Исполнение решения третейского суда

Исполнение решений третейских судов: обзор судебной практики

Рамещенный материал объединяет 5 публикаций, посвященных практическим вопросам получения исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда и размещенных ранее в блоге автора www.caselaw.today.

Эстоппель: молчание – золото

Принцип эстоппель (потеря права на возражения) применяется судами при заявлении стороной в процессе рассмотрении дел о выдаче листов на принудительное исполнение или отмене решений третейского суда возражений относительно компетенции суда. Суды приходят к выводу о том, что отсутствие возражений против компетенции арбитража, направление отзыва на иск и иных письменных документов арбитражу от ответчика свидетельствуют о согласии ответчика с компетенцией арбитража.

Положение об эстоппеле нашло отражение в Законе РФ от 07.07.1993 N 5338-1 “О международном коммерческом арбитраже”, а теперь и в принятом на днях Федеральном законе от 29.12.2015 N 382-ФЗ “Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации” (вступает в силу с 1 сентября 2016 года). В соответствии со статьей 4 обоих документов если сторона, которая знает о том, что какое-либо диспозитивное положение настоящего закона или какое-либо требование, предусмотренное арбитражным соглашением, не было соблюдено, и тем не менее продолжает участвовать в арбитраже, не заявив возражений против такого несоблюдения без неоправданной задержки, а если для этой цели предусмотрен какой-либо срок, в течение такого срока, она считается отказавшейся от своего права на возражение.

  • Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2015 по делу N 304-ЭС14-495, А67-1587/2014

Общество неоднократно высказывалось по существу спора, что дополнительно отражено в отзыве на исковое заявление, что трактуется ст. 89 Регламента третейского суда, как представление стороной первого заявления по существу спора, то есть согласие на рассмотрение спора третейским судом. Незаявление об обстоятельстве в начале третейского разбирательства, при подтверждении свободного волеизъявления стороны на его выбор, в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений должно расцениваться как потеря права на возражение (эстоппель). При подобных обстоятельствах знание и умолчание об этом факте в третейском разбирательстве в целях оспаривания компетенции, и заявление об этом в государственной процедуре с целью отмены или неисполнения третейского решения, может быть оценено как недобросовестное процессуальное поведение заявляющей об этом стороны. Подобное процессуальное поведение может быть расценено как злоупотребление правом в целях неисполнения третейского решения, состоявшегося не в его пользу.

В ранее упоминаемом блоке об аффилированности в Определении Верховного Суда РФ от 19.03.2015 по делу N 310-ЭС14-4786, А62-171/2014 суд также ссылался на эстоппель, удовлетворяя требования о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Поскольку о факте аффилированности третейского суда с истцом сторонам было известно уже на этапе третейского разбирательства (ответчик не заявлял о том, что узнал об этом факте после вынесения решения третейским судом), незаявление об этом обстоятельстве в начале третейского разбирательства в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений должно расцениваться как потеря права на возражение (эстоппель). При подобных обстоятельствах знание об аффилированности и умолчание об этом факте в третейском разбирательстве в целях оспаривания компетенции, и заявление об этом в государственной процедуре с целью дезавуирования третейского решения, может быть оценено как недобросовестное процессуальное поведение со стороны такого субъекта.

  • Постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.08.2015 N Ф05-9366/2015 по делу N А41-11651/15

Суд кассационной инстанции обратил внимание на то, что возможность применения принципа эстоппель в арбитражном процессе определена сложившейся судебной практикой по рассматриваемому вопросу. Общество неоднократно высказывалось по существу спора, что дополнительно отражено в отзыве на исковое заявление, что трактуется Регламентом третейского суда, как представление стороной первого заявления по существу спора, то есть согласие на рассмотрение спора третейским судом.

При этом, как отметил суд кассационной инстанции, главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

  • Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.05.2005 N 207/04 по делу N А40-11425/03-30-89

ВАС пришел к выводу о наличии компетенции третейского суда, так как общество никаких возражений в отношении существования третейской оговорки, ее толкования, компетенции арбитража и арбитров по рассмотрению данного спора не выдвигало.

Принцип действует и в обратном случае, когда сторона в государственном суде ссылается на третейское соглашение.

  • Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 28 октября 2011 г. N ВАС-8661/11 по делу N А60-7981/2010-С2

Факт участия компании в судебном разбирательстве и отсутствие возражений в отношении компетенции российского суда, а также отсутствие заявлений о наличии арбитражного соглашения до первого заявления по существу спора позволяют сделать вывод о потере компанией права ссылаться на арбитражное соглашение (принцип эстоппель) в вышестоящих инстанциях и в силу пункта 5 части 1 статьи 148 АПК РФ, а также на основании пункта 10 части 1 статьи 247 АПК РФ дают право российскому суду рассматривать спор.

Сами третейские суды тоже применяют принцип потери права на возражения. Арбитражный третейский суд г. Москвы издал Информационное письмо от 25.09.2015 N 522 “Обзор судебной практики применения арбитражными судами принципа эстоппель при рассмотрении дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (на примере дела N А40-78243/15)”.

Факт участия общества в судебном разбирательстве Арбитражного третейского суда города Москвы и отсутствие возражений в отношении компетенции данного третейского суда позволили суду сделать вывод о потере обществом права ссылаться на возражения по данному аспекту на последующих стадиях конфликта (принцип эстоппель).

Аффилированный третейский суд: держи карман шире

Судебная практика исходит из того, что аффилированность суда не является основанием для отмены третейского решения или отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если выбор такого аффилированного третейского органа участниками спора был свободным, не было давления (заблуждения и т.п.) в отношении нейтральной стороны, и аффилированность не повлекла небеспристрастность конкретных арбитров. Между тем, практика судов общей юрисдикции показывает в сравнении с арбитражными судами большую «лояльность» к аффилированным со стороной арбитражам.

  • Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2015 по делу N 304-ЭС14-495, А67-1587/2014

Верховный Суд пришел к выводу о необходимости удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, исходя из того, что при отсутствии доказательств пристрастности конкретных арбитров по отношению к данной стороне спора, а также того, что воля обеих сторон настоящего спора на выбор аффилированного третейского суда была несвободной, формулировалась в условиях заблуждения факт аффилированности третейского суда и стороны спора не может, как таковой, свидетельствовать об ущемлении прав стороны и о получении ввиду этого неоправданных и незаконных преимуществ.

Правовая природа третейского разбирательства в экономических отношениях основана на сложившемся исторически понимании третейского суда как органа разрешения споров при объединениях предпринимателей между участниками такого объединения (палаты, ассоциации, гильдии и т.п.), как суда третьей стороны, но такой же профессиональной, по отношению к двум другим спорящим. В таком случае третейский суд будет всегда аффилированным с обеими спорящими сторонами. Гарантия беспристрастности третейского суда в данном случае обеспечивается через беспристрастность конкретного состава арбитров, которая предполагается, если не доказано иное, и достигается за счет того, что третейский суд равно связан с обеими сторонами, каждая сторона может выбрать своего арбитра из списка или представить своего арбитра за пределами списка, либо стороны могут согласовать кандидатуру единственного арбитра, которому обе они доверяют.

Закон о третейских судах, действующий в Российской Федерации, допускает создание постоянно действующих третейских судов как объединениями предпринимателей, так и иными юридическими лицами. Закон также не содержит положений, предусматривающих возможность разрешения третейским судом споров исключительно членов объединения, при котором он создан, или лиц, аффилированных юридическому лицу, создавшему третейский суд.

Следовательно, связь третейского суда и юридического лица (объединения), при котором он создан, либо учредителей такого юридического лица (объединения) не исключает обращения в такой третейский суд стороны, не являющейся участником такого объединения, учредителем юридического лица при условии соблюдения стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания и принудительного исполнения третейского решения.

  • Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2015 по делу N 310-ЭС14-4786, А62-171/2014

Требование о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда удовлетворено, поскольку участники спора выразили свою волю на отказ от государственного правосудия и разрешение споров из договора между ними посредством третейского разбирательства в определенном третейском органе, аффилированном с одной из сторон спора.

Ответчик, несмотря на наличие обстоятельства аффилированности его контрагента и третейского суда, признавал третейский суд компетентным средством разрешения спора, “своим судом” в контексте права на справедливый суд.

  • Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.05.2012 N 16541/11 по делу N А50-5130/2011

В удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отказано, поскольку создание третейского суда одним из контрагентов по гражданско-правовому договору (или аффилированным с ним лицом) с одновременной возможностью рассмотрения споров в таком третейском суде с учетом того, что другая сторона лишена возможности выполнять подобные действия, свидетельствует о нарушении гарантии объективной беспристрастности суда.

  • Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.10.2013 N 8445/13 по делу N А40-147862/12-29-1477

ВАС пришел к выводу о необходимости отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в виду нарушения принципа беспристрастности третейского суда. ВАС указал, что принцип состоит из двух составляющих: объективной беспристрастности суда и субъективной беспристрастности судей, рассматривающих конкретный спор. Общество является одновременно юридическим лицом, создавшим, финансирующим и контролирующим третейский суд как постоянно действующий институт третейского разбирательства, и аффилированным лицом одной из сторон рассмотренного в этом суде спора. Вывод суда кассационной инстанции о том, что порядок избрания третейских судей, предусмотренный регламентом третейского суда, обеспечивает соблюдение принципа беспристрастности и в тех случаях, когда лишь одна из сторон спора является организацией, связанной с истцом, не может быть признан правильным.

Таким образом, Высший Арбитражный Суд РФ пришел к выводу о возможности отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда ввиду нарушения гарантии объективной беспристрастности.

Данные довод противоречит позиции Конституционного Суда РФ, отраженной в Постановлении от 18.11.2014 N 30-П и в Определении от 09.12.2014 N 2750-О – нарушение гарантий беспристрастного разрешения спора предполагает нарушение принципа беспристрастности именно составом третейского суда.

Следовательно, отказ в принудительном исполнении третейского решения возможен по этому основанию со ссылкой на пункт 2 части 3 статьи 239 АПК РФ, если конкретным составом третейского суда был нарушен принцип беспристрастности разрешения спора, в том числе ввиду наличия организационно-правовой связи третейского суда с одной из сторон спора, и это привело к нарушению баланса прав участников спорных отношений (субъективное право стороны осталось без справедливой судебной защиты).

Число третейских судей: один за всех

В последнее время неоднозначной стала судебная практика по отказам в выдаче исполнительного листа ввиду недоговорённости сторон третейского разбирательства о единоличном рассмотрении их спора третейским судом.

Некоторые суды категорично исходят из того, что стороны должны отдельно оговаривать количество третейских судей, которое должно рассматривать спор. Суды ссылаются на ч.2 ст. 9 Федерального закона от 24.07.2002 N 102-ФЗ “О третейских судах в Российской Федерации”, согласно которой, если стороны не договорились об ином, то для разрешения спора избираются (назначаются) три третейских судьи.

Сейчас суды восприняли позицию о том, что ч.2 ст. 9 закона применяется только при формировании состава суда в третейских судах, образуемых для разрешения конкретного спора и исключительно при условии, когда в соглашении сторон либо согласованных сторонами правилах третейского разбирательства, которые законодательно приравнены к третейскому соглашению, не урегулирован вопрос о количестве судей, входящих в решающий состав.

К постоянно действующим третейским судам суды начали применять часть 3 ст.9 закона, которой предусмотрено, что, если правилами постоянно действующего третейского суда не определено число третейских судей, то избираются (назначаются) три третейских судьи. Соответственно если число третейских судей определено регламентом или положением третейского суда на постоянной основе, то суд должен исходить из этого.

  • Апелляционное определение Тульского областного суда от 06.03.2014 по делу N 33-658

Заявителем не представлено суду доказательств того, что стороны договорились о конкретном числе третейских судей, в связи с чем рассмотрение дела судьей единолично повлекло нарушение требований Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” и, как следствие, отказ в выдаче исполнительного листа.

  • Апелляционное определение Московского городского суда от 25.12.2013 по делу N 11-42992

В иске о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отказано правомерно, так как стороны не договорились о конкретном числе третейских судей, следовательно, спор подлежал рассмотрению в составе трех судей.

  • Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 08.10.2014 по делу N 33-9684/2014

Определением отказано в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, поскольку спор между сторонами рассмотрен третейским судьей единолично, в отсутствие договоренности сторон о конкретном числе третейских судей.

  • Апелляционное определение Московского городского суда по делу № 33-0375/16 от 14 января 2016 года
  • Апелляционное определение Московского городского суда по делу № 02-3170/15 от 26 января 2016 года
  • Апелляционное определение Московского городского суда по делу № 33-1738 от 06 февраля 2014 года
  • Апелляционное определение Красноярского краевого суда по делу № 33-8965/2013 А-57 от 18 сентября 2013 года.

Третейский суд является постоянно действующим третейским судом, регламентом которого установлено единоличное рассмотрение всех дел третейским судьей, а правила третейского суда являются неотъемлемой частью третейского соглашения, из чего следует договоренность сторон о числе судей.

Несоразмерность примененной третейским судом неустойки: много хочешь, ничего не получишь

В качестве процессуального основания для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в случае выявления несоразмерности примененной третейским судом неустойки суды указывают пункт 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса РФ, пункт 2 части 2 статьи 426 Гражданского процессуального кодекса РФ и абзац 3 подпункта 2 пункта 2 статьи 46 Федерального закона от 24.07.2002 N 102-ФЗ “О третейских судах в Российской Федерации”: арбитражный суд, суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что такое решение нарушает основополагающие принципы российского права.

  • Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.04.2013 N 16497/12 по делу N А40-57217/12-56-534

Если примененная третейским судом неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Тот факт, что заявленное со ссылкой на ст. 333 ГК РФ ходатайство об уменьшении размера неустойки было оставлено третейским судом без удовлетворения, не может препятствовать рассмотрению арбитражным судом вопроса о соразмерности примененной третейским судом неустойки. Установив, что неустойка имеет признаки явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Эта позиция сообразуется с

  • Пунктом 29 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2005 N 96 “Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов”

Арбитражный суд отказывает в признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража, если установит, что последствия исполнения такого решения противоречат публичному порядку Российской Федерации, основанному на принципах равенства сторон гражданско-правовых отношений, добросовестности их поведения, соразмерности мер гражданско-правовой ответственности последствиям правонарушения с учетом вины.

  • Пунктом 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 N 156 Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений.

Арбитражный суд признает принудительное исполнение иностранного судебного или арбитражного решения не противоречащим публичному порядку Российской Федерации, если представленные должником доказательства не свидетельствуют о том, что взысканные на основании гражданско-правового договора заранее согласованные убытки или неустойка носят карательный характер.

  • Определение Верховного Суда РФ от 30.10.2015 N 301-ЭС15-10264 по делу N А43-26309/2014

Суды отказали в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, так как начисление неустойки на общую сумму контракта без учета ранее понесенной обществом ответственности в части исполнения работ по иным этапам противоречит принципу юридического равенства.

  • Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2015 N 304-ЭС15-3128 по делу N А45-19314/2014

Суды пришли к выводу о нарушении третейским судом основополагающих принципов российского права о равенстве сторон гражданско-правовых отношений и обеспечения восстановления нарушенного права, так как третейский суд взыскал с общества пени за нарушение срока выполнения отдельного этапа из расчета полной цены договора, независимо от реального размера нарушенного обязательства, что является нарушением презумпции равенства участников гражданских правоотношений и баланса интересов сторон, при этом договор, заключенный по результатам закупочной процедуры, содержит в себе неравные условия ответственности сторон в случае нарушения исполнения обязательств, что указывает на очевидный дисбаланс (кабальность) договорных отношений в части ответственности сторон, приняв во внимание также, что размер пени за нарушение срока выполнения отдельного этапа должен рассчитываться исходя из стоимости этого этапа, а не из расчета полной цены договора

Есть и положительная практика по отказам по данному основанию:

  • Определение Верховного Суда РФ от 13.10.2015 N 305-ЭС15-9744 по делу N А40-217451/14

Размер неустойки согласован контрагентами, и ее размер определен с учетом соразмерности последствиям нарушения обязательства, в связи с чем суды признали, что третейское решение подлежит признанию и приведению в исполнение.

  • Определение Верховного Суда РФ от 22.09.2015 N 78-КГ15-23

В качестве единственного из предусмотренных статьей 426 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда судебными инстанциями по настоящему делу указано нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права. Но несогласие суда с толкованием третейским судом и применением им к установленным обстоятельствам дела отдельных норм материального права – о снижении размера неустойки (пени) соразмерно последствиям нарушения обязательств и об установлении начальной продажной цены имущества – само по себе не свидетельствует о нарушении решением третейского суда основополагающих принципов российского права.

Альтернативность третейского соглашения: выбирай, но проверяй

Существует судебная практика по отказу в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда ввиду альтернативности заключенного сторонами третейского соглашения, предусматривающего право истца осуществить выбор юрисдикционного органа для разрешения возникшего спора – третейский или государственный суд. В качестве основания для такого отказа суды указывают на нарушение третейским решением принципов российского права (принцип правовой определенности при определении подсудности гражданского дела, равноправие сторон и т.п.), что является безусловным основанием для отказа в выдаче исполнительного листа в силу подпункта 2 части 2 статьи 426 Гражданского процессуального кодекса РФ, подпункта 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса РФ. Между тем, практика высших судебных инстанций однозначна в данном вопросе – такое условие является паритетным, предоставляет равные возможности обеим сторонам договора выбирать суд для разрешения спора, поэтому не нарушает права и интересы сторон, не противоречит принципам российского права. Более того, такие судебные акты противоречат постановлениям Конституционного Суда РФ, которые обязательны для всех судебных органов государственной власти.

  • Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06 ноября 2015 года по делу № 33-33426/2015

Положение кредитного договора и договора поручительства содержат указания о разрешении всех споров и разногласий, возникающих из договора или в связи с ним, в том числе касающихся его возникновения, изменения, нарушения, исполнения, прекращения действия, незаключенности, недействительности, по выбору истца подлежат рассмотрению либо в Третейском суде либо в компетентном суде в соответствие с законодательством Российской Федерации.

Судебная коллегия, анализируя указанные обстоятельства, пришла к выводу что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права, в частности принцип правовой определенности…

  • Определение Верховного Суда РФ от 27.05.2015 по делу N 310-ЭС14-5919, А62-1635/2014

Положение третейских оговорок, предоставляющее истцу право выбора – возможность обратиться в государственный суд либо третейский суд, – не является диспаритетным, поскольку сами третейские оговорки не обозначают конкретную сторону (конкретное лицо), которой такой выбор предоставляется, указывая лишь на истца, как обладателя права, в то время как при возникновении правового спора истцом в деле может оказаться любая из сторон договора, как кредитор, так и должник.

  • Постановление Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 19.06.2012 N 1831/12

Стороны гражданского разбирательства должны иметь равные процессуальные права и исходя из общих принципов осуществления защиты гражданских прав, соглашение о разрешении споров не может наделять лишь одну сторону (продавца) контракта правом на обращение в компетентный государственный суд и лишать вторую сторону (покупателя) подобного права (диспаритетная юрисдикционная оговорка). В случае заключения такого соглашения оно является недействительным в части, закрепляющей неравные процессуальные возможности для его участников в защите своих процессуальных прав, как нарушающее баланс прав сторон. Следовательно, сторона, право которой нарушено таким соглашением о разрешении споров, также вправе выбирать средство разрешения спора на альтернативной основе.

  • Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.06.2007 N 6920/07 по делу N А32-8964/2006-50/2ТР

Стороны договорились о возможности предъявления иска по выбору истца в точно указанный в третейской оговорке третейский суд или в арбитражный суд в соответствии с правилами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о подсудности. Действующее российское законодательство не запрещает заключать третейское соглашение на подобных условиях.

Указанные выводы сообразуются с позицией Конституционного Суда РФ по этому вопросу.

  • Постановление Конституционного Суда РФ от 18.11.2014 N 30-П “По делу о проверке конституционности положений статьи 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, пункта 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 10 Федерального закона “О некоммерческих организациях”, Постановление Конституционного Суда РФ от 26 мая 2011 г. N 10-П, Определение Конституционного Суда РФ от 24.03.2015 г. № 628-О, Определение Конституционного Суда РФ от 05.02.2015 г. № 233-О и др.

К числу общепризнанных в современном правовом обществе способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обусловливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд – международный коммерческий арбитраж или внутренний третейский суд (постоянно действующий третейский суд или третейский суд, образованный сторонами для решения конкретных споров). Предоставление заинтересованным лицам права по своему усмотрению обратиться за разрешением спора в государственный суд (суд общей юрисдикции, арбитражный суд) в соответствии с его компетенцией, установленной законом, или избрать альтернативную форму защиты своих прав и обратиться в третейский суд – в контексте гарантий, закрепленных ст. 45 (ч. 2) и 46 Конституции РФ, само по себе не может рассматриваться как их нарушение, а, напротив, расширяет возможности разрешения споров в сфере гражданского оборота.

Споры в третейском суде: распространенная практика (Абрамов А.)

Споры с участием кредитно-финансовых организаций занимают первое место по объему с 2010 г., когда был образован Арбитражный третейский суд г. Москвы.
Банки, МФО… основание для обращения в третейский суд у всех одно — взыскать с недобросовестного заемщика основную сумму долга, проценты, пени, неустойку, а чаще всего все вместе. Если заемщик не в состоянии погасить требования банка, кредитно-финансовое учреждение обращается к иным способам возмещения долга — это оценка и реализация заложенного имущества, суды с поручителями, которые обязались исполнить обязательства заемщика, если он окажется не в состоянии своевременно рассчитаться с банком.
Взыскание задолженности как общее основание для подачи искового заявления в третейский суд не делает массу судебных разбирательств с участием банков и МФО идентичными друг другу. Каждый судебный процесс уникален и интересен как пример из судебной практики.
Последний эпизод из судебной практики Арбитражного третейского суда г. Москвы примечателен тем, что ответчиками по делу о взыскании нескольких десятков миллионов рублей наряду с основным должником стали граждане США, которые выступили в качестве поручителей российской компании. Так как данные сторон судебного заседания, которое прошло в закрытом режиме, являются конфиденциальными, обозначим ее как ООО «А».

В декабре 2012 г. ООО «А» открыло в банке ЗАО «О» кредитную линию на 42 млн руб. под 18% годовых. В кредитном договоре стороны согласовали минимальный размер платежей по кредиту и конечный срок полного погашения займа — ноябрь 2015 г.
За неисполнение обязательств по выплате кредита и процентов банк и заемщик согласовали санкцию — неустойку в размере 0,3% просроченной суммы за каждый день просрочки. Производить выплаты ООО «А» обязалось не позднее последнего рабочего дня каждого месяца.
Кредит был получен заемщиком в два этапа. Первый транш — в размере 10 млн руб. и второй — 32 млн руб.
Для надлежащего исполнения заемщиком обязательств по займу кредитор потребовал обеспечения кредита в виде поручительства. Бремя поручителя взяли на себя три уроженца Республики Молдова с паспортами США.
Как гласил один из пунктов кредитного договора, банк согласно документу оставил за собой право потребовать от заемщика досрочного возврата заемных средств или уменьшения лимита ссудной задолженности, а также начисленных процентов, равно как и расторгнуть договор в одностороннем внесудебном порядке. Этот механизм был также предусмотрен на тот случай, если заемщик не исполнит, исполнит не в полном объеме или ненадлежащим образом обязанность возвращать кредит и проценты, начисленные по нему. Инициировать процедуру расторжения кредитного договора и потребовать досрочного возврата денег банк имел право после однократного нарушения.
В июне 2014 г. ООО «А» перестало вносить платежи по кредиту и проценты. В соответствии с пунктом, описанным выше, банк воспользовался своим правом требования досрочного погашения кредита и оповестил об этом заемщика, он сообщил о желании получить деньги до 1 августа 2014 г.
К этому времени основной долг заемщика составлял чуть менее 34 млн руб. Банк произвел расчеты и к сумме основного долга начислил 1 млн 21 тыс. руб. в виде процентов, чуть более 300 тыс. руб. неустойки по процентам и 9 млн 370 тыс. руб. неустойки по просроченному долгу. Общая сумма, предъявленная к взысканию, составила 44 млн 670 тыс. руб.

Ответчиками расчет не был оспорен, контррасчет суммы задолженности на рассмотрение суда не представлен. В тот же день, когда банк потребовал от заемщика досрочно вернуть кредит, такое же извещение о солидарном исполнении обязательств по кредитному договору получили и поручители, так как они при неисполнении должником (заемщиком) своих обязанностей отвечают за него в полном объеме.
В ходе судебного процесса суд установил, что поручительство дано кредитору (банку) сроком на 10 лет, с текстом кредитного договора поручители N N 1, 2 и 3 знакомы, договор поручительства вступил в законную силу с момента его подписания уполномоченными сторонами.
В соответствии со ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.
Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.
Доказательств исполнения обязательств по кредитному договору, а также по договору поручительства ООО «А» и его поручители в материалы третейского дела не представили.
Вместо этого два поручителя до начала рассмотрения спора по существу подали заявления с просьбой прекратить производство по делу, так как посчитали, что у третейского суда отсутствует компетенция рассматривать спор, а внесенная в договор третейская оговорка недействительна. Подтверждая свои доводы, ответчики-поручители сослались на следующее.

Отношения, возникшие после подписания договора поручительства и обязывающие поручителей отвечать перед банком, как сообщили в заявлении поручители, относятся к гражданским правоотношениям. Однако они не связаны с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, не направлены на получение дохода, получение иной прямой или косвенной экономической выгоды. И действительно, ни один из поручителей не владел и не управлял ООО «А». Учитывая безвозмездность договора поручительства и отсутствие экономической заинтересованности, поручители попытались убедить суд, что не подпадают под подведомственность Арбитражного третейского суда г. Москвы, установленную п. 4 ст. 27, ст. 28 Регламента суда.
Судья, рассматривавший дело, доводы ответчиков к рассмотрению принял и рассудил следующим образом. Третейский суд работает в соответствии с Законом «О третейских судах в Российской Федерации». По Закону все правила постоянно действующего третейского суда — уставы, положения, регламент, содержащие правила третейского разбирательства и утвержденные организацией — юридическим лицом, являются неотъемлемой частью третейской оговорки.
А пункты, упомянутые ответчиками, действительно гласят, что из подведомственности Арбитражного третейского суда г. Москвы исключены споры с участием иностранных граждан, не являющихся предпринимателями, а арбитражная оговорка о возможности передачи спора по договорам поручительства на рассмотрение Арбитражного третейского суда г. Москвы в этом случае является недействительной.
Далее суд пояснил, что при заключении договора поручительства стороны согласовали и внесли в раздел «Порядок разрешения спора» договора альтернативную третейскую оговорку. Этот вид третейской оговорки позволяет рассматривать спор в государственном или третейском суде по выбору истца, что говорит о том, что стороны точно не определились с подведомственностью спора, а в случае возникновения спора волеизъявление сторон в части выбора органа правосудия подменяется волеизъявлением одной стороны — банка. Такое альтернативное соглашение считается незаключенным и могло бы рассматриваться как действительное, если бы оно было заключено сторонами уже после возникновения спора либо при наличии других данных, указывающих на то, что оно явилось результатом свободного волеизъявления гражданина, действовавшего в собственных интересах.
Таким образом, исходя из Регламента, споры с участием иностранного гражданина, не являющегося предпринимателем, не входят в компетенцию Арбитражного третейского суда г. Москвы.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что наличие третейской оговорки в договорах поручительства не влечет юридических последствий, иск к иностранным гражданам, выступающим поручителями перед ЗАО «О», не может быть предметом третейского разбирательства.
Но, как в дальнейшем пояснил суд, банк все же не лишен права обратиться в суд с иском к поручителям за разрешением спора по общим правилам, предусмотренным Гражданским процессуальным кодексом РФ.
Рассмотрев заявление поручителей о неподсудности спора, суд пришел к выводу, что не может его удовлетворить по следующим основаниям.
Во-первых, Регламентом Арбитражного третейского суда Москвы предусмотрено, что на его рассмотрение могут быть переданы споры, отнесенные к компетенции третейских судов Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом N 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» и другими федеральными законами. В третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом, а не Регламентом суда.
Изучив представленные доводы, судья пришел к выводу, что Арбитражному третейскому суду г. Москвы подведомственны как внутренние споры, так и споры с участием иностранных организаций и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность, а также с участием иностранных граждан, не осуществляющих предпринимательскую деятельность.
И главное — заключение и действительность третейских оговорок заинтересованными лицами не оспаривались, сведений об этом материалы третейского дела не содержат. Доказательств того, что у сторон отсутствуют полномочия или их полномочия на подписание договоров поручительства ограничены, также не представлено.
Иными словами, третейские оговорки в судебном порядке недействительными признаны не были. О том, что поручители подписали договоры поручительства будучи введенными в заблуждение, по принуждению или путем обмана, ответчики не заявили, доказательств этого опять же не представили.
Суд счел, что при названных обстоятельствах он не усматривает оснований для признания третейского соглашения недействительным либо незаключенным. Рассматриваемый третейским судом спор относится к категории гражданско-правовых, обязательственных, то есть подведомствен третейскому суду. В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме. Извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства по делу ответчики на судебное заседание не явились, письменный отзыв на иск не представили. В соответствии с Законом о третейских судах непредставление документов и неявка в суд препятствием для рассмотрения дела не являются. В связи с этим суд рассмотрел дело исходя из представленных документов, руководствуясь принципами законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон.
При этом основополагающее правило, предусмотренное статьей Закона о третейских судах, в одинаковой степени относится к каждой стороне — доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений.
В ходе судебного заседания представитель банка заявил ходатайство о выделении из настоящего дела в отдельное производство требований к ООО «А» об обращении взыскания на заложенное имущество должника, находящееся у истца в залоге по договору залога недвижимого имущества. Определением суда из настоящего дела указанные требования были выделены в отдельное производство, и состав участников спора сократился до банка и поручителей.
Изучив документы дела, судья решил требования банка удовлетворить в полном объеме: постановил взыскать солидарно с поручителей 44 млн 670 тыс. руб. и расходы на оплату третейского сбора, понесенные банком.
К слову, третейский сбор составил всего 70% госпошлины по аналогичным делам, рассмотренным в арбитражных и районных судах. Информация о снижении размера третейского сбора за рассмотрение исков банков ранее была опубликована на сайте Арбитражного суда г. Москвы.
Как объяснили в Судебном управлении Арбитражного третейского суда г. Москвы, снижение суммы третейского сбора возможно в тех случаях, когда банк планирует, выиграв процесс, самостоятельно получать в государственных судах исполнительные листы на принудительное исполнение решений Арбитражного третейского суда г. Москвы по своим исковым заявлениям.
Такой шаг в суде также объяснили необходимостью найти компромисс с некоторыми юристами банков, которые сознательно избегают включения третейских оговорок в кредитные договоры и договоры поручительства, чтобы не остаться без работы за счет быстрых судебных разбирательств в порядке третейского судопроизводства.
Теперь юристы банков, получив решение третейского суда, смогут самостоятельно заниматься получением исполнительных листов на его принудительное исполнение и сопровождать процесс у судебных приставов. При этом соглашение о сотрудничестве Арбитражного третейского суда г. Москвы с ассоциацией «Россия» оставляет за банками право получать бесплатные консультации специалистов суда на всех стадиях исполнительного производства, что подтверждает текст соглашения: «В случае если Истец при подаче искового заявления в Суд планирует, победив, самостоятельно получать в государственных судах исполнительные листы на принудительное исполнение решения Суда по этому исковому заявлению, он обязуется до или при подаче каждого такого искового заявления в Суд представлять Суду соответствующее заявление (приложение N 1 к настоящему Договору), подписанное уполномоченным лицом, и после получения решения Суда самостоятельно заниматься получением этих исполнительных листов.
В случае получения заявления от Истца, указанного в п. 2.1, Суд определением об уменьшении третейского сбора устанавливает размер третейского сбора, подлежащего уплате в Суд за рассмотрение иска, в размере, равном размеру государственной пошлины по делам, рассматриваемым арбитражными судами или судами общей юрисдикции соответственно при подаче искового заявления имущественного характера, установленной Налоговым кодексом РФ на дату подачи иска. Минимальный размер третейского сбора составляет 17 500 руб. При параллельном (с вышеуказанным заявлением) представлении в Суд ходатайства о рассмотрении иска не ранее чем через 30 дней размер третейского сбора устанавливается в 70% от размера государственной пошлины.
При наступлении обстоятельств, указанных в п. п. 2.1 и 2.2 настоящего Договора, Суд не несет ни финансовой, ни какой-либо иной ответственности за дальнейшие действия Истца с решением Суда, в том числе за неполучение Истцом или за отказ государственных судов в выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения Суда. При этом Суд обязуется оказывать консультационную помощь Истцу о порядке и правилах получения исполнительных листов (приложение N 2 к настоящему Договору).
Положения настоящего Договора распространяются также на случаи, если заявление о самостоятельном получении исполнительных листов будет подано Истцом в срок не более 5 рабочих дней с даты получения положительного решения Суда. В этом случае оплаченный третейский сбор засчитывается Истцу по правилам п. 2.2 настоящего Договора, а оставшаяся сумма возврату не подлежит и будет использована для зачета третейского сбора при подаче последующих исков на основании соответствующего ходатайства о зачете. При частичном удовлетворении иска решение о применении положений настоящего Договора принимается Судом на основании соответствующего обращения Истца.
В случае непредставления заявления из п. 2.1 настоящего Договора, а также за все остальные иски, в том числе иски неимущественного характера или рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер размер третейского сбора устанавливается в размерах и в соответствии с Регламентом Суда, действующим на дату подписания третейского соглашения или договора с третейской оговоркой, а Суд принимает на себя обязанность выполнять все действия по получению исполнительных листов и/или сопровождению процесса взыскания, а также нести финансовую ответственность по возврату третейского сбора в случаях отказа в выдаче исполнительных листов на принудительное их исполнение».
Возможность оплаты третейского сбора по цене госпошлины или в размере 70% от нее, считают в Арбитражном третейском суде г. Москвы, позволит банкам быстро и экономно списывать через третейский суд безнадежные задолженности.

Исполнение решения третейского суда

Ранее действовавшее российское законодательство допускало возможность проверки компетентными государственными судами законности и обоснованности решения третейского суда при его исполнении. Соответствующие законоположения в подавляющем большинстве случаев вызывали резкую критику в юридической литературе, поскольку создавали легитимные основы для беспредельного вмешательства государственных судов в деятельность третейских судов.

Что касается юридического содержания действий государственного суда при проверке законности и обоснованности решений третейского суда, то они были лишены смысла. При проведении процедур по выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда правовой спор отсутствует, он уже разрешен третейским судом1См.: Рожкова М.А. О некоторых вопросах принудительного исполнения решений третейских судов// Вестник ВАС РФ. 2004. № 9. С. 172.. Таким образом, фактически государственные суды в рамках установленных процедур повторно разрешали правовой спор.

В настоящее время положение исправлено: действующее законодательство существенным образом ограничивает возможность вмешательства компетентных государственных судов в пересмотр актов третейских судов. Это касается и такой стадии процесса, как стадия выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Судебное производство по приведению третейского решения к принудительному исполнению по своему характеру является дополнительным производством. Если в рамках основного производства (при разрешении дела в третейском суде) рассматриваются и разрешаются вопросы материально-правовых взаимоотношений сторон, то в рамках дополнительного производства рассматриваются вопросы процессуального характера. Именно этим обстоятельством и объясняется запрет компетентным государственным судам пересматривать решения третейского суда по существу дела. Если же компетентный государственный суд установит противное, то это является основанием к отказу в приведении к принудительному исполнению соответствующего решения третейского суда.

Сущностные признаки третейского судопроизводства отражены в ст. 44 Закона о третейских судах. Прежде всего, это связано с добровольностью подчинения юрисдикции третейского суда и, как следствие, с добровольностью исполнения решения, принимаемого третейским судом. Принцип добровольного исполнения сторонами решения третейского суда «вытекает из самой сущности третейского разбирательства: обращаясь в третейский суд по обоюдному согласию и доверяя избранным ими третейским судьям, спорящие стороны провозглашают тем самым свое полное доверие третейскому разбирательству и заявляют о своих обязательствах исполнить принимаемое судом решение, в чью бы пользу оно ни было вынесено, добровольно и без какого-либо принуждения»2Коммерческое право: учебник: в 2 ч. Ч. 1 / под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2002. С. 608..

В то же время необходимо отметить, что третейский суд вправе установить порядок и сроки исполнения принятого им решения. Это подразумевает в том числе и возможность отсрочки исполнения решения третейского суда.

В Законе о третейских судах предусмотрено, что в том случае, если срок исполнения решения третейского суда не установлен, то это решение подлежит немедленному исполнению. Это означает, что, если иное не установлено решением третейского суда, обязанная сторона должна немедленно приступить к исполнению решения третейского суда.

В п. 1 ст. 45 Закона о третейских судах устанавливаются правила, позволяющие заинтересованным лицам реально исполнить решение, принимаемое третейским судом, в том случае, если обязанная сторона уклоняется от его исполнения. Исходя из общих принципов третейского судопроизводства, как уже отмечалось, оно должно исполняться добровольно. Однако в том случае, если решение третейского суда добровольно не исполняется в установленные сроки, оно может быть исполнено в принудительном порядке. С этого момента, т.е. с момента, когда становится очевидным нежелание обязанной стороны добровольно исполнять решение третейского суда, государство в лице компетентных судебных органов включается в процесс реализации решений, принимаемых в третейском судопроизводстве.

Правила о принудительном исполнении решений третейских судов устанавливаются четырьмя законами: Законом о третейских судах, АПК РФ, ГПК РФ и Законом об исполнительном производстве. Кроме того, определенное значение для регулирования процедуры исполнения решений третейских судов имеет и Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах», поскольку в этом Законе определяются статус и права должностных лиц, занимающихся процессом принудительного исполнения, а также требования к процедурам, посредством которых достигается исполнение в том числе и решений третейских судов.

К источникам правового регулирования принудительного исполнения решений третейских судов необходимо отнести и ряд международно-правовых актов: Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности между странами Содружества Независимых Государств, подписанное 20 марта 1992 г. (Киев); Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам между странами Содружества Независимых Государств, подписанная 22 января 1993 г. (Минск) (ратифицирована Федеральным Собранием Российской Федерации и вступила в силу для России 10 декабря 1994 г.). По вопросам исполнения решений третейских судов, разрешавших споры в отношениях между субъектами указанных государств, названные международно-правовые акты имеют приоритетное значение.

Институт принудительного исполнения решения третейского суда имеет много сходства с институтом оспаривания решения третейского суда. На это обстоятельство обратил внимание Конституционный Суд Российской Федерации, который в Определении от 15 мая 2001 г. № 204-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерной компании «АЛРОСА» и запроса Верховного Суда Республики Саха (Якутия) о проверке конституционности п. 1 ст. 35 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже»» отметил, что «не только ходатайство об отмене, но и ходатайство о признании и исполнении арбитражного решения как способы реализации заинтересованными лицами права на судебную защиту могут повлечь аннулирование решения. При этом перечни оснований для отмены арбитражного решения (п. 2 ст. 34) и для отказа в признании или приведении его в исполнение (ст. 36) по существу совпадают — в обоих случаях суд, рассматривающий такого рода ходатайства, должен отменить либо не признать решение арбитража».

Как институт оспаривания решения третейского суда, так и институт принудительного исполнения решения третейского суда являются способами контроля со стороны компетентного государственного суда в установленных законом пределах за деятельностью и решениями третейского суда.

Инициатором возбуждения процедуры исполнительного производства может быть лицо, в пользу которого третейским судом вынесено решение. При этом, как следует из указанной нормы в ее системной взаимосвязи с нормами ст. 236, 237 АПК РФ и ст. 423, 424 ГПК РФ, иные лица не вправе обращаться с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. В том числе и третейский суд не может выступать в качестве субъекта, инициирующего принудительное исполнение принятого им решения.

Впрочем, это естественно: будучи органом, который принимает юридически значимое решение по делу, третейский суд не вправе распоряжаться правами третьих лиц (каковыми в данном случае являются тяжущиеся). Кроме того, отметим и то обстоятельство, что если правом оспаривания решения третейского суда обладают обе стороны третейского разбирательства (как истец, так и ответчик), то правом подачи заявления на принудительное исполнение решения третейского суда обладает только одна сторона по делу.

При этом следует иметь в виду, что заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда может быть подписано не только самим лицом, в пользу которого принято решение, но и его представителем. Однако доверенность, на основании которой представитель подписывает такое заявление, должна содержать специальное указание на данное полномочие.

Закон о третейских судах не устанавливает обязательных требований к содержанию заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Такие требования содержатся в процессуальном законодательстве. Так, в соответствии с арбитражным процессуальным законом в этом заявлении должны быть указаны: наименование арбитражного суда, в который подается заявление; наименование и состав третейского суда, принявшего решение, место его нахождения; наименование сторон третейского разбирательства, их место нахождения или место жительства; дата и место принятия решения третейского суда; требование заявителя о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Конечно же, заявление должно быть подписано подающим его лицом.

Гражданским процессуальным законодательством предусмотрен более широкий перечень реквизитов, которые должны быть указаны в заявлении о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. К ним относятся следующие обязательные сведения: наименование суда общей юрисдикции, в который подается заявление; наименование и состав третейского суда, принявшего третейское решение; наименование сторон третейского разбирательства, их место жительства или место нахождения; дата и место принятия решения третейского суда; дата получения решения третейского суда стороной, обратившейся с заявлением; требование заявителя о выдаче исполнительного листа на принудительное решение третейского суда.

Все указанные реквизиты выполняют функцию индивидуализации документа. Они позволяют соответствующему компетентному государственному суду выяснить, относится ли к его подсудности рассмотрение поступившего заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное решение третейского суда. В то же время в заявлении могут быть и иные сведения, которые позволят ускорить процедуру рассмотрения этого заявления: номера телефонов, факсов, адреса электронной почты и иные сведения, позволяющие связаться с противоположной стороной. Однако представление этих сведений не является обязательным требованием закона.

Порядок возбуждения процедуры выдачи исполнительного листа регулируется также гражданским (арбитражным) процессуальным законодательством. Так, в соответствии с ч. 3 ст. 236 АПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения должника — стороны третейского разбирательства. Согласно ч. 2 ст. 423 ГПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в районный суд по месту жительства или по месту нахождения должника либо, если место жительства или место нахождения неизвестно, по месту нахождения имуществе! должника — стороны третейского разбирательства.

В практике имеют место случаи, когда заинтересованное лицо подает заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в компетентный государственный суд по месту нахождения третейского суда. Подобного рода заявления должны возвращаться заявителям в связи с неподсудностью этого дела названному компетентному государственному суду.

Указанными нормами существенным образом изменен порядок подачи заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Вспомним, что в соответствии со ст. 25 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения постоянно действующего третейского суда подавалось в соответствующий третейский суд, который был обязан в течение пяти дней направить заявление вместе с материалами дела в компетентный государственный суд.

Таким образом, современное законодательство предоставляет право возбуждения процедуры принудительного исполнения решения третейского суда в государственном суде самому участнику третейского процесса, но не третейскому суду, который отстранен от этой процедуры. Такое положение представляется оправданным как с точки зрения принципа диспозитивности, так и с точки зрения принципа процессуальной экономии.

Однако представляется, что приведенные нормы не согласованы с нормами, регулирующими порядок оспаривания решений третейского суда. Если, как уже отмечалось, ходатайство о принудительном исполнении решения третейского суда подается в компетентный суд по месту нахождения или месту жительства должника, то ходатайство об оспаривании решения третейского суда подается, в соответствии с ч. 3 ст. 230 АПК РФ, в арбитражный суд субъекта Российской Федерации, на территории которого принято решение третейского суда. Естественно, эти места могут не совпадать, и гипотетически вполне реально представить ситуацию, когда два различных компетентных государственных суда примут диаметрально противоположные решения, в которых по-разному будет оценено одно и то же решение третейского суда.

Впрочем, в литературе высказано предложение, направленное на исключение подобного рода ситуации. М.В. Петров предлагает закрепить императивные нормы, которые в подобного рода случаях обязывали бы компетентный государственный суд, рассматривающий ходатайство о приведении решения третейского суда в исполнение, отложить (от себя добавим — приостановить) производство по делу до принятия другим компетентным государственным судом решения по ходатайству об отмене решения третейского суда по другому делу. И последнее решение для первого должно обладать свойством res judicata с тем, чтобы исключить возможную конкуренцию судебных актов одного уровня3См.: Петров М.В. Институт оспаривания решений третейских судов: роль норм АПК // Третейский суд. 2004. № 4 (34). С. 64..

В литературе, посвященной международному коммерческому арбитражу, обращается внимание на неоправданность осуществления судебного контроля в месте вынесения арбитражных (третейских) решений, а не в месте их исполнения4См.: Бриннер Р. Нью-Йоркская конвенция: философия и цели Конвенции//Третейский суд. 2003. N9 6 (30). С. 16.. Представляется возможным проецирование подобного подхода и к практике исполнения решений «внутренних» третейских судов.

В том случае, если поданы заявление об отмене решения третейского суда и заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого же решения третейского суда и при этом место вынесения решения третейского суда совпадает с местом нахождения или местом жительства должника, либо если место нахождения или место жительства неизвестны, местом нахождения имущества должника, то представляется целесообразным объединение указанных дел в одно производство.

Правовой основой для объединения в этом случае является ч. 2 ст. 130 АПК РФ, которая предусматривает, что арбитражный суд вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство. Поскольку основания для отмены решения третейского суда и для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда совпадают, то компетентному государственному суду при рассмотрении обоих заявлений необходимо дать оценку фактически одним и тем же обстоятельствам. Таким образом, между указанными делами существует взаимная связь, вследствие чего решение об их объединении не будет противоречить букве процессуального закона и будет полностью соответствовать его духу.

Законом о третейских судах предусмотрено, что заинтересованная сторона подаст в компетентный государственный суд заявление о выдаче исполнительного листа, к которому в обязательном порядке должны быть приложены три документа, подтверждающие его право на принудительное исполнение решения третейского суда.

Во-первых, к заявлению должно быть приложено решение третейского суда. Причем Закон допускает приложение к заявлению как оригинала, так и копии решения. Однако порядок удостоверения копий решения третейского суда установлен различный. Если копия постоянно действующего третейского суда может быть удостоверена председателем соответствующего третейского суда, то копия решения третейского суда для разрешения конкретного спора должна быть заверена нотариально. Впрочем, как представляется, нет препятствий к тому, чтобы прилагать к заявлению нотариально удостоверенную копию решения постоянно действующего третейского суда.

Во-вторых, к заявлению о выдаче исполнительного листа должно быть приложено третейское соглашение. Закон также допускает возможность приложения к заявлению как оригинала, так и копии третейского соглашения. В то же время третейское соглашение должно соответствовать требованиям Закона о третейских судах, а именно: должно быть заключено в письменной форме, т.е. содержаться в документе, подписанном сторонами, либо заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других средств электронной или иной связи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения.

Если третейское соглашение содержится в двух и более документах, то должны быть представлены все документы, совокупность которых позволяет сделать вывод о достижении сторонами соглашения о передаче спора на разрешение третейского суда.

Если третейское соглашение содержится в документе, на который ссылаются стороны в договоре, переданном на разрешение третейского суда, то к заявлению о выдаче исполнительного листа должны быть приложены оба эти документа или их копии.

В-третьих, к заявлению о выдаче исполнительного листа должны быть приложены доказательства, которые подтверждают уплату государственной пошлины в порядке и размере, установленных федеральным законодательством.

Арбитражное процессуальное законодательство устанавливает дополнительные требования к приложениям: заявитель должен приложить уведомление о вручении или иной документ, подтверждающий направление копии заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда другой стороне третейского разбирательства, а также доверенность или иной документ, подтверждающие полномочия лица на подписание заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Аналогичные дополнительные требования к приложениям к заявлению содержатся и в гражданском процессуальном законодательстве (п. 4 и 5 ч. 3 ст. 424 ГПК РФ).

В законодательстве отсутствуют нормы, которые регламентировали бы порядок определения дня окончания срока для добровольного исполнения решения третейского суда. Единственное исключение сводится к тому, что третейский суд, принимая решение, в резолютивной части при необходимости может указать срок и порядок его исполнения. Однако неясно, что означает термин «при необходимости» и в какой степени обязательно требование к третейскому суду определять срок исполнения решения.

В связи с этим представляется, что, поскольку законодательно не определен срок добровольного исполнения решения третейского суда, такой срок должен указываться третейским судом во всех случаях при принятии решения, которым удовлетворяются заявленные исковые требования и которым ответчик понуждается к совершению каких-либо действий. Это означает, что указанная норма устанавливает в качестве начальной даты истечения трехлетнего срока подачи заявления о выдаче исполнительного листа окончательный срок добровольного исполнения решения третейского суда, определенного в самом решении.

Нарушение срока подачи заявления о выдаче исполнительного листа является основанием для его возвращения судом заявителю без рассмотрения. Однако если заявитель ходатайствовал о восстановлении пропущенного срока, то компетентный суд, признав причины пропуска уважительными, вправе восстановить срок.

Определение о возвращении заявления о выдаче исполнительного листа, которое было подано с пропуском установленного срока либо к которому не были приложены необходимые документы, может быть обжаловано в компетентный государственный суд в порядке, установленном гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством. В том случае, если компетентный государственный суд отменит указанное определение, дело подлежит рассмотрению в порядке третейского разбирательства тем третейским судом, который вынес отмененное определение.

В п. 7 ст. 45 Закона о третейских судах установлено, чо заявление о выдаче исполнительного листа должно быть рассмотрено судьей компетентного государственного суда в течение месяца со дня поступления заявления в компетентный суд. В этот же срок включается и время, необходимое для подготовки дела к судебному разбирательству. В процессе подготовки дела к разбирательству судья вправе истребовать из постоянно действующего третейского суда материалы дела, по которому испрашивается исполнительный лист.

Однако, как это следует из смысла ч. 2 ст. 238 АПК РФ, компетентный суд не вправе сам испрашивать такие материалы из постоянно действующего третейского суда и может сделать это, только если имеется ходатайство лиц, участвующих в деле. При этом подобного рода ходатайство должно исходить от обеих сторон. Поэтому ходатайство одного из участников процесса об истребовании материалов третейского разбирательства не может рассматриваться как достаточное основание для истребования компетентным государственным судом соответствующих материалов.

Предположение о том, что проверка материалов третейского суда может осуществляться государственным судом без согласия участников третейского разбирательства, свидетельствует о непонимании института третейского разбирательства, его природы. Между тем любое вмешательство государственных юрисдикционных органов в процедуры третейского разбирательства без согласия его участников способно уничтожить этот институт разрешения споров.

Что касается истребования материалов третейского суда ad hoc, то поскольку таковые должны быть переданы в месячный срок в компетентный государственный суд, то при необходимости и ходатайстве обеих сторон материалы дела истребуются из архива суда, которому они переданы на хранение.

Процедура рассмотрения заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда производится в обычном порядке. Это означает, что стороны третейского разбирательства должны быть извещены о времени и месте судебного заседания. Впрочем, их неявка в судебное заседание при условии их надлежащего уведомления не является препятствием для рассмотрения заявления.

Процедура рассмотрения заявления происходит путем исследования доказательств, представленных в компетентный суд и подтверждающих изложенные в заявлении требования о выдаче исполнительного листа. Это означает, помимо прочего, и возможную необходимость исследования материалов дела, рассмотренного третейским судом.

Заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда рассматривается судьей компетентного суда единолично. В отличие от иных категорий дел, рассматриваемых судьей в течение более длительных сроков, заявление о выдаче исполнительного листа должно быть рассмотрено в течение одного месяца со дня поступления заявления в компетентный суд.

Процессуально решение о результатах рассмотрения заявления о выдаче исполнительного листа оформляется в виде определения независимо от того, какое решение принимает компетентный государственный суд: выдать исполнительный лист или отказать в его выдаче. Это определение подлежит немедленному исполнению.

В определении арбитражного суда по делу о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в качестве обязательных реквизитов должны быть указаны: сведения о наименовании и составе третейского суда, который принял решение, подлежащее исполнению; наименование сторон третейского разбирательства; сведения о решении третейского суда о выдаче исполнительного листа, на принудительное исполнение которого ходатайствует заявитель; указание на выдачу исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда или отказ в выдаче исполнительного листа (ч. 2 ст. 240 АПК РФ). Такие же требования к содержанию определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда содержатся и в гражданском процессуальном законодательстве (ч. 2 ст. 427 ГПК РФ).

При вынесении определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда компетентный государственный суд в резолютивной части не вправе изменять резолютивную часть решения третейского суда. В практике встречаются случаи, когда государственный суд, принимая определение о принудительном исполнении решения третейского суда, изменяет резолютивную часть третейского акта, зачастую изменяя тем самым и существо принятого решения.

В п. 9 ст. 45 Закона о третейских судах установлено, что определение компетентного государственного суда о выдаче исполнительного листа или об отказе в выдаче исполнительного листа может быть обжаловано в порядке, установленном процессуальным законодательством. В соответствии с правилами, установленными арбитражным процессуальным законодательством, определение арбитражного суда по делу о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в течение месяца со дня вынесения определения (ч. 5 ст. 240 АПК РФ). Таким образом, арбитражное процессуальное законодательство не предусматривает апелляционного порядка обжалования вышеуказанных определений.

Что касается определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которые принимаются судом общей юрисдикции, то таковые могут быть обжалованы в соответствии с ч. 5 ст. 427 ГПК РФ в обычном порядке, установленном для обжалования судебных актов судов общей юрисдикции. Анализируемая норма не устанавливает каких-либо особенностей обжалования указанных определений.

В том случае, если заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается с нарушением правил, установленных арбитражным (гражданским) процессуальным законодательством, это является основанием для его оставления без движения, а если обстоятельства, послужившие основаниями для оставления заявления без движения, не устраняются в установленный компетентным судом срок — то и для возвращения такого заявления подателю.

  • Основания для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *