Европейский валютный союз

Благодаря юридическому закреплению и практической реализации положений о переходе государств – членов ЕС к Экономическому и валютному союзу этот термин превратился в официальную категорию права ЕС. Ее содержание определяется в учредительных документах ЕС, в первую очередь в Договоре о Европейском союзе:

“Союз создает экономический и валютный союз, денежной единицей которого является евро” (§ 4 ст. 3 ДЕС) <159>.

——————————–

<159> Как отмечалось в начале настоящей главы, более адекватным наименованием ЭВС на русском языке являлось бы выражение “экономический и денежный союз”. Перевод “экономический и валютный союз”, однако, прочно закрепился в отечественной научной литературе и средствах массовой информации, а также употребляется в актах Центрального банка Российской Федерации.

Следует иметь в виду, что, в отличие от Европейского союза, экономический и валютный союз сам по себе не является организацией. Слово “союз” в данном случае используется в значении “единство” – единство в разработке и проведении экономической политики государств-членов и единая денежная политика, базирующаяся на единой валюте евро.

Таким образом, с юридической точки зрения ЭВС означает определенную систему общественных отношений, подведомственную ЕС и регулируемую правом Европейского союза, в рамках которой:

во-первых, обеспечивается тесная координация экономической политики государств-членов (экономический союз);

во-вторых, осуществляется единая денежная политика на основе единой валюты евро (валютный союз).

Более подробно содержание обоих компонентов ЭВС определяет первая статья специально посвященного ЭВС раздела “Экономическая и денежная политика” Договора о функционировании Европейского союза:

“1. В целях, изложенных в статье 3 Договора о Европейском союзе, деятельность государств-членов и Союза включает в себя на условиях, предусмотренных Договорами, установление экономической политики, которая основана на тесной координации экономической политики государств-членов, на внутреннем рынке и на определении общих целей, и которая проводится при соблюдении принципа открытой рыночной экономики со свободной конкуренцией.

2. Одновременно с этим согласно условиям и процедурам, предусмотренным Договорами, такая деятельность включает в себя единую денежную единицу – евро, а также определение и проведение единой денежной политики и единой политики валютных курсов, главной целью которых является поддержание стабильности цен и, без ущерба для этой цели, оказание поддержки общей экономической политике в Союзе в соответствии с принципом открытой рыночной экономики со свободной конкуренцией” (ст. 119 ДФЕС).

В качестве системы общественных отношений, регулируемых правом Европейского союза, ЭВС одновременно выступает как сфера компетенции ЕС, в рамках которой его руководящие органы (институты) наделены нормотворческими и иными полномочиями. В частности, принятие законодательных и других правовых актов по вопросам ЭВС возложено на Европейский парламент и Совет Европейского союза (Совет), как правило, по инициативе Европейской комиссии <160>.

——————————–

<160> Например: “Европейский парламент и Совет, постановляя посредством регламентов в соответствии с обычной законодательной процедурой, могут устанавливать детальные правила в отношении процедуры многостороннего наблюдения” за экономической ситуацией в государствах-членах (§ 6 ст. 121 ДФЕС); “Чтобы обеспечить для евро место в международной валютной системе, Совет по предложению Комиссии принимает решение, которым устанавливаются общие позиции в рамках компетентных международных финансовых институтов и конференций по вопросам, представляющим особый интерес для экономического и валютного союза” (§ 1 ст. 138 ДФЕС).

Выработку стратегических ориентиров развития ЭВС, как и в других сферах, осуществляет Европейский совет (на уровне глав государств или правительств и высших должностных лиц ЕС), а руководство денежной политикой, в том числе эмиссией евро, возложено на специализированный институт ЕС – Европейский центральный банк (ЕЦБ). Последний одновременно является главным элементом Европейской системы центральных банков (ЕСЦБ), включающей наряду с ЕЦБ центральные банки всех государств – членов ЕС (ЕЦБ вместе с центральными банками государств-членов, входящих в зону евро, обозначаются в праве ЕС термином “Евросистема”, которая фактически является главной частью ЕСЦБ).

Для содействия институтам Европейского союза в управлении ЭВС (прежде всего в координации экономической политики государств-членов) образован особый вспомогательный орган ЕС – Экономический и финансовый комитет в составе представителей государств-членов, Европейской комиссии и Европейского центрального банка (не более двух представителей от каждого государства-члена или института ЕС). В задачи Экономического и финансового комитета входит:

– формулировать заключения для Совета или Комиссии (по их запросу либо по собственной инициативе);

– наблюдать за экономической и финансовой ситуацией государств-членов и Союза в целом и представлять соответствующие доклады Совету и Комиссии;

– осуществлять консультативные и подготовительные задачи в целях рассмотрения и принятия Советом правовых актов по различным вопросам, связанным с функционированием ЭВС (например, при принятии рекомендаций и решений в адрес государств-членов, в которых существует чрезмерный бюджетный дефицит или угроза возникновения такого дефицита);

– не реже одного раза в год проводить изучение ситуации в области перемещений капиталов и свободы платежей внутри ЕС и в отношениях с третьими странами (результаты изучения отражаются в докладах, представляемых Совету и Комиссии);

– осуществлять специальное наблюдение (с подготовкой специальных докладов) за денежной и финансовой ситуацией, а также за общим режимом платежей в государствах – членах, не входящих в зону евро (ст. 134 ДФЕС).

Несмотря на то что экономический и валютный компоненты ЭВС образуют неразрывное единство, объем полномочий ЕС в отношении этих компонентов неодинаков.

Валютный союз является более “сильным” и эффективным компонентом ЭВС, поскольку в этой области предусмотрено проведение подлинно единой денежной политики, которая основывается на единой валюте евро, полностью заменившей в обращении бывшие национальные денежные знаки государств – членов ЕС (в пределах зоны евро).

После вступления в силу Лиссабонского договора валютный союз отнесен к категории исключительной компетенции ЕС, т.е. компетенции, полностью переданной государствами-членами на европейский уровень и по вопросам которой они могут издавать юридически обязательные акты только во исполнение актов институтов Европейского союза:

“Союз располагает исключительной компетенцией в следующих сферах: …денежная политика в отношении государств-членов, денежной единицей которых является евро” (ст. 3 ДФЕС).

Напротив, экономический союз выступает более “слабым” компонентом ЭВС в связи с тем, что разработка, проведение и координация экономической политики по-прежнему остаются в компетенции государств-членов, а ЕС только определяет условия для подобной координации:

“Государства-члены координируют свою экономическую политику и политику занятости согласно условиям, предусмотренным настоящим Договором, для определения которых Союз располагает компетенцией” (§ 3 ст. 2 ДФЕС).

Недостаточная эффективность экономического компонента ЭВС, в частности проблемы с бюджетными дефицитами ряда государств-членов, оказывает негативное влияние на функционирование Экономического и валютного союза в целом, в том числе на стабильность евро. В настоящее время предпринимаются меры по совершенствованию правовых механизмов экономического союза в направлении создания подлинного “экономического правительства” ЕС (см. 2.1.2).

Следует учитывать, что термин “экономическая политика”, координация которой образует сущность экономического компонента ЭВС, имеет в праве Европейского союза специальное значение. Под экономической политикой понимается политика, направленная на регулирование экономической системы в целом (макроэкономическое регулирование), а не на регулирование отдельных отраслей хозяйственной деятельности.

Речь идет, таким образом, о выработке общего экономического курса каждой страны ЕС, который должен быть как можно более тесно скоординирован с экономическим курсом остальных государств-членов. Напротив, мероприятия по регулированию отдельных отраслей (секторов) экономики рассматриваются в праве ЕС как самостоятельные направления политики и выступают объектом других сфер внутренней и внешней компетенции Союза: “общая сельскохозяйственная политика”, “общая транспортная политика”, “общая торговая политика” в отношении третьих стран и т.д.

На уровне первичного права ЕС основным источником, в котором закрепляется правовой режим Экономического и валютного союза, является Договор о функционировании Европейского союза, точнее, его специальный раздел – раздел VIII “Экономическая денежная политика” части третьей “Внутренняя политика и деятельность Союза”. Именно в соответствии с этим разделом институты ЕС издают правовые акты (источники вторичного права), которые имеют нормотворческий характер или правоприменительный характер, например регламенты о порядке введения и использования единой валюты или решения о включении новых государств-членов в зону евро.

Комплексный характер ЭВС и его правового режима обусловливает комплексную структуру посвященного ему раздела Договора о функционировании Европейского союза. В современной редакции, установленной Лиссабонским договором 2007 г., он включает 26 подробных статей и подразделяется на пять глав, посвященных отдельным компонентам или аспектам функционирования ЭВС <161>:

——————————–

<161> Первая статья раздела, содержащая общее определение экономического и валютного союза, имеет вводный характер и не включена ни в одну из глав (процитированная выше ст. 119 ДФЕС).

глава 1 “Экономическая политика” – посвящена экономического компоненту ЭВС, т.е. различным мерам по координации экономической политики государств-членов в рамках Европейского союза;

глава 2 “Денежная политика” – имеет своим объектом денежный (валютный) компонент ЭВС, т.е. единую валюту евро и денежную политику ЕС;

глава 3 “Институциональные положения” – устанавливает правовой статус вспомогательного органа Европейского союза в рамках ЭВС – Экономического и финансового комитета (см. выше). Здесь же закреплены обязанности Европейской комиссии осуществлять разработку проектов новых правовых актов в области ЭВС по запросам Совета Европейского союза или государств-членов;

глава 4 “Специальные положения для государств-членов, денежной единицей которых является евро” – устанавливает порядок еще более тесной координации экономической политики государств-членов, входящих в зону евро (глава была включена Лиссабонским договором);

глава 5 “Переходные положения” – определяет условия и порядок отмены перехода на единую валюту ЕС государств-членов, пока не входящих в зону евро.

Некоторые правила по вопросам ЭВС, имеющие специальный характер, вынесены в протоколы к учредительным документам ЕС. Это, в частности:

– Протокол об Уставе Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка;

– Протокол о процедуре в отношении чрезмерных дефицитов (фиксирует “контрольные величины”, при достижении которых дефицит бюджетный дефицит считается чрезмерным);

– Протокол о критериях сближения (устанавливает экономические показатели, при выполнении которых государство-член может быть принято в зону евро);

– Протокол о Еврогруппе (определяет порядок созыва и проведения совещаний министров экономики и/или финансов государств – членов ЕС, перешедших на единую валюту, в целях более тесной координации экономической политики в рамках зоны евро. Как и глава ДФЕС, посвященная этому вопросу, Протокол о Еврогруппе добавлен Лиссабонским договором);

– Протокол о некоторых положениях в отношении Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Протокол о некоторых положениях в отношении Дании (наделяет Великобританию и Данию правом не переходить на евро без специально выраженного намерения их правительств);

– Протокол о Дании и Протокол о Франции (сохраняют за центральными банками этих государств-членов полномочия по осуществлению денежной политики, включая денежную эмиссию, в отношении их отдельных островных территорий, не включенных в территорию ЕС, – принадлежащих Дании Гренландии и Фарерских островов и находящихся под юрисдикцией Франции островов Новая Каледония, Французская Полинезия, Уоллис-и-Футуна, денежной единицей которых остается франк КФП <162>).

——————————–

<162> КФП (CFP) – Тихоокеанское финансовое сообщество (франц. Communaute financiere du Pacifique).

Основные положения учредительных документов (включая протоколы) и других источников права ЕС, посвященные экономическому и валютную союзу, будут рассмотрены в дальнейших параграфах настоящей главы при характеристике правового режима единой валюты ЕС евро, правовых механизмов координации экономической политики государств-членов и правового положения государств-членов, не входящих в зону евро. Рассмотрению современного правового регулирования ЭВС предшествует характеристика исторических аспектов его формирования в рамках Европейского союза.

Просмотров: 109

ЕВРОПЕЙСКИЙ ВАЛЮТНЫЙ СОЮЗ: ВЫЗОВЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

УДК 336

2020.01.016. ЛУЦКАЯ Е Е. ЕВРОПЕЙСКИЙ ВАЛЮТНЫЙ СОЮЗ: ВЫЗОВЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ. (Обзор).

Ключевые слова: Европейский валютный союз; концепция евро; кризис евро.

Исторической поворотной точкой в процессе экономической интеграции Европы стало создание Европейского валютного союза (ЕВС) и введения единой валюты. С 1 января 1999 г. евро поступил в безналичное обращение, а 1 января 2002 г. в наличное обращение были введены банкноты и монеты. В 2019 г. ЕВС праздновал двадцатилетний юбилей. Зона евро первоначально объединила 11 стран, в которых проживали 293 млн человек, а сегодня евро является валютой 340 млн европейцев, проживающих в 19 государствах ЕС. Евро — это вторая (после доллара) валюта, используемая на мировых рынках.

В обзоре представлены точки зрения западных экономистов по проблемам валютной интеграции, перспективам и приоритетам развития зоны евро.

Цели и изначальные изъяны фундаментальной конструкции ЕВС. Как считают многие западные экономисты, главные проблемы евро коренятся в том, что такое объединение не может эффективно функционировать без политического союза и соответствующей государственной структуры. Так, Пол де Граув (Paul De Grauwe), бельгийский экономист, профессор Лондонской школы экономики и политических наук (London school of economics and political science) и глава Европейского института (European institute), выразил свое отношение к концепции евро следующим образом: «Евро — это валюта без страны. Чтобы она была устойчивой, необходимо создать европейскую страну». Председатель Европейского центрального банка (ЕЦБ) М. Драги настаивает на «коллективном обязательстве всех правительств реформировать управление зоны евро» .

Как считает американский экономист Дж. Стиглиц, идея, взятая на вооружение архитекторами зоны евро, согласно которой экономическая интеграция должна породить политическую инте-

© Луцкая Е.Е., 2020.

грацию и всеобщий экономический рост, с самого начала была нереальной и в дальнейшем показала свою нежизнеспособность . Корень всех проблем, по его мнению, не в политике и структуре отдельных стран, а в реформировании законодательства и институтов ЕВС. Создатели объединения не учли многообразия стран-членов и не предусмотрели механизмов противостояния шокам.

Стиглиц критически оценивает наиболее часто используемые специалистами объяснения кризиса евро. Мнение, что главная вина лежит на периферийных странах, имеющих высокий уровень суверенной задолженности и бюджетного дефицита, несостоятельно, поскольку некоторые страны, например Испания и Ирландия, в течение длительного времени имели низкий уровень суверенного долга. Именно кризис евро, а не другие причины вызвали рост их задолженности и дефицита бюджета. Также неправильно было бы считать, что причиной болезни зоны евро являются чрезмерные социальные расходы и затраты на поддержание рынка труда. Страны с наиболее высокими расходами этой категории -Швеция и Норвегия — относятся к числу экономически передовых. Не может служить объяснением и отсутствие эффективных лидеров, а также бюрократический стиль руководства, осуществляемый консервативными «еврократами». Стиль руководства ЕВС радикально не изменился ни в 1999, ни в 2008 г. Дело не столько в лидерах, сколько в некорректной политике и плохо разработанных структурных реформах, которые привели к углублению неравенства.

Особенность позиции Стиглица заключается в том, что он делает акцент на порочности самой концепции единой валюты -евро изначально имел внутренний дефект. Приверженность единой валюте лишает страны-члены возможности использовать механизм изменения обменного курса как способ преодоления асимметричных шоков и проводить гибкую монетарную политику. Подобная жесткая структура схожа со структурой золотого стандарта. В условиях реального обменного курса (с поправкой на инфляцию) периферийные страны могли осуществлять девальвацию своей валюты относительно валют Германии и других наиболее развитых стран и таким образом предотвращать резкий рост дефицита госфинансов. Сохранение фиксированного обменного курса евро вело к свертыванию производства и росту безработицы в

бедных странах Европы, к увеличению неравенства между странами-членами, к замедлению процессов конвергенции в зоне евро .

Как отмечают специалисты из Европейской комиссии М. Бути и др. , создание валютного союза преследовало достижение следующих целей: эффективность; стабильность; равенство; справедливость; устойчивость.

Понятие «эффективность» (efficiency) используется для оценки функционирования рынков ЕС и ЕВС, а также для оценки структурных реформ. Итоги развития общего рынка ЕС в целом были успешными — благодаря либерализации торговли, синхронизации делового цикла все страны-члены существенно повысили эффективность национальных производственных факторов, а по уровню конкуренции ЕС превзошел США. Однако валютное объединение с самого начала было неполным, особенно в том, что касалось регулирования финансовых рынков.

Под «равенством» (еquity) понимается «справедливое» распределение государством общественных благ. Страны и регионы ЕС придерживаются общих правил относительно перераспределения общественных благ между странами, а перераспределение общественных благ внутри стран между отдельными индивидами традиционно находилось за рамками установок ЕВС. Вопрос о том, должны ли органы ЕС и ЕВС стать активными субъектами политики перераспределения доходов, остается спорным.

«Стабилизация» (stabilization) преследует цель смягчения циклических шоков. Архитектура ЕВС изначально не предусматривала общей функции стабилизации, и сейчас бюджетная политика остается децентрализованной. Во время финансового кризиса, в условиях роста суверенного долга, национальные «автоматические стабилизаторы» не могли выполнять свою роль. Централизация бюджетных установок — сложная задача при высоком уровне национальной дифференциации.

«Устойчивость» (sustainability) подразумевает долгосрочную стабильность государственных финансов в зоне евро. Надежность ЕЦБ была одним из главных приоритетов ЕВС (показатели инфляции и платежных балансов соответствовали таргетируемому уровню). Однако в дальнейшем механизмы воздействия на налоговую и бюджетную политику стран-членов, предусмотренные в Пакте

стабильности и роста (Stability and growth pact), не смогли сдержать рост суверенных долгов и противостоять проциклической бюджетной политике отдельных стран. В последнее десятилетие, вследствие ослабления контроля за государственными финансами на национальном уровне, внутренние дисбалансы Союза увеличились .

Зона евро в период глобального финансового кризиса и посткризисной стагнации. В течение первого десятилетия создания зоны евро экономика ЕВС находилась на подъеме. Средний темп роста ВВП в расчете на душу населения был близок к наблюдаемому в США, а инфляция держалась на целевом уровне — немного ниже, но близко к 2%.

Однако в период финансового кризиса 2007-2008 гг., который явился первым серьезным испытанием для объединения, фундаментальные недостатки проекта ЕВС выступили на передний план. Обнаружилось, что устранение риска валютного курса не означает ликвидацию риска суверенного долга, роста бюджетных дефицитов и безработицы. Стала очевидной противоречивость национальных подходов к вопросу об управлении процессом интеграции. В концепции Германии и стран Северной Европы основной акцент сделан на таких понятиях, как «законы, жесткость и последовательность». Франция и страны Южной Европы, напротив, отдают предпочтение «гибкости, адаптивности и инновациям». Подход Германии подразумевает координацию национальных политик в жестких законодательных рамках, что соответствует немецким традициям федерализма; Франция склоняется к объединенному экономическому управлению в русле традиций французского централизованного правительства. В условиях экономического спада успехи Германии и других «победителей глобализации» интерпретировались как результат несправедливого распределения ресурсов и торговых войн.

Стала явной еще одна уязвимость ЕВС — сильная зависимость экономики стран-членов от банков. Банки являются главным источником финансирования производственной активности в Европе, обеспечивая 80% внешнего финансирования против 20% в США. Относительно масштабов национальной экономики европейские банки гораздо крупнее, чем американские. Так, активы Deutsche Bank в 2007 г. достигали 80% ВВП Германии, француз-

«Спусковым крючком» для кризиса зоны евро был комплекс факторов: платежные дисбалансы, шоки банковского сектора и методы урегулирования суверенных долгов. Отсутствие рисков валютного курса позволяло инвесторам не принимать во внимание специфические страновые риски в банковском секторе и государственных финансах. Не оправдались ожидания руководителей ЕВС относительно быстрой конвергенции периферийных стран (Ирландия, Португалия, Испания, Греция) за счет вливаний капитала в их экономику. Часть инвестиций направлялись в долговые обязательства и неторгуемые сектора1 этих стран, что в итоге привело к росту цен. Таким образом, разрыв между кредиторами и должниками постепенно углублялся. Негативные эффекты нерационального распределения капитала привели к тому, что поток капитала на периферию прекратился, что болезненно сказалось на объемах промышленного производства. Суверенные долги и коллапс банков усугубили рецессию. Из-за отсутствия фискальных подушек на национальном уровне многие страны были не в состоянии реагировать на падение спроса.

ЕЦБ — единственный институт, имевший мандат на антикризисное урегулирование, — не обладал функциями кредитора в последней инстанции и не смог предотвратить перерастание кризиса суверенных долгов в общий кризис зоны евро. В 2012 г. было принято решение о создании Банковского союза, конечная цель которого — преодолеть взаимозависимость между суверенными и банковскими рисками.

Процесс преодоления кризиса в зоне евро был тяжелым и длительным. В конце 2016 г. наиболее бедные периферийные страны все еще находились в состоянии депрессии или рецессии, как, например, Греция, экономика которой пострадала от кризиса 2008 г. сильнее, чем от Великой депрессии 1930-х годов. Экономика наиболее успешных стран, например Германии, функциони-

1 Неторгуемые товары — это товары, которые производятся в странах и потребляются исключительно населением страны или служат общим благом для общества. — Прим. авт.

ровала сравнительно неплохо, но при этом их экономическая политика в значительной степени базировалась на стратегии «разори соседа».

Реформы в период 2008-2015 гг. Страны зоны евро вошли в кризис, обремененные чрезмерными государственными долгами и банковскими кредитами, не имея при этом необходимых механизмов управления финансовыми шоками. Поэтому главные реформы кризисного и посткризисного периода были нацелены на создание механизмов предотвращения подобных кризисов, т.е. механизмов коррекции макроэкономических дисбалансов, координации экономической и фискальной политики, финансовой помощи странам-членам. В целях повышения стабильности финансовых рынков были созданы: Европейский механизм стабилизации (European stability mechanism, ESM), Банковский союз (как главный надзорный орган за деятельностью банков), Союз рынков капитала (Capital markets union), Единый механизм разрешения банковских кризисов (Single resolution mechanism).

Бути и его соавторы отмечают, что реформы, которые должны преодолеть финансовую фрагментацию ЕВС и усовершенствовать стабилизационные механизмы, к настоящему времени не завершены. Для окончательного формирования Банковского союза требуется разработка механизма страхования вкладов и механизма мьютиализации долгов (mutualization)1. Для централизованной помощи странам-членам в случае финансовых шоков необходимо разработать определенную схему инвестирования и обеспечения ликвидностью, а также механизм страхования мер фискальной политики. Целями бюджетной стабилизации являются: достижение баланса между централизованной политикой ЕВС и национальной политикой стран-членов, уменьшение уровня бюджетной разба-лансированности Союза, а также степени процикличности бюджетной политики отдельных государств .

Основные вызовы зоны евро, пути их преодоления и перспективы ЕВС. К главным вызовам ЕВС аналитики относят: дисбалансы национальных счетов и финансовую нестабильность; высокую суверенную задолженность; отсутствие в ЕВС необходимого для про-

1 Мьютиализация — форма распределения риска путем частичного обобществления государственных обязательств стран зоны евро. — Прим. авт.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ведения реформ консенсуса в отношении решения ряда политических и экономических проблем. По мнению Г. Джеймса , проблему нестабильности государственных финансов можно решить путем усиления координации бюджетной политики стран-членов. Однако этому мешает предубежденность руководителей многих стран относительно политики Германии, которая, по их мнению, осуществляет «валютные манипуляции» для сохранения положительных сальдо торгового и платежного балансов.

Кроме того, в ЕС не создан механизм реструктурирования суверенных долгов, что является серьезным институциональным недостатком и одной из причин того, что страны Южной Европы оказались в капкане неконкурентоспособности. В решении долговой проблемы, считает Джеймс, должны принимать участие все страны ЕВС и использоваться все доступные институты и инструменты, в частности Б8М.

Джеймс указывает также на то, что в ЕВС отсутствует консенсус в принятии решений и это порождает проблемы управления и демократической подотчетности. Для достижения консенсуса необходимо активизировать переговорные процессы и поиск компромиссов .

Развернутую программу спасения ЕВС предлагает Стиглиц. Противоречивость его позиции проявляется в том, что, развенчивая идею единой валюты, он тем не менее считает возможным спасение евро и ЕВС. Акцент делается на создании механизма «гибкого евро», включая систему гармонизации налоговой системы, равномерную систему социального страхования и специфические типы промышленной политики для отсталых стран. Другими словами, это именно тот механизм, который страны зоны евро так и не смогли реализовать за 20 лет существования объединения.

Необходимы, как он считает, следующие изменения:

• отказ от маастрихтского норматива, согласно которому бюджетные дефициты не должны превышать 3% ВВП;

• замена государственной политики жесткого регулирования на политику роста, поддерживаемого с помощью солидарных фондов стабилизации;

• ликвидация системы принудительного валютного кредитования заемщиков (без их участия в контроле над кредитами) и вве-

дение механизма заимствований в евробондах или других механизмов;

• усовершенствование системы мьютиализации долгового бремени — страны с положительным сальдо платежного баланса должны создавать условия для более быстрого роста инфляции (путем повышения зарплаты и увеличения бюджетных расходов) по сравнению со странами, имеющими дефициты;

• изменение мандата ЕЦБ: в монетарной политике банк должен принимать во внимание не только критерий инфляции, но также и показатели занятости, экономического роста и стабильности;

• развитие Банковского союза, в частности введение единой системы страхования депозитов, которая может затормозить бегство капитала из бедных стран;

• разработка специфической промышленной политики для отсталых стран с целью ускорения темпов конвергенции стран ЕВС.

Однако, по мнению Стиглица, руководство ЕВС не имеет политической воли для реализации указанных выше относительно небольших изменений. В связи с этим он считает более целесообразным «дружеский развод» стран, который, при даже высокой цене, все же лучше, чем нынешний тупик. «Смерть евро — это не конец света: валюты приходят и уходят», — отмечает Стиглиц . Считая проект европейской интеграции более значимым, он подчеркивает, что не следует им жертвовать ради спасения евро.

Список литературы

Экономический и валютный союз.

⇐ ПредыдущаяСтр 11 из 14

Экономический и валютный союз, напомним, представляет со­бой высшую форму международной экономической интеграции. Данная форма характеризуется двумя признаками:

а) координация всей экономической политики, включая поли­тику в бюджетной сфере;

б) введение единой валюты и осуществление единой кредит­но-денежной политики.

ЭВС суть два элемента в соответствии со ст. 4 Договора о ЕС. Первая составляющая — <<экономический союз»; вторая — «ва­лютный союз» (рис. 41).

Следует обратить внимание, что Экономический и валютный со­юз, который создан в рамках ЕС, не является какой-то отдельной ор­ганизацией или учреждением1. В ЭВС входят все те страны, что и в Европейский Союз, т.е. государства — члены Союза

Б настоящее время ЭВС — особая сфера деятельности Европей­ского сообщества, предусмотренная в ст. 4 и разделе 7 части треть­ей «Экономическая и валютная политика» его учредительного до­говора. Данная статья и раздел 7 были включены в текст Договора в 1992 г. Маастрихтским договором и являются весьма объемными (4 главы, около 30 статей).

Итак, Экономический и валютный союз (ЭВС) — это форма интеграции и, одновременно, сфера общественных отношений, в рамках которой Европейское сообщество, во-первых, координиру­ет всю экономическую политику государств-членов, во-вторых, проводит централизованную денежно-кредитную политику на основе единой валюты ЕС евро. ЭВС — более высокая форма интеграции, чем общий рынок. Соответственно, его построение, в принципе, должно начинаться не раньше, чем будет завершено строительство общего рынка. По идее, сначала нужно было образовать единое экономическое пространство в реальном секторе хозяйства, отменить внутренние пошлины, квоты и прочие барьеры. И лишь затем вводить единую валюту и выраба­тывать единый экономический курс.

Однако на практике все было не так просто и однозначно. ЭВС создавался, образно выражаясь, в два подхода, или в две по­пытки. Первая приходится на конец 1960-х — 1970-е гг., вторая — на конец 1980-х-ШО-е гг. Итак, процесс создания Экономического и валютного союза можно разделить на две стадии: предварительную и основную. Вторая из них, в свою очередь, подразделяется на отдельные этапы (рис. 42).

Предварительная стадия. Впервые вопрос о возможности об­разовать в рамках Сообщества единую денежную систему был постав­лен в конце в 1968 г. Комиссией, а конкретно Раймоном Барра — за­местителем председателя Комиссии, видным французским полити­ком.

Собственно о единой валюте прямо в тот период еще не говори­лось (хотя такая возможность и предусматривалась). Комиссия официально предложила более осторожную меру — зафиксировать обменные курсы валют государств-членов, т.е. необратимо привя­зать их друг к другу.

В 1969 г. предложение Комиссии получило единогласную под­держку со стороны руководителей государств-членов. Был создан специальный комитет, т.н. «комитет Вернера» (по фамилии пре­мьера Люксембурга).

В марте 1971 г. этот комитет подготовил план перехода к эконо­мическому и валютному союзу (или «доклад Вернера»), согласно которому союз должен был возникнуть к 1980 г., т.е. еще 25 лет на­зад.

В это же время появился альтернативный проект ЭВС, представ­ленный в 1972 г. экономистами Джованни Магнифико (Италия) и Джоном Уильямсоном (Англия). Хотя проект был неофициальным, он широко обсуждался в политических и общественных кругах. Магнифико и Уильяме предложили оставить национальные валю­ты в свободном плавании, но ввести наряду с ними единую парал­лельную валюту под названием «Европа». То есть если следовать проекту, то в Германии в качестве средства платежа использовались бы немецкая марка и европа, во Франции — французский франк и европа и т.д.

Однако 15 июня 1971 г. США ввиду неблагоприятной экономи­ческой обстановки прекратили обмен долларов на золото и разорва­ли Бреттон-Вудские соглашения. Обрушение Бреттон-Вудской системы было предвестником экономического кризиса начала 1970-х гг., что не позволило реализовать первые амбициозные проек­ты создания ЭВС, как официальный, так и альтернативный.

В результате вместо создания единой валюты были предприня­ты более осторожные шаги, которые, впрочем, сыграли важную роль в подготовке будущих реформ.

В 1972 г. были ограничены взаимные колебания валют госу­дарств-членов. Их курсы не фиксировались, но изменяться могли только в узких пределах — плюс-минус 2,5%. Если возникала угроза большего отклонения, например, франка по отношению к марке, то центральные банки Франции и Германии должны были предпри­нять валютные интервенции, чтобы удержать курс.

Этот механизм взаимной привязки курсов был назван «валют­ная змея» (или на сленге финансистов — «змея в туннеле»),

В 1979 г. возник последний ключевой элемент предварительной стадии — Европейская валютная система, центральным компонен-том которой стало ЭКЮ. В этом году вместо «валютной змеи», ко­торая была выгодна в основном Германии, была введена коллектив­ная валюта государств-членов под названием Европейская валют пая единица, или ЭКЮ (англ.: European Currency Unit).

ЭКЮ образовывалась как общая сумма, или «корзина», валют государств-членов (отсюда другое название — «корзинная валю­та»). При этом, разумеется, учитывался экономический потенциал отдельных стран. Каждые 5 лет корзина ЭКЮ пересматривалась.

Со временем ЭКЮ стала использоваться как средство платежа в безналичных расчетах. В ней исчислялся и бюджет Сообществ, хотя деньгами в полном смысле она не являлась: эмиссию денег и де­нежную политику, как и прежде, осуществляли государства-члены, хотя и по согласованию друг с другом.

При создании ЭКЮ и привязке к ней валют государств-членов были установлены те же пределы колебаний — 2,5% вверх и вниз, которые получили наименование механизм обменных курсов (МОК).

Все это вместе (ЭКЮ и МОК) называлось «Европейская валют­ная (денежная) система» (ЕВС). На практике ЕВС функционирова­ла со сбоями, пределы колебаний для валют нередко менялись. Страны имели право исключать свои валюты из механизма обмен­ных курсов, девальвировать их, что неоднократно случалось на практике.

Тем не менее, в целом ЕВС позволила стабилизировать валют­ные рынки в Западной Европе. Ее центральный компонент — ЭКЮ, в свою очередь, послужил основой для введения уже действительно единой валюты евро.

Основная стадия. Во второй половине 1980-х гг. Комиссия во главе с новым Председателем Жаком Делором предложила присту­пить к новой попытке создания полноценного экономического и ва­лютного союза. Был образован специальный комитет («комитет Делора»), подготовивший в 1989 г. доклад «ЭВС в Европейском со­обществе».

Основные положения этого доклада получили юридическое за­крепление в поправках, которые в 1992 г. были внесены в Договор о ЕС (см. глава 4 раздела 7 «Переходные положения»). На практике же основная стадия началась чуть раньше, в 1990 г., и подразделя­лась на три этапа.

Первый этап — 1990 —1993 гг. Он совпал с последним этапом в строительстве внутреннего рынка — была введена четвертая эконо­мическая свобода внутреннего рынка — свобода движения капита­лов и текущих платежей. Государства-члены открыли свои границы для свободного перемещения денежных средств, без чего невозмо­жен единый денежный рынок (параграф 2 ст. 116 Договора о ЕС).

Второй этап — 1994 — 1998 гг. Его содержание раскрыто в ст. 116—121 Договора о ЕС. Главная задача второго этапа — стабили­зация и выравнивание экономических показателей государств-чле­нов с целью достижения ими приблизительно одинакового уровня инфляции, процентных ставок и т.д. Эти меры также были необхо­димы для обеспечения стабильности будущей единой валюты.

Для этого были введены «критерии сближения» (дословно — «критерии конвергенции»), В специальном Протоколе относительно критериев сближения их установлено четыре.

1) Уровень инфляции не должен превышать более чем на 1,5% средний показатель трех государств-членов с наименьшей инфляци­ей (при том, что показателем инфляции является индекс потреби­тельских цен).

2) По аналогичной схеме определяется критерий сближения процентных ставок (по долгосрочным государственным ценным бу­магам — на 10 лет): эти ставки в государстве-члене могут превышать максимум на 2% показатели трех государств-членов с наименьшим уровнем инфляции.

3) Отсутствие чрезмерного бюджетного дефицита. Ежегод­ный бюджетный дефицит в государстве-члене не должен превышать 3%, или государственный долг — 60% ВВП).

4) Критерий участия в Европейской валютной системе’, госу­дарство не должно девальвировать свою валюту и должно поддержи­вать ее курс в рамках установленных пределов колебаний по отноше­нию к ЭКЮ в течение как минимум двух лет.

Каково юридическое значение указанных критериев? Оно весьма значительно. Критерии сближения — это своеобразный тест, который должно пройти каждое государство-член для того, чтобы ему разре­шили стать частью «зоны евро», т.е. перейти на третий, окончатель­ный этап строительства Экономического и валютного союза.

Причем государство-член должно соответствовать всем элемен­там данного теста одновременно. Если хотя бы один из этих критери­ев отсутствует, то его не допустят в «зону евро»1.

В конце второго этапа в мае 1998 г. Совет Европейского Союза (заседавший не в составе министров, а глав правительств) по пред­ложению Комиссии вынес решение о том, какие страны удовлетворяют критериям сближения и готовы к введению евро. Таких страд оказалось на тот момент 11 из 15.

1 июня 1998 г. была создана Европейская система центральных банков (ЕСЦБ), а с 1 декабря того же года приступил к работе Ен ропейский центральный банк (образован путем преобразования Европейского валютного института с консультативным статусом, ко торый функционировал с начала второго этапа).

Наконец, 31 декабря 1998 г. Совет Европейского Союза окончательно и бесповоротно зафиксировал курсы национальных валют по отношению к ЭКЮ. Сама ЭКЮ была переименована в евро. При этом, поскольку курсы национальных валют были именно зафикси рованы на конкретную дату, а не вводились искусственно, то полу чились весьма громоздкие соотношения, например, 1 евро=6, 55957 французского франка, 1, 95583 марки ФРГ. Данное решение, оформленное Регламентом, вступило в действие 1 января 1999 г. и ознаменовало начало третьего этапа построения ЭВС.

Третий этап: 1999 — 2002 гг. Формально он должен был закон читься до 1 июля 2002 г., на деле это произошло раньше — к 1 марта 2002 г.

Цель и содержание третьего этапа — введение в оборот еди ной валюты евро, сначала в безналичной, а затем в наличной форме. Почему евро не ввели сразу в полноценном виде? Этому было не­сколько причин. Главные две:

а) психологическая — граждане должны были привыкнуть (це­ны указывали в каждой стране в двух валютах);

б) техническая. Безналичные деньги — это записи в банковских книгах или компьютерах, наличность же надо отпечатать (а потом ее развезти по странам и коммерческим банкам). Колоссальные объ­емы: 14 млрд штук банкнот и 50 млрд монет. Прибавьте к этому перенастройку банкоматов, замену ценников, подготовку иного обо­рудования, получается весьма долгий процесс. По технической причине вторая фаза растянулась на три года.

При этом не все государства-члены перешли на евро. Вне «зоны евро» остались Великобритания, Дания и Швеция.

Итак, сегодня Экономический и валютный союз охватывает всю территорию ЕС. Условно говоря, участникам данного Союза высту­пают все государства-члены. Однако три из них остановились на вто­ром этапе, что дает им право сохранять национальную валюту, не пе­реходить на евро. К евро также не перешли 10 новых государств — членов Европейского Союза. Соответственно, сегодня мы наблюдаем ситуацию, когда единая валюта евро находится в обращении в мень­шинстве государств-членов — в 12 из 25.

Шенгенские соглашения

Важное место в работе Межправительственной конфернции заняло обсуждение вопросов, связанных с Шенгенскими договорен­ностями. После долгих проволочек Шентенское соглашение 1985г, а также принятые в его развитие акты (Конвенция о применении 1990 г. и др.) в конце концов стали действовать. Участники Соглаше­ния сумели найти способы сделать его механизм работающим, что было связано в первую очередь с запуском Шенгенской информаци­онной системы, позволяющей пограничной полиции выявлять и не пропускать на территорию Европейского союза лиц, въезд которых запрещен по законодательству какой-либо страны-участницы. Од­нако при всех своих достоинствах это Соглашение действовало толь-ко на территории его участников и не могло рассматриваться как

составная часть европейского права.

У предложения^включйТъ шенгенское соглашение _в текст Ам-стерданского Договора. было немало противников, считавших, что отмена пограничного контроля облегчит жизнь бесконтрольным бродягам и пойдет на руку наркобизнесу, террору, мафиозным груп­пировкам и другим преступным структурам. Не случайно даже во Франции — стране, активно поддержавшей идеи Шенгенского со­глашения, отмечались «зигзаги» при его реализации. Что же касает­ся государств-членов, не присоединившихся к Шенгеискому согла-шению, то они в еще большей степени расходились в вопросе о мерах безопасности, необходимых для отмены внутренних границ и уста­новления единообразного контроля на внешних границах Европей­ского союза. Достоинства Шенгена, его важная роль в развитии европейской интеграции тем не менее взяли верх. Постепенная отмена контроля на общих границах государств-членов как нельзя больше соответст­вовала идее превращения Европейского союза в зону свободы, без­опасности и справедливости — идее, провозглашенной на Межгосу­дарственной конференции в качестве одного из стержней Ам­стердамского договора. Сказалась и практическая выгода Шенгсн-

ских договоренностей. Их реализация способствовала росту мобиль­ности рабочей силы, облегчению личных и деловых контактов людей, развитию торговых, финансовых и промышленных связей, а в конечном счете укреплению единства государств—членов Евро­пейского союза.

амстердамский-договор решил споры о судьбах Шенгена прежде всего тем, что интегрировал Шенгенские договоренности в правопо-рядок Европейского союза. Это было сделано в отдельном протоко-

ле приложенном к Договору. Здесь же понятию «Шенгенские договоренности было придано Официальное звучание.

Понятие «Шенгенские договоренности» было четко определено в отдельном приложении. Под ними понимаются:

1) Соглашение о постепенной отмене контроля на общих грани-шах, подписанное в Шенгене 14 июля 1985 г, между странами Бени­люкса (Бельгия, Нидерланды, Люксембург), Германией и Францией;

2) Конвенция, подписанная в Шенгене 19 июля 1990 г. между Бельгией, Германией, Францией, Люксембургом, Голландией о при­менении Соглашения о постепенной отмене контроля на их общих границах от 14 июля 1995 г. с приложенным заключительным актом и совместными декларациями;

[■ декларациями;

4) решения и декларации, принятые Исполнительным комите-

; „том, учрежденным в соответствии с Конвенцией 1990 г., а также-I акты, принятые в целях применения Конвенции органами, которые I были наделены соответствующей компетенцией Исполнительным I комитетом.

Шепгенские договоренности, таким образом, стали интегральной частыо права-ЕС-Вместе с тем в Протоколе было определено их место в «табеле о рангах».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *