ГК 177

1. Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

2. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом.

3. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Комментарий к Ст. 177 ГК РФ

1. Комментируемая статья определяет два разных основания для признания недействительной сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими. Последствия недействительности в этих случаях одинаковы: как и в ст. ст. 172, 175, 176 ГК РФ, в комментируемой статье содержится отсылка к правилам, предусмотренным абзацами вторым и третьим п. 1 ст. 171 ГК РФ.

2. Пункт 1 ст. 177 ГК РФ, в отличие от п. 2, предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение. Необходимым условием оспаривания сделки является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и проч. В судебной практике принято доказывать наличие такого состояния посредством заключения соответствующего медицинского учреждения . К числу причин, которые могут вызвать состояние, когда лицо не способно понимать значение своих действий или руководить ими, относят также гипноз .

———————————
См., например: Постановление ФАС Московского округа от 19 января 2006 г. N КГ-А40/13646-05.

См.: Хейфец Ф.С. Указ. соч. С. 111.

Важно отграничить этот состав недействительной сделки от состава сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, а также сделки, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (ст. 179 ГК). В случаях, предусмотренных ст. 179 ГК РФ, наступают гораздо более неблагоприятные для другой стороны сделки последствия.

Право обратиться в суд с иском о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности имеют как сам гражданин, не понимавший значения своих действий или не руководивший ими, так и иные лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

К примеру, А.Е., умершая 18 ноября 2001 г., имела в собственности квартиру в г. Москве. 16 июня 1999 г. она и М. заключили договор пожизненного содержания с иждивением, по которому А.Е. передала названную квартиру в собственность М.

А.О. обратился в суд с иском к М. о признании недействительным данного договора и признании за ним права собственности на квартиру. Иск обоснован тем, что А.Е. страдала тяжелым психическим заболеванием, состояла на учете в психоневрологическом диспансере, неоднократно проходила лечение в различных психиатрических больницах. При обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти А.Е. А.О. узнал об указанном выше договоре от 16 июня 1999 г. Этот договор, по мнению истца, является незаконным, так как А.Е. по своему психическому состоянию не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

М. иск не признал, ссылаясь, в частности, на пропуск А.О. годичного срока для обращения в суд с иском о признании оспоримой сделки недействительной.

Как отметил Верховный Суд РФ применительно к данному спору, с иском о признании сделки недействительной может обратиться гражданин, совершивший сделку, или правопреемник этого гражданина, в частности наследник, после смерти наследодателя .

———————————
Определение Верховного Суда РФ от 16 мая 2006 г. N 5-В06-25.

3. Пункт 2 комментируемой статьи допускает возможность оспаривания сделки, совершенной гражданином, впоследствии признанным недееспособным, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

При этом право подачи иска о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности третьим лицам не предоставлено. Такая возможность есть только у опекуна гражданина.

Это правило подверглось оспариванию в Конституционном Суде РФ. От имени продавца квартиры действовали по доверенности иные лица. Решением суда доверенность, а также заключенный на основании доверенности договор купли-продажи были признаны недействительными. Суд первой инстанции, руководствуясь в том числе положениями ст. 177 ГК РФ, исходил из того, что на момент оформления доверенности продавец страдал хроническим психическим расстройством, не мог понимать значение своих действий и руководить ими, а решением суда позже он был признан недееспособным. Покупательница обратилась в Конституционный Суд РФ с жалобой, утверждая, что положения ст. 177 ГК РФ нарушают ее конституционные права и свободы. Однако Конституционный Суд счел, что данные положения, как направленные на защиту определенной категории граждан, сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы .

———————————
Определение Конституционного Суда РФ от 21 октября 2008 г. N 659-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Галимовой Фариды Габдуллахатовны на нарушение ее конституционных прав положениями пунктов 1 и 2 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 112, части первой статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации».

Вместе с тем в рассматриваемой ситуации не решен вопрос о возможной защите прав и интересов добросовестного приобретателя, который, вступая в отношения с представителями стороны по договору, вряд ли знал или мог знать о наличии у продавца хронического психического расстройства и как следствие о возможной недействительности выданной им доверенности.

Комментарий к статье 177 ГК РФ

1. Комментируемая статья распространяется на сделки дееспособных граждан, которые, однако, в момент совершения сделок не могли отдавать отчета в своих действиях и руководить ими. Данный вид недействительных сделок является традиционным для российского права (см. ст. 31 ГК 1922 г., ст. 56 ГК 1964 г.) и относится к числу сделок с пороками внутренней воли.

Основанием для признания сделки недействительной в данном случае выступает фактическая недееспособность (невменяемость) участника сделки. В отличие от юридической недееспособности, которая порочит все сделки недееспособного лица, фактическая недееспособность носит, как правило, временный характер и, соответственно, может служить основанием для признания недействительными лишь сделок, совершенных именно в тот временной момент, когда гражданин не мог отдавать отчета своим действиям или руководить ими. При этом достаточным признается наличие хотя бы одного из названных дефектов психики гражданина.

По смыслу закона ст. 177 подлежит расширительному толкованию и распространяет свое действие также на сделки лиц, обладающих частичной (ст. 26 ГК) и ограниченной (ст. 30 ГК) дееспособностью.

2. Причины, по которым гражданин при совершении сделки находился в невменяемом состоянии, юридического значения не имеют. Это может быть обусловлено как обстоятельствами, которые не могут быть поставлены ему в вину (психическое заболевание, сильная душевная травма, гипнотическое состояние и т.п.), так и обстоятельствами, которые зависели от самого гражданина (чрезмерное употребление алкоголя, прием наркотиков и т.п.). Этим комментируемая статья отличается от ст. 1078 ГК, посвященной ответственности за причинение вреда гражданином, не способным понимать значения своих действий.

3. Самым сложным моментом, с которым приходится сталкиваться при применении комментируемой статьи, является доказательство того, что гражданин в момент совершения сделки был фактически недееспособен. Наличие у него психического расстройства, иного заболевания или алкогольного опьянения сами по себе не могут служить доказательствами того, что в момент совершения сделки он не мог отдавать отчет в своих действиях или руководить ими. Как правило, недостаточными доказательствами признаются одни лишь свидетельские показания. По подобным делам, в частности делам, связанным с оспариванием завещаний, составленных лицами, не способными понимать значения своих действий или руководить ими, обычно назначается судебно-психиатрическая экспертиза, выводы которой далеко не всегда однозначны.

Поэтому решение должно приниматься судом с учетом всех фактических обстоятельств, к числу которых относятся все, что помогает понять, мог ли гражданин, отдающий отчет в своих действиях или способный руководить ими, совершить подобную сделку (учитывая ее характер, условия, в частности цену, личность контрагента и т.д.).

4. Пункт 2 комментируемой статьи посвящен сделкам лиц, которые на момент совершения сделки еще не были признаны недееспособными, но уже страдали психическим расстройством или слабоумием, что и послужило основанием для последующего лишения их дееспособности. В принципе на них распространяются общие правила ст. 177, с той лишь разницей, что иск об оспаривании сделки может быть заявлен не самим гражданином, а назначенным ему опекуном. В практическом плане в данном случае несколько облегчается процесс доказывания, поскольку опекун освобождается от необходимости доказывать наличие у своего подопечного психического заболевания или слабоумия. Тем не менее должно быть доказано, что фактическая недееспособность присутствовала при самом совершении сделки.

5. Лицами, уполномоченными на оспаривание сделки, являются сам гражданин и иные лица, чьи интересы оказались нарушенными в результате совершения сделки. Такими лицами могут быть члены семьи невменяемого лица, представляемый (если невменяемый выступал в качестве представителя), наследники по закону и любые другие лица, имеющие юридически значимый интерес в деле. Наличие данного интереса должно быть доказано лицами, предъявляющими иск о признании сделки недействительной.

Хотя в п. 2 ст. 177 в качестве уполномоченного на предъявление иска лица назван лишь опекун, назначенный гражданину, совершившему сделку в невменяемом состоянии и признанному впоследствии недееспособным, по смыслу закона подобный иск может быть предъявлен любым лицом, чьи интересы оказались нарушенными в результате совершения сделки.

6. Достаточно спорным является вопрос о том, допустимо ли применение комментируемой статьи к сделкам юридических лиц. Последние совершают сделки посредством своих органов (директоров, начальников, управляющих), в роли которых обычно выступают конкретные граждане. Если эти граждане в момент совершения сделки от имени юридического лица не отдавали отчет в своих действиях, налицо порок воли в сделке, что по общему правилу является основанием для признания сделки оспоримой, а не ничтожной.

Поэтому нет никаких препятствий для распространения правил, закрепленных ст. 177, на сделки юридических лиц с аналогичным пороком (п. 1 ст. 6 ГК).

7. Последствия признания сделки недействительной на основании ст. 177 сводятся к двусторонней реституции, а также к возложению на другую сторону обязанности по возмещению реального ущерба, причиненного невменяемому участнику сделки. Последнее, однако, возможно лишь в том случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала о невменяемости своего контрагента и воспользовалась этим обстоятельством.

Другой комментарий к статье 177 ГК РФ

1. Согласно п. 1 правила статьи применяются в отношении дееспособных граждан, оказавшихся в ситуации, когда они не способны понимать значение своих действий. Следует, однако, давать п. 1 расширительное толкование и распространять его действие также на сделки частично дееспособных граждан (малолетние и несовершеннолетние — ст. 26, 28 ГК), если при совершении разрешенных им сделок они оказываются не способными понимать значение своих действий. Фактическая и юридическая ситуация в этих случаях аналогична.

2. В порядке аналогии закона следует считать возможным применение правил данной статьи также к сделкам юридических лиц, если гражданин, имеющий полномочия совершать сделку в качестве органа или представителя юридического лица, не мог понимать значения своих действий или руководить ими.

3. Неспособность понимать значение своих действий или руководить ими должна иметь место в момент совершения сделки, который по-разному определяется для отдельных видов сделок (двусторонние и односторонние сделки), а также зависит от формы совершаемой сделки.

4. Причины, вызвавшие неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, правового значения не имеют. Иногда они вызываются посторонними для сделки обстоятельствами (гибель близких, физическая травма, стихийное бедствие и т.д.), но могут зависеть и от поведения самого гражданина (алкогольное опьянение).

5. Факт совершения гражданином сделки в момент, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, должен быть надлежащим образом доказан. Свидетельские показания, как правило, будут недостаточными; нужно заключение соответствующих медицинских органов, и может оказаться необходимым проведение экспертизы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *