной стороны, поскольку речь идет о частнопра­вовых отношениях, международное частное право основано на первичном, исходном методе частного права в целом. Это метод диспозитивного регулирования, или метод координации. Он ха­рактеризуется автономией и равноправием сторон регулируемых отношений. Его началами являются принципы независимости, самостоятельности и равноправия сторон, защиты частной собст­венности, свободы договоров.

С другой стороны, наличие иностранного элемента в частно­правовом отношении и его связь с правом разных государств по­рождает особую проблему — коллизию между нормами частного права разных государств, решение которой является необходимым условием регулирования данного отношения. Именно это предо­пределяет своеобразие комплекса юридического инструментария, используемого в международном частном праве, что позволяет выделить его особый метод.

Метод международного частного права — это совокупность кон­кретных приемов, способов и средств юридического воздействия, на­правленного на преодоление коллизии права разных государств. Пре­жде всего он объединяет два способа регулирования, т. е. пути юри­дического воздействия, выраженные в юридических нормах:

  1. коллизионно-правовой (коллизионный);
  2. материально-правовой.

Оба они на­правлены на преодоление коллизии права. Сюда же входят кон­кретные юридические приемы, такие как:

  • применение оговорки о пуб­личном порядке;
  • решение интерлокальных и интертемпоральных коллизий;
  • обратной отсылки и отсылки к праву третьего государ­ства и др.

Наконец, все конкретные приемы, средства, способы неотделимы от первичного метода частного права — координации, являются его выражением. Особенно зримо это проявляется в ка­тегории автономии воли — основополагающем принципе междуна­родного частного права, также в конечном итоге направленном на преодоление коллизии права.

Выделяют следующие методы международного частного права:

  1. коллизионно-правовой (коллизионный);
  2. материально-правовой.

Коллизионный метод международного частного права

Коллизия права — явление многоаспектное. Коллизия (от ла­тинского слова collisio — столкновение) в общем виде означает расхождение содержания (столкновение) разных норм права, от­носящихся к одному вопросу. В этом плане различают коллизию норм права:

  • содержащихся в разновременно изданных законах;
  • порождаемую иерархией законодатель­ных актов (законы, подзаконные акты);
  • порождаемую федеративным устройством государства (например, федеральные законы и законы субъектов Российской Федерации).

Все это при­меры коллизий, возникающих между нормами внутреннего права одного государства. Их разрешение лежит в сфере конституцион­ного и иных отраслей права соответствующего государства.

Вместе с тем коллизия права — это основополагающая катего­рия международного частного права. Коллизия права в международном частном праве — это прежде всего коллизия между материаль­ными нормами национального частного права (гражданского, се­мейного, трудового и др.) разных государств. Ее разрешение является необходимой предпосылкой правового регулирования ча­стноправовых отношений, осложненных иностранным элементом.

Коллизия права обусловлена двумя причинами:

  1. сущностная (частноправовые отношения лежат в сфере действия частного пра­ва, имеющего национальный характер, наличие иностранного элемента связывает его с частным правом не одного государства, а нескольких, т.е. потен­циально это отношение может быть урегулировано правом каждо­го государства, которому принадлежит тот или иной его элемент);
  2. сугубо юридическая (частное право разных государств отличается, подчас существенно, по своему содержа­нию: одни и те же вопросы по-разному решаются в праве разных государств).

Пример

Например, гражданин России во Владивостоке заключил с японским гражданином договор о совместной хозяйственной деятельности. Однако в связи с тем, что японская сторона не вы­полнила своих обязательств, российский гражданин понес убыт­ки. На его требование возместить убытки японский контрагент от­ветил, что в момент заключения договора ему еще не было 20 лет, по японскому законодательству он был недееспособным и поэто­му договор был недействительным. Российский гражданин обра­тился в суд Владивостока с исковым требованием, в котором ука­зал, что договор был заключен на территории России, а по рос­сийскому гражданскому праву гражданская дееспособность в полном объеме возникает в 18 лет, и поэтому ссылка японской стороны на недействительность договора в связи со своей недее­способностью юридически несостоятельна. Как видно, однознач­ного ответа на возникшие вопросы нет.

Наличие в данном гражданском правоотношении российского и японского элементов связывает его как с российским, так и с японским гражданским правом: согласно п. 1 ст. 21 ГК РФ гражданская дееспособность в полном объеме возникает по достиже­нии 18-летнего возраста, а ст. 3 ГК Японии 1898 г. (со многими поправками он действует и в настоящее время) устанавливает возраст гражданского совершеннолетия «полных двадцать лет». Вопрос о том, дееспособен японский гражданин или нет, а зна­чит, действителен договор или нет, может быть решен по-разно­му, в зависимости от того, по российскому или японскому праву он будет рассматриваться.

Таким образом, коллизия права — это объективно возникаю­щее явление. Оно порождается двумя причинами: наличием ино­странного элемента в частноправовом отношении и различным содержанием частного права разных государств, с которыми это отношение связано.

Коллизия права в междуна­родном частном праве — обусловленная спецификой частноправо­вого отношения, осложненного иностранным элементом, объектив­ная возможность применения частного права двух или более госу­дарств к данному отношению, что может привести к разным результатам, к различному решению возникающих вопросов.

Коллизионная норма — это норма, определяющая, право какого государства должно быть применено к соответствующему правоотношению. Коллизионная норма носит отсылочный характер, она только отсылает к материальным нормам, предусматривающим решение соответствующего вопроса.

Хотя коллизионная норма указывает лишь, законы какой страны должны быть применены, ее нельзя рассматривать как имеющую те же функции, что выполняет справочное бюро на вокзале, сообщающее пассажирам, в каком окошечке они могут купить билет и с какого пути отправляется их поезд. Вместе с материально-правовой нормой, к которой она отсылает, коллизионная норма выражает определенное правило поведения для участников гражданского оборота.

Недостатки коллизионного метода:

  • применение коллизионной нормы, отсылающей к праву иностранного государства, усложняет деятельность суда или иного органа государства (установить содержание иностранного права не так просто;
  • применение этого метода не способствует обеспечению единообразия при решении конфликтных ситуаций, поскольку в различных государствах коллизионные нормы в отношении одного и того же предмета могут и не совпадать (конечный результат будет зависеть от того, в суде какого государства рассматривается спор);
  • при коллизионном методе применяются, как правило, нормы общего характера, призванные регулировать все частноправовые отношения, не рассчитанные на отношения с иностранным элементом.

Для того чтобы ответить на спорный вопрос по существу, не­обходимо прежде всего разрешить или преодолеть коллизию пра­ва. Преодоление коллизии права есть основная задача, основное назначение (основная функция) международного частного права. Для решения этой задачи в международном частном праве исто­рически сложился особый юридический механизм. С этим связа­но понимание единого метода правового регулирования, прису­щего международному частному праву.

Материально-правовой метод международного частного права

Объединение в составе международного частного права коллизионных и материально-правовых норм основывается на необходимости двумя различными методами регулировать однородные по своему характеру отношения.

В п. 3 ст. 1186 ГК РФ предусмотрено следующее положение: «Если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается».

Это положение ГК РФ означает, что приоритетом пользуется материально-правовая норма, предусмотренная международным договором. Поэтому проблема определения в данном случае на основе коллизионной нормы права, подлежащего применению, отпадает.

Преимущества применения материально-правового метода:

  • его использование создает большую определенность соответствующих отношений, поскольку материально-правовые нормы всегда известны заранее;
  • при применении этого метода создается единообразное регулирование, устраняется односторонний подход, присущий коллизионному методу, когда в целом ряде случаев коллизионная норма устанавливается каким-либо одним государством.

Недостатки материально-правового метода:

  • нормы международных соглашений могут по-разному пониматься и применяться в различных странах;
  • нормы международных соглашений в большинстве случаев они носят диспозитивный характер (т.е. они не являются обязательными, а могут применяться по усмотрению сторон).

Коллизионные нормы международного частного права

Современному международному частноправовому коллизионному регулированию свойственно «подчинение» норм гражданско-правового регулирования обязательств сторон внешнеэкономического договора специальной коллизионной норме, «привязывающей» его к праву одного или нескольких государств, подлежащему применению к договору с участием сторон различной национальной юрисдикции (lex causae).

Коллизионное регулирование большинства стран мира относит действительность сделки к «обязательственному статуту сделки», который охватывает вопросы о действительности договора, моменте его заключения, толковании содержания, исполнении, ответственности сторон за неисполнение своих договорных обязательств, изменении, приостановлении или распоряжении договора.

Одним из наиболее значимых положений, включающих коллизионное регулирование гражданско-правовых отношений в МЧП, является закрепление принципа автономии воли. Принцип автономии воли в МЧП России ранее действовал только при регулировании международных хозяйственных сделок. С введением в действие СК РФ он стал применяться в брачно-семейных отношениях.

Коллизионное регулирование допускает как «единообразный», так и «смешанный» статут договора, когда под «единообразным» понимается использование в договоре применимого права одной страны, а под «смешанным» использование права третьей страны или нескольких государств, включая унифицированные международные нормы.

Существуют как преимущества, так и недостатки в применении либо одной правовой системы, либо множества правовых систем в силу «смешанного» статута договора.

«Смешанный» с точки зрения коллизионного регулирования договор учитывает различные аспекты и элементы договорных отношений с иностранным элементом, отличия между договорами разного вида и характера. Однако такое регулирование подходит к договорам, которые могут быть объективно «раздроблены» на две или три правовые системы, что осложняет работу судов, но получает в мировой практике все большее распространение. Европейские и американские суды сталкиваются с различными трудностями, устанавливая и применяя иностранный правопорядок.

Таким образом, в мировой практике формируются два подхода к определению применимого права к договорным обязательствам. Первый, когда характер договорного правоотношения определяется в узком смысле по месту исполнения обязательств. Второй, когда характер договорного правоотношения определяется в широком смысле, не только по месту нахождения объекта договора, но и по месту регистрации имущественных прав (ценных бумаг), по личному закону физического или юридического лица, сущность которого заключается в автономии воли сторон договорных обязательств.

Хотя в международной практике все реже применяется первый подход, в целом он сохраняет свое практическое значение в определении применимого права к договорным отношениям в силу его определенности, особенно в отношении тех договоров, которые связаны с передачей права собственности на вещи.

Относительно второго, связанного с применением принципа автономии воли для определения применимого к договору права, можно сказать, что он отвечает современным требованиям справедливости и правосудия. Несмотря на то что все правовые системы мира равны между собой, в содержательном аспекте они отличаются друг от друга и стороны вправе выбрать правовую систему, которая бы устраивала обе стороны и отвечала реальной необходимости регулирования их договорных отношений.

Отсутствие пространственных пределов ограничения автономии воли сторон отвечает тенденциям современного международного делового оборота, поскольку широкие возможности по выбору применимого права позволяют сторонам сделки реализовать намерение к подчинению своих прав и обязательств наиболее «совершенному с их точки зрения правопорядку», а также облегчить процесс достижения компромисса по вопросу о применимом праве. На практике часто в качестве такового выступает «нейтральный», «равноудаленный» правопорядок, с которым ни одна из сторон не связана.

Пункт 4 ст. 1210 ГК РФ говорит о возможности выбора права к части договора, из которого логически следует, что стороны могут также исключить применение права отдельных стран к этой части либо подчинить различные вопросы своих взаимоотношений праву разных стран, российские ученые по-разному рассматривают возможности выбора применимого права к части договора. Представители одного направления (И. В. Елисеев, В. Л. Толстых) негативно оценивают описанные законодательные положения, полагая, что их применение на практике будет чрезвычайно осложнено и не отвечает интересам сторон международного делового оборота. Другая группа ученых (Г. К. Дмитриева, Е. В. Кабатова) положительно воспринимает прямое закрепление возможности избрания применимого права к части договора, объясняя это стремлением законодателя обеспечить более полное и свободное волеизъявление сторон, что подразумевает возможность предусматривать максимально тщательную и удобную для сторон регламентацию каждого аспекта договорных отношений, а также достигать компромисса в решении коллизионной проблемы. Новая концепция МЧП практически также исходит из расширения понимания основных коллизионных принципов, таких как «критерий наиболее тесной связи» и «автономия воли сторон».

Основной правовой коллизионный принцип включает критерий наиболее тесной связи для установления компетентного правопорядка к договорным обязательствам, что проявляется во множестве конкретных коллизионных привязок, установленных законодателем. При этом можно непосредственно выбрать применимое право, если из существа договорного обязательства вытекает, что привязка к конкретному правопорядку не выражает с ним наиболее тесную связь. Принцип тесной связи является также общим принципом международного частного права, определяющим основополагающие начала в правовом регулировании международных частных отношений в целом.

Определение права, подлежащего применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных лиц или гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, регулируется ст. 1186 ГК РФ. Право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров РФ, ГК РФ, других законов и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.

Особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются законом о международном коммерческом арбитраже.

Если невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право страны, с которой гражданско- правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано.

Если международный договор РФ содержит материальноправовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается.

Квалификация юридических понятий при определении права, подлежащего применению, определяется ст. 1187 ГК РФ, которая устанавливает, что при определении права, подлежащего применению, толкование юридических понятий осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом. Если при определении права, подлежащего применению, юридические понятия, требующие квалификации, не известны российскому праву или известны в ином словесном обозначении либо с другим содержанием и не могут быть определены посредством толкования в соответствии с российским правом, то при их квалификации может применяться иностранное право.

Применение права страны с множественностью правовых систем регламентировано ст. 1188 ГК РФ. В случае, когда подлежит применению право страны, в которой действуют несколько правовых систем, применяется правовая система, определяемая в соответствии с правом этой страны. Если невозможно определить в соответствии с правом этой страны, какая из правовых систем подлежит применению, применяется правовая система, с которой отношение наиболее тесно связано.

Взаимность как условие применения коллизионных норм определена в ст. 1189 ГК РФ. Иностранное право подлежит применению в Российской Федерации независимо от того, применяется ли в соответствующем иностранном государстве к отношениям такого рода российское право, за исключением случаев, когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом. В случае, когда применение иностранного права зависит от взаимности, предполагается, что она существует, если не доказано иное.

Обратная отсылка как условие применения коллизионных норм определена в ст. 1190 ГК РФ. Любая отсылка к иностранному праву должна рассматриваться как отсылка к материальному, а не к коллизионному праву соответствующей страны. Обратная отсылка иностранного права может приниматься в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица.

Установление содержания норм иностранного права регулируется ст. 1191 ГК РФ. При применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в Минюст России и иные компетентные органы или организации в Российской Федерации и за границей либо привлечь экспертов. Лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм. По требованиям, связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, бремя доказывания содержания норм иностранного права может быть возложено судом на стороны. Если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право.

Применение императивных норм в случае коллизии норм различной национальной принадлежности установлено ст. 1192

ГК РФ. При применении права какой-либо страны суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы должны регулировать соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения.

Оговорка о публичном порядке предусмотрена ст. 1193 ГК РФ. Норма иностранного права, подлежащая применению в исключительных случаях, не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) России. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. Отказ в применении нормы иностранного права не может быть основан только на отличии правовой, политической или экономической системы соответствующего иностранного государства от правовой, политической или экономической системы России.

Реторсии (ст. 1194 ГК РФ) означают, что Правительством РФ могут быть установлены ответные ограничения (реторсии) в отношении имущественных и личных неимущественных прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц.

Личным законом физического лица согласно ст. 1195 ГК РФ считается право страны, гражданство которой это лицо имеет. Если лицо наряду с российским гражданством имеет и иностранное гражданство, его личным законом является российское право. Если иностранный гражданин имеет место жительства в Российской Федерации, его личным законом является российское право. При наличии у лица нескольких иностранных гражданств личным законом считается право страны, в которой это лицо имеет место жительства. Личным законом лица без гражданства считается право страны, в которой это лицо имеет место жительства. Личным законом беженца считается право страны, предоставившей ему убежище.

Право, подлежащее применению при определении гражданской правоспособности физического лица, определено в ст. 1196 ГК РФ. Гражданская правоспособность физического лица определяется его личным законом. При этом иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом. Право, подлежащее применению при определении гражданской дееспособности физического лица, и гражданская дееспособность физического лица определяются его личным законом (ст. 1197 ГК РФ).

Физическое лицо, не обладающее гражданской дееспособностью по своему личному закону, не вправе ссылаться на отсутствие у него дееспособности, если оно является дееспособным по праву места совершения сделки, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона знала или заведомо должна была знать об отсутствии дееспособности. Признание в Российской Федерации физического лица недееспособным или ограниченно дееспособным подчиняется российскому праву.

Право, подлежащее применению к опеке и попечительству, установлено ст. 1199 ГК РФ. Опека или попечительство над несовершеннолетними, недееспособными или ограниченными в дееспособности совершеннолетними лицами устанавливается и отменяется по личному закону лица, в отношении которого устанавливается либо отменяется опека или попечительство. Обязанность опекуна (попечителя) принять опеку (попечительство) определяется по личному закону лица, назначаемого опекуном (попечителем). Отношения между опекуном (попечителем) и лицом, находящимся под опекой (попечительством), определяются по праву страны, учреждение которой назначило опекуна (попечителя). Однако когда лицо, находящееся под опекой (попечительством), имеет место жительства в Российской Федерации, применяется российское право, если оно более благоприятно для этого лица.

Право, подлежащее применению при определении возможности физического лица заниматься предпринимательской деятельностью, регламентировано ст. 1201 ГК РФ. Право физического лица заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица в качестве индивидуального предпринимателя определяется по праву страны, где такое физическое лицо зарегистрировано в качестве индивидуального предпринимателя. Если это правило не может быть применено ввиду отсутствия обязательной регистрации, применяется право страны основного места осуществления предпринимательской деятельности.

Личный закон юридического лица определяется согласно ст. 1202 ГК РФ. Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо. На основе личного закона юридического лица определяются, в частности:

  • 1) статус организации в качестве юридического лица;
  • 2) организационно-правовая форма юридического лица;
  • 3) требования к наименованию юридического лица;
  • 4) вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства;
  • 5) содержание правоспособности юридического лица;
  • 6) порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;
  • 7) внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками;
  • 8) способность юридического лица отвечать по своим обязательствам.

Юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой орган или представитель юридического лица совершил сделку, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанном ограничении.

Личным законом иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, считается право страны, где эта организация учреждена.

Участие государства в гражданско-правовых отношениях, осложненных иностранным элементом, регулируется ст. 1204 ГК РФ. К гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства нормы ГК РФ применяются на общих основаниях, если иное не установлено законом.

Общие положения о праве, подлежащем применению к вещным правам, установлены ст. 1205 ГК РФ. Содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится. Принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам определяется по праву страны, где это имущество находится. Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предусмотрено законом. Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав по сделке, заключаемой в отношении находящегося в пути движимого имущества, определяются по праву страны, из которой это имущество отправлено, если иное не предусмотрено законом. Возникновение права собственности и иных вещных прав на имущество в силу приобретательной давности определяется по праву страны, где имущество находилось в момент окончания срока приобретательной давности.

Право, подлежащее применению к форме сделки, определено ст. 1209 ГК РФ. Форма сделки подчиняется праву места ее совершения. Однако сделка, совершенная за границей, не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования российского права.

Форма внешнеэкономической сделки, хотя бы одной из сторон которой является российское юридическое лицо, подчиняется независимо от места совершения этой сделки российскому праву. Это правило применяется и в случаях, когда хотя бы одной из сторон такой сделки выступает осуществляющее предпринимательскую деятельность физическое лицо, личным законом которого является российское право.

Форма сделки в отношении недвижимого имущества подчиняется праву страны, где находится это имущество, а в отношении недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, российскому праву.

Стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору. Выбранное сторонами право применяется к возникновению и прекращению права собственности и иных вещных прав на движимое имущество без ущерба для прав третьих лиц.

Соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела.

Выбор сторонами подлежащего применению права, сделанный после заключения договора, имеет обратную силу и считается действительным, без ущерба для прав третьих лиц, с момента заключения договора.

Стороны договора могут выбрать подлежащее применению право как для договора в целом, так и для отдельных его частей.

Если из совокупности обстоятельств дела, существовавших на момент выбора подлежащего применению права, следует, что договор реально связан только с одной страной, то выбор сторонами права другой страны не может затрагивать действие императивных норм страны, с которой договор реально связан.

При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.

Стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, сторона, являющаяся, в частности:

  • • продавцом – в договоре купли-продажи;
  • • дарителем – в договоре дарения;
  • • арендодателем – в договоре аренды;
  • • ссудодателем – в договоре безвозмездного пользования;
  • • подрядчиком – в договоре подряда;
  • • перевозчиком – в договоре перевозки;
  • • экспедитором – в договоре транспортной экспедиции;
  • • займодавцем (кредитором) – в договоре займа (кредитном договоре);
  • • финансовым агентом – в договоре финансирования под уступку денежного требования;
  • • банком – в договоре банковского вклада (депозита) и договоре банковского счета;
  • • хранителем – в договоре хранения;
  • • страховщиком – в договоре страхования;
  • • поверенным – в договоре поручения;
  • • комиссионером – в договоре комиссии;
  • • агентом – в агентском договоре;
  • • правообладателем – в договоре коммерческой концессии;
  • • залогодателем – в договоре о залоге;
  • • поручителем – в договоре поручительства;
  • • лицензиаром – в лицензионном договоре.

Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, в частности:

  • 1) в отношении договора строительного подряда и договора подряда на выполнение проектных и изыскательских работ – право страны, где в основном создаются предусмотренные соответствующим договором результаты;
  • 2) в отношении договора простого товарищества – право страны, где в основном осуществляется деятельность такого товарищества;
  • 3) в отношении договора, заключенного на аукционе, по конкурсу или на бирже, – право страны, где проводится аукцион, конкурс или находится биржа.

К договору, содержащему элементы различных договоров, применяется, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, с которой этот договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан.

Если в договоре использованы принятые в международном обороте торговые термины, при отсутствии в договоре иных указаний считается, что сторонами согласовано применение к их отношениям обычаев делового оборота, обозначаемых соответствующими торговыми терминами.

Право, подлежащее применению к договору с участием потребителя, установлено ст. 1212 ГК РФ. Выбор права, подлежащего применению к договору, стороной которого является физическое лицо, использующее, приобретающее или заказывающее либо имеющее намерение использовать, приобрести или заказать движимые вещи (работы, услуги) для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, не может повлечь за собой лишение такого физического лица (потребителя) защиты его прав, предоставляемой императивными нормами права страны места жительства потребителя, если имело место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

  • 1) заключению договора предшествовала в этой стране оферта, адресованная потребителю, или реклама и потребитель совершил в этой же стране действия, необходимые для заключения договора;
  • 2) контрагент потребителя или представитель контрагента получил заказ потребителя в этой стране;
  • 3) заказ на приобретение движимых вещей, выполнение работ или оказание услуг сделан потребителем в другой стране, посещение которой было инициировано контрагентом потребителя в целях побуждения потребителя к заключению договора.

Право, подлежащее применению к договору в отношении недвижимого имущества, установлено ст. 1213 ГК РФ. При отсутствии соглашения сторон о праве, подлежащем применению к договору в отношении недвижимого имущества, применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Правом страны, с которой такой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится недвижимое имущество.

К договорам в отношении находящихся на территории РФ земельных участков, участков недр, обособленных водных объектов и иного недвижимого имущества применяется российское право.

Правом, подлежащим применению к договору в соответствии с правилами ст. 1210–1214, 1216 ГК РФ, определяются, в частности:

  • 1) толкование договора;
  • 2) права и обязанности сторон договора;
  • 3) исполнение договора;
  • 4) последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора;
  • 5) прекращение договора;
  • 6) последствия недействительности договора.

Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определено ст. 1219 ГК РФ. К обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. В случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране.

К обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда за границей, если стороны являются гражданами или юридическими лицами одной и той же страны, применяется право этой страны. В случае, если стороны такого обязательства не являются гражданами одной и той же страны, но имеют место жительства в одной и той же стране, применяется право этой страны.

После совершения действия или наступления иного обстоятельства, повлекших причинение вреда, стороны могут договориться о применении к обязательству, возникшему вследствие причинения вреда, права страны суда.

На основании права, подлежащего применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются, в частности:

  • 1) способность лица нести ответственность за причиненный вред;
  • 2) возложение ответственности за вред на лицо, не являющееся причинителем вреда;
  • 3) основания ответственности;
  • 4) основания ограничения ответственности и освобождения от нее;
  • 5) способы возмещения вреда;
  • 6) объем и размер возмещения вреда.

Право, подлежащее применению к ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара, работы или услуги, регламентировано ст. 1221 ГК РФ. К требованию о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков товара, работы или услуги, по выбору потерпевшего применяется:

  • 1) право страны, где имеет место жительства или основное место деятельности продавец или изготовитель товара либо иной причинитель вреда;
  • 2) право страны, где имеет место жительства или основное место деятельности потерпевший;
  • 3) право страны, где была выполнена работа, оказана услуга, или право страны, где был приобретен товар.

Выбор потерпевшим права может быть признан только в случае, если причинитель вреда не докажет, что товар поступил в соответствующую страну без его согласия.

К обязательствам, возникающим вследствие недобросовестной конкуренции, применяется право страны, рынок которой затронут такой конкуренцией, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

К обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения, применяется право страны, где обогащение имело место.

Стороны могут договориться о применении к таким обязательствам права страны суда.

Если неосновательное обогащение возникло в связи с существующим или предполагаемым правоотношением, по которому приобретено или сбережено имущество, к обязательствам, возникающим вследствие такого неосновательного обогащения, применяется право страны, которому было или могло быть подчинено это правоотношение.

Отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства. Наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, – по российскому праву.

Способность лица к составлению и отмене завещания, в том числе в отношении недвижимого имущества, а также форма такого завещания или акта его отмены определяются по праву страны, где завещатель имел место жительства в момент составления такого завещания или акта. Однако завещание или его отмена не могут быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если она удовлетворяет требованиям права места составления завещания или акта его отмены либо требованиям российского права.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *