КоАП преюдиция

Решение суда по административному делу

Объявление решения суда является окончанием судебного процесса по конкретному административному делу. Решение выносится исходя из всесторонней объективной оценки судом представленных доказательств, в том числе, полученных по инициативе суда. Кодекс административного судопроизводства РФ имеет множество функций, одной из которых является обеспечение равноправия сторон дела, где одна из сторон наделена властными полномочиями, а вторая нет. Благодаря новым нормам решение по делу принимается судом только исходя из наличия имеющихся доказательств, которые были исследованы при рассмотрении административного дела несмотря на то, что в ряде случаев истец может быть освобожден от доказывания своей позиции.

Важно! Своевременное оглашение решения суда еще не означает его получение сторонами, так как зачастую, помощнику и судье необходимо время на его подготовку. Мотивированное решение, в котором изложены доводы суда, включая оценку доказательств по делу, должны быть изготовлены не позднее 5 дней с момента оглашения решения.

Содержание судебного решения по административному делу

Особенности административного судопроизводства таковы, что при принятии решения по делу суд может выйти за пределы требований истца. Непосредственно законность решения означает, что при принятии его судом определяются те нормы права, которые подлежат применению для разрешения конкретного спора, а обоснованность решения предусматривает учет прав и обязанностей участвующих лиц в деле и предоставленных доказательств. Решение суда по административному делу имеет следующее содержание:

  • вводная часть, где указывается дата и место принятия решения по делу, суд, который вынес решение, состав суда, стороны дела и лица, в нем участвующие, а также номер административного дела, присвоенный судом;
  • описательная часть, где осуществляется изложение требований административного истца, позиции ответчика и мнение других участников процесса;
  • мотивировочная часть, содержащая перечень обстоятельств, которые были установлены судом, выводы и доводы по доказательствам, принятым по делу и их оценке, ссылки на правовые документы, включая акты высших судебных органов;
  • резолютивная часть, которая представляет собой итоговый вывод – удовлетворить требования истца или отказать в их удовлетворении полностью/частично, порядок и сроки исполнения решения суда, включая предельные, сохранение либо отмена мер предварительной защиты и порядок отмены решения суда в апелляционной инстанции.

Кроме того, в решение суда должен быть разрешен вопрос относительно возмещения судебных расходов, в том числе, на оплату услуг представителя, при условии, что соответствующее ходатайство поступило в процессе рассмотрения дела. В случае, когда в деле со стороны истца или ответчика участвуют несколько лиц, суд обязан изложить решение таким образом, чтобы в его содержании был определен порядок и перечень действий в отношении каждого из участников.

Важно! Копия решения суда высылается лицам, участвующим в деле либо получается ими лично в течение 3-х дней с даты вынесения его в окончательной форме.

Решение суда по делу – важные моменты

Законодательство предусматривает определенные действия сторон дела в случае возникновения нестандартных ситуаций:

  1. Если суд по одному из требований истца не вынес решение. Истец вправе обратиться в суд с заявлением о принятии дополнительного решения даже после вынесения первого решения, однако сделать это необходимо до вступления его в законную силу. Такое же правило действует, если суд не прописал в решении условия распределения судебных расходов либо не указал, какие именно действия должен совершить ответчик. Дополнительное решение принимается в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в процессе.
  2. Если в решении суда обнаружены опечатки, описки или арифметические ошибки. В таком случае внести исправления в решение суда можно только посредством подачи в суд соответствующего заявления, однако чаще достаточно устного обращения к секретарю суда или помощнику судьи, чтобы суд по собственной инициативе привел решение в надлежащий вид. Также данный вопрос может быть разрешен в ходе судебного заседания, но явка на него уже не обязательна.
  3. Если решения суда не понятны для сторон. В суд можно подать заявление о разъяснении решения суда, которое не меняет его содержание, однако изложено более доступно, подробно освещает порядок и способ исполнения. Более подробное разъяснение по решению суда возможно только в случае не вступления его в законную силу.

Важно! Решение суда по административному делу вступает в законную силу спустя один месяц после его вынесения, если на немедленность исполнения прямо не указано в Кодексе административного судопроизводства РФ (например, когда речь идет о включении гражданина в списки избирателей) или в решении по ходатайству сторон (например, по искам об оспаривании решения органа власти).

Преюдиция в производстве по делам об административных правонарушениях (Новиков А.В.)

Прежде всего в преддверии раскрытия темы хочется сказать несколько слов о самом понятии «преюдиция». В настоящее время приобрел актуальность термин «административная преюдиция». Вероятно, это произошло с легкой руки бывшего Президента Российской Федерации Д.А. Медведева, который еще в 2009 г. призвал к более широкому использованию административной преюдиции <1>, под которой понимается привлечение лица к уголовной ответственности, если оно в течение определенного периода после одного или двух административных взысканий за правонарушение совершит такое же правонарушение <2>. В таком качестве преюдиция хоть и называется «административная», но относится к сфере уголовной юстиции. Между тем в нашем случае речь хоть и пойдет о правилах доказывания, но только в рамках не уголовного процесса, а производства по делам об административных правонарушениях.
———————————
<1> Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию от 12 ноября 2009 года // Российская газета. 2009. 13 ноября.
<2> См., например: Чикин Д.С. Преступление с административной преюдицией как вид сложного единичного преступления // Российский следователь. 2012. N 23. С. 17.
Решения судов общей юрисдикции, вынесенные по делам об административных правонарушениях, имеют преюдициальное значение для судебного разбирательства дел в порядке, предусмотренном арбитражно-процессуальным, гражданским процессуальным и уголовно-процессуальным законодательством. Но вместе с тем самому законодательству об административных правонарушениях не известен институт преюдиции. КоАП Российской Федерации не содержит норм, аналогичных положениям ст. 60 ГПК Российской Федерации, частям 2 — 4 ст. 69 АПК Российской Федерации и ст. 90 УПК Российской Федерации. Причин такого регулирования несколько. Обратим внимание на следующие из них.
Во-первых, законодательство об административных правонарушениях Российской Федерации в значительной степени воспроизводит законодательство об административных правонарушениях РСФСР. В свою очередь, последнее не оперировало преюдицией. Этот институт ему не был знаком. Поэтому введение явилось бы новеллой. Однако научно-теоретических предпосылок к такому нововведению не было.
Во-вторых, уголовно-процессуальное, арбитражно-процессуальное и гражданское процессуальное законодательство говорит о преюдициальности именно судебного решения. Вместе с тем законодательство об административных правонарушениях устанавливает фактически тождественные правила рассмотрения дела об административном правонарушении судьей и органами, должностными лицами. И это недифференцированное правовое положение суда и иных лиц, рассматривающих дела об административных правонарушениях, само по себе исключает возможность введения института преюдициальности в законодательство об административных правонарушениях по аналогии с иным отраслевым процессуальным законодательством.
В-третьих, давность привлечения к административной ответственности по общему правилу составляет два месяца (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, — три месяца). Гражданские, арбитражные и уголовные дела, как правило, рассматриваются в течение гораздо более продолжительного срока. Отсюда напрашивается вывод о том, что рассмотрение основной массы дел об административных правонарушениях заканчивается ранее рассмотрения иных дел, в рамках которых могут устанавливаться обстоятельства, имеющие значение для разрешения административных дел.
Признаем, что последний довод не лишен логических оснований. Однако сразу можно возразить, указав на следующее. Первое. В указанном ключе можно вести речь о большинстве административных правонарушениях, но не обо всех. Правила же доказывания по делам об административных правонарушений имеют общее значение, т.е. распространяются не на большинство правонарушений, а на все. Второе. В настоящее время четко прослеживается тенденция по увеличению срока давности привлечения к административной ответственности за отдельные правонарушения. В частности, указанный срок за нарушение законодательства Российской Федерации о противодействии терроризму и законодательства Российской Федерации о противодействии коррупции составляет шесть лет (ч. 1 ст. 4.5 КоАП Российской Федерации). Третье. Ширится перечень случаев с особым исчислением данного срока. Так, срок давности привлечения к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные ст. ст. 14.9, 14.31, 14.31.1 — 14.33 КоАП Российской Федерации, начинает исчисляться со дня вступления в силу решения комиссии антимонопольного органа, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации (ч. 6 ст. 4.5 данного Кодекса).
Но тем не менее, несмотря на подобные возражения, возникает вполне уместный вопрос: а нужна ли законодательству об административных правонарушениях преюдиция? Не предопределено ли ее отсутствие практической ненадобностью?
Полагаю, что ответ на поставленные вопросы поможет получить анализ правоприменительной практики. Она противоречива, несмотря на то что КоАП Российской Федерации не предусматривает такого основания освобождения от доказывания, как преюдиция.
Так, с одной стороны, отсутствие института преюдиции в законодательстве об административных правонарушениях обусловливает отказ судов общей юрисдикции в признании правового значения судебных актов <3>. Сразу отметим, что это формально правильное решение. Но вместе с тем, с другой стороны, обращает на себя внимание иная практика, которая фактически игнорирует правовой вакуум и, руководствуясь, по сути, общими правовыми соображениями, рассматривает вопрос о преюдициальности судебных актов в целях подтверждения обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении. Так, в частности, Мурманский областной суд исходит из того, что правовая оценка, которая дана действиям юридического лица в решении арбитражного суда, не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для суда общей юрисдикции, рассматривающего дело по факту аналогичного правонарушения, совершенного должностным лицом <4>.
———————————
<3> См., к примеру: решение Московского городского суда от 6 февраля 2012 г. N 7-0224, Постановление Оренбургского областного суда от 27 марта 2013 г. N 4А-168/2013.
<4> Решение Мурманского областного суда от 14 февраля 2012 г. N 21-20.
Конечно же, признаком противоречивости правоприменительной практики является не только приведенное судебное решение и аналогичные ему, в которых содержится отказ на признание преюдициального значения судебного акта по тем или иным существенным основаниям. В действительности встречаются такие судебные решения, в которых признается преюдициальное значение судебного решения, вынесенного по административному <5>, гражданскому <6> или уголовному <7> делам. Для наглядности разберем указанные случаи.
———————————
<5> Постановление суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 июля 2013 г. N 4А-139/2013.
<6> Решение Ленинградского областного суда от 14 июня 2011 г. N 7-368/2011.
<7> Постановление Тюменского областного суда от 28 декабря 2010 г.
В первом примере суд пришел к выводу о том, что фактические обстоятельства, установленные постановлением по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.3 КоАП Российской Федерации (управление транспортным средством водителем, не имеющим при себе документов на право управления им, регистрационных документов на транспортное средство), имеют преюдициальное значение по делу о привлечении к административной ответственности этого же лица за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 «Невыполнение водителем транспортного средства требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения» КоАП Российской Федерации.
В этом деле примечательно то обстоятельство, что в силу ч. 1 ст. 23.3 КоАП Российской Федерации рассмотрение правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 12.3 данного Кодекса, подведомственно органам внутренних дел (полиции), в то время как рассмотрение правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 12.26 указанного Кодекса, подведомственно мировым судьям (ч. ч. 1 и 3 ст. 23.1 КоАП Российской Федерации). Это означает, что по делу об административном правонарушении суд признал преюдициальное значение постановления должностного лица! Полагаю, что такое допустимо только в тех случаях, когда законность акта проверялась судом в процедуре, отличной от рассмотрения дела должностным лицом, органом. И в этом порядке были установлены те же обстоятельства, на которых основывали свое решение несудебные органы.
В тех случаях, когда постановление выносилось должностными лицами и органами, оно может иметь доказательственную силу как документ (ст. 26.7 КоАП Российской Федерации) и, соответственно, подлежит оценке по правилам ст. 26.11 данного Кодекса. Более подробно об этом скажем ниже, сейчас же отметим, что в самом производстве по делам об административных правонарушениях факты, установленные ранее вынесенными и вступившими в законную силу постановлениями по делам об административных правонарушениях, могут иметь преюдициальное значение. И в данном случае таким фактом является управление конкретным лицом транспортным средством в определенный момент времени, т.е. то, что оно являлось водителем (именно это обстоятельство имеет значение для установления состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП Российской Федерации).
Во втором примере хозяйственное общество как работодатель привлекалось к административной ответственности за нарушение законодательства о труде и об охране труда (ч. 1 ст. 5.27 КоАП Российской Федерации). Парируя доводы стороны, утверждавшей о наличии в действиях общества состава правонарушения, суд сослался на решение суда по гражданскому делу, которым было отказано истцу (работнику) в выплате заработной платы. Преюдициальное значение, по мнению суда, имело установление отсутствия оснований для выплаты заработной платы работнику и денежной компенсации.

Приведенный пример весьма показателен, но не с точки зрения использования института преюдиции в производстве по делам об административных правонарушениях, а с точки зрения демонстрации одной из характерных проблем, связанных с преюдицией. Речь идет о недопустимости придания преюдициального значения правовым оценкам судьи. Они, безусловно, должны приниматься во внимание <8>, но преюдицировать можно только фактические обстоятельства. В данном же случае, по глубокому убеждению, преюдициальное значение было придано правовой оценке: «отсутствие оснований для выплаты» означает, что установленные фактические обстоятельства не позволяют констатировать нарушение прав работника, т.е. хочу сказать, что «отсутствие оснований» синоним «нет нарушений». Констатация же отсутствия нарушения — это всегда оценка.
———————————
<8> Из этого исходит правоприменитель. В частности, как указывается в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда от 2 июня 2004 г. N 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», в случае, если до рассмотрения арбитражным судом дела о привлечении к административной ответственности юридического лица (а равно дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности юридического лица) судом общей юрисдикции рассмотрено дело о привлечении к административной или уголовной ответственности за данное нарушение физического лица (а равно дело об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности физического лица), квалификация, данная судом общей юрисдикции совершенному деянию, с учетом ст. 69 АПК Российской Федерации не является обязательной для арбитражного суда. При этом оценка, данная судом общей юрисдикции, обстоятельствам, которые установлены в рассмотренном им деле, принимается во внимание арбитражным судом.
Что же касается примера, в котором преюдициальное значение для дела об административном правонарушении было придано фактам, установленным приговором, то ситуация заключалась в следующем. Лицо, в отношении которого велось производство по делу об административном правонарушении, будучи собственником транспортного средства, было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 (оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся). Однако впоследствии приговором суда по делу, связанному с данным дорожно-транспортным происшествием, к уголовной ответственности за нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (ч. 1 ст. 264 УК Российской Федерации), было привлечено иное лицо, которое управляло транспортным средством в момент происшествия на основании доверенности. Собственник транспортного средства оспорил в порядке надзора вынесенное в отношении его постановление, ссылаясь на установленный приговором факт управления транспортным средством в момент правонарушения иным лицом. Исходя из этого, суд справедливо признал преюдициальное значение данного факта и отменил постановление, прекратив дело за отсутствием состава административного правонарушения.
Приведенный пример у въедливого читателя способен вызвать обоснованные возмущения, касающиеся правил доказывания в производстве по делам об административных правонарушениях, коль скоро привлекается к ответственности лицо, не причастное к противоправному деянию. Однако это тема отдельного исследования. Мы же лишь констатируем, что использование механизма преюдиции смогло выправить ситуацию и исправить судебную ошибку. Этот пример служит серьезным аргументом в пользу установления в законодательстве об административных правонарушениях правила преюдиции.
Возвращаясь к ранее заданным вопросам о целесообразности введения преюдиции в законодательство об административных правонарушениях, на них можно дать однозначные ответы с учетом приведенных примеров: да, законодательству об административных правонарушениях нужен институт преюдиции; практическая потребность в этом есть. Практика, как известно, будучи критерием истинности, исключает необходимость в дальнейшем теоретизировании в поисках ответа на заданные вопросы.
Вместе с тем такой ответ приводит к постановке следующего вопроса: каким образом должен быть выстроен институт преюдиции в КоАП Российской Федерации?

Очевидной особенностью претворения института является наличие нескольких субъектов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях — судей, органов и должностных лиц. Преюдициальное значение судебных постановлений (приговоров) должно распространяться на дела, рассматриваемые всеми перечисленными субъектами или только судьей?
Так, на первый взгляд может показаться, что преюдиция — институт судебного права и, следовательно, преюдициальное значение могут иметь судебные акты, в которых установлены конкретные обстоятельства, для судебного разбирательства по иному делу между теми же участниками. Такое понимание обусловлено регулированием в сложившихся отраслях процессуального права. Однако не стоит забывать, что преюдициальность лишь один из признаков законной силы судебного акта, тесно взаимосвязанный с остальными ее признаками и прежде всего обязательностью. В этой связи полагаю допустимым отметить: преюдициальность — это проявленная общеобязательность судебного акта для самих судов. Она необходима для непротиворечивости судебных решений как неотъемлемой части режима законности, в силу которого судьи подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (ч. 1 ст. 120 Конституции Российской Федерации).
То обстоятельство, что дела об административных правонарушениях рассматриваются не только судьями, но и органами и должностными лицами, не должно смущать при установлении правила, предусматривающего преюдициальное значение для всех субъектов, рассматривающих дела об административных правонарушениях, всех фактических данных, установленных судебными актами по делам с участием лиц, являющихся участниками производства по делу об административном правонарушении.

Иной вывод и правило, признающие преюдициальное значение фактических обстоятельств, установленных судебными актами, только для судьи, были бы алогичны при действующей системе рассмотрения дела об административном правонарушении, включая процедуру пересмотра вынесенных постановлений и решений. В частности, суды, пересматривающие постановления (решения), принятые органами и должностными лицами, вынуждены были изменять их, в случае отказа последних от признания преюдициального значения установленных фактов судебными решениями на основе требований закона, распространяющихся только на суды (если формулировать правило по аналогии с гражданским и арбитражным отраслевым процессуальным законодательством, без учета названной специфики производства по делам об административных правонарушениях).
Но самое главное, иной подход фактически бы входил в противоречие с принципом общеобязательности судебных постановлений, вступивших в законную силу. Игнорирование установленных данными судебными актами обстоятельств несовместимо с режимом законности.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности — сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. N 30-П).
Отраслевое процессуальное законодательство однозначно свидетельствует о том, что законодатель в качестве способа обеспечения непротиворечивости итоговых судебных решений предпочел преюдицию. Коль скоро это так, то логично заключить, что законодательство об административных правонарушениях нуждается в дополнении в части, касающейся правил доказывания.
Однако остается открытым вопрос: что делать правоприменителю сейчас, не дожидаясь «расторопных» решений законодателя? Ведь во всех трех рассмотренных судебных решениях имеется общее слабое место — признание преюдициального значения конкретных обстоятельств без ссылки на закон. Означает ли это то, что суды допустили в приведенных случаях ошибку, приняли «незаконное» решение? Утвердительно на этот вопрос можно ответить в строго формальном смысле, исходя лишь из того, что законодательство об административных правонарушениях состоит из КоАП Российской Федерации и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях (ч. 1 ст. 1.1 данного Кодекса) и названный Кодекс не содержит указания на возможность применения процессуального закона по аналогии, равно как и не предусматривает аналогии права.
По сути же, по духу закона, убежден, суды, применяющие преюдицию при рассмотрении дел об административном правонарушении, поступают верно. Полагаю, что в этих случаях вполне уместна и допустима ссылка на нормы отраслевого процессуального законодательства, устанавливающие обязательность судебных решений (ст. 16 АПК Российской Федерации, ст. 13 ГПК Российской Федерации, ст. 392 УПК Российской Федерации). Такая мотивировка возможна и основывается на той посылке, что преюдиция — это частный случай общеобязательности итогового судебного акта — универсального признака законной силы этого акта. То есть, как указывалось выше, преюдиция есть обязательность судебных решений для самих судов. Само же правило лишь конкретизирует то, в чем именно эта обязательность для судов состоит. Это предложение позволяет соблюсти требование мотивированности постановления по делу об административном правонарушении.
Литература
1. Чикин Д.С. Преступление с административной преюдицией как вид сложного единичного преступления // Российский следователь. 2012. N 23. С. 17 — 18.

Преюдициальны ли акты, принятые в рамках административного судопроизводства?

Преюдициальное значение актов, принятых судами по делам об административных правонарушениях, признается далеко не во всех случаях. Это приводит к возникновению парадоксальных ситуаций, когда одни и те же обстоятельства получают в разных судебных актах различную оценку. Такой подход лишен логики, и решение этой проблемы должно быть найдено на законодательном уровне.

К таким выводам пришел в своем исследовании Максим Любченко, ассистент кафедры гражданского процесса Сибирского федерального университета. С его статьей «К вопросу о преюдициальности обстоятельств, установленных судами при рассмотрении дел об административных правонарушениях» можно ознакомиться в октябрьском номере журнала «Закон» и в открытом доступе – в Библиотеке Закон.ру.

Как известно, ни Гражданский, на Арбитражный процессуальный кодексы (ст. 61 ГПК, ст. 69 АПК) не содержат норм о преюдициальности судебных актов, принятых по делам об административных правонарушениях. Этот вопрос в настоящее время разрешается судебной практикой.

При рассмотрении гражданских дел суды общей юрисдикции и арбитражные суды приходят к противоположным выводам о преюдициальности обстоятельств, установленных в порядке административного судопроизводства.

Так, применяя ГПК, суды общей юрисдикции ориентируются на правовую позицию, выраженную Пленумом Верховного Суда в постановлении от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении». Верховный Суд разъяснил, что при оценке значения судебного постановления по делу об административном правонарушении следует применять по аналогии правило о преюдициальности приговора по уголовному делу (ч. 4 ст. 61 ГПК РФ). Поэтому суды не вступают повторно в обсуждение вины ответчика, а в рамках гражданских дел лишь разрешают вопрос о размере возмещения вреда, причиненного административным правонарушением.

Арбитражный процессуальный кодекс прямо не упоминает о допустимости аналогии процессуального закона. Поэтому – убежден Максим Любченко – оснований для решения данного вопроса так, как он решен Верховным Судом применительно к ГПК, нет. В гражданских делах, рассматриваемых арбитражными судами, за актами, принятыми в рамках административного судопроизводства, преюдициальное значение не признается.

Напротив, при рассмотрении дел об административных правонарушениях обстоятельствам, установленным в рамках административного судопроизводства, преюдициального значения не придают ни суды общей юрисдикции, ни арбитражные суды.

Но такое единодушие судов разных ветвей судебной системы на практике оборачивается не менее принципиальными противоречиями.

Например, возможна ситуация, когда за одно административное правонарушение к ответственности привлекаются должностное лицо и организация. Если в этом случае к моменту рассмотрения арбитражным судом дела об административном правонарушении в отношении организации, дело о том же правонарушении, но в отношении должностного лица, рассмотрено судом общей юрисдикции, его судебное постановление будет принято во внимание арбитражным судом. Однако арбитражный суд не будет связан обстоятельствами, установленными судом общей юрисдикции, и сможет их переоценить.

Так, могут быть приняты два судебных акта, принятых разными суда, в которых одному и тому же деянию будет дана различная оценка. Один суд посчитает деяние административным правонарушением, другой – укажет на отсутствие события правонарушения.

В чем же решение этой проблемы? Максим Любченко убежден – пришло время на законодательном уровне закрепить процессуальную норму о преюдициальном характере судебных постановлений по делам об административных правонарушениях, развеяв возможные противоречия в практике судов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *